Мой Темный айдол

      Все вокруг было очень зеленым и очень живым. Все шелестело, пело, чирикало, свистело, хлюпало и стрекотало. Над головами беглецов с Альзы раскинули кроны огромные деревья. Под ногами росли мхи и травы. Вокруг бурно тянулись к свету кустарники и всяческие заросли.       — Какой ужас! – сообщил Дариель, озираясь по сторонам и пытаясь вытрясти насекомых из штанины. Путники всего пять минут назад выбрались из голема и большинство уже отчаянно хотело обратно. – Нас обманули. Это точно НЕ ПОДХОДЯЩИЙ мир.       — Это же лес, а ты – дриад. Разве ты не должен быть в восторге? – удивленно спросил Румаи. – Я думал все твои собратья обожают чащобы.       — Умник нашелся. – надулся Талья, — Ты вот, например, темный эльф. А запихни в настоящее Подземье, не пять метров от поверхности, а вот прям, чтобы кромешная вековая тьма – сколько ты там протянешь?       — Пожалуй в истинном Подземье – недолго… — вынужден был согласиться шаман, в жизни не видевший настоящего подземного мира с его ловушками и монстрами.       — Именно. При этом ты — полуэльф. У меня дриадом был хорошо, если пра-пра-дедушка. – напомнил алхимик.       — К счастью жить мы тут не планируем. – ободрил Талью Элиас, — Отдохнем немного и дальше. Проводники дали координаты следующей Щели между мирами. Она откроется через шесть дней.       — Шесть дней торчать тут? – ужаснулся Эсте. Этот потомок дриад тоже не жаловал лес. И лес в лице жалящего куста его тоже не обожал — юноша неловко задел какие-то листья. Кожу больно кольнуло. Рука стеклодува почти мгновенно покрылась алой сыпью и начала зудеть.       — Тебе нужна помощь! – забеспокоилась Ирма. – У нас же остались целебные зелья?       — Обычное не поможет. А вот из этих двух растений можно сварить противоядие. – сообщил Дар.       — Ты же раньше не видел здешних растений. – заметил шаман.       Талья отмахнулся: — Не важно. Я смотрю на растение или минерал и понимаю, какие его свойства, когда и как его надо собирать и готовить.       — Что-то вроде готовой инструкции? – догадался аракаи.       — Да, очень удобно. – Дар уже выкапывал специальной лопаточкой нужные травы. Все же возиться с растениями он любил. Но только с теми, что в кадке или на грядке, а не в диком лесу.       Полевая лаборатория была развернута в кабине голема. У Эсте к тому времени поднялась температура и сыпь покрыла половину тела. Его устроили в пещере Ясминии и отпаивали водичкой. Румаи по просьбе Дара то и дело проведывал кузена и докладывал беспокоящейся Булочке о его состоянии. Сам алхимик не мог отойти от котелка с эликсиром.       Вскоре противоядие было готово. Дариель осторожно споил его Эстебалю и тот уснул мирным сном. Температура постепенно начала спадать, сыпь побледнела. Но Талья предпочел сварить несколько дополнительных порций – для продолжения лечения и на случай, если на тот же вредный куст напорется кто-то еще.              Ирма ощущала себя крайне неловко. Она очень беспокоилась за Эсте и почти не отходила от него в пещере Ясминии, но, когда все же выходила наружу – местный воздух был ей вполне приятен. Насекомые не жалили ее и не докучали. Растения не обжигали и не царапали, как остальных.       «Словно сам этот мир проявляет ко мне странное дружелюбие.» — подумала девушка. – «А вот к остальным Каталорна весьма враждебна».              Румаи издали ощутил приближение нескольких дюжин чужаков. И сразу подал знак прятаться в пещеру. Беглецы столпились под каменными сводами – под защитой драконицы.       — Снова корпорация?! – не на шутку забеспокоился Бьяру.       — Нет, похоже, что местные. – сообщил шаман.       Вскоре на полянку перед пещерой высыпала толпа аборигенов – крупные, довольно мускулистые, с зеленой кожей и белыми волосами, в одеяниях из грубой ткани и звериных шкур, с украшениями из дерева и резной кости. Вооружены местные были копьями и луками.       — Примитив. Ничего опасного. – заметил Элиас.       — Если нападут – легко справимся. – согласился аракаи.       Но каталорнцы не спешили атаковать. Напротив, завидев пришлых, они начали перешептываться. А потом и вовсе пали ниц, вопя: — Сейда! Сейда!       — Что здесь происходит? – осторожно уточнила Ирма.       — По-моему – они смотрят на тебя. – прокомментировал Дариель.       — Они что – мне ПОКЛОНЯЮТСЯ?! – не поверила девушка.       Но ее сомнения мигом развеялись, когда один из аборигенов – в самом ярком и богатом одеянии и при украшением в виде медной круглой пластинки с камнями — все же перестал ползать ниц, а поднялся и поклонился: — Великий день! Ты явилась к нам, богиня Сейда. Теперь все горести отступят. Воистину благословенное время. Слава небесам и Сейде!       — Вы что-то напутали. Меня зовут Ирма и я точно никакая не богиня. – отозвалась альзенка, на всякий случай прячась за спины спутников.       — Мы были предупреждены, что ты вернешься, не помня себя и с другим именем, но пророчества не лгут. Ты точно богиня Сейда. – отозвался каталорнец, — Я – твой верный верховный жрец Гинун – не мог не узнать твой лик. Час назад нам был подан знак о твоем появлении и указано это место. Прошу, пройди в наш город и благослови свой народ, который заждался тебя. Сменилось много поколений и много лун, но мы чтили твои заветы и верили…       — Мы тут проездом. И благословлять я не умею! – Ирма ощущала себя растерянной и смущенной. Этакой самозванкой, которую по ошибке приняли не за ту, кто она есть. Спутники смотрели на девушку с живейшим интересом – словно впервые видели.       — Я понятия не имею, о чем они! Что мне делать? Они же не уйдут. – с отчаянием спросила Адарро.       — Можно заглянуть ненадолго в город – а то как-то неловко. Скажешь народу, что рада всех видеть, благословляешь, желаешь счастья и повелеваешь жить хорошо. А потом вернешься. За Эсте я присмотрю. – осторожно предложил Дариель.       — Эти ребята говорят искренне. – согласился Румаи, — И угрозы я не ощущаю.       — Хорошо. Я схожу с вами! – сообщила Ирма каталорнцам, чем вызвала целую бурю восторгов. Они принялись радостно вопить и еще интенсивнее биться лбами о землю.       Было решено, что в поселение местных отправятся, помимо «Великой богини» — Румаи и Бьяру. Элиас останется сторожить лагерь, а Дариель – присматривать за Эстебалем. Хинсу – пойдет с шаманом, а Ясминия – станет оберегать лагерь. Такой расклад всех вполне устроил.              — Местные духи тоже говорят, что ты богиня. Они помнят твое лицо и твою ауру с прошлого появления триста лет назад. – сообщил шаман по дороге в город.       — Мне двадцать с небольшим, а не триста с лишним! Я тут не бывала. – насупилась Ирма.       — Реинкарнация богини! – предположил Бьяру с живейшим интересом. – В городе наверняка и статуи в твою честь имеются.       — Хмпф… — мрачно фыркнула девушка в ответ на эти слова.              Статуя имелась. В пять метров высотой. Из чистого прозрачного камня, хотя кристаллов такого размера просто не бывало в природе.       — Точная копия! Только волосы длиннее и одежды в древнегреческом стиле. – прокомментировал увиденное Румаи.       Изваяние поражало грозной и величественной красотой.       — Я бы, пожалуй, сейчас поверила, что богиня, но у меня нет божественных сил. – отозвалась Ирма. Весь город ликовал. В нее бросали лепестками диковинных цветов. Люди то падали ниц, то бежали следом и улыбались. Кто-то молил о благословении. Местным стражам пришлось окружить троицу, чтобы богиня и ее спутники могли беспрепятственно достичь храма.       Храм, как и большинство строений в городе, был частично из искристого синего камня, а частично из прочной обработанной особым составом древесины. Деревянные крыши на прочных сваях. Окошки «застекленные» грубыми ажурными кусками прозрачного минерала, соединенными воедино металлической оплеткой. Дороги, вымощенные то камнем, то плотно пригнанными досками местного «стального» дерева. Красиво, чисто, уютно. Ни опасных растений, ни насекомых.       «Уровень жизни выше, чем я предположила в самом начале.» — оценила Ирма.       Ее торжественно разместили на троне в центре храма – рядом со статуей. И не забыли нарядить поверх обычной одежды в белое с золотом свободное одеяние и головной убор из золотого обруча с каменьями и пышными яркими перьями. Очень по божественному, если не замечать испуганного взгляда. Местные принялись складывать перед богиней подношения – цветы, фрукты, украшения, ткани, утварь. Вскоре явился правитель с семейством. Он преподнес самые богатые дары.       — Настало время благословения. – заявил верховный жрец Гинун.       «Вот сейчас они поймут, что ошиблись. И рассердятся.» — запаниковала Адарро. Только присутствие Румаи и Бьяру немного успокаивало девушку и удерживало от паники.       Ирма встала с трона, сделала пару шагов вперед и слегка дрогнувшим голосом произнесла: — Благословляю народ сей! Живите мирно и процветайте. Пусть будут урожаи богатыми, реки – полноводными, соседи – добрыми, погода – самой лучшей для каждого из сезонов.       Народ отозвался на эти слова божества радостными криками, а огромная статуя – сиянием.       «Статуя светится. Всё получилось?!» — удивилась Ирма.       Но, похоже, она зря волновалась – все действительно вышло, как надо. После Благословения был ритуал очищения вод. Богиня в присутствии жрецов, правителя, народа и спутников была препровождена к заводи. Здесь ей пришлось зайти в реку по колено прямо в одежде. И снова сияние, странные ощущения в теле. Словно бы тепло и покалывание по коже. Вода стала прозрачной, избавившись от многочисленных сорных растений. В чистой глади заплескались рыбки.       — Сейда сотворила еще одно чудо! – радостно объявил жрец.       Потом было Чудо цветения садов – стоило Ирме пройти по тропкам между деревцами, те раньше положенного срока покрылись цветами, обещая богатый урожай.       После этого – изгнание грызунов из амбаров. Для этого Сейде пришлось лишь зайти в каждый. И мешки, и корзины с припасами оказались в безопасности от вредителей.       — Честно говоря, я в шоке. И совсем не понимаю, что происходит. – шепотом сообщила Ирма спутникам.       — По-моему – очень интересно и здорово! – прокомментировал Бьяру.       — Определенно, божественного всезнания, бессмертия, колоссальных запасов маны или боевых сил у тебя нет. – задумчиво прокомментировал шаман, который все это время старательно сканировал, разбираясь в случившемся, — Но в этом месте огромный запас магии. В основном этот запас спит – не активен. Твоя аура, подойдя, как ключ к замку, отперла весь здешний потенциал. Ну, или почти весь. На самом деле, даже посещать заводи, сады и амбары было не обязательно – за день чудеса сами произошли бы от одного твоего присутствия.       — Если я уйду, то все прекратится? – огорчилась Ирма. – Местные жители лишатся даров?       — Запаса хватит еще на одно-два столетия. Особенно, если ты побудешь здесь пару-тройку дней. Чистая вода, обильно плодоносящие поля, сады и огороды, хорошее здоровье жителей. А там… вдруг появится новая Сейда? – улыбнулся аракаи.       — Да, мне все равно не прожить сто-двести лет. Хорошо, что местные вполне обойдутся без меня. – вздохнула Ирма. Девушка опять вспомнила, что ее срок жизни, короче, чем у прочих членов отряда. Да и божество из нее ненастоящее. Ну, то есть не вполне.       После торжественного пира в свою честь Ирма засобиралась обратно в лагерь. Она беспокоилась об Эсте. Весь день помогать чужакам, когда твой любимый болеет было как-то неправильно. Несмотря на все просьбы каталорнцев остаться и переночевать в городе, богиня отправилась к голему в сопровождении Бьяру, Румаи и толпы местных, вызвавшихся помочь донести самые ценные подношения Великой Сейде.       Кроме того, Ирме доставили удобную красивую мебель из местного «стального» дерева. Так что в пещере Ясминии стало почти по-домашнему уютно. Особенно в совокупности с посудой и корзинами провианта.       Эстебалю стало намного лучше – юноша пришел в себя и даже смог поесть. Он с удивлением слушал истории о похождениях мисс Адарро.       — Я конечно знал, что моя девушка – прекрасная богиня. Но думал, что только для меня, а не для целого народа. – заявил он.       — Цени! – подмигнула Ирма.       — Очень ценю. – заверил стеклодув.       Великая Сейда применила свое благословение на Эсте.       — Хмм… Чувствую себя полностью здоровым! – сообщил Талья через несколько минут.       После чар очищения, наложенных на поляну, где расположились путники, насекомые и ядовитые растения исчезли с этой территории.              — Мне начинает тут нравиться. – улыбнулся Дар, пробуя спелый сочный плод – один из даров богине от верующих. Он и аракаи устроились в одной из верхних пещер Ясми с чаем и фруктами. Теперь, когда здесь находились кресла, стол и сундуки для вещей помещение вполне напоминало жилую комнату.       — Тут много очень редких и ценных трав. Теперь, когда насекомые не страшны, можно будет пособирать их. – задумчиво добавил юноша.       — Я рад, что ты наслаждаешься здешней жизнью. – улыбнулся темный эльф. Ему было приятно смотреть на довольное личико алхимика.       — Ты бы хотел здесь остаться? – с некоторой опаской уточнил шаман.       — Ох, нет! Не настолько нравится. – заверил Дариель. – Просто я не против провести здесь несколько дней.       — Хорошо. – кивнул темный эльф с облегчением.       Он потрепал Дара за щеку и заметил: — Совсем похудел.       — И вовсе нет. Я все еще пухлый. – с грустью сообщил алхимик, — Не бывать мне красивым, как Эстебаль.       — Ты красивый. – заверил Румаи.       — Для злокозненного колдуна корпорации? – хитро прищурился Дар, желая подколоть собеседника.       — Красивый для меня. – отозвался шаман и отвел взгляд.       «Папа, ну когда ты ему скажешь?!» — не выдержала заглянувшая в пещеру драконица. – «Всем уже очевидно, что он тебе нравится. Не признаешься сейчас – укушу.»       «Ну раз уж ты грозишься укусить. Только поэтому!» — рассмеялся аракаи. – «Только выйди пожалуйста. Тебе признания и поцелуи наблюдать рано.»       «А то я в СВОЕЙ обители, что-то не увижу, если даже выйду.» — хмыкнула Ясминия, но все же покинула «комнатку». – «Я же хранительница».       Румаи осторожно провел пальцами по волосам Дариеля. Тот вздрогнул и поставил кружку на стол, замерев от теплого касания – такого нежного и приятного.       Аракаи покинул свое кресло и склонился над Талья, касаясь губами его мягких пухлых губ. Дар с готовностью отозвался, подавшись вперед. Тело отреагировало волной жара. Какое-то время юноши наслаждались друг другом. Но стоило Руми ненадолго отстраниться – Дариель вскочил, алый словно рассвет, и, прижимая руки к полыхающим щекам, выскочил из пещеры – по лестнице вниз и дальше в главный зал.       «Сначала надо было поговорить о чувствах, а ПОТОМ целоваться.» — назидательно сообщил появившийся Хинсу, — «Порой ты такая бестолочь, господин!»       «Я думал признаться в любви после поцелуя, а Дар убежал. Мне догнать его?» — растерялся темный эльф.       «Дариель уже внизу – говорит с Эсте. Лучше дать ему время.» — сообщил тигр.       Румаи со вздохом кивнул. Все же длительные романы были сложной для него областью. В Вестроуде он не пытался завести с кем-то продолжительные отношения – по вполне понятным причинам. Когда он достаточно подрос для близости– до распределения оставалось всего полгода, а там неизбежная разлука. Да и конкуренция на сцене. Но вот отношений на несколько ночей было в количестве.       В тот вечер Дар не показывался шаману на глаза и аракаи решил отложить разговор до завтра.              Но на утро на поляну пожаловала целая делегация – эти местные слегка отличались от вчерашних. Одеяния из ткани куда лучшего качества, иные украшения – в основном из металла. Они явно пришли из другого города – иные орнамент на рубашках, иной крой, иные черты лиц.       — Я – верховный жрец содружества Серебряной лозы – Фамаро. Мы пришли увидеть Великую Сейду и препроводить ее в нашу обитель — Измарк! – решительно объявил их старший – высокий, тонкий, черноволосый и ясноглазый, с тонкими и немного острыми чертами молодого лица. Он низко поклонился. Его примеру последовали прочие.       Ирма опешила и как раз думала, что ответить, когда прибыл жрец Гинун со свитой.       — Недостойным жителям жалкого Измарка нечего марать имя богини своими богохульными устами. Сейда отправится с нами в Лулорк. – громко сообщил главный адепт культа, гневно сверкая глазами.