Аушка-психушка

      Тоня обладала бесстрашием в большинстве жизненных ситуаций. Она усердно трудилась, живя одна и не полагаясь на поддержку отца, смело брала материалы для своих экспериментов из студенческой лаборатории, и даже с достоинством перенесла отчисление после таинственного исчезновения имущества факультета. Однако один страх преобладал над ней: страх темноты. Какой бы решительной Тоня не была по жизни, в этот вечер, парализованная страхом до кончиков ушей, она тряслась под пледом и задавалась вопросом, действительно ли самостоятельная жизнь того стоила. Фонарик телефона, единственный помощник в борьбе с темнотой, высветил фигурку мишки Фредди, притаившуюся на рабочем столе, и это усилило её ужас.       Тоня глубоко вздохнула и крепко обняла Бум-Бама, вцепившись пальцами в металлическую поверхность пингвина, подарок от... Тоня сплюнула, предпочитая больше не называть Лёху по имени. Просто прохладное, гладкое прикосновение металла к коже её утешало, вот и всё.       – Я хочу быть независимой и сильной, но… – Она уткнулась лбом в голову пингвина. – Я скучаю по папе. И по Лё… – Тоня осеклась, встретившись взглядом с глазами-лупами, и сердито надула губу. – Пф-ф. Тебе послышалось.       В ответ Бум-Бам лишь мигнул лупами: в свете фонарика они напоминали очки ночного видения, об изобретении которых так давно грезила механик. А что, если время пришло?       – Нет-нет, ни за что отсюда не вылезу, – замотала головой Тоня, ещё больше сжимаясь в комок. – И не смотри так осуждающе. Да, я знаю, это тебе не вечная проводка. Уж я-то сделаю такое крутое устройство, что любой самозваный изобретатель подавится от зависти. Но… – Она на миг высунула нос из-под пледа и тотчас нырнула обратно. – Бум-Бам, мне страшно. Вдруг я здесь не одна. Слыхал истории про сгустки энергии с человеческими лицами и всё такое? И вообще, Бум-Бам, там Фредди! Вдруг он уже рядом?! Ну зачем я только обменяла на него Чику!..       Застывшее выражение пингвиньей мордашки выражало молчаливое понимание. Тоня тяжело вздохнула, все ещё увлечённая идеей изготовления прибора ночного видения, и снова посмотрела в глаза Бум-Бама, ища поддержки и утешения. Вдруг ей показалось, что пингвин прошептал Лёхиным голосом, и это было лишь одно слово: "Ссыкуха".       Возмущение охватило Тоню, она схватила Бум-Бама и энергично потрясла его:       "Ссыкуха? Ты только что назвал меня ссыкухой?!" – закричала она.       Вне себя от гнева, Тоня вскочила с кровати и бросилась к рабочему столу, попутно накинув одеяло на плюшевого мишку Фредди, чтоб не маячил перед глазами.  Затем, схватив скотч, она быстро намотала телефон с фонариком себе на лоб. Несмотря на трясущиеся поджилки, гнев Тони пересилил её страх. Охваченная злостью, она заявила: – Сейчас я покажу тебе ссыкуху.       Дрожащими руками Тоня принялась рыться в рабочих ящиках, извлекая окулярные линзы, оптические приборы, инфракрасные датчики и, наконец, главную деталь, само сердце будущего устройства – вечную проводку, любовно сконструированную Тем-Кого-Нельзя-Называть. По сути, куча намотанных друг на друга проводов.       Тоня хмыкнула: во оно, правосудие. Ей удалось раздобыть вечную проводку в квартире дяди Льва, пока он был на работе. Конечно, пришлось взломать пару замков: и замок в комнате Лё… этого параноика оказался даже крепче, чем у входной двери в квартире, но, по итогу, Тоню и её самодельную отмычку ждал успех. Найти вечную проводку в открывшемся бардаке оказалось ещё труднее: но, хотя бы, дядя Лев её не выкинул. Ей пришлось сотни раз мысленно извиняться перед ним, но Тоня считала свой поступок неизбежным злом. В конце концов, для неё не было ничего важнее торжества справедливости. А в этот вечер, к своему большому удовольствию, она обнаружила, что приобретённая проводка идеально подходит для создания такого практичного изобретения, как...       – Очки ночного видения! – Радостно воскликнула Тоня, и её смех наполнил комнату.       Она погрузилась в работу над новым изобретением. Небольшого луча света хватало, чтобы направлять её ловкие руки в работе. Посаженный рядом Бум-Бам задорно поблёскивал лупами, отражая её непоколебимую решимость и сосредоточенность.       – По крайней мере, мне удастся создать что-то действительно полезное из этой кучи хлама, – пробормотала Тоня себе под нос, распутывая и подсоединяя провода. – Согласен, Бум-Бам? Конечно же, ты согласен, ты ведь не хочешь отправиться в утиль.       