Время, пули и взрывы.

      В одной далёкой деревушке жила очень добрая девушка, и звали её Очако Урарака. У Урараки были средней длины тёмно-русые волосы и большие блестящие карие глаза. Очако была дочерью главы местных лесорубов и жила в большом светлом доме на опушке леса. Ещё у девушки были верные друзья: Иида Тэнья и Мидория Хонака, которые никогда не оставят свою подругу в беде и всегда помогут. А ещё, как и в любой сказке, у Очако был любимый человек. Его звали Мидория Изуку. Он был из семьи пришлого рыболова, который часто пропадал в море (ах да, я забыла сказать, что деревушка эта находилась между лесом и морем), а потому Изуку рос в основном под присмотром матери и Хонаки, которая была его старшей двоюродной сестрой.       И всё бы ничего, вот только Изуку не знал о чувствах Очако. Да-да, не знал. А потому и видел в ней только очень хорошего друга, но совсем не девушку. И это заставляло Урараку хмурится и размышлять долгими вечерами, стоит ли вообще рассказывать Изуку о своих чувствах. Ведь она не знает, вдруг, он и правда видит в ней только подругу? А что, если он откажет? Да и не принято это, чтобы девушка, сама, парню в любви признавалась. По крайней мере в их деревеньке. — Не расстраивайся, — как-то раз хлопнула Очако по плечу Хонака, когда девушки вдовём сидели у костра на утёсе и смотрели на спокойное море в сполохах заката. — Ты у нас первая красавица на деревне, ни на кого больше он смотреть не сможет. — Он бы и не смотрел, если бы знал, — бормочет Урарака в сложенные руки, вздыхая, и позволяя Хонаке накинуть ей на плечи тёплый пушистый и практически невесомый платок из козьего пуха. — А так, ему и невдомёк, что я его люблю. — Ну так расскажи, в чём проблема? — пожала плечами Хонака.       И Урарака не злилась на неё, она только ещё раз вздохнула. Сестра Изуку была родом из другой деревни, но когда её дом, а вместе с ним и родители, сгорели, то пятилетнюю малышку отдали родственникам. — Проблема в том, что я не могу просто так взять и рассказать, — призналась девушка.       Хонака задумалась, смотря куда-то в даль и время от времени то хмуряссь, то чуть приподнимая уголки губ. Наконец, она кивнула сама себе и повернулась к Очако: — А что, если мы с Иидой устроим вам с Изуку свидание?       Урарака моргнула. Ещё раз. Потом быстро заморгала и залилась краской. — К-как свидание? — выдавила она. — Когда? А вы разве можете? — Мы всё можем, — с уверенностью кивнула Хонака, горделиво задирая нос. — Если ты хочешь знать, то мы с Иидой устроим вам лучшее свидание из тех, что могли быть. И Очако тоже кивнула, соглашаясь с подругой. Да, такие друзья как Хонака Мидория и Тэнья Иида в беде не бросят, даже в любовной.       Лепестки яблоневых цветов, свечи, шикарный ужин, который Хонака попросила приготовить Инко-сан (маму Изуку). Очако словно была в раю, ужиная вдвоём с любимым человеком. Да, они и раньше время от времени ели вдвоём, но тогда явно было не так красиво, как сейчас. Хонака определённо знает толк в организации свиданий. А Иида просто незаменим в организации людей, которые помогали друзьям Очако раздобыть эти свечи и яблоневые цветы (в середине-то августа). Урарака была почти готова рассказать Изуку, но решила ещё немного повременить.       А потом вдруг оказалось… — Мне сказали, что я должен жениться на младшей дочери нашего короля, — грустно улыбнулся Изуку. — Что? — Урарака вздрогнула. — На ком? — На принцессе Тодороки Шото, — повторил Изуку.       И мир Очако чуть не рухнул. «Чуть», потому что до женитьбы Мидория должен был стать совершеннолетним. А до этого ещё целых три года. «Всего лишь три года!» — хотелось воскликнуть Урараке. А вторым «чуть» были Хонака и Иида. Первая мрачно сидела за столом дома у Очако, читая очередную непонятную книжку. А второй сидел рядом, методично стругая что-то из дерева. — Я не расстраиваюсь, честно, — вздохнула девушка, глядя на своих друзей. — Всё же, это дочь Старателя (так граждане их страны прозвали своего короля), принцесса Шото. — Но почему она должна выйти замуж за Изуку? — вспылила Хонака, хлопая книжкой по столу. — Каким таким боком ей вдруг понадобился никому не известный парень из глуши? Почему ей вдруг стал нужен мой брат?       Иида согласно сурово кивнул, а Урарака только вздохнула.       А через несколько дней приехала принцесса Тодороки Шото. Белокожая красавица с очень необычным, «королевским» цветом волос — бело-красным. Вся деревня вышла встречать её, и Очако не была исключением. Принцесса остановилась в доме старосты (который, хочу заметить, был отцом Ииды Тэньи). Вечером, когда грандиозный праздник в честь приезда принцессы подходил к концу, Шото незаметно покинула гостей и отправилась на прогулку по утёсу. Там она случайно встретилась с плачущей Ураракой. — Почему ты грустишь? — спросила принцесса. — Потому что я не могу признаться в любви, — вздохнула Очако, вытирая мокрые глаза. Плакать перед принцессой она считала верхом неуважения.       Урарака поделилась с Тодороки своей бедой. Оказалось, что принцесса тоже не в восторге от брака с Изуку. И не потому, что он ей противен или из-за его происхождения. Просто у Шото уже был свой избранник, но король, привыкший блюсти традиции своих предков, основывавших династии на особой чистоте крови, подобрал своей дочери подходящую, по его мнению партию. Принцесса Тодороки пообещала поискать способы, как помочь Очако, и в деревню они уже возвращались почти подругами. Вот, принцесса уехала обратно в столицу.       Прошло пятнадцать месяцев. Очако уже успела смириться с мыслью, что у Шото может ничего не получиться, а значит, что им с Изуку не быть вместе. Поэтому она и не раскрывала ему своих чувств, чтобы, если они окажутся взаимными, больно было только ей, так как он бы ничего не знал. Иида стал официальным приемником своего отца, так как его старший брат нарвался в лесу на медведя и лишился ног. Хонака уехала из деревни в другую — её забрал кто-то из объявившихся родственников. Очако не знала, а Изуку и его мама не распространялись, только тяжко вздыхали, когда вспоминали её.       Очако, как обычно, помогала матери по дому, когда в ораспахнутое окно влетел белоснежный почтовый голубь с письмом, привязанным к лапке. Сняв его, и рассмотрев королевский герб на сургучной печати, Урарака сразу поняла, это это весточка от Шото. Достав само письмо, девушка улыбнулась, а по её щеке соскользнула счастливая слеза — у принцессы всё получилось.

***

— Урарака, — кто-то коснулся её плеча. — Урарака, ты спишь? Почему ты плачешь во сне? — А? — Очако подняла голову, сонно моргая. Она провела рукой по щеке — и правда, на ладони остался влажный след. — Не знаю, — девушка улыбнулась разбудившей её подруге. — Не переживай, всё в порядке, Ми-чан.