Мой Темный айдол

      Выходцы из Лулорка и Измарка готовы были напасть друг на друга. Обе стороны схватились на оружие.       — Великая Сейда отправится с нами! – вопили одни.       — Нет с нами! — не соглашались другие.       — Если вы не прекратите – я вообще дома останусь! – гневно объявила Ирма, вклиниваясь меж конфликтующими.       Обеспокоенный Эсте хотел было последовать за ней, но Румаи удержал его – Сейду местные точно не тронут. А вот ее спутников?       — Чтите Великую богиню. То есть меня, и не устраивайте тут свары! – гневно вещала девушка.       — Простите нас, о мудрейшая. Во всей этой недостойной сцене, потревожившей ваш покой, виноваты измарцы. Они нагло пришли и стали непочтительно требовать от вас посетить их жалкий и недостойный город. – произнес Гинун и почтительно поклонился, — Мы с удовольствием проводим вас до нашей обители. Жители заждались. На сегодня многое запланировано.       Но эту гладкую речь прервал Фамаро – жрец из Измарка: — Недостойные лулоркцы наслаждались вашим обществом весь вчерашний день. Жаждут вашего визита и сегодня. Но разве это справедливо?!       — Сколько всего городов поклоняются Сейде? – с опаской уточнила мисс Адарро, представляя, как завтра утром на поляне соберется дюжина новых делегаций, жаждущих ее внимания. Придется либо разочаровать их, или остаться тут на месяц и носиться меж городами.       — Дюжина… — начал Гинун. – И несколько десятков деревень.       Ирма схватилась за голову, но ее поспешили утешить.       — Семь городов содружества Золотой ветви со столицей в Лулорке. Сюда же относится тридцать деревень. – пояснил верховный жрец, — Посещать каждое поселение нет нужды – ваша благость распространится из главного города на прочие территории.       — Еще есть пять городов содружества Серебряной лозы со столицей в Измарке. И сорок деревень. – добавил жрец Фамаро.       На этот раз он говорил не дерзко, а скорее умоляюще. Не произносил вслух, но самим тоном просил не забывать и про их нужды.       «Очень много народу. Тысячи.» — оценила Ирма, — «И всем нужна моя помощь. Они рассчитывают на Сейду.»       — Хорошо… — задумчиво начала богиня. – Сегодня я направлюсь в Измарк. А завтра снова в Лулорк.       «Лозы» приободрились, а «ветви» начали недовольно ворчать. Но Ирма быстро прекратила проявления недовольства, заявив: — Требую чтить мое решение. Я богиня или не богиня?!       — Вне всяких сомнений – богиня! – заверил Гинун.       — Вот и не спорьте! Я, в своей великой мудрости, считаю, что так будет справедливо. – девушка скрестила руки на груди и гордо вскинула голову.       — Кто-то хорошо освоился в новой роли. – прошептал Дариель, обращаясь к кузену.       — Горжусь ей! – отозвался Эстебаль с улыбкой. Ему казалось, что любимой очень идет роль богини. И вообще – прекрасной Ирме просто обязаны поклоняться.              В Измарк отправились Ирма, Эсте и Румаи. Присутствие шамана было необходимо для обеспечения безопасности.       Новый день богини Сейды сильно напоминал предыдущий – снова подношения, пир, чудеса с садами, озерами и благословением местных жителей. С той лишь разницей, что содружество Серебряной лозы оказалось несколько беднее, чем их «золотые» соседи. Да и отдавали предпочтение иным ремеслам. Так что к вечеру в пещере Ясмиии появились красивые напольные светильники, изделия из металла и кожи.       «Вся эта обстановка не исчезнет при «упаковке» твоей пещеры?» — обеспокоенно уточнил аракаи у драконицы.       «Нет. Все останется как есть. Теперь у меня множество красивых и уютных комнаток-пещер. Самой нравится!» — радовалась Ясминия.       «Только нужны еще двери.» — припомнил темный эльф. Он очень надеялся уединиться с Даром – для объяснений, а может и не только. В помещениях без единой двери на приватность рассчитывать не приходилось.       «Я не знаю, как с этим помочь.» — огорчилась дух-хранительница. Все входы были неправильной формы и сложного рельефа – просто отверстия в скальной породе из магического камня. Петли в такой не разместишь. И обычную дверцу никак не повесишь.       «Что-нибудь придумаем.» — пообещал темный эльф.              Утро началось с большого конфликта между «лозами» и «ветвями».       — Вы разграбили наши сады и стащили урожай! – обвинял черноволосый жрец Фамаро.       — Вы не должны были получить этот обильный урожай. Вы обманом выпросили визит Сейды! – панировал Гинун. – Вы тоже повинны. Кто ловил рыбу в наших озерах?!       — Рыбы много, и она плодится сама. В отличие от груш и яблок, за которыми нужен уход. – нашелся Фамаро.       — Вороватые лжецы! – начал злиться выходец из Лулорка, — А как на счет нападения на наш отряд? Трое человек ранено. Хорошо, что с благословением богини раны заживают быстро.       — Вы тоже ведете себя не мирно. Ваши охотники пытались поколотить наших в лесу! – Фамаро гневно полыхнул взглядом.       — Ну вот опять! – вздохнула Ирма, покидая каменные апартаменты Ясми. – Вы и один день не способны прожить без конфликтов. Это должно немедленно прекратиться.       — Как на счет божественных заповедей? – нашелся Элиас, — Свод законов, регулирующих поведение верующих. Это сократит число конфликтов и между содружествами, и внутри них.       — Хорошая идея. Только я не сильна в составлении законов. И мне опять весь день носиться по полям и садам, даруя очищения и благословления. – задумалась Сейда.       — Ничего. Заповедями займутся оставшиеся в лагере. Все равно тут не особо много дел. – предложил верминг.       — А я вечером одобрю и внесу правки, если потребуется. – кивнула Ирма с благодарностью, — Спасибо за помощь!       — Великая дарует нам Священные слова?! – весьма дружно и синхронно обрадовались оба верховных жреца.       — Да, планирую даровать. – заверила Адарро, — А раньше они у вас уже были?       — Были. Только священные тексты частично стерлись, частично были утрачены. – признались священнослужители.       — Вы не могли бы принести экземпляры ваших Священных слов? – поинтересовался Дар. Он посчитал, что будет удобно на что-то опираться в работе. Да и знать, какие религиозные правила действуют в содружествах сейчас тоже было бы удобно.       Вскоре гонцы доставили кипы свитков – копии Слов Сейды с прошлого визита богини.              Третий день в мире Каталорна выдался для оставшихся в лагере куда более занимательным, деятельным и веселым, чем для ушедших. Элиас, Румаи и Великая богиня отправились в Лулорк. А Дариель, Эстебаль и Бьяру принялись сочинять Заветы.       — В прошлом своде правил всё как-то непонятно, путано, допускает разночтения и частично стерлось от времени. – ворчал техномаг.       — Еще и огромная разница между вариантами «лозы» и вариантом «ветвей». У каждого содружества по несколько описаний одних и тех же событий. Не мудрено, что местные жители вечно ссорятся на религиозные темы и не только. – согласился Дариель, — Похоже, что все то, что говорила богиня, записывали несколько человек по памяти – кто во что горазд. И все услышали и поняли ее слова очень по-разному.       Итогом совместного мозгового штурма стал документ на сто с лишним пунктов, запрещающих убивать, воровать, лжесвидетельствовать, пытать, держать в рабстве, совершать сексуальное насилие. Слово Сейды предписывало равенство мужчин и женщин, помощь бедным, слабым и нуждающимся, требовало оказывать гостеприимство путникам, проявлять уважение к соседям и представителям иных стран и религий, если те не проявляют враждебности. Запрещалось преследование за национальность и за любые предпочтения в устройстве собственной жизни, если они не мешают прочим и не нарушают светских законов.       — Мы хорошо потрудились. Пожалуй, учли все. – радостно возвестил алхимик вечером. Огромный труд был завершен меньше, чем за сутки. Вернувшиеся члены отряда одобрили Заповеди, добавив пару пунктов и немного изменив формулировки имеющихся.       — Вот теперь всё точно, как надо. Отличная работа. – улыбнулась Ирма, — Что бы я без вас делала? Даже свод правил прописали без моего участия. Очень выручили. Чувствую себя бездельницей.       — Бездельницей? Ты и так много трