Лесная невеста 3: Сундуки Совиной головы

Несколькими часами ранее. Неподалеку от острова сирен. «Ласточка»       Капитан Андре исчез утром, ближе к полудню, передав полномочия старпому Энди. Не сказать, что решение друга стало для него полной неожиданностью, но задачу усложнило точно. И хотя сейчас все безропотно слушались и на судне царила спокойная атмосфера с оттенками нервозности, он готовился к возможной конфронтации. И понимал причины такой реакции — людям просто хотелось побыстрее покинуть опасное место, заодно подсчитать монеты, переданные Андре. Все остальное потом.       Слушаясь руля, «Ласточка» быстро развернулась, меняя курс, и новый капитан направил ее к порту Нателл, как было условлено ранее.       «Теперь надо назначить старпома, подготовить штурмана, а главное — усмирить ребят. Особенно группу Дрейка», — мрачно думал рыжий, нервно сжимая руль. Кроме него, на палубе были лишь двое дежурных матросов и смотрящий наверху.       С момента отплытия от острова сирен прошло несколько дней. Энди потихоньку обживался в кабинете капитана, любил сидеть здесь у иллюминаторов, самое удобное место на корабле. Два иллюминатора, карты… они с Андре продумали все до мелочей, когда превращали торговое судно в пиратское.       Правда сейчас от славного прошлого остался только небольшой сувенир на стене — череп с парой скрещенных костей. Теперь вместо обычной ласточки на белом фоне мачту корабля украшал флаг Альвхейма, появился новый шкаф и тайник для ценных вещей. В нем хранился дневник с той частью странной пластины — ценные находки первого сундука.       Новый капитан установил дежурство на палубе и проложил маршрут до порта Нателл.       «Никаких изменений в команде производить не буду, пока не достигнем пункта назначения», — заявил тогда, и матросы, согласно кивнув, разошлись по местам.       Наступил вечер третьего дня, они плыли навстречу закатному солнцу, лучи которого окрасили кабинет в разные цвета. Прищурившись, Энди наблюдал за этим, когда стук в дверь вывел нового капитана из задумчивости.       — Да?       Повернувшись, он увидел высокого блондина лет тридцати с яркими синими глазами. Длинный сюртук и неизменная кожаная сумка вместо чемоданчика с ремнем через плечо — их новый доктор, Леонардо, брат Марии.       — Кэп, я с новостями.       Поднявшись, Энди кивнул, приглашая войти.       — Заходи. Надеюсь, никто не приболел. — Специалистом тот был хорошим, в этом они вскоре убедились. Кроме врачевания, умел плести канаты, ловить рыбу и не чурался физической работы. Хотя и «аристократ», как посмеивался Андре за любовь врача к сюртукам, треуголкам и утонченным образам. Действительно, Леонардо можно было хоть сейчас на прием к королю отправить, вроде он действительно служил раньше у кого-то. Потом решил попытать счастья в море.       — Нет, все здоровы. Я по предписанию ее высочества продолжаю наблюдение за Лариеннелем. И хочу сказать, что эльф уверенно идет на поправку. Его организм восполняет утрату энергии и жизненных сил, которые наблюдались после возвращения с острова, — сообщил тот.       Энди довольно улыбнулся.       — Хорошо. Слышал, у Маркуса понос.       Лео хмыкнул.       — Да, съел несвежий кусок рыбы, который оставил на окне для позднего перекуса. Наблюдаю за состоянием пациента, сейчас нужно восполнить потерю жидкости и, скажем так, довериться природе. Когда будем на месте, капитан?       — Если погода не испортится, то недели четыре.       Голос Энди прервал вопль с палубы:       — Капитан!       «Кажется, накаркал», — мрачно хмыкнув про себя, он пропустил врача вперед и, когда оба вышли, запер кабинет на ключ.       Поднявшись на палубу, он замер на месте и, закрыв глаза, ощутил, как ветер бросает соленые капли в лицо. Море выглядело спокойным, а впереди медленно скрывалось за горизонтом багровое солнце. Ветерок растрепал рыжие волосы, собранные в небрежный хвост, и машинально оправив полы камзола, Энди осмотрелся.       — Что случилось, Эрл? — спросил у дежурного за штурвалом, матроса средних лет из новеньких, нанятых после свадьбы Андре.       — Пиратский бриг на горизонте, — ответил тот, попыхивая трубкой.       Сердце екнуло, но внешне Энди старался сохранить лицо. Теперь капитан он, и встречаться с кем-то из баронов ему не хотелось. Наверняка слухи о поисках сундуков уже распространились, и на хвост «Ласточке» может сесть кто-нибудь из искателей приключений. Сумеют отобрать в бою — добыча, считай, ушла законно, в море быстро «съедают» слабаков.       — Справа, кэп! На восьмидесяти градусах, — вторил ему сидевший в «гнезде» юнга Мартинес.       Подойдя к Эрлу, он вытащил тонкую металлическую подзорную трубу и присмотрелся. На горизонте был едва заметен корабль, но чей он, трудно было понять.       «Наверняка и мы для них незнакомцы. Стоит сохранить инкогнито».       — Меняем курс, впереди будет одинокая скала, обойдем ее с другой стороны, — вытащив из кармана записную книжку с карандашом, Энди быстро рассчитал новое направление. — Руль на десять градусов сейчас и придерживайся этого направления. Сети поднять.       С правого борта действительно бросили сеть, ловили рыбу на ужин. Затем взгляд капитана зацепился за Марию. Девушка замерла у борта корабля, прислонившись бедром к составленным тут ящикам. В руках сжимала глиняный кувшин, нежно прижимая его к груди. Под ногами она ни у кого не мешалась, однако матросы нет-нет да и бросали в ее сторону взгляды. Мария девушкой была симпатичной, с изящной фигурой, которую ещё и выгодно подчеркивало платье. Последнее время девушка ещё и сменила платья с застежкой под горло на фасон с более открытой горловиной, открывающей шею и ключицы. А взгляд девушки был направлен на противоположный от штурвала конец корабля. Посмотрев в ту сторону, сразу можно было заметить интерес единственной девушки на корабле. Лариеннель, вытащив пару бочек, использовал их в качестве опор. Эльф завис в шпагате над палубой. Черные волосы заплетены в косу, а ладони сомкнуты в районе груди. И снова без рубашки, которая белым пятном виднелась рядом с одной из бочек.       — Он так уже второй час, даже не двигается, — проворчал Эрл, когда взгляд капитана остановился на эльфе.       Присутствие на борту эльфа явно лишало остальных возможности как-то обратить на себя внимание единственной дамы.       Внешне Энди остался спокойным, только жилка на шее забилась чаще. Владеть собой, не показывая никому эмоций, — первое, чему учат детей в аристократических семьях, где слезы или смех считаются признаком слабости и невежества. Много времени ему потребовалось на то, чтобы приспособиться к жизни на корабле и отпустить себя. Немало усилий приложил и Андре, один из немногих, кого Энди мог назвать другом. Вот и сейчас, задержав взгляд светло-серых глаз на Лариеннеле, Энди повернулся к Марии, явно выпавшей из реальности, но по другим причинам. Поджал губы.       — Кажется, ты упоминал о необходимости проверить кладовую с тканями и выбрать, какие нуждаются в починке? У нас опять завелись крысы. Плыть еще долго, позови Стивена. Пусть с Марией займутся этим. Заодно посчитают количество ткани. Через две недели проведем полную инвентаризацию запасов, чтобы закупиться в Нателле всем необходимым.       — А как эльф?       Капитан бросил на него удивленный взгляд.       — При чем тут он? Пусть выздоравливает. Медитация крайне полезная вещь, между прочим. Помогает прийти к внутренней гармонии. Особенно если никто не мешает назойливыми взглядами. Позови Стивена.       Почему-то внимание девушки вызывало дискомфорт, мешало, даже… раздражало? Взяв руль, Энди спрятал подзорную трубу и сам начал поворачивать корабль, отдавая приказы другим матросам. Его ровный и спокойный голос никак не выдавал нервозности.       Вскоре справа за бортом показалась темная громада скалы, возможно некогда бывшая островом. Велев одному из матросов смотреть с борта вниз, чтобы не задеть камни, Энди начал маневр, угловым зрением отмечая, как к девушке подходит долговязый Стивен. Многим матросам нравилась «помощница кока» и на кухню вызывались дежурить чуть ли не бегом. Раньше Мария была как напарница Эль, Андре хотел уравновесить гендерную разницу в команде хоть символически. А теперь с уходом принцессы ситуация изменилась.       «Надеюсь, парни решат дело миром. У Марии есть брат, это хорошо, но нет жениха или мужа, что плохо. И кажется, она положила глаз куда не следует».       Лишь когда девушка ушла, явно не слишком довольная новым поручением, Энди успокоился. Он не забывал следить за кораблем на горизонте, но пока смотрящий в «гнезде» молчит, все хорошо.       Спустя некоторое время Лариеннель покинул свой пост. Потянувшись, эльф окинул палубу быстрым взглядом. Отнёс бочки к борту, чтобы не мешали.       Один из матросов, что занимался снастями парусов неподалёку от Энди, сказал с завистью в голосе:       — Мы эти бочки вдвоём еле таскаем, а он один и даже не морщится.       Эльф тем временем накинул на плечи рубашку и ещё некоторое время просидел на палубе, использовав всё ту же бочку в качестве стула. Эти несколько минут он потратил на то, что рассматривал фигуру капитана на фоне закатного солнца.       После того разговора в каюте, когда он в присутствии Владыки, Андре и самого Энди сказал, что рыжий ему нравится, больше этот разговор не поднимался. Эльф старался не докучать Энди, особенно видя, что тот его сторонится. Однако позволял себе вот такие минуты, находясь в стороне, просто наблюдать. Через некоторое время эльф всё же покинул палубу. А где-то спустя полчаса к Энди подошел корабельный врач.       — Извините капитан, но я вынужден обратиться к вам. Дело в том, что Лариеннель перебрался в общую каюту. Однако я считаю данное решение преждевременным. Ему всё ещё необходим покой. Но он меня не желает слушать.       Сверявший направление ветра с компасом Энди нахмурился.       «Вообще-то мне хотелось оставить эту каюту вовсе за ним. Тем более если… Лар хочет обучаться искусству определения направления и управления кораблем как штурман, то отдельная каюта ему полагается по званию».       — Спасибо, Леонардо. Можешь позвать Эрла? Я поговорю с Лариеннелем сам. Ты внимателен. — Отпустив дока, Энди дождался появления дежурного матроса и передал ему управление. К тому моменту «Ласточка» медленно обогнула остров.       — Тут неплохое место, кэп. Рыбы много и можно исследовать окрестности. Может, ребята поныряют? — предложил тот. Энди согласно кивнул.       — Да, вели бросить якорь. Нам нужно еще переждать за скалой, пока не уплывет тот корабль. Сменишься через час.       Им нечасто удавалось побыть наедине, корабль не располагал к подобным вещам, если не проявлять личную инициативу. Обойдя палубу, Энди назначил матросов для рыбалки и ныряльщиков по желанию, проверил снасти. Лишь потом направился вниз, к жилым каютам.       «Хватит оттягивать, даже если основная часть команды в кают-компании. Может, и он там».       Эльф выбрал себе спальное место ещё в начале путешествия, в самом углу. Жесткая койка с тонким матрасом, которую он предпочел гамаку, полумрак. Свет от керосиновых ламп, что размещали на столах в центре, сюда почти не дотягивался. Мешок с вещами под кроватью, на ящике рядом — пара кожаных мешочков и стеклянный флакон, что оставила ему принцесса, кружка и фляжка с водой.       Сам эльф сидел на койке. Он почти не общался с командой и никогда не участвовал в общих посиделках за игрой в кости или карты. В отличие от общительного Анориана, Рин предпочитал быть в стороне. Вот и сейчас, пока остальные не занятые ничем матросы развлекали себя игрой в карты, эльф занимался проверкой своего снаряжения.       «Вот уж парень-загадка», — отметил про себя Энди.       Капитан специально дождался времени ужина, хотел обсудить все наедине, насколько это возможно. И пока готовился, собрал несколько тем, мысленно перебирая их. Почему-то в список незаметно влез другой вопрос, совершенно чуждый его новой роли капитана — «я все еще тебе нравлюсь?» И навязчиво повторялся, пока, открыв дверь, он не заглянул к парням. Большое помещение, сочетавшее места для сна и проведения досуга, помнится, они с Андре внимательно изучили каждый угол, прикидывая, хватит ли всем места. Филин тогда говорил о необходимости для каждого матроса «куда-то приткнуться», а Энди настоял на установке полок и небольших шкафов для личной одежды. В итоге получилось нечто среднее, с гамаками и кроватями, кому как нравится спать.       Раздался звук гонга на ужин, и матросы потянулись к выходу. Энди кивал им молча, пропуская наружу. Знал, что есть эльф приходит в числе последних. Сделал глубокий вдох, пытаясь унять нервозность, и прошел вглубь длинного помещения. Не так давно сам также ютился в углу, с койками на корабле Совиной головы было трудновато, и новичкам просто выдавалось одеяло, а дальше устраивайся где придется. Энди спал в углу или при ясной погоде — на палубе, делая из свернутых канатов что-то вроде кровати. Вспомнив об этом, мысленно поблагодарил провидение за успешную карьеру моряка.       — Лар… — все-таки сбился и мгновенно покраснел. — Надо… поговорить.       «Еще бы Мария не пришла. Последнее время она просто открыла охоту на эльфа. В своей каюте он хотя бы защищен от ее поползновений. Знаю я некоторых женщин. Кстати, в Нателле нужно посетить одно место, Фил упоминал об этом».       Подняв глаза на капитана, эльф несколько секунд просто смотрел на парня. Со стороны могло показаться, что он размышляет, стоит ли выслушать этого человека. Затем кивнул. Отложив с сторону свой нагрудный доспех, у которого проверял целостность креплений, Лариеннель поднялся, сделал шаг к капитану и замер, внимательно на него смотря.       — От меня что-то нужно?       Эти несколько дней, что прошли после произошедшего на острове сирен, эльфа особо никто не трогал. Его не включали в дежурства, не давали поручений. Хотя, пока на борту присутствовала принцесса, Рин, как и все обычные матросы, участвовал в жизни корабля. Плюс были тренировки, которые тоже прекратились с уходом её высочества. Поэтому как минимум он ожидал, что его снова привлекут к повседневным обязанностям команды.       В поведении или словах Лара никогда не было ничего предосудительного и это сбивало с толку. Причем Энди сам не мог сказать почему. Ждал он после… признания каких-то действий или нет, каждый раз внутри что-то отзывалось многоцветными эмоциями. И сохранять спокойствие, даже внешнее, наедине было невероятно трудно. Энди сбивался, бледнел, начинал покусывать губу и редко встречался взглядом, когда сам «виновник торжества» казался верхом спокойствия.       «Ну да, у нас… такие отношения, что я могу подойти только давать поручения».       Внезапно накатило одиночество — с Филом и Эль на борту он чувствовал поддержку и тепло, а сейчас оба в одночасье покинули корабль. Осталась лишь команда.       «Я скоро превращусь в тирана-аристократа, у кого матросы в платьях танцевали на столе и носили напудренные парики? Или увлекусь работорговлей, коллекционируя людей, как Барбосса? Упаси Господь, нет!»       — Со мной говорил Леонардо, наш врач. Сказал, ты не прислушиваешься к его рекомендациям. Я понимаю, для тебя… — сбился на мгновение, затем, подняв глаза, невольно замер в молчании, чувствуя, как пламенеют уши. — Эль оставила свои, но в том и дело, что частью ее же рекомендаций было не трогать тебя, пока ты не восстановишься. И не только физически, но и морально. Другой частью была ее каюта, где ты можешь жить. Я думал заселить тебя туда на постоянной основе, — машинально поправил ворот камзола. — Но если тебе тут удобнее… Просто в каюте есть окно, оно открывается и помещение можно проветрить. Еще уединение. У меня есть сандаловые ароматические палочки, часто использую, помогают крепко спать, могу поделиться. Их много. — «Боже, что я сейчас несу?» — В общем, почему ушел из каюты? Дикки что-то сказал?       Был у них старший матрос Диккенс, из бывших пиратов. Как специалист отличный и товарищ надежный. Но характер! Это, не считая «фаната эльфов» Томаса, кто в числе некоторых раньше положил глаз на Анориана, когда тот был под личиной простого матроса. Андре, конечно, провел с ними беседу, но сейчас его нет, и Энди старался присматривать за эльфом. Через Эрла и других ребят, кого попросил не оставлять Лара одного наедине с ними.       — Нет, — он покачал головой, — никто не говорил. Мне тут удобно.       Часть медитаций и правда было намного удобнее проводить в каюте. Тогда тебя никто не отвлекает, не задает вопросов, не пытается с тобой разговаривать или шутить. Однако был и свой минус. И он заключался в Марии. Все эти несколько дней девушка приходила к нему в каюту как минимум несколько раз в день. Утром и вечером приносила свежую воду и отвары лекарственных трав, которые готовил её брат. И которые он на всякий случай не пил, обходясь теми запасами из личных запасов принцессы. Приносила еду и предлагала помощь во всём, от замены постельного белья чуть ли не каждый день до ухода за волосами.       «У тебя такие густые красивые волосы, такие длинные. Наверное, очень сложно с ними управляться самостоятельно. У меня есть хороший гребень».       И всё это под предлогом заботы о больном. Рин уже начал чувствовать себя почти калекой с такой опекой, хотя благодаря заботе Элениэль прекрасно чувствовал себя уже через день, после того как очнулся. Но не идти же было к капитану с жалобой по поводу чрезмерного внимания девушки. Поэтому он и перебрался в общую каюту, в которой всегда находился кто-то из команды. И в которой, по ощущениям эльфа, было безопаснее, чем в личной.       — Это каюта её высочества. Я привёл её в порядок. Мне здесь удобно, — он кивнул в сторону своего угла. — И я уже в норме. Спасибо за беспокойство. — Уголки губ эльфа чуть дрогнули в улыбке.       «Еще немного, и я превращусь в назойливого опекуна».       Энди стало неудобно за свою настойчивость. Но… явно было что-то еще, кроме чувства неудобства или желания быть с командой.       Причина вскоре обнаружилась сама, вернее, пришла своими ногами.       — Лар, ты тут! Я уже начала беспокоиться, ребята уже…       Резко обернувшись, Энди увидел Марию. Девушка зашла с подносом, на котором стояло несколько тарелок.       — Что это? — строго осведомился рыжий.       Заметив капитана, Мария смутилась.       — Я просто… узнала, что он тут и… думала, плохо себя чувствует.       — Насколько я помню, доктор у нас Леонардо. И кормить с ложки не советовал. Унеси назад. И еще, — что-то в голосе капитана промелькнуло с оттенком металла, и она невольно замерла на месте. — Я уже говорил с тобой о правилах поведения на судне. Сейчас ты одна девушка, и мы не знаем, какого пола будет маг, которого наймем. Поэтому веди себя осторожно. Не надоедай членам команды. Они и так покоя себе не находят, — он выразительно посмотрел на открытую шею Марии. — Сама знаешь, голодной собаке достаточно показать кость, и она бросится. В случае чего, тебя и мой авторитет не спасет. Поняла?       Щеки девушки стали пунцовыми.       — Я… да, просто… — Она глянула на эльфа и замялась.       — Выбрала себе объект для ухаживания? — Энди сейчас был убийственно прямолинейным.       Смутившись еще больше, она кивнула.       — Ну… он свободен и…       — Смею тебя заверить, что твои сведения ошибочны. Надеюсь, этого достаточно? А теперь возвращайся в кают-компанию.       Развернувшись, девушка удалилась. Сказанное явно заставило ее задуматься, а Энди вновь смутился.       «Я словно заявил на него свои права. Мария все поняла, надеюсь, он не совсем».       — А ты… можешь, как устроишься и поешь, подойти в кабинет, — это он уже сказал Лару.       — Я могу сейчас, — тут же среагировал эльф, до этого никаким образом не вмешивавшийся в разговор капитана с девушкой, только с некоторым интересом во взгляде наблюдая за рыжим. Марии, на её взгляд, он только безразлично пожал плечами. Всё это время эльф ни словом, ни действием не дал ей повода решить, что между ними может хоть что-то произойти. Однако Мария оказалась девушкой настойчивой и просто так сдаваться не собиралась. Он аккуратно завернул части своей амуниции в кусок ткани и убрал в мешок, а затем под кровать. Ужинал он всегда после вечерней тренировки. Устраивать себе физические нагрузки с полным желудком было не дело. Так что он просто давно договорился с коком и ужинал на кухне самым последним. А пока жил в каюте, просто оставлял принесённый девушкой ужин на потом и съедал уже остывшим.       — Отлично, идем, — кивнул тот и первым направился к выходу.       После ухода Марии напряжение рассеялось, Энди быстро взял себя в руки, практически вернувшись к былому спокойствию.       В полном молчании они поднялись по лестнице и вскоре уже были возле нужной двери. «Ласточка» выглядела небольшой внешне, но внутри достаточно вместительной. Открыв дверь, Энди пропустил эльфа, краем глаза заметив недовольное лицо Марии. Девушка могла принять вызов и задаться вопросом о некой особе, кому удалось захомутать эльфа.       Не выдержав, рыжий весело фыркнул.       — Да уж, это было бы забавно. Но ты… умеешь обрасти поклонницами даже в море, где с женским полом туго, — улыбнулся, на щеке капитана появилась ямочка. Одна, справа. — Может, стоило сказать, что у тебя дома жена и трое детей? Она слишком назойливая, да?       — Есть немного. Пока на борту присутствовала её высочество Элениэль, ко мне было меньше внимания, — тактично ответил эльф, — и в Альвхейме у меня никого нет, ни мужчины, ни женщины, — ответил он серьёзно, бросив в сторону капитана внимательный взгляд. При этом по выражению на лице эльфа было абсолютно непонятно, воспринял он сказанное рыжим как шутку или со всей серьёзностью.       Пройдя в комнату, Лариеннель остановился у шкафа и, опершись на него плечом, как обычно делал всегда во время их совместных тренировок, что устраивала Элениэль, посмотрел на капитана уже с ожиданием.       Почему-то в небольшом (относительно) помещении, оставшись наедине с эльфом, Энди вновь смутился. Возможно, виноват был их разговор, что свернул не туда, или взгляд Лара, неизвестно. — Тебе не стоит заявлять о своем свободном статусе, в команде найдется не только Мария, кто захочет, скажем так, внимания, — решил все же предупредить. — Когда… когда на борту был его величество под личиной простого эльфа, к нему пытались несколько раз подойти. Если за девушкой ухаживают, то юноше могут сделать предложение и не всегда принимается отказ. Андре разговаривал, конечно, с ребятами, но тогда его величество не был в своем образе. Пришлось ему пару раз дать по морде, — рыжий чуть поморщился. Не любил грубые выражения, но порой приходилось их применять. — Ну, если возникнут подобные вопросы, обращайся. Здесь ничего плохого нет, всякое бывает, тем более в замкнутом пространстве, когда нет доступа к новым знакомствам. Ладно.       «Кажется, слишком много внимания уделяю этому вопросу. Просто Фил предупреждал о Дикки и остальных, что среди них кто-то засматривается на эльфа. А теперь он будет спать вместе со всеми. Хоть как раньше, но Фила нет на борту и Эль тоже».       — Просто сам понимаешь, Фил ушел, и думаю, они вскоре распоясаются. Я приму меры, не впервой, просто чтобы ты знал. С новенькими, кто пришел после свадьбы, проблем не возникнет, а вот старая гвардия, они могут помнить, как были пиратами. — Подойдя к нему, остановился в паре шагов.       Лариеннель пожал плечами.       — У моего народа всё проще. Если тебе хочется развлечений и партнёр нравится, то почему нет? Если ты в ком-то заинтересован, то другие не интересны. Я заинтересован в тебе. — Эльф поймал взгляд капитана, внимательно наблюдая за выражением его лица. За время их знакомства он говорил об этом второй раз. И это был первый, когда они остались вдвоем, без посторонних наблюдателей. Насколько эльф помнил, после первого его признания, Энди сбежал и с тех пор явно старался обходить его стороной. — Остальным могу дать в морду, если слов будет недостаточно.       «Насколько серьезно все это или тоже хочется развлечений?» — хотелось спросить, но усилием воли рыжий сдержался. В ушах шумело, щеки пламенели румянцем, и лишь сделав вдох, он понял, что стоял не дыша.       — Ты… ты говорил это ранее, — свой голос Энди слышал будто со стороны. — Вот почему… отвадил Марию. На корабле полно молодых ребят, большинство из них желают внимания единственной дамы. — Кажется, ответа от него не ждали, но все равно внутренний голос подсказывал быть честным. Что-то мешало решительному отказу, дать понять невозможность их… а что между ними? Мимолетное увлечение?       «Другим в этом плане проще. Даже Дикки с компанией отправится в бордель и оттянется там по полной. Я же проживу с четками в руках, молясь за их души. Потом и вспомнить будет нечего», — мрачно подумалось вдруг. А он стоит рядом и выжидающе смотрит. Такой красивый, Энди мог себе признаться, что смотрел и уже оценил фигуру эльфа. Не зря Мария вздыхала — широкие плечи, сильные руки, наверное они умеют быть ласковыми. А как он целуется?       Закусив губу, Энди усилием воли заставил себя переключиться на текущие задачи. Ведь не выяснять отношения его позвал.       — Я помню. И все в порядке. Сейчас любое мое слово будет не к месту, поэтому, наверное, лучше перейти к основному вопросу, да?       Эльф улыбнулся. В светло-серых глазах капитана он видел смятение. И не услышал, а главное, не увидел отказа. Ему не сказали нет, правда да тоже не прозвучало. Но это не важно. Главное даже не слова, а взгляд. И в этом взгляде эльф многое успел для себя заметить. А в остальном Лариеннель готовился стать одним из воинов личной гвардии Хранителя, и он умел быть терпеливым. Эльф не был таким харизматичным, как Владыка, не умел занимать умы окружающих парой фраз. Никогда не был душой компании, предпочитая одиночество. Однако он умел ждать. И будет ждать, сколько потребуется. Будет просто рядом, пока у Энди не останется сомнений.       — Конечно, — спокойно кивнул эльф, пряча улыбку и ощущая на коже тепло бусины от чёток, что носил под рубашкой, — я слушаю, что ты хотел?       Спокойный ответ без признаков разочарования порадовал Энди. На него не давили, не требовали объясниться, и кажется, что-то прояснилось.       «Сам не знаю, какой реакции ждал. Но кажется, тоже не разочарован. Подобные темы на острие ножа, и любое неверное движение вызывает последствия».       Отойдя к столу, Энди оперся об него.       — Уход Фила меня немного выбил из колеи, хоть я уже был готов к этому. Теперь у нас нет двоих, кто играл ключевую роль в экспедиции. Нужно не только скомпенсировать это, но и решать другие задачи. Ты знаешь о планах Фила? Мы не хотели брать нового штурмана со стороны, когда проще обучить члена команды. Фил сказал, что эльфы чувствуют погоду и легко учатся, в общем, думал незачем держать тебя как матроса, когда ты способен на большее, — он говорил спокойно, но каждый раз, когда встречался взглядом с собеседником, смущенно отводил глаза. — Не хочешь научиться управлять кораблем и строить маршруты? Эти знания потом могут пригодиться на службе его величества, Андре не оставит мореплавание. Мне нужен штурман. Честно говоря, желания назначать кого-то помощником капитана отдельно, кем был я сам, не имею. Ты мог заметить, я вредный, — смущенно потеребил край идеально выглаженной рубашки. — А старпом — это доверенное лицо. Из новеньких выбирать кого-то смысла нет, они мало знают о глубинных целях нашей экспедиции. Поэтому остановился на тебе. Если тебе интересно, освоишь азы управления, навигации и другие премудрости, а дальше посмотрим. Нам плыть долго, Фил обмолвился как-то о пяти годах. Правда, мне такое трудно представить.       — Я не маг. И это моё первое путешествие в качестве члена команды корабля, — на лице эльфа отразилось сомнение. Он воин. Его готовили к службе, чёткому выполнению приказов. Он хорошо ориентировался практически в любой местности, кроме океана. У эльфов практически не было флота. С десяток кораблей, и те в основном торговые.       — Могу начать учиться. Но я о том, что мачты имеют разные названия, выучил вот, — он махнул рукой в сторону, имея в виду последние полгода их путешествия, половину из которых они провели на суше.       — Ты воин, — скорее утвердительно, чем вопросительно уточнил Энди, рассматривая эльфа, словно увидел впервые. — Знаешь, мне, наверное, стоило просто сказать, что хочу поддержки, — смутившись отчего-то, потер щеку. — Направляя корабль в порт, я выиграл время. Ребята устали, пережили стресс и хотят побыстрее остановится где-то, перевести дух. Выпить в таверне, развлечься, написать письма родным. Это сейчас занимает их мысли больше, чем смена руководства. Но потом они зададутся вопросом, куда мы плывем, зачем и кто нами управляет. Андре решительный лидер с крутым нравом, мне в этом плане сложнее. И… сражение с тритонами многое показало. Ребята у нас матросы хорошие, но драться… — теперь уже он махнул рукой. — Вот если бы ты основы морского дела совместил с тренировками, было бы прекрасно. Если… здоровье позволяет. Сам видишь, основная часть команды, кто не дежурит, отдыхает. А брожение опасно вольнодумством. В общем, есть над чем подумать, если я не прошу много, — глянул вопросительно.       На лице эльфа на несколько мгновений отразилось недоумение и вопрос: «А как вы вообще умудрились выжить, будучи пиратами? Как вас свои же не съели?»       Да, часть команды, узнав, что с пиратским промыслом покончено и теперь на мачте будет развиваться флаг Альвхейма, решила уйти. Их отпустили с миром, однако дальше они были сами по себе. Вернуться к пиратам — их выбор, как и наказание, если поймают. Владыка не заступится, и Андре не позволит. Впрочем, многие остались. Привлекло постоянное хорошее жалование. И возможность бывать в эльфийском городе. Франдессаль не столица, и дальше портовой зоны людей, за некоторым исключением, не пускали. Однако не так много кто мог похвастаться, что бывает там постоянно. Тем более что Анориан разрешил только одну команду корабля, набранную из людей. Ради супруга. Правда, от пиратских замашек пришлось отказаться. Владыка не потерпит, и наказание будет ужасным. Особенно когда знаешь, что морской дьявол водит приятельские отношения с правителем Альвхейма. Но в любом случае оставался вопрос — как эти люди могли быть плохими воинами? Впрочем, эльф быстро справился с собой. И кивнул.       — Я не калека, — поморщился он, когда Энди в очередной раз за сегодня усомнился в состоянии его здоровья. Нет, конечно, в определенной мере приятно, что капитан переживает, но эльф был не сахарной девицей, чтобы с ним носились. — И давно уже в полном порядке. Дисциплиной можно заняться. Она хромает.       На этот раз Энди не скрывал своей широкой улыбки, от которой веснушки на щеках и носу проступили ярче.       — Быть пиратом и уметь хорошо драться, например, в поле — разные вещи. От пиратов и моряков требуются несколько иные качества. Я сам неплохой воин, хоть тебе и уступаю, заметил это на острове. И честно говоря, очень рад, что не ранил шпагой, — смущенно умолкнув, продолжил уже другим тоном: — Но мог. Конечно, ты не калека, просто… я знаю темную сторону пиратского мира. И сделал в свое время все, чтобы сохранить внутреннее «я» незапятнанным, как и Фил. Поэтому мы с ним практически братья, даже не друзья, а ближе. Мы братались на крови три года назад, — приподняв край манжеты, обнажил запястье, где на коже виднелся узор татуировки. — Соединение наших имен. «АЭ», только на другом языке. Кто-то может подумать, это любовный знак, на самом деле рисовал один шаман, скрепляя узы не хуже кровных. Интересно, что у Андре знак потом исчез, но подвеску, подаренную мной, носит как замену.       «Мы, кстати, тогда думали, что это связано с Владыкой, но они не были еще знакомы. Все же интересно».       — Драться парни умеют, но не так, как хотелось бы. Нужно заниматься, и дисциплина прихрамывает, ты прав. Значит… займешься, мне делать объявление после ужина? А обучение штурманскому делу, скажем, внесет разнообразие. И будет полезно в будущем. Мало ли что.       «Кажется, это наш самый длинный разговор с момента знакомства. Приятно».       — Быть воином значит быть воином, — не согласился эльф, — и неважно где, в лесу, поле или на палубе корабля. Возьмусь, — он направился на выход из каюты, но уже у дверей обернулся. — До окончания ужина есть время. Как насчёт тренировки?       Во время путешествия, до прибытия на острова сирен, пока на борту была эльфийка, девушка заставляла их заниматься каждый день. Язык, история, культура, причем не только эльфийская, законы, фехтование. С уходом Элениэль занятия прекратились. Сам Рин разминался эти дни в каюте, однако для него этого было мало.       — Спасибо, — отозвался рыжий. Он не думал спорить, помня их сражение на острове. И то потом вспоминая поведение эльфа, понимал, что тот явно дрался не в полную силу. Их опыт и умения вряд ли можно сопоставить, но Эль занималась с каждым на групповой тренировке.       «Я продержался долго и благодаря этому. Все же умею метко бросать ножи и фехтовать, но это требует практики».       — Последний раз ты не помнишь, но чуть не срубил двуручником фамильную шпагу. Кстати, я его сохранил, показать? Люблю оружие и было жаль оставлять. Тем более ты так сжимал рукоять меча, мы со второго раза только смогли вытащить. Может, тебе как раз новая задача, освоить двуручник. — Энди любил холодное оружие. И когда все устаканилось с островом, успел осмотреть трофейный меч и почистить его.       Эльф покачал головой.       — Покажешь после. Идём. И возьми тренировочные клинки.

***

      Следующие три недели превратились для команды в большое испытание. Лариеннель подошёл к поставленной задаче основательно, даже дотошно. Со следующего дня после разговора с капитаном вся команда поднималась с восходом солнца. Эльф строил всех на верхней палубе за два часа до завтрака и заставлял заниматься. За исключением кока, который готовил в это время на всех еду, Марии, потому что девушка, и её эльф не гонял, и тех матросов, которым повезло быть в утренние часы дежурными. Физические упражнения, упражнения на координацию, растяжку, медитация. И только потом завтрак. И это пока без фехтования.       «Купим в порту тренировочные клинки. И включу. Не хочу, чтобы они поотрубали себе конечности», — заявил эльф, наблюдая за страданиями команды над очередным заданием.       В процессе тренировок эльф выяснил, что не все матросы обучены грамоте. Кто-то не умел читать и писать. Поэтому в вечерние часы вместо игры в кости теперь все не занятые работой — учились.       «Вы теперь на службе у его величества Владыки Альвхейма. Соответствуйте».       Алфавит, письмо, история, культура. Здесь пригодилась и девушка, которая имела образование и учила матросов читать и писать. И тоже теперь была занята и стала меньше мелькать перед глазами эльфа. Часть матросов недовольно бурчала, недовольная утренними тренировками, хотя никто не был против вечерних занятий с Марией. В это время сестру караулил брат, заодно следил, чтобы остальные интересовались именно буквами. А ещё Леонардо оказался отличным рассказчиком и передавал знания по истории и культуре, что сам получил во времена учёбы в медицинской семинарии. В мире хоть и существовала целительская магия, но всё же сами маги этого профиля были явлением нечастым. Которые с сильным даром, те в основном были приближены к аристократии, простыми же людьми занимались другие, со слабым даром.       Энди же, можно сказать, попал вдвойне. С утра как капитан, подавая пример. И вечером, пока остальные были заняты ужином. Рину не хватало партнёра для фехтования. Часто к их вечерним тренировкам на палубе присоединялся гном. Барадур прекрасно управлялся со своим топором, внося разнообразие в их спарринги. И заставлял вспотеть даже эльфа, который безнаказанно гонял Энди, как нашкодившего кота. При этом эльф не позволял себе никакой фамильярности по отношению к капитану. Во время занятий он выступал как наставник, но не более. Ни одного лишнего движения или слова, которые могли бы смутить капитана. Словно и не было тех слов о заинтересованности, прозвучавших в каюте.       Тренировался Энди без пропусков и жалоб, в семинарии его приучили к жесткой дисциплине. Ранние подъемы не пугали, он и раньше вставал с рассветом. Заодно атмосфера на корабле неуловимо изменилась. Меньше жалоб и недовольных лиц, притихла даже компания Дикки. Впрочем, до рыжего дошли слухи, как эльфу пытались устроить «темную», и чем это закончилось, неизвестно. Днем несколько часов он выделял для занятий с самим Ларом, начинал с азов — с устройства корабля, как он плавает, за счет чего. Объяснял назначение разных механизмов, подводных в том числе. Стало проще общаться, это даже… огорчало порой. Отступила нервозность, но теперь не было чего-то личного, только работа.       «Странно, не сказал бы, что раньше этого не хватало, может, из-за нашего тогда разговора в кабинете?» — задавался вопросом рыжий по вечерам, пытаясь уснуть под равномерное покачивание корабля.

***

      Так пролетало незаметно время, дни сменялись ночами. В их налаженное расписание вмешивалась непогода — сильный шторм со шквальным ветром, под завывание которого Энди отдавал приказы и день генеральной уборки раз в месяц, не считая трудовых вахт. Тогда вместо тренировки матросы меняли истрепавшиеся после шторма паруса и чистили палубу. Уборка пришлась наутро после шторма, когда обнаружилось, что два паруса «Ласточки» порваны и сломалась мачта.       — Хорошо, есть запасной. Один. Второй придется составлять из обрывков имеющихся, — хмурился Энди.       Шел конец третьей недели, по всем расчетам им плыть еще дней семь.       — Мачту починим, скобы надо ставить, — буркнул Эрл.       — Да.       На часах было шесть утра, когда штормовой ветер наконец утих и матросы, всю ночь бегавшие по кораблю, смогли отдохнуть.       — Слушай, Лар, — подал голос Дрейк.       Он, ещё парочка матросов и эльф сидели на верхней палубе ближе к правому борту и собирали второй парус, ловко орудуя иголками.       — Я вот понять не могу, у вас там в лесу что, все такие?       Эльф поднял глаза на говорившего, вопросительно изогнув бровь.       — Ну вот ты сидишь с нами, штопаешь парусину. Поднимаешь нас каждое утро, едва солнце взойдёт. С нас семь потов сходит, а ты даже не устаешь. Чистишь картошку, сам моешь полы. Живёшь в общей комнате, хотя капитан и назначил тебя своим старшим помощником. Шить тебя что, наравне с маханием меча учили?       Лариеннель покачал головой.       — Нет, вчера Стивена просил. Он научил.       Ребята переглянулись и заржали.       — А почему не Мария? У неё бы лучше получилось… учить, — И снова под дружный хохот. От глаз команды не укрылось, что девушка явно неровно дышит к черноволосому красавцу эльфу и, несмотря на предостережение капитана, не упускала возможности лишний раз оказаться рядом с ним. И то, что сам Лариеннель уже почти мастерски умудрялся избегать этих встреч в ограниченном пространстве корабля.       Лар же только равнодушно пожал плечами. На подколки матросов он не обращал внимания, и начав, они обычно быстро успокаивались, не находя отклика на свои шутки от цели, на которую эти самые шутки были направлены.       — Вот скажи, Лар, тебе наша Мария совсем не нравится? — никак не успокаивался Томас.       — В моем сердце место есть только для двух женщин: сестры и её высочества принцессы Элениэль, дочери Владыки, — спокойно ответил эльф, не отрываясь от своего занятия. Мария уже не раз предпринимала попытку выяснить, кого же имел в виду капитан в том разговоре. Однако от эльфа ей добиться ничего так и не удалось. Он вообще мало разговаривал с окружающими, а вопросы, касающиеся личного, вообще игнорировал. — На внимание Марии не претендую.       И он даже не врал. Рин действительно любил сестру. И был бесконечно благодарен её высочеству. Заодно пытался дать понять в очередной раз остальным, что не является соперником за внимание единственной девушки на корабле. Правда, от внимания самой девушки его это не спасало. А вот то, что его слова дойдут до её ушей, он не сомневался.       «Как там сказал Энди? Может, сказать ей, что у меня дома жена и трое детей?»       — А не женщины? — тут же вклинился с очередным вопросом Том, раз эльф расщедрился на что-то длиннее пары слов в одном предложении.       — А для не женщины ты ещё не дорос, — невозмутимо ответил Рин. — Вот исполнится лет девяносто, приходи, поговорим.       Пока Томас непонимающе хлопал глазами, остальные захохотали. А эльф осмотрелся, ища взглядом капитана. Остальные были заняты уборкой и ловлей рыбы. После шторма на поверхность всплывало много глубоководных обитателей, включая редкие экземпляры.       Энди подошел к ним с очередным куском парусины.       — Мы измерили, это должно покрыть ту дырку. Сделайте заплатку.       Сломавшийся край мачты проделал дыру в одном парусе и разорвал другой. Новый из кладовой уже вытащили, и пока Барадур помогал с ремонтом мачты, ребята занимались вторым, соединяя его, как картинку пазла, из нескольких кусков.       — Если не будет готовой парусины на продажу, придется задержаться в порту, — нахмурился капитан, мысленно подсчитывая убытки. Борта корабля уцелели, уже хорошо. Но десяток бочек смыло с палубы, в них хранилась питьевая вода.       — Эрл! Кто закреплял бочки вчера? Нам плыть еще около недели. Роджер с помощником считает, сколько воды осталось, а сколько вчера пролилось, одному морскому богу известно!       Матросы переглянулись.       — Да это… Маркус крепил, — вспомнил наконец Эрл.       — И где он сейчас? Бросился в море от горя? — иронично уточнил Энди.       — Нет, сломал ногу, его док лечит, — пробормотал тот.       — Что ж, карма уже настигла. Надо еще провести инвентаризацию запасов, ладно, вы пока заканчивайте. Затем надо повесить парус. Металла на борту мало, скобы нужны крепкие, — последнее сказал скорее себе.       Общими усилиями ремонт был закончен через несколько часов. Все работы проводились в процессе движения корабля. «Ласточка», словно не замечая повреждений, резво летела по заданному маршруту. Так закончился день, и второй, а на третий утренняя тренировка была прервана криком смотрящего в «гнезде»:       — Земля! Земля!       — Ура!!! — дружный вопль команды был ответом. Все заулыбались, начали поздравлять друг друга.       И кок устроил себе выходной, велев команде обедать на берегу. Впрочем, так ранее и задумывалось, хотя завтрак все же подали.       К полудню «Ласточка» уже подплывала к пристани, и Энди аккуратно «пристроился» между двумя торговыми судами.       — Бросить якорь! Дежурными на борту остаются Эрл, Винсент и Томас. Остальным — свободное время до пересменки в шесть часов. Лар и Барадур, вы со мной. Надо пройтись по рынку и заказать припасы, — раздав поручения, Энди ушел к себе. Надо было умыться, переодеться и взять список нужного, составленный ранее по итогам проведенной на корабле инвентаризации.

***

      Любой рынок — это галдёж, толкотня, воришки, бесконечные торговые ряды, поделенные на сектора, выступления уличных артистов, запах отбросов вперемешку с запахом жареных пирожков лоточника. Рынок в портовом городе — это всё то же самое, но больше. Если приправить всё это жарой и солнцепёком, получится небольшой локальный ад.       Лариеннель, облаченный в кожаный доспех, шел рядом с капитаном. Матросы с «Ласточки» ещё на пирсе пытались шутить над эльфом, но, как обычно, не смогли преодолеть его молчаливую невозмутимость. Единственное, что он не взял с собой, — свой клинок. Зато толпа на рынке обтекала эльфа, словно не решаясь лишний раз толкнуть или создать какое-то препятствие. Местные воришки, пару раз получив по рукам, тоже отстали. С торговцами сразу договаривались о доставке купленного на пирс, где пришвартован корабль. Гном отстал от них ещё по дороге, завернув в оружейные ряды.       В темно-синем камзоле ниже колен и треугольной шляпе с пером Энди шел рядом. Небольшая сумка, прикрепленная к поясу, кожаный ремень через плечо, высокие ботфорты. В левой руке капитан держал платок, внутри которого находился небольшой тканевый мешочек с вышивкой и ароматическими травами.       Пару таких успела сделать Эль, и один достался рыжему на день рождения. Он поражался разносторонним талантам принцессы. Девушка умела шить, отлично вышивала, готовила снадобья, разбиралась в магии и так же умело обращалась с оружием.       «Такого мага нам не найти конечно», — вздыхал про себя Энди, то и дело прижимая руку с платком к лицу. Это отлично помогало от возможной заразы и неприятных запахов.       Они прошлись по рядам, где можно было встретить буквально все: солонину, свежую (и не очень) рыбу, овощи и фрукты. Энди то и дело сверялся со списком в записной книжке, зажатой под мышкой. Наконец, закончив с продовольствием, свернули в текстильные ряды, где капитан надолго задержался, выбирая прочную парусину для корабля. Еще нужны были рубашки, брюки и другая одежда, сменная для команды, постельное белье. За полгода плавания многое износилось и пришло в негодность. А еще погрызли крысы.       — Нам нужен кот. А лучше — два. Думаю, их тут можно достать, — заметил Энди.       Торговка, отмерявшая для них отрезы разных тканей, оживилась:       — Это хорошо, что вы берете не только готовое, но и полотно. Видно есть кому шить. А насчет животных, их продают дальше, в соседнем секторе. Там разной животины полно. И на убой, и, может, коты найдутся. Ходят слухи, что к нам в Нателл пожаловал сам дракон! — Полная женщина довольно улыбнулась. Энди улыбнулся в ответ.       — Думаете? Торговля идет бойко, может, и придет, — при этих словах он почему-то глянул в сторону эльфа, стоявшего рядом. — Насчет пошива — да, это не проблема. Нам еще нитки с иголками. И вот этот рулон хлопка. Берем весь. — «Хлопковые рубашки лучше. Их стирать, может, и не проще, зато ткань прочнее и дольше сохраняет вид».       — Лучше кур, с десяток. И зайти в магическую лавку, — отметил эльф, за время путешествия по рынку впервые сказав хоть что-то.       Все переговоры с торговцами вёл капитан. Эльф же, если к нему обращались, просто ограничивался скупыми жестами. Даже если когда что-то покупал, просто указывал на интересующую его вещь и расплачивался не торгуясь. В их сторону то и дело бросали заинтересованные взгляды. Не то чтобы люди совсем не видели эльфов, однако этот народ был здесь не самым частым гостем.       «Насчет одежды еще хотелось бы кое-куда заглянуть».       Кроме обычного рынка, был здесь у Энди свой знакомый портной. Он шил на заказ и продавал вещи качеством выше, чем простые рубахи и штаны для матросов. В таких местах Энди брал себе камзолы с другой одеждой. — Заглянем к Адамсу, — полгода большой срок, почему-то захотелось приодеть и эльфа. Сейчас тот мало отличался от простых матросов, разве что доспехом. — Думаешь, куры умеют ловить крыс? У Совиной головы был кот, правда однажды сбежал и мне попало, я тогда отвечал за него.       — Куры дают яйца. И потом их можно пустить в суп. От крыс в лавке возьмём зелья, — невозмутимо ответил эльф, на ходу ловя за руку очередного воришку, пытавшегося залезть в сумку к капитану. Послышался едва заметный хруст, и парень, болезненно вскрикнув, тут же скрылся в толпе, как только эльф его отпустил. — Веди.       Приятно удивленный, Энди согласно кивнул.       «Да, наверное, он прав. Хотя за курами тоже нужен уход и место в трюме».       — Ты ловко их ловишь. Сам стараюсь держать кошель поближе к телу, так сказать. И не хожу один на рынок, легко попасть в неприятности, особенно вечером.       Осмотревшись, он тронул эльфа за рукав, показывая, куда свернуть. Вскоре они покинули открытые лавки и остановились у отдельно стоявшего дома с вывеской.       — Повезло, сегодня у Адамса рабочий день. Впрочем, он всегда открывает, когда видит корабли на пристани. Цены выше, но мы можем себе это позволить, зато качество отличное. Мои камзолы и жилеты Фила, его кожаные штаны, вот эти, тоже его работа. Рядом обувной мастер, к нему тоже заглянем.       С этими словами Энди решительно потянул на себя дверь из светлого дерева, украшенную резными узорами. Тихонько звякнул колокольчик, оповещая об их прибытии. Рыжий с другом всегда «отоваривались» впрок, имея проверенные места в каждом портовом городе. Кроме вещей общего пользования, брали для себя, когда финансы позволяли. А сейчас, на полном обеспечении Владыки, тем более можно себя не ограничивать.       Стойки с разными костюмами, добротная мебель из темно-красного дерева. На полках лежали разные предметы одежды, и кроме них, из посетителей никого не оказалось. Встретила гостей приятная женщина лет пятидесяти, в чепчике и белоснежном переднике с карманами.       — О, Энди пришел! Вспомнил о дядюшке Цинци!       Подойдя ближе, рыжий галантно поцеловал ей руку, вызвав веселый смех.       — Да ладно, сам же знаешь, мне чужды светские манеры. Кстати, вот как совпало… — умолкнув, она задумчиво оглядела юношу. — Интересное совпадение.       — Какое? Лар, знакомься, это тетушка Аманда, супруга Циммера Адамса. Они вместе занимаются пошивом на заказ. Тетушка, это Лариеннель, мой зам, — представил их Энди.       Увидев эльфа, женщина восторженно ахнула.       — Какой красавец! Все же вы совсем другие, неземные создания. И фигура отличная, сразу видно — дружишь с мечом и физической работы не чураешься, — цокнула языком, обойдя пару раз вокруг эльфа. — Да, очень приятно! Эти тряпки, кроме доспеха, стоит сжечь! Они недостойны касаться прекрасного тела.       Покрасневший Энди нервно спрятал платок в карман.       «Совсем забыл ему сказать, что тетушка совершенно беспардонная».       Эльф учтиво кивнул. На восторг женщины не отреагировал, оставшись всё таким же невозмутимым. Вообще за время путешествия Энди видел хоть какое-то смущение на лице эльфа только однажды, при разговоре с Владыкой, когда сам же рыжий и стал инициатором тогдашнего разговора. Сейчас же была заметна лишь лёгкая ирония в зелёных глазах. И вопрос, когда эльф посмотрел на капитана.       «А нам точно нужно было сюда приходить?»       На что тот молча кивнул: «Да».       Почему-то Энди был уверен в необходимости «украсить» Лара или показать его индивидуальность. Чем здешние портные ему нравились, так это умением сделать уникальные вещи по предпочтениям клиента. Не стандартное, а то, что именно ему подходит. Свои камзолы и сюртуки Энди в основном заказывал тут и еще в одном месте, столице Кератона.       — Кстати, твой прошлый заказ готов, сейчас Джеймс принесет. Помнишь, оставлял перед отплытием? А вы, пожалуйста, дайте снять мерки. — Вытащив специальную ленту, она начала порхать вокруг Лариеннеля не хуже феи, пока сын женщины, мальчишка лет пятнадцати, не принес объемистый сверток, аккуратно обмотанный светло-коричневой бумагой.       — Ты можешь сказать, какой именно камзол хотел бы или укороченную куртку, такие Фил любит. Для холодной погоды в самый раз, и вообще удобно. Тут разные вещи шьют. Остаётся лишь материал выбрать, к нашему отплытию успеют, — заметил Энди.       Действительно, кроме готовых изделий, в лавке можно было увидеть зарисовки возможных моделей, сделанных по последней моде разных королевств, включая Альвхейм.       — Конечно, эльфы у нас редкие гости, но пару раз были, — с гордостью отметила Аманда. — Так, мерки готовы, что шьем?       — У вас есть рубашки разных фасонов и размера, уже готовые. Можно их померить, точно возьмем, — отозвался Энди. Рубашек мало не бывает, пусть будут «навыпуск», из более качественного материала и сшитые лучше.       Эльф обвёл взглядом помещение. Тёплый плащ у него есть. Костюм, если возникнет необходимость официального визита куда-либо, тоже. Обновить повседневные рубашки?       Взгляд остановился на полках. Эльф молча подошел и, выбрав пару простых рубашек и обычных черных тканевых штанов, положил вещи на прилавок.       — Это. И куртку. Непромокаемую. Всё.       Было одно, чего эльф, не имеющий опыта мореплавания, не учёл. В дождь или шторм, когда необходимо находиться на верхней палубе, ему не помешала бы верхняя одежда, защищающая от влаги. Также быстро выбрали ткань для пошива куртки и определились с ее длиной, пока Энди запихивал их покупки в кожаную сумку с лямками, которую взял с собой. Отсчитал монеты из кошелька, и вскоре они вышли на улицу. В обувной пробыли недолго, Энди взял башмаки на каждый день.       «Он предпочитает простоту, но в этом есть своя прелесть. В высшем свете оценили бы».       Рыжий с интересом наблюдал за спутником, ведь за полгода совместного плавания они почти не пересекались. В основном по инициативе самого капитана, чувствовавшего неловкость после признания.       — О, вот магическая лавка, — вспомнив, куда хотел сам Лар, Энди потянул его за рукав, когда справа показалась разноцветная вывеска.       В лавке эльф взял зелья на основе чернокорня и его же в виде засушенной травы вместе с кориандром, чистотелом и ромашкой.       Далее они зашли ещё в книжную лавку, где Рин набрал несколько учебников, в том числе по грамматике, карандашей и бумагу для письма. Кинул монетку мальчишке-доставщику, чтобы доставил покупки на корабль. В той же лавке с зельями и лекарственными травами Энди оставил зельевару список Леонардо с доплатой за быструю доставку. Задержался в книжной, взяв несколько томов, запас писчей бумаги, перья и чернила. Этого добра ему, любителю писать, всегда мало. Нашел пару интересных книг. Все это тоже отправилось в сумку.       Следующим пунктом была та часть рынка, где продавали живой товар.       — Найти бы еще мастера, чтобы сделал новую мачту. Скобы вещь хорошая, но поломка уже есть. Это скажется при сильном ветре, — размышлял вслух. — А вечером, если не против, составишь мне компанию в таверне? Встретиться надо кое с кем насчет мага. Таких специалистов с улицы не возьмешь, нужно порасспрашивать. Конечно, такую талантливую, как ее высочество, нам не найти, но и совсем без мага не обойтись. Было бы прекрасно нанять ифрита или дракона, но… — вздохнул. — В тонких материях лучше эльфов никого нет, но они, то есть вы, редкие гости в портовых городах, — смутившись, он умолк. — Ифрит — это огонь. Драконы небо на корабль не променяют, — отозвался эльф, сворачивая в узкий проулок между торговыми палатками, чтобы срезать путь.       Впереди раздавались характерные звуки мычания, ржания и кудахтанья. Да и запах навоза становился всё более отчётливым. Хотя, казалось бы, сделать здешний воздух хуже невозможно.       Маг на корабле, особенно стихийник, — это несомненный плюс. Торговые корабли эльфов без мага, специализирующегося на воздухе или воде, почти никогда не покидали порт. За исключением войны, когда всех магов задействовали в защите леса.       — Я знаю, но они и маги талантливые, согласись? — ощутив новую волну «амбре», Энди вытащил свой платок. — Кстати, ее высочество и тебе вышила мешочек с травами. Стоило прихватить, для подобных случаев лучший вариант, — показал свой, обернутый платком для надежности. — Слышал, у Веселого Роджера на борту есть козы и даже корова, он не может без свежего молока. Но и корабль там вдвое больше нашего, конечно. Да и сложно представить корову на «Ласточке».       Идя следом за эльфом, Энди старался не наступать на грязь и не спотыкаться. Рин слегка пожал плечами. Эльфу, похоже, царившие вокруг ароматы неудобства не доставляли, либо он просто мастерски этого не показывал.       Попав в ряды с разнообразной живностью, он быстро осмотрелся и уверенно направился вглубь. И уже через несколько минут они стояли у клеток, откуда шел птичий гам. Эльф указал капитану на торговца, мол, иди договаривайся.       — Вам куриц? У нас есть индюки и гуси, если желаете! — с готовностью отозвался тот, показывая клетки.       — Нам десяток куриц, обычных, с одним петухом. Самых простых, желательно неприхотливых к качке, — прикинул Энди, рассматривая обитателей клеток. — Несущих яйца, не на мясо. Ведь есть разница в породах?       — Да, мистер, вы разбираетесь, — одобрительно кивнул продавец. — Такие меньше по размерам. Вот тут десяток несушек с петухом есть, — он вытащил клетку, внутри которой рыжий действительно рассмотрел птиц. От темно-коричневого до белого оттенка, с петухом, выделяющимся размером и более ярким оперением. — Сейчас заберете или доставить?       — Доставить. Корабль «Ласточка». Сколько?       Отсчитав ему монеты, Энди вернулся к эльфу и только потом догадался спросить:       — Ты, наверное, посчитаешь меня идиотом, но все-таки спрошу: а чем мы их кормить будем? Надо что-то дополнительно взять?       Лариеннель кивнул и невозмутимо указал на торговца. Того же самого. Следя за выражением лица капитана, эльф даже позволил себе лёгкую улыбку. Отчего-то смутившись, Энди отвернулся, наблюдая, как торговец ловко пересчитывает монеты.       — Нам еще… запас того, чем кормят кур. Зерно?       — Да, есть специальный корм, но вы можете разнообразить им меню, давая хлебные крошки или зерна пшеницы. Куры неприхотливы, едят и червячков, и мелких морских гадов. Вот. — Тот скрылся в глубине палатки и вскоре вытащил пару больших мешков килограммов на двадцать пять.       — Давайте три штуки, — экономить не было смысла, Энди сам не знал, когда они достигнут следующего портового города, все перевалочные пункты еще перед отплытием отмечали с Андре на карте, прикидывая расстояние и количество припасов.       «Еще надо набрать воды и не откажусь где-нибудь перекусить».       С обеда прошло часа два, и рыжий успел проголодаться. Конечно, есть на рынке Энди не собирался, но если пройти дальше в городок, найдется пара подходящих мест.       Пока капитан общался с торговцем и обеспечивал будущий суп кормом (чего, кстати, эльф не понял, так зачем им столько зерна, недели две и можно отправлять пернатых в кастрюлю кока), Рин заметил впереди загоны с лошадьми. И как только Энди закончил, направился в ту сторону.       Лошадей Лариеннель любил. В Альвхейме были свои табуны, эльфийские кони ценились во всём мире и никогда не продавались за пределы леса. Для эльфа конь был в первую очередь другом, а друзей, как известно, не продают. Хотя многие обещали за них золотые горы, однако мало кто знал, что эльфийские скакуны сами выбирают себе хозяина.       Не успели они подойти к загонам, как ещё дальше, в глубине рынка, раздалась громкая брань, привлекая к себе внимание.       — Скакуны хорошие, с юга, — отметил Энди, когда они подошли ближе, но продолжить не успел.       Чьи-то громкие голоса раздавались откуда-то сбоку, за загоном со свиньями. Заинтересовавшись, капитан пошел туда и через десяток метров увидел большой помост, перед которым столпилась группа заинтересованных лиц:       — Не сомневайтесь, ваше превосходительство, товар отменный! И стоит своих денег. Сто золотых прошу за одного, сто! Ну да, красавица дешевле будет, но тут уже дело вкуса, знаете ли. От красавиц один толк, постель согреть, а здесь мастера на все руки!       Изумленно замерев, Энди сглотнул комок. Нет, они искали такие места, чтобы выручать несчастных бедолаг-эльфов, таким было желание Андре, тем более Гедеон выступал против продажи разумных созданий. Холодок по спине пробежал по другой причине, и остановившись, он машинально схватился за руку эльфа.       — Ваше… превосходительство, — повторил чуть слышно. — Господи. Сто золотых за одного… Кого там продают ему? — повернул голову, и их взгляды встретились. Изумление, шок, затаенная боль и много что еще промелькнуло в серых глазах капитана.       Эльф, шедший рядом с капитаном, осмотрелся. Деревянный помост, возвышающийся над землей примерно на полметра. Несколько вооруженных человек на самом помосте и ещё двое дальше. Разношерстная толпа перед помостом. В глазах рябит от цветных одежд и драгоценностей. На самом помосте несколько крепких, но измождённых человек в грязных драных, грубых робах с верёвками на шее и кандалами на запястьях и щиколотках. Среди людей особо выделялся один. Слишком низкорослый для человека, широкий в плечах, почти квадратный, с черной бородой, начинающейся почти от самых глаз, сейчас спутанной и грязной. На оголённых плечах были заметны следы плетей. Он зло смотрел на собравшихся перед помостом. За спиной охраны виднелось деревянное ограждение загона. Сбоку от помоста с отдельных охранником стоял ещё один гном. Щерил зубы и плевался в сторону толпы, за что тут же получил плетью.       — Работорговцы, — резюмировал увиденное эльф. Ставрия, страна, в которой торговля невольниками разрешена законом. Тут можно попасть в рабы за очень многое. Некоторые добровольно продавали себя в рабство, решая какие-то свои проблемы. Сюда свозили живой товар разбойничьи шайки, что не гнушались подобным заработком. При желании на здешних невольничьих рынках можно было найти много кого. Вот, как оказалось, даже гномов.       Энди всегда болезненно реагировал на это, не мог видеть страдания людей, эльфов и любых других разумных созданий, которых против воли продавали словно неживой товар. Шагнув ближе, сжал плечо эльфу.       — У нас хватит денег выкупить их? Я стараюсь экономить, в том сундуке было достаточно монет, а еще драгоценности. Свобода бесценна, — тихо произнес он, зная, что чуткий эльф услышит его. Не зря Андре шутил по поводу острых ушей и не слишком благозвучного обращения «ушастые» в народе.       