Подарок
2 июля 2023 г., 19:13
На Чайльда возложили слишком большие надежды на счёт подарка Мораксу. Ещё бы, Чайльд прослыл главным фанатом, самым важным человеком в комьюнити, едва ли не вторым Мораксом. И сейчас это сильно аукнулось ему. Карма. Или что там ответственно за справедливость?
Не то что бы он был прочь порадовать Моракса и своего начальника каким-то подарком. Совсем нет. Студия, в которой состоял Моракс, за месяц до Дня рождения выставила свои адресные данные, на которые можно было анонимно прислать подарки для своего кумира, а так же список того, что именно они принимают. Девушки, работавшие там, уже во всю хвастались пересланными студией от фанатов подарками, благодарили анонимных и не очень дарителей. Даже остальные парни, с которыми дебютировал Моракс, успели обзавестись преданными фанатками, их главными спонсорами. Только Моракс остался на отшибе внимания. Как и в жизни, несговорчиво выставлял посты с расписаниями в Твиттере и надолго бросал соц.сеть. Тарталья бы не удивился, если окажется, что Чжун Ли просто не умеет пользоваться этим ресурсом. Однако же это не умаляло его обделённости на фоне остальных виртуальных талантов.
Тарталья хотел это положение исправить. Даже не так — ему хотелось, чтобы его кумир превзошёл остальных! Чтобы остальные таланты поняли всю значимость Моракса, завидовали ему и грызли себе ногти. Что там дарили тем девушкам? Плюшевые игрушки, предметы быта, милые аксессуары и безделушки. Тарталье очень хотелось перещеголять всех этих фанатов, проучить их за то, как несправедливо они отнеслись к Мораксу. Дело было не в фанатском проекте на День Рождения, стандартной традиции. Тарталье не лень пинать художников, чтобы рисовали скорее, и сделать сайт-пустышку, куда можно их разместить.
Но всё это отошло на второй план, когда он вспомнил за возможность отправлять подарки прямо в студию. К чёрту тот проект. К чёрту вообще всё, если он может вручить подарок самостоятельно! Только вот… что?
Тем утром Тарталья решил сменить план своих выходных дней, и, вместо сна до глубокого обеда и игр до глубокой ночи, пока глаза не станут болеть от напряжения, он с уже с утра бродил по улицам города. Непривычно было выходить из дома и заставать дневную лазурь на небе, яркое солнышко и пряный запах весны, витавший вдоль проспектов и широких пешеходных дорог. Людей много, улицы полнились чужими голосами, гомоном автомобилей и музыкой у кафе. В толпе мельтешили лица туристов, приехавших к сезону цветения вишни, необычайно много людей выбралось просто так, на отдых.
Увы, Чжун Ли был занят работой, и после того раза в гостях они более не виделись, не списывались, друг о друге не давали знать. А когда Моракс ещё взял отгул от прямых трансляций, Тарталья окончательно поник. Ему хотелось пригласить своего нового друга провести немного времени вместе, но обстоятельства всегда были против них. Так и выглядит дружба во взрослом возрасте: редкие переписки, ещё более редкие встречи в баре и открытки по праздникам с привкусом невыполненных обещаний. Тарталья всегда смеялся над отцом, припоминая ему эти смешные обещания, а сейчас и сам ничем не отличался.
Но задача стояла в том, чтобы поскорей выбрать подарок. Чжун Ли бы только мешался, а то и вовсе заподозрил неладное. С другой стороны… Что парень мог подарить такому человеку, как его начальник? Теперь, когда он бродил между витринами магазинов, вдоль длинных торговых кварталов, ощущал настоящий разрыв между ними. Разница в возрасте давала о себе знать, ведь… Что можно подарить тридцатипятилетнему мужчине, у которого есть почти всё? Можно подарить мангу, подобрав что-то под вкус Моракса, но это совсем не то, чем ему хотелось удивить кумира. Многим девушкам из агентства дарили мангу или фигурки с любимыми персонажами, диски с играми для прямых трансляций или лимитированный мерч. Тарталья должен отличиться чем-то новым, только вот… Чем?
Тарталья зашёл в книжный магазин, проштудировав каждую полочку на своём пути, чтобы отыскать что-то интересное. Он уже знал вкусы Моракса: что-то историческое, с нотками интриг, трагедий и драмы. Тарталья взял со стенда с новинками пару томиков и, повертев их тщетно в руках, поставил на место с тяжким вздохом. Подари он хоть весь шкаф с новенькой мангой, это не впечатлит остальных, только самого Моракса. Ему будет приятно, да, самая главная цель — порадовать его. Но так хотелось впечатлить и всех остальных, что книжные полки начинали раздражать своей заурядностью. Из магазина парень вышел злым и раздражённым.
Часы? Старомодно. Вещи? Слишком личный подарок, студия такое не примет. Какую-то игру? Банально. Украшения? В этом вопросе он не разбирался совершенно. Тарталья пытался вспомнить, что такого он дарил своим прошлым пассиям, но и там не отыскал ничего для себя интересного. Одни букеты, сладости, плюшевые игрушки. Стало на миг даже противно от самого себя, насколько он скучен, когда дело доходило до подарков. Потому, наворачивая круги вокруг торгового квартала, Тарталья внимательно всматривался в витрины и думал над подарком. Что ещё любил Моракс? Чем ещё он мог удивить своего друга? Что-то к компьютеру! Очевидно. Или нет?
Глядя себе под ноги, на свои потрёпанные кроссовки и трещинки в асфальте, Тарталья не заметил, как нечаянно налетел на кого-то из прохожих. Макушка уткнулась в чужое плечо, и парень перед ним неловко пошатнулся, чуть не выронив из рук пакет с продуктами.
— Прошу прощения. — Тарталья вынул наушник и остановился, чтобы попросить прощения. Незнакомец помотал головой, извинился в ответ и тут же спешно удалился, будто его тут никогда не стояло. Его образ растворился в безликой толпе, и всё на фоне небольшого магазина. Он бы никогда не привлёк внимания Тартальи, если бы не эта неловкая заминка. На витрине горела подсветка, выставочные декорации пестрили заманчивыми афишами, красными ценниками со сногсшибательными скидками, на платформах лежали красивенькие телефоны, вычищенные до блеска экраны. Громкоговоритель обещал широкий ассортимент техники со всего мира, лимитированные скидки, только тут и сейчас. Часы, телевизоры, пылесосы, от обилия всего кружилась голова.
Но одна вещь всё-таки зацепила взгляд Тартальи, заставила его вспомнить один маленький факт, который затерялся в глубине памяти, спрятался за чередой скучных дней, рабочих занятий и будничных проблем. Едва заметил эту вещь, сразу бросился к бумажнику, пересчитал своё небогатое содержимое, мысленно отругал себя за то, что пожалел и не взял с собой сумму побольше, хотя и её бы не хватило на задуманное. Несколько зарплат бы не хватило, но эта была именно та вещь, которая была нужна Тарталье прямо здесь и сейчас. День рождения очень скоро, до новой зарплаты ещё жить и жить.
«Если я возьму в рассрочку, мне хватит…», — думал про себя Тарталья, хотя голос далёкого, уже приглушённого разума, шептал ему о безумии этой идеи. Не слишком ли дорогой подарок? Не слишком ли он торопится? Разум кусал Тарталью за руки, которые стискивали бумажник, уговаривали отложить затею на потом, а то и отказаться. Парень не в том финансовом положении, но… Но эта вещь несомненно порадует Моракса, она заставит остальных кусать себе локти от зависти, и заставит Чжун Ли, погрязшего в работе, приободриться. Сплошные плюсы, стоящие своих денег, пусть даже немалых. Чувства брали верх над разумом бедного во всех смыслах Тартальи.
Осознание этого ещё сильней настигло ему в минуту, когда он выносил огромный синтезатор из магазина, прямиком на почту.
Беспокойное сознание всю дорогу твердило ему упрямое: «Ну зачем?», — а ему совсем нечего было ответить. Родители не простили бы его за такие бездумные траты. Да кто угодно за такие деньги не простил бы! И где-то в груди копошился червь сомнений, правильно ли он поступил, не делает ли безумных вещей? Но потом, нахмурив брови, становился в позу. «Я уже взрослый человек, сам распоряжаюсь своими финансами», — и встряхивал головой, чтобы отогнать лишние мысли. Ему просто хотелось исполнить чью-то мечту, раз уж никак не удавалось определиться со своей. Не то что бы Моракс не мог осуществить своей мечты сам, и Тарталья много удивлялся, когда слышал об этом.
«Если Вы хотите заниматься музыкой, то почему не начнёте?», — спросил он однажды, в ответ же услышал только неловкий смех.
— Знаете, мне тяжело объяснить. Но будь Вы на моём месте, непременно бы поняли. — отнекивался виртуальный ютубер. Тарталья считал это не более, чем проявлением скромности, однако теперь понимал, даже слишком хорошо понимал. В свои двадцать три Тарталья не рисковал начать что-то новое, а будь ему тридцать пять, решился бы он что-то изменить? Прозябание в рутинной серой жизни слишком затягивало, а время нарочно ускорялось. Тарталья не успеет моргнуть, когда окажется на месте Чжун Ли. И ему бы так же хотелось, чтобы нашёлся кто-то, способный малость скрасить серость его мира.
Хотя разве он не нашёл для себя такого человека уже?
Мысли о серости, безысходности и ужасе бесперспективного будущего прервала молодая девушка за стойкой.
— Будете что-то к посылке прикладывать? — и забрала со стойки огромную коробку. Несколько работников бросилось ей на помощь, пытаясь не уронить дорогостоящую технику.
— Нет, только записку, если можно. — попросил он. Тут же на стойке образовался чистый лист бумаги, ручка и пустота в голове. Надо было что-то написать. Пару слов, чтобы не подумали, будто кто-то ошибся и просто так отправил целый синтезатор. Вот только, едва парень взял в руки свою ручку, голова опустела. Остался только белый шум, разбегающиеся символы, которые никак не удавалось сложить во что-то целое, и испарина на лбу. Едва он заносил грифель над бумагой, как остатки слов рассыпались на осколки. Тарталья поднимал взгляд на работников, которые тяжко упаковывали посылку, заворачивали при нём и заполняли адрес агентства. Поэтому, когда они почти закончили и вопросительно посмотрели на клиента, Тарталье пришлось что-то написать.
«С Днём Рождения», — и жирную размашистую подпись в конце. На том его творческая работа кончилась. Он отдал письмо в руки работникам почты, заполнил несколько бланков и, расплатившись, исчез. Теперь посылке предстояло пропутешествовать до другой префектуры, сделать крюк и вернуться обратно, на восемь остановок от почты. А Тарталье — возвращаться домой и ждать, чем кончится его затея.
Почти всю неделю, что подарок колесил по стране, чтобы сделать круг и вернуться обратно, Тарталья перестал корить себя за бездумную трату денег. Потому что деньги его волновали мало, куда больше его беспокоил иной факт.
«А не откажется он от подарка?»
«Поймут ли в студии, кому оно предназначалось?»
«Как быть, если мне его вернут?»
Эти вопросы постоянно отвлекали Тарталью от дел, от отдыха и даже сна. Неизвестность была хуже прямого отказа, затяжное молчание всех сторон вводила молодого человека в ступор. В любой маленький перерыв он только и делал, что обновлял ленту Твиттера, надеясь увидеть обновление в профиле кумира. Но ничего не происходило. В ленте всё так же висело объявление о затяжном перерыве Моракса, после которого не появлялось никаких публикаций. Наверняка Чжун Ли занят настолько, что не может уделить и пяти минут чему-то, окромя работы.
«А если он решил просто промолчать?», — спросил сам себя Тарталья. Несколько дней он пытался связаться с Чжун Ли, но тот почти не читал сообщений, или же отвечал на них очень поздно, быстро, почти тут же пропадал из сети. Любые попытки аккуратно спросить, дошла ли до мужчины посылка, проваливались. Чжун Ли отвечал односложно, давая понять, что ему сейчас ни до чего дела нет, кроме как до работы и горящих сроков. Тарталье оставалось только гадать и ждать. Просто ждать. Ждать «терпеливо» никак не получалось.
Ожидание окупилось. Тарталья был на работе в тот день, когда ему пришло уведомление. Заваленный работой, занятый стажировкой новичка, он не сразу заметил, что в Твиттере появился маленький красный значок напротив колокольчика, и прочитать запоздавшее уведомление смог только к обеду.
«Агентство уведомило о том, что мне пришёл подарок ко Дню Рождения. Интересно, что это? Обязательно поделюсь завтра в праздничном эфире!», — эти слова на миг заставили парня понервничать, сердце заколотилось волнительно в груди. Стало боязно. Теперь он переживал не за целостность подарка, а за реакцию того, кто получит его. И остаток дня провёл на иголках. Дождаться завтра… Звучало невозможным вызовом. Не сиделось спокойно на работе, из головы выскальзывали все задачи, и парень постоянно отвлекался. Не мог сосредоточиться даже на своих мыслях о предстоящей трансляции, тут же подкрадывалась тревога, как перед экзаменами, перед очередным собеседованием. Тарталья и в худшие ситуации попадал, а волнение всё равно ковырялось в груди, не давало никак уснуть.
Потому, когда началась прямая трансляция, Тарталье стало легче. Будь что будет. Главное, что этот момент хотя бы настал.
— Я заранее прошу прощения, что не смогу провести долгий стрим и не успею поблагодарить всех. — извинялся неловко Моракс, а Тарталья слышал, как его голос дрожал отчего-то. Мужчина запинался каждый раз, когда пытался что-то сказать, взволнованно повторялся без конца и терял нить собственного же разговора. Это был особенный день, День рождения его персонажа, уникальная возможность ещё раз что-то отпраздновать и посвятить этот праздник себе. Моракс взволнованно благодарил пришедших на трансляцию, всех, кто поздравил его, но всё казалось, никак не решался добавить ко всему этому ещё одну вещь.
— Вы, наверное, помните мой вчерашний твит? — спросил он, подводя зрителей к чему-то. Тарталья внимательно уткнулся в экран. Хотя бы теперь станет ясно, дошла ли до него посылка, или кто-то опередил Тарталью.
— В общем… Он пришёл ещё вчера, но я решил открыть его сегодня, потому что он предназначался ко Дню рождения. Он просто огромный! Я понятия не имею, кто его отправил, — мужчина нервно сглотнул, — но, кто бы то ни был, это просто… Невероятно. Дайте минутку! — и слышно стало, как он куда-то отошёл. В чате один за другим стали всплывать знаки вопроса, чьи-то глупые шутки и безумные догадки. Зрители были заинтригованы, а Тарталья ощутил, что немного, но продолжал волноваться, из-за чего ладони чуть задрожали, вспотели от напряжения. Хотя в остальном он ощущал покой и даже некоторое удовольствие.
Моракс вернулся, и за кадром послышалась усиленная распаковка. Разлетался в клочья картон, трескался скотч и упаковка, лязгал канцелярский нож из раза в раз.
— Посылка очень тяжёлая. — подметил Моракс. — И огромная. Не представляете насколько! Наверное, одна только доставка сколько обошлась. — неловко посмеялся он, хотя в его голосе слышалось волнение. Тяжело было предугадать, понравилось ли ему, Тарталья продолжал внимательно следить и никак не мог набраться терпения. Суетился, сидя за креслом, не мог унять беспокойства.
— Ох… — когда звуки прекратились, послышался тяжёлый вздох Моракса. — Это… Неожиданно. — он усмехнулся. — Я… Я сейчас покажу. — затем, спустя пару минут, на экране возникла аккуратная фотография. Такая, чтобы не засветить ничего лишнего. Только кусок упаковки на коленях Чжун Ли, в уголке изображения Тарталья даже мог разглядеть уже знакомый ему серый паркет, но для остальных это не значило ничего.
«Эээ?»
«Похоже на синтезатор?»
«Ого!»
— Я тоже не верю своим глазам, если честно. — сознался Моракс, зачем посмеялся. — Оно тяжёлое, очень даже. — на миг Тарталье послышалось, что он не то задыхается, не то дышит так тяжело, что сопение слышно в микрофон. — Я… Мне надо отойти на пару минут. — на миг его голос дрогнул, и трансляция тут же приостановилась. Резко, ничего не сказав, Моракс завершил эфир, оставив более сотен зрителей самих догадываться, что же такого произошло. Чат продолжал отчаянно плыть вверх, растерянные зрители задавались вопросами, давились ими, а ответа никакого не следовало. А через пару минут модераторы вовсе закрыли чат, выключили эфир, и толпа непонимающих зрителей вынуждена была разбежаться.
Тарталья растерялся, глядя на пустой застывший экран. Он понятия не имел, как трактовать такое внезапное окончание праздничного эфира, как понимать реакцию Моракса на случившееся. И… Ему стало стыдно. Такой внезапный и дорогой подарок едва ли кого порадует, особенно от чужого человека. Слишком личное. Если б можно было повернуть время вспять, то он ударил бы себя по рукам и выбросил кредитку в урну. Лучше было обойтись чем-то милым, все эти чёртовы плюшевые котики или брелоки не вызвали бы такой реакции. Он испортил вечер не только себе, но ещё и своему кумиру, и многим зрителям, ожидавшим эфира. Всё это казалось таким нереальным, сердце громко стучало в грудной клетке с хрупкими прутьями, надо было всё исправлять, что-то спасать, но голова пустела под тяжестью вины.
Наверное, это был лучший момент сознаться во всём и искренне извиниться перед Чжун Ли. Впрочем, ожидать, словно их отношения останутся прежними после такого странного поступка, не приходилось.