От резких слов Тони Бум-Бам испуганно мигнул лупами, безмолвно давая понять, что не горит желанием пререкаться. Между тем работа спорилась: сокровища, найденные Тоней на различных свалках, постепенно превращались в новый шедевр её инженерной мысли.       После успешной сборки очков Тоня надела их на себя и с гордой улыбкой восхитилась своей же работой. Однако почти сразу нахмурилась: чёткость страдала, да и угол обзора маловат. Расстроенная, Тоня поняла, что очки ночного видения в их нынешнем состоянии непрактичны и бесполезны. Немного подумав, она пришла к блестящей идее: разобрать мобильный телефон, чтобы найти недостающие компоненты. Довольная своей изобретательностью, она спешно сорвала с головы телефон – «Ой-её-ёй, волосы к скотчу прилипли!», – и принялась за финальные улучшения. Несмотря на сложные условия, она прикрепила детали к очкам. Повторная примерка подтвердила их совершенство и наполнила Тоню чувством выполненного долга: в темноте комната выглядела почти идеально.       – Всё гениальное просто! – гордо произнесла она.       Поглощённая проверкой очков, Тоня не заметила, как в квартире внезапно снова зажегся свет. Она очнулась, только когда на кухне заурчал холодильник. Неохотно сняв очки, Тоня рассмотрела их более внимательно. Укол сомнения пронзил её, когда она заметила громоздкость и торчащие отовсюду провода, но затем её осенило: «Нет, гениальное изобретение не должно выглядеть "приручённым» – подумала Тоня, удовлетворившись нетрадиционным и даже брутальным дизайном. Впрочем, её амбиции всё же побудили внести последнее усовершенствование: небольшие дворники, как у машины, для очистки окуляров от воды и грязи. Теперь идеальная видимость в любых условиях обеспечена.       – Мы сделали это, Бум-бам! – Она с чувством прижала робота к груди, её глаза сияли от гордости. Посмотрев на своё изобретение, она съязвила: – Ну, и кто теперь ссыкуха, а? А кто потом сможет хорошо заработать, продав эти очки за кругленькую сумму? Ха!       Тоня уже было полезла в карман за телефоном, чтобы позвонить дяде Льву с радостными новостями… как вдруг осознание ошпарило её, заставив покраснеть: похоже, что новый телефон придётся покупать на вырученные от прибора деньги.       Вся радость от изобретения вмиг улетучилась, и Тоня разочарованно поморщила нос:       – Всё равно очки вышли что надо.       Правда, сообщать о них почему-то больше никому не хотелось. Плюхнувшись на кровать, Тоня подняла над собой Бум-Бама и пробормотала:       - Думаешь, дядя Лев уже вернулся? Время уже позднее. Наверняка бы он заглянул ко мне, да? Схожу проведаю.       С этой мыслью Тоня поднялась на этаж выше в квартиру дяди Льва и позвонила в дверь: один звонок, другой, третий – дверь не открыли.       «Странно… Он же обещал в больницу к Лё… тьфу ты, к дураку этому съездить и вернуться. А его всё нет…». Рука снова потянулась к телефону, но Тоня тут же хлопнула себя по лбу: ещё недавно гениальная идея теперь показалась ей глупее, чем вечная проводка. В Тоне пробудилась тревога: она почему-то вспомнила неприятного главсанитара, с котором виделась на дне посещений. И его взгляд, такой мерзкий, даже безумный, под стать содержащимся в его писхушке пациентам. В голове сразу начали прокручиваться фильмы ужасов, и, как бы Тоня не пыталась, она не могла не думать ни о чём, кроме неизвестной угрозы, нависшей над дядей Львом. А, значит, и Лё… «Ну нет!».       В отчаянии у неё снова возникла мысль взломать входную дверь, чтобы проверить: вдруг на самом деле дядя Лев дома, просто не слышит? – но она подавила этот порыв.  Вернувшись к себе, Тоня поняла, что оставался только один выход: отправиться в больницу и проверить всё самой. Пусть даже в такой поздний час – в конце концов, у неё теперь есть очки ночного виденья, да и пара отмычек лежали у неё в кармане.       Приняв решение, Тоня начала уложила в рюкзак всё самое необходимое: Бум-Бама и несколько завёрнутых в фольгу бутербродов с жирным слоем масла подпитать мозги. Интуиция подсказывала ей, что так легко эти поиски не закончатся.       Глубоко вздохнув, Тоня закрыла за собой дверь и отправилась на поиски дяди Льва, нацепив на лоб очки ночного видения – будь они неладны. Зато дворники оказались как раз кстати – на улице лил дождь.