К счастью, помост они видели только один, и спустя пару минут, взяв себя в руки, рыжий выпрямился. Прищурившись, осмотрел немногочисленную толпу желающих.       — Кого они там зовут превосходительством? — пробормотал под нос.       — Сто монет? — раздалось в ответ, и Энди вновь замер, узнавая.       — Антонио… — сжав плечо Лара сильнее, внезапно отпустил и быстрым шагом направился туда.       — Не всех, — ответил эльф.       Два гнома — это уже две сотни золотых, люди, вероятно, будут дешевле, однако непонятно сколько их. Тех, кто находится в загоне, не видно. Возможно, если бы Андре по старой привычке не раздал найденное золото команде, им бы и хватило.       Опустив взгляд на руку, кончиками пальцев коснулся места, где только что лежала ладонь капитана, и, вздохнув, последовал за ним.       Решительно прорвавшись через немногочисленную толпу зевак, Энди увидел высокого мужчину в темно-красном дорогом камзоле и шляпе с пышными перьями. Плащ, выглядывавший сзади край ножен и голос не оставляли сомнений.       — За сколько отдашь двоих гномов? — лениво поинтересовался покупатель. Он единственный стоял впереди, ближе к помосту.       — С каких пор ты решил заняться работорговлей, братец? — звонкий голос Энди легко перекрыл гомон толпы. Обернувшись, тот удивленно поднял брови, и теперь можно было заметить фамильное сходство. Черты лица, манера речи, даже стиль одежды и шпага в ножнах выдавали родство между ними. Пусть свое оружие Энди и оставил на корабле. Не носил в подобные места, предпочитая обходиться кинжалами.       — Эдмунд? — хмыкнул названный Антонио мужчина. — Какая встреча. Я слышал, ты в монахи подался. Извини, руки не подаю, не то место, — демонстративно вытащив из обшлага рукава платок, приложил к лицу. — Кто это с тобой? О, эльф! Слышал, вы переметнулись к лесному Владыке, видимо, это правда. И много платит?       Остановившись рядом, Энди кивнул в сторону помоста.       — Зачем тебе гномы? С каких пор ты покупаешь… покупаешь рабов? — ему было физически трудно произнести это.       — А что тебя смущает? — рядом с Антонио встал один из его прихлебал, настоящих друзей у брата Энди не было. — Ты ж пират, — сэр Фейльмут скривил губы в презрительной усмешке. — И без нас должен знать как это работает. Сейчас, под крылом лесного Владыки, с промыслом стало попроще? — от глумливой улыбки мужчины невольно передёргивало. — А сколько слухов-то было, что главный у эльфов пиратов терпеть не может.       Антонио не спешил останавливать своего дружка, с ехидной улыбкой на лице наблюдая за младшим братом. Рин же, подойдя, окинул присутствующих холодным взглядом и встал за спиной капитана. Поза эльфа со стороны казалось расслабленной, однако опытный взгляд сразу мог заметить, насколько тот собран и, словно хищник, готов среагировать молниеносно.       — Я не разрешал вам фамильярность в отношении себя, Фейльмут! — строго одернул его Энди. — Вне зависимости от расстояния и рода занятий, я остаюсь аристократом. Придержите язык, иначе будете отвечать по всей строгости!       Простолюдинам, даже достигшим каким-то образом рыцарского звания, запрещалось панибратское обращение к представителям знати. Обычно Энди не проявлял высокомерия, но здесь очень хотелось стереть наглую ухмылку с лица оппонента.       Названный по фамилии хотел было ответить, но был остановлен взглядом Антонио. До него явно дошло, что фамильярность с родным братом — это шаг к неуважению его самого.       — Да, ты поаккуратнее с выражениями. Но хоть сэр Фейльмут слегка забылся, суть уловил верно?       — Не совсем. Я уже не пират, а морской офицер, капитан судна, как ты верно отметил, принадлежащего эльфийскому Владыке. Но оставим разговор обо мне. Что ты собрался делать с… теми, кого здесь приобретешь? Король Гедеон запретил работорговлю. И если о твоих действиях узнают, про пост можешь забыть.       Старший Фонтейн с интересом глянул на эльфа за спиной брата.       — Свои планы я знаю. Что тебе с того?       Энди сделал вдох, пытаясь успокоиться. Молчаливое присутствие Лара очень помогало. Пусть эльф не произнес ни слова, но явно излучал уверенность и силу.       — Вы за сколько готовы отдать всех пленников, что имеете? — повернулся Энди к торговцу, до этого стоявшему в стороне. — И сколько их всего у вас?       Антонио хмуро перебил брата:       — Не надейся, гномы мои! Остальных бери сколько хочешь.       Торговец замер, но Энди кивнул ему.       — Я жду вашего ответа, уважаемый.       — Эм… у меня здесь два гнома и пятеро людей, в основном мужчины до тридцати. Будут хорошими работниками.       Антонио нетерпеливо перебил его.       — Гномов забираю.       — Нет, — возразил Энди.       Братья замерли друг напротив друга, буравя взглядами. Атмосфера сгустилась.       — Не уступлю, — буркнул Антонио.       — Не тебе решать. Сколько за всех? — Энди глянул на торговца.       Тот вывел весь «товар» на помост и торопливо промямлил:       — Триста золотых. По двадцать за человека, гномы каждый по сто. Работники хорошие, здоровые. Этот кузнец, — кивнул на худого обросшего мужчину, стоявшего первым. — Этот плотник. Зубы будете проверять? Энди чуть не передернуло, но усилием воли он сдержался.       — Торговаться не собираюсь.       Антонио тем временем вытащил мешочек:       — За гномов.       — Плачу триста двадцать! — тонким от напряжения голосом вмешался Энди.       — Сдались же тебе эти гномы, — удивленно хмыкнул старший брат. — Сказал же, мое! Триста сорок! — Триста пятьдесят, и кстати, вы не можете продавать ему рабов. Антонио де ла Фонтейн мой брат. Он гражданин Кератона, король Гедеон против работорговли. Он потребует аннулировать сделку и отправит людей даже сюда, чтобы вы вернули деньги. Ведь мой брат их берет из казны, — заметил Энди.       Лицо торговца вытянулось. Он явно слышал о мерах короля Кератона против работорговли.       Впрочем, замешательство торговца продлилось недолго. Затем он улыбнулся:       — Хорошая попытка, уважаемый, однако король Кератона не имеет здесь власти и ничего не сможет сделать. Меня закон моей страны защищает, и купленный товар — это купленный товар. А кем — это уже не моё дело. На своей территории сами разбирайтесь. А продавать я его могу кому угодно, кто платит, — его улыбка стала ещё шире. — Господин, я отдам вам обоих гномов за четыреста монет, — обратился он к Антонио, явно пользуясь ситуацией.       Мужчина слегка поморщился, но достал мешочек:       — Здесь пятьсот, и пусть твои люди доставят их в особняк, мой человек вас проводит.       Затем посмотрел на брата с лёгким презрением во взгляде.       — В отличие от тебя, братец, я в личных финансах не ограничен. Как, вероятно, ты забыл, но это не я сбежал из дома и лишил себя всего, — хмыкнул он.       Эльф, стоявший за спиной капитана, положил ему руку на плечо, останавливая.       — Торговец прав, здесь законы Кератона не действуют, — произнёс он шепотом, наклоняясь к самому уху Энди, — нужно другое решение.       — Какое именно? Можно предложить больше, но мне не хочется потакать жадности работорговца. Сильное желание укоротить его ровно на голову, — признался Энди так, чтобы слышал только Лар. — Так странно. В финансах как раз наша семья была ограничена, чтобы легко разбрасываться подобными суммами. Отец наделал долгов, и кредиторы постоянно приходили в поместье. А теперь братец спокойно швыряется золотом. Что-то здесь нечисто.       Он нервно покусывал губу, лихорадочно пытаясь найти решение. Перебить цену? Можно, конечно, вот только много с собой не взяли, и Фил раздал большую часть монет из сундука ребятам, на которые они сейчас будут гулять в порту. Конечно, есть личные накопления самого Энди, и кое-что осталось в сундуке, но сколько им плыть, кто знает? Нынешний капитан был экономным, ему претила мысль о бесконтрольных тратах. Хотя… «Свобода бесценна, это да, но я отвечаю за команду сейчас». Он посмотрел на эльфа. Тот пожал плечами. Лар семью капитана не знал, как и уровень их благосостояния. Да и сколько времени Энди отсутствовал? За эти годы многое могло измениться. Но угрожать торговцу бесполезно, он здесь в своём праве. А если продолжать в том же духе, то уже может появиться повод обратиться к страже, но уже в их отношении. Отдавать золото, выделенное на обеспечение экспедиции, тоже не вариант. Капитан мог, конечно, пожертвовать личные сбережения, но торговец уже принял деньги от его брата, чем заключил сделку.       Мужчина и правда с довольной улыбкой прятал мешочек с монетами и уже отдавал распоряжение касаемо купленного товара.       — Людей выкупать будете, господин капитан? — обратился он к рыжему. — Учитывая обстоятельства, по тридцать золотых за каждого. — Мужчина довольно быстро разобрался в мотивах покупателя, чем беззастенчиво пользовался.       «А может… откуда он так много знает обо мне? Разве только был завербован кем-то из пиратов, кто хочет обойти законы Кодекса? Вот у кого финансы действительно не ограничены».       Тем не менее от решения освободить хотя бы людей Энди не собирался отказываться.       — Хорошо, мы их забираем, — разозленным или уязвленным он не выглядел. Скорее задумчивым. Ум лихорадочно перебирал варианты, пока руки отсчитывали золото.       Наконец сделка была завершена, и велев отвести людей на «Ласточку», Энди повернулся что-то сказать эльфу и увидел брата. Тот стоял поодаль, явно не торопясь покинуть рынок. Ждал? Застегнув сумку, младший Фонтейн направился туда.       Антонио улыбнулся вполне благожелательно, когда брат приблизился, словно ничего не случилось.       — Энди, если тебе так нужны гномы, мы можем обсудить это. Вечером, за ужином в моем поместье. Я приобрел здесь дом пару лет назад и приезжаю по делам. Он через два квартала отсюда, на пригорке. Видишь светлую крышу? — Повернувшись вправо, он показал куда-то позади себя.       Действительно, дальше береговой линии у подножия горы находились жилые дома. Среди них выделялся светлой крышей особняк на два этажа.       — Подходите к шести. Вдвоем. Вижу, ты, как и раньше, не любишь ходить на рынок один. Это разумно, карманников много. Там все обсудим, и кто знает, может, сумеем договориться. Мы же родня. — И не дождавшись ответа, не спеша удалился.       — Он явно положил на тебя глаз, — отозвался рыжий (его брат был с каштановыми волосами), когда оппонент удалился настолько, что не мог их слышать. — Зачем-то Антонио нужны гномы и теперь эльф. В этом явно замешаны пираты. Уж слишком отец любит играть в карты и на скачках, чтобы разбогатеть за те несколько лет моего отсутствия. Но… если придем, может, удастся что-то придумать? Те гномы, их ждет печальная участь, если не вмешаться. И дело вовсе не в моем желании отыграться, — он нервно мял в руках платок, чувствуя под пальцами мягкие бока мешочка с травами. — Ладно, вернемся на корабль. Надо проверить купленное и о пленниках позаботиться. Возможно, они жители ближайших селений, и мы сможем просто вернуть домой. Люди обычно попадают в рабство из-за долгов, если мужчины. Их продают отцы или они сами. Деньги уплачены, значит, претензий больше нет.       Эльф неопределенно дернул плечом. Как-то комментировать произошедшее он не стал, лишь проводил задумчивым взглядом спину неспешно удалявшегося старшего брата капитана. Дальнейшая судьба выкупленных людей ему была безразлична. Сам эльф не стал бы с ними возиться. Как рабы они не нужны, а если они добровольно ушли в рабство или за какие-то проступки, то через некоторое время почти все из них снова окажутся на этом помосте. Ведь среди этих людей могли быть те же проигравшиеся в карты или кости, воришки или ещё какой сброд. Поэтому, по мнению эльфа, без выяснения причин это бесполезная трата денег. Но это личные средства капитана, и он сам решает, куда и на что их тратить. Ведь, с другой стороны, наткнись сам Лар так на сородича, тоже предпринял бы меры по его освобождению.       А вот на корабль действительно пора было возвращаться. Нужно обработать трюм зельями, чтобы избавиться от крыс, пока «Ласточка» находится в порту.