Потому целых полчаса, пока где-то за кадром решалась вся его судьба, Тарталья разрывался на части. Если признаться и поступить по совести, то непременно утратит всякое доверие Моракса и хорошие отношения с Чжун Ли. А если промолчит, то придётся хранить эту тайну до самого-самого конца, нести её в гордом одиночестве на своих уставших плечах. Тарталья то брал телефон в руки, открывая мессенджер, отыскивая контакт Чжун Ли и что-то печатая, то убирал, не отправив ни единой строчки, потому что тотчас стирал их. Трусил, набирался смелости, снова трусил.
Полчаса душевных терзаний кончились, когда он решил отвлечься и заглянуть в Твиттер, на свой фанатский аккаунт. А заодно узнать, чем закончилась вся история, весь тот фарс, который он своим необдуманным поступком вызвал. На него посыпалось куча уведомлений, от количества которых стало не по себе. Его старая знакомая верно догадалась.
«Это что, ты ему отправил? Лол. Я не знала, что ты из нефтяных магнатов».
Остальные сообщения от других знакомых или людей, кто был в курсе существования Чайльда, так же написали удивлённые или ехидные комментарии к ситуации. Не много, и всё же достаточно, чтобы подчеркнуть и закрепить чувство вины, а так же пробудить ранее спящий гнев за собственный провал. Только крепко стиснув зубы, парень смог пролистать до конца этого длинного списка, прежде чем заметил ещё одно уведомление.
И на сей раз от Моракса.
«Это Ваш подарок, верно?», — спросил он, и Тарталья не сразу поверил глазам, когда увидел это. Сердце пропустило удар. Ему показалось на долю секунды, что пишет не Моракс, а Чжун Ли. И не Чайльду, а Тарталье. Парень сделал глубокий, медленный вдох, прежде чем приступить к ответу.
«Я хотел остаться анонимным», — честно сознался Тарталья. Хотя бы в такой мелочи ему следовало быть честным. Он понимал, почему все собаки были спущены сразу же на него: главный фанат, давно мелькающий на виду у всех, постоянно участвовавший во всём, что касалось его кумира. Праздничный эфир? Он организует. Идею для нового мерча? Он найдёт исполнителей. Привести новых зрителей? Парочкой способов он воспользуется. Что бы ни случилось, какие бы взлёты или падения не поджидали его кумира на каждом шагу, Чайльд присутствовал везде. Потому не удивительно, что первым подозрение пало на его персону. Хотя в глубине души всё равно было обидно.
«Я не могу принять такой дорогой подарок!!! Как я могу Вам его вернуть?», — в привычной для Чжун Ли манере писал Моракс, и как-то на душе стало легче, Тарталья даже усмехнулся, прежде чем печатать ответ.
«Не нужно его возвращать. Если Вам он нравится, то лучше оставьте»
«Но мне неудобно перед Вами! Вы уверены???», — Моракс отвечал бодро, хотя Тарталья привык к долгим-долгим ожиданиям.
«Да! Я просто хотел Вас отблагодарить за всё. Простите, если чем-то обидел», — наскоро написал парень. Эти слова вышли сухими, написанными в порыве волнения и неловкости от общей ситуации. Но ему хотелось как-то отблагодарить человека, который изменил его скучную жизнь, принёс красок в серые будни, подарил причину просыпаться каждое утро. Так что сделанное Тартальей — благодарность за долгие часы, проведённые с Мораксом, за его поддержку и тёплые слова. И, задумавшись про это на миг, Тарталья вдруг вообразил себе самого Чжун Ли. Так отчётливо и ясно, словно он тихонько сидел рядышком. При мысли, что он уже видел этого человека, общался с ним, в груди затрепетало.
«Не извиняйтесь ни в коем случае!!! Я не хотел заставить Вас винить себя! Я просто не знаю, что могу предложить взамен», — написал он, однако в конце не оставил никакого знака, словно желал как-то закончить диалог иначе, что-то дописать ещё, но резко передумал и оставил в их разговоре жестокую недосказанность. Но Тарталье хватило и этого. Теперь он хотя бы знал, что с ним всё будет в порядке, что Моракс если не рад, то хотя бы не злится на своего поклонника, а, значит, скоро всё вернётся на круги своя.
Но, когда официальный аккаунт студии выслал ему приглашение стать администратором для канала Моракса, а заодно выслать своё резюме им на почту, Тарталья осознал, что в своём вранье зашёл слишком далеко.