***

      Район города, в котором Антонио де ла Фонтейн приобрел себе особняк, можно было назвать районом средней руки. Дома здесь находились близко друг к другу, во многих на первом этаже ютились лавочки торговцев. Основные улицы были всё ещё достаточно широкими, чтобы могла проехать повозка, однако с широкими мостовыми центральной части города им уже не тягаться. В переулках между домами вполне можно было лишиться где кошелька, а где и жизни. Некоторые дома ещё имели задний дворик.       Энди было над чем подумать. Пока шли обратно, пока принимали доставленную провизию, оборудование и материалы. Рыжий не знал, стоит ли говорить Барадуру о судьбе его сородичей, но может гном подскажет что дельное. Скрывать информацию подобного рода, касающуюся других, капитан не любил. Хотя, когда они вернулись, гнома еще не было на борту, значит, решение вопроса откладывается.       Попросив принести чая и пару булочек в кабинет, Энди сел за судовой журнал, в котором отражал всю информацию об их экспедиции. Отдельно в другой книге — финансовые операции. Документы важны, тем более с момента перехода под крыло Альвхейма и полное финансирование от них. Эрл с остальными принимали купленное. Провизией занимался Роджер с помощницей Марией, травы и другие ингредиенты забрал Леонардо. Вещи эльфа Энди тоже отдал, вытащив из сумки, когда вернулись.       — Да уж, — хмыкнул Диккенс, заметив пятерых грязных похудевших мужчин среди купленного.       — Велено дать вымыться, дать одежду и выяснить, откуда они, чтобы помочь с возвращением домой, — спокойно ответил ему Стивен, выслушавший приказы капитана. — Бедолаги. Тебя ведь тоже так продавали, а, Дики?       Тот усмехнулся.       — Всякое было. Я и в борделе работал. Нет, не тем, о ком вы подумали, придурки! Охранником, — сам улыбнулся под смех коллег.       Время пролетело незаметно, и вечером Энди долго стоял перед своей коллекцией оружия. Думал, что взять дополнительно к двум кинжалам, спрятанным в ботфортах.       «Шпагу будет видно, с другой стороны, она фамильная. И мой талисман. Пусть думает, что хочет».       Начищенная до блеска, она висела в кожаных ножнах, изготовленных на заказ. Прочные, удобные, не привлекают внимания. Помедлив немного, расстегнул пояс под камзолом и заменил его другим, чуть шире, со внутренней стороны которого были спрятаны небольшие кинжалы.       Оружие всегда придавало уверенности, и вскоре надев камзол с дорожным плащом сверху, рыжий вышел на палубу, где уже ждал Лар. Эльф решил пойти с ним, хотя капитан ясно обозначил намерения своего брата относительно парня. Хотелось спросить о причинах, и пока шли по извилистым улицам, Энди решился:       — Ты все-таки пошел за мной. Почему? Сильно рискуешь, Антонио явно присматривался именно к тебе. Скорее всего устроил новую пакость, ты можешь пострадать.       — Просьба её высочества, — ответил эльф.       Действительно, когда его согласились взять на борт «Ласточки», было условие — что он будет опекать капитана «Ласточки» во время экспедиции и охранять от различного рода угроз. Капитан сменился, но ведь и имён не прозвучало. Тем более что об Андре в Альвхейме есть кому позаботиться, а вот оберегать нового капитана ему хотелось даже больше. Но не говорить же об этом Энди? Тем более в записке принцессы, которую он нашел, когда пришел в себя уже на корабле, было небольшое напутствие.       «Если чувствуешь, что твой путь верен, то иди за своим сердцем, Рин».       Вот он и шел молчаливой тенью за своим капитаном, надеясь, что когда-нибудь увидит в серых глазах отражение своих чувств.       Почему-то такой ответ принес небольшое разочарование, причины которого сам Энди не мог объяснить.       «А что я хотел? Все понятно, приказ есть приказ, ничего личного».       — Понятно. Будь осторожен, если что-то предложат съесть или выпить — вдвойне. Хотя нас всего двое. Наверняка Антонио не захочет возиться. Моему брату чужды законы морали или собственного достоинства. Ради своей выгоды на все пойдет, но не думал, что он смешает имя нашей семьи с откровенной работорговлей! Хотя что мне-то жаловаться, бывшему пирату? — иронично хмыкнул над собой, невольно коснувшись эфеса шпаги, украшенной семейным гербом.       Перед выходом он оставил записку Эрлу, которую нужно было передать гному, когда тот вернется. И напутствие: «Если мы не придем через два часа, найдите гнома и отдайте ему послание». Доверия к родственнику не было никакого, и Энди постарался оставить пути отступления на всякий случай. Правда все равно надеялся, что до банального убийства брат не опустится, тем более зная о новом владельце «Ласточки». С лесным Владыкой никто не хотел ссориться, особенно после известий о победе эльфа над магом.       — Я учту, — коротко отозвался эльф.       Свой доспех на что-то другое он менять не стал. Хотя, в отличие от капитана, никакого оружия при нём не было видно. Небольшой нож на поясе. Собственно, и всё.       В любом случае, если Энди прав, взять себя в плен живым он больше не позволит. Но его задачей было убедиться, что жизни капитана не будет ничего угрожать. И потом всё же это семья. У самого Лариеннеля были немного напряженные отношения с семьёй, но он и представить себе не мог, чтобы кто-то из родственников целенаправленно попытался бы лишить его жизни ради сиюминутной выгоды.       Дальше они шли в молчании, каждый думал о своем. У железной калитки Энди остановился. Рука сама нащупала крест под рубашкой       — Ну, с Богом, — пробормотал себе под нос и решительно зашел внутрь.       Их встретил один охранник в неприметной одежде. Увидев гостей, только кивнул и показал на входную дверь. Конечно, это поместье нельзя было сравнить с родовым гнездом семьи Фонтейн. По размерам, архитектуре, да и по месту расположения оно заметно уступало. Однако и тут Антонио смог устроиться с комфортом — ухоженный сад, слуги, даже дворецкий, открывший дверь. Вот и сам хозяин, уже в другой одежде, менее официальной, — рубашка с кожаным жилетом, штаны и высокие сапоги. Шляпы нет.       — Доброго вечера, братец, — спускаясь по лестнице в холл, он доброжелательно улыбался.       «Насколько действительным будет мой план? Заявились вдвоем, может, зря? И Лар пострадает».       Пока, отвлекшись на кого-то из слуг, хозяин дома отвернулся, Энди сжал руку стоявшего рядом эльфа. Нервозность и ощущение опасности никуда не делись, а наоборот, настойчиво шептали о ловушке. Казалось, он даже видит фигуры спрятавшихся за колоннами людей.       — Четверо… или пятеро. Один под лестницей, — прошептал едва слышно.       «Надо вынудить его показать гномов. Но как? Сказать, что у нас есть их соплеменник? Предложить больше денег? Вряд ли Антонио интересует золото».       Он коротко сжал руку капитана в ответ, затем отпустил.       — Семеро здесь, — поправил эльф, — четверо на крышах соседних зданий, с арбалетами. Ещё пятеро в саду. Как минимум трое в соседнем помещении, — эльф, в отличие от капитана, говорил не скрываясь. Впрочем, внешнему спокойствию Лариеннеля можно было позавидовать, он перечислял возможных противников так, словно речь шла не об опасности, а о количестве гостей на ужин.       — Может, сразу начнём с того, ради чего вы нас пригласили?       — Как много народа ты расставил по ключевым местам, брат. Или… мне не стоит уже называть родственником человека, кто встречает меня подобным образом? Для убийства хватило бы только одного. Даже приятно, что ты так высоко оцениваешь нас, — хмыкнул Энди, когда хозяин дома переключил внимание на нас.       — О чем ты, младший? Это предосторожность от воров. Слышал, может, прошлой ночью ограбили дом кварталом ниже? — ответил тот спокойно и, спустившись, чинно поздоровался. — Что вы на пороге стоите, проходите. Не познакомишь? Вижу, спутник один, довольно хорош собой. Не ожидал, что ты обзаведешься таким эффектным любовником.       Антонио явно хотел смутить, но Энди и ухом не повел.       — Для тебя, наверное, будет новым понятием дружба, да? Ведь ты с детства не имел никого, кто бы искренне захотел быть рядом. Не ради выгоды или получения денег. Впрочем, это лирика. Ты позвал нас с конкретной целью, не хочу обременять прислугу накрыванием стола. Может, сразу расставим приоритеты? — говоря, он невольно погладил то место, где раньше касались теплые пальцы эльфа.       Антонио привел их в зал с камином и несколькими диванами. Чуть поодаль стоял обеденный стол.       — Ну почему же, друзья у меня имеются. И возможно, в похожей сфере, где ты работал, младший, — хмыкнул тот, ничуть не обидевшись на подначку. — Тебе по-прежнему нужны гномы с рынка? Оба или один? Особые предпочтения? Эльфа уже не хватает? — Он плотоядно улыбнулся, пройдясь оценивающим взглядом по фигуре Лара.       Энди инстинктивно сделал шаг вперед, отвлекая внимание на себя. Хотелось защитить его от откровенно похотливых намеков.       «Он всегда был жаден до всего запретного. Женщины, девочки, мужчины. Не удивлюсь, если опустился до насилия. Не хочу, чтобы Лар даже мимолетно соприкасался с этим миром, откуда я сбежал когда-то».       — Странно, ты ведь сам купил их за приличные деньги, а теперь отступаешься? Почему?       Эльф же даже ухом не повёл. Все слова и взгляды старшего Фортейна отскакивали от него как мелкие камешки от каменной стены. Рин словно и не замечал похотливого маслянистого взгляда, которым мужчина на него смотрел. Он критично осмотрел помещение, в которое их привели. Окна здесь были только с одной стороны, зато два, и больших. Как и дверей, как минимум три. Через одну они вошли, и ещё две напротив, ведущие скорее всего в разные помещения.       Подойдя к тяжелым портьерам окон, дернул за удерживающую их в собранном виде верёвку. Тяжелая ткань с легким шелестом закрыла одно окно. То же самое он проделал и со второй.       — Предосторожность. От воров. — После чего встал рядом с капитаном так, чтобы в поле зрения попадали все двери. В диалог с хозяином поместья он больше не вступал.       — Моя цена — он, — Антонио кивнул в сторону эльфа. — Взамен можешь забирать коротышек, даже обоих. Смотри, какой я щедрый, ради брата ничего не жалко, — отойдя к столу, налил бокал вина из графина, стоявшего там же. — Будете?       Энди решительно покачал головой.       — А можно увидеть гномов? Может, ты их убил уже или отдал кому, — капитан говорил спокойно, не давая и малейшего повода заподозрить его нервозность или степень заинтересованности.       Отлепившись от стола, Антонио прошел мимо Лара, почти задев его плечом. Очень близко, мимоходом оценив крепкие мышцы и расслабленность.       — Прекрасный экземпляр. И где вы таких берете?       — Гномы, Антонио, — напомнил Энди.       «Он слишком уверен в себе. Должен показать. Тем более заранее озвучил их как цену».       Ожидания рыжего оправдались — осушив бокал, Антонио хлопнул в ладоши, и вскоре в комнату ввели гномов, закованных в крепкие кандалы. Конец цепи держал высокий, мускулистый детина раза в два шире Лара в плечах. Рин проводил мужчину внимательным взглядом. Как именно он воспринимал сложившую ситуацию, сказать было сложно. На невозмутимом лице эльфа не отражалось никаких эмоций, впрочем, Рин их особо никогда и не проявлял, с одинаковым спокойствием чистя картошку, штопая парус или гоняя по палубе членов их экипажа на утренней тренировке. Похоже, тем смятением, которое было заметно при освобождении от пиратов, было выполнением его нормы на несколько лет вперёд. Даже то, что капитан не отказался от предложения брата сразу, а потребовал показать «товар», словно и правда раздумывал о подобном исходе, никак не отразилось на зеленоглазом оплоте спокойствия.       Сам Рин капитану доверял. Гномы им были абсолютно не нужны, и насколько он уже успел понять рыжего, влез тот в эту конфронтацию с братом лишь из-за собственных убеждений.       — Как видишь, живые и вполне… гхм, здоровые твои коротышки, — хмыкнул старший Фонтейн, не сводя взгляда с эльфа. — Все же тебе повезло, несостоявшийся монах. С эльфами связался, их Владыка тебе даже одного доверил. Наверняка вечерами не скучаете. Или держишь на голодном пайке? Я бы не смог. Ну что, меняемся?       Казалось, Антонио действительно уверен в их сделке. Он был максимально расслаблен, явно в своем праве.       «Надеюсь, Лар не подумает, что я собрался заключать сделку? Надо было убедиться во всем, увидеть гномов».       Хотелось переглянуться с ним, хотя бы взглядом передать свою идею, но эльф в основном смотрел по сторонам, игнорируя хозяина дома. Почему-то это успокоило Энди.       — Нет. Я сюда пришел за гномами и торговаться не намерен, — отступив на шаг, он вытащил шпагу. — Бросаю вызов, братец. Перчатки при себе нет, но этого думаю, будет достаточно? — кивнул на свою шпагу.       Антонио хмыкнул.       — Ты серьезно? В доме полно моих людей. Может, твой эльф и силен, но он один. И умения хорошо фехтовать здесь явно недостаточно. Впрочем, если настаиваешь, отказать не могу как представитель знати. Но для дуэли нужна причина.       — Она есть. Оскорбление, — не растерялся младший Фонтейн. — К барьеру!       Мужчина неуловимо изменился. Вместо расслабленного кота, лениво рассматривающего гостей как неосторожных мышек, перед ними через секунду стоял опасный противник. Шагнув к стене, где на столешнице лежала его шпага, старший Фонтейн вернулся уже вооруженным.       — К барьеру. Посмотрим, чему ты научился у пиратов.       Две фамильные шпаги, похожие словно близнецы, встретились спустя много лет. Отличались только инициалы на эфесах, видимо сделанные по именам владельцев       — Только выйдем во двор, здесь места маловато.       Опустив свою шпагу, Антонио первым направился к двери. Энди — за ним. Понимал, тогда все усилия эльфа защититься от «воров» будут тщетными, но иного варианта нет.       Эльф, последовавший вслед, отстал на шаг. Проходя мимо гномов, он окинул сопровождающего их охранника внимательным, оценивающим взглядом и, ухмыльнувшись, быстро нагнал братьев, чувствуя настороженный и злобный взгляд охранника в спину.       Старший напал сразу, едва они вышли на ровную площадку. Шпага так и мелькала в руках, не давая ни секунды передышки. Казалось, Антонио обладал преимуществом, но сначала слегка растерявшийся Энди вскоре начал возвращать утраченную было позицию. Рыжий действовал скупо, пресекая выпады брата, и вскоре старший начал осознавать, что разница между ними если и была, то явно осталась в прошлом. Перед ним уже не юнец, покинувший дом одной темной ночью с котомкой и шпагой в руке. Энди оказался достойным противником, хотя брат не уступал ему. Почти. И это «почти» вскоре начало чувствоваться.       Со стороны танец двух фехтовальщиков казался произведением искусства, оба, как партнёры в танце, ловко перемещались по площадке. Антонио в «честном» режиме хватило ненадолго. Выждав несколько минут, он начал агрессивными выпадами теснить противника к центру, где вымощенные камнем ступеньки вели к постройкам. Наткнувшись на край первой, Энди чуть не споткнулся, острие шпаги брата промелькнуло буквально в миллиметрах от лица, но в последний момент рыжий увернулся.       Рин напряженно следил за ходом дуэли. Эльфу очень хотелось вмешаться, но этого делать было нельзя. Хотя, сойдись старший Фортейн в схватке с ним, всё уже закончилось бы. Невольно дёрнулся в желании сделать шаг вперёд, когда Энди споткнулся, но с усилием заставил себя замереть на месте.       Он почти не анализировал свои движения в такие моменты. Казалось, тело действует само, без прямого участия мозга. Оставалась лишь задача — одолеть противника, но не убить. Энди стремился загнать брата в угол и, разоружив, добиться сдачи. Секунды отсчитывались ударами шпаг, со звоном встречающих друг друга. Клинки словно пели дуэтом, узнавая «собрата», ведь ковались вместе когда-то в одной кузне и одним мастером. Отец подарил троим сыновьям по шпаге как знак их принадлежности к семье.       — Столько прыти, младший, ради двух коротышек, — фыркнул Антонио, увернувшись и делая очередной выпад.       Энди ловко отбил его и вскоре начал теснить брата к стене дома. Атаки сменялись корокими паузами, затем снова серия выпадов. Он не реагировал на подначки, скорее напоминая разогнавшийся снаряд, который вначале набирает высоту, иногда останавливается, а потом, поймав волну, несется быстрее ветра. Вот ловкий удар разрезал серую ленту и рыжие волнистые пряди рассыпались по спине. За полгода волосы существенно отросли, и капитан пока не планировал стричься. Еще выпад — и Антонио сердито стирает каплю крови от легкого пореза на щеке. Ему все труднее уворачиваться. Еще серия выпадов, и шпага со звоном падает на землю.       — Вот и все, Антонио, — коснувшись острием шеи замершего брата, Энди остановился напротив. — Шутки кончились.       Он выглядел непривычно серьезным, даже суровым. В серых глазах виднелся стальной блеск. Подняв руки, Антонио криво усмехнулся.       — Да, ты отточил свое мастерство, младший, признаю. Но в следующий раз буду сражаться трезвым и легко не победишь, — быстрое движение, почти незаметное, всего лишь сжал пальцы правой руки в кулак, словно в жесте поддержки.       А через пару секунд Энди боковым зрением мог заметить сверкнувший солнечный блик на лезвии клинка. Тихий звон, и к ногам капитана подкатился арбалетный болт. И в ту же секунду сильная рука дернула его за шиворот назад. Рыжий почувствовал, как мягко ударился спиной об кого-то. На краткий миг его обняли сильные руки в знакомом доспехе, а ладонь эльфа скользнула по груди капитана, ныряя под камзол, чтобы ловко вытащить у него из-за пояса кинжал, который серебристой рыбкой улетел куда-то в район крыш. Раздался едва слышный хрип и следом звук падающего тела.       — Ещё один на крыше правее, — бросил эльф, уже отступив от рыжего и становясь рядом. В его руках зажат одноручный клинок. Любимое оружие Лариеннеля, которое он не брал с собой, когда они покидали корабль.       А тем временем охрана Антонио взяла их в широкое кольцо, обнажая оружие. Пятнадцать человек, и это не включая того, кто охранял гномов. Плюс арбалетчики. Один, про которого уже сказал эльф, и ещё двое неизвестно где.       Сердце застучало, отдаваясь неясным гулом в ушах, когда на миг, какой-то миг, оказался практически в объятиях. Почему-то хотелось продлить это мгновение, но в следующую секунду он вновь остался один, чудом не уронив шпагу (сказалась привычка). В голове только мысль: «Как догадался, где у меня находятся кинжалы? Их не видно со стороны, даже если близко подойти ко мне. В этом суть. Видимо, он внимателен». И почему-то это смущает. Неужели эльф так пристально изучил его фигуру?       Пока мозг обдумывал одно, тело все еще в движении: левой рукой достав второй клинок, Энди молниеносно бросил его в указанном направлении, и вот очередной хрип и снова звук падающего тела.       Странное дежавю, заодно как приятно видеть серьезное лицо брата, он точно не ожидал подобного исхода. Но уверенность в себе не исчезла — выпрямившись, Антонио небрежно бросил:       — Сдавайся, Энди. Моих людей все равно больше. Оставь эльфа и уходи. Гномов можешь забрать, твой законный трофей. Нас больше, если с тобой что-то тут случится… отец все равно считает тебя пропащей душой, хоть не вычеркнул с семейного древа, скажи спасибо!       Сделав шаг в сторону и повернувшись, Энди встал спиной к Лару, так они могли видеть всех противников.       — Не дождешься, — поглядывая по сторонам, он пытался вычислить местоположение оставшихся двух арбалетчиков, но пока не удавалось.       «Будем быстро перемещаться, труднее будет в нас попасть. Но все равно нужно убрать их».       А вот сейчас Лариеннель бы не отказался, чтобы капитан согласился и ушёл. И на душе было бы спокойнее, знай он, что Эдмунд в безопасности. А он…       Взгляд зелёных глаз внимательно пробежался по противнику. Хорошее вооружение, качественный, хоть и не однотипный доспех. Не пираты, но и не личные люди старшего Фортейна. Скорее всего наёмники. Пятнадцать человек, однако он бы справился. Копейщиков среди них нет, всей толпой одновременно действовать не смогут, будут скорее друг другу мешать. Ему бы второй клинок или щит. Есть ещё арбалетчики, вот они могут доставить проблем.       Помощи ждать не приходится. Стража не явится, по стечению обстоятельств, конечно же, патрулируя в другой части района. Люди в соседних домах тактично не обратят внимания, предпочитая не вмешиваться в дела господ.       Предчувствуя азарт схватки, эльф улыбнулся. И кое-кто из наемников невольно вздрогнул. Их было больше, а стоявший напротив противник спокоен как скала и улыбается, во взгляде обещание смерти. Это несколько даже жутко. Почему нет страха, где паника в глазах? Их всего двое, а нападающих в семь раз больше.       Ладонь крепче сжимает рукоять клинка. За спинами воинов появляется ещё один. Сэр Фейльмут вскидывает арбалет. Мягкий шаг в сторону, чтобы заслонить капитана от арбалетчика. Арбалетный болт, пойманный голой рукой на лету.       — Быстр, — довольно оскалился старший Фортейн, — взять их, эльфа ранить, но не убить.       — Арбалетчика, — успевает бросить эльф, прежде чем звенит сталь, встречая клинки врага. На зелёную траву сада льётся кровь, и первый наёмник оседает на землю.       «Значит, он готов опуститься НАСТОЛЬКО низко, чтобы убить собственного брата в своем же дворе руками наемников? Я тогда не ошибся, решив сбежать от такой семьи. Впрочем, надеюсь, третьему брату повезет больше и к нему относятся лучше».       Энди скривился, во рту чувствовалась горечь. Все же, хоть постоянно отрицал это в разговорах с Андре, он был идеалистом. И наверное верил, что живущие где-то родственники вспоминают о нем с хорошими мыслями. И ждут домой, что когда-нибудь он сможет если не вернуться, то наведаться в гости, помня о своих корнях. Впрочем, от фамилии отказываться Эдмунд не собирался, она досталась от деда, которого капитан очень любил, и служила не меньшим талисманом, чем шпага и кольцо. Именно дед заказал им шпаги и придумал узоры на эфесе. И именно мысли о нем, огненно-рыжем, бешеном по характеру и очень веселом, непредсказуемом человеке, придали сил. Пользуясь замешательством противника, капитан быстрым движением отправил шпагу в ножны и перевернул свой пояс, открыв десяток отличных метательных ножей, прикрепленных легкими ремешками. С ходу бросил два, убирая двух противников — двое мужчин, те, схватившись за шеи, с хрипом осели на пол. А затем началось веселье. Стараясь не мешать эльфу, рыжий выгадал момент и, перемещаясь, оказался близко к каменному вазону с розами. Прыгнув на него, открыл себе обзор, и третий нож нашел свою жертву — усмешка на лице ближайшего прилипалы брата сменилась изумлением, затем он повалился назад с клинком в груди.       Рин подхватил клинок своего первого врага. Не эльфийский, к которому привыкла рука, однако второй меч эльфу был нужен не атаковать. Он использовал его, отражая вражеские атаки, когда чуть изогнутый эльфийский клинок тихо пел песню смерти. Эльфийская сталь проходила сквозь вражескую плоть словно нож через подтаявшее сливочное масло. Звон, чужая сталь выбивает искры из трофейного клинка, и тут же второй обрывает чужую жизнь. Увернулся от атаки, нападавшие больше мешают сами себе. Взмах. Брызги крови оседают на эльфийском доспехе, и ещё один наёмник, лишившись головы, отдаёт душу на суд своим богам. Третий, пятый.       А затем к ним подоспела помощь. В виде тех самых двух гномов, ради которых они сюда и явились. Крепкие коротышки даже в рваных робах были серьёзными бойцами. Чуть неуклюжими из-за коротких клинков вместо любимых топоров в руках, но всё равно не менее смертоносными. Особенно когда враг не ждёт удара в спину.       Больше удачного момента бросить нож не выдалось, и дальше Энди отражал атаки уже со шпагой и другими подручными средствами. Укрыться за тем же вазоном от бегущего здоровяка, охранявшего ранее гномов, встретить атаку другого противника комом земли в лицо. Через несколько минут напряженной схватки он начал уставать. В коротких паузах между атаками пытался отыскать фигуру брата, но тот исчез, оставив наемников с гостями. Нежданную помощь капитан принял с радостью, тем более свои действия гномы сопровождали крепким матом, явно возвращая сполна за все мучения, что пережили в плену. На подобных рынках бравые бородачи действительно были редкими птицами. Ни один уважающий себя гном не проиграется в карты и не продаст сородичей за звонкую монету.       Энди полагал, что они были захваченными пленниками, ставшими живым товаром не по своей воле. Пусть им, как кораблю уже Альвхейма, вменялось спасать эльфов, попавших на рынок в качестве рабов, но к гномам лесной Владыка относился уважительно. Поэтому вряд ли осудил бы попытку Энди вытащить их.       «Хотя свою операцию все равно продумал не слишком хорошо», — заметил про себя, когда сражение на поляне закончилось. Все стихло так же внезапно, как началось, и можно было подсчитать потери. Первым делом Энди подошел к эльфу.       — Ты в порядке?       Эльф кивнул. Окинул капитана внимательным, изучающим взглядом. Едва заметно снова кивнул. Бросил на порядком истоптанную землю позаимствованный клинок, свой же вытер об штаны одного из убитых. После чего клинок в его руках мигнул и растворился в воздухе, освобождая эльфу руки.       — Пора уходить.       — Брат, как всегда, умеет вовремя уйти! А еще обвиняет меня, — отыскав свой дорожный плащ, Энди надел его и краем аккуратно вытер лезвие шпаги. Лишь после этого вернул клинок в ножны. — Идемте, друзья. Объяснимся потом, сейчас нужно быстрее вернуться на корабль. Вряд ли хозяину дома понравится случившееся. И тому, кто хотел вас приобрести.       «Потому как моему брату гномы вряд ли нужны. Заставить их работать против воли невозможно даже насилием или шантажом. Значит, поставлял кому-то другому, и это нехорошо».       — Надо было встретиться кое с кем сегодня, ладно. — Махнув рукой, он окинул бывших пленников взглядом и, убедившись, что оба в порядке и без цепей, кивнул.       Вскоре вся компания быстро покинула территорию поместья и растворилась вечерних сумерках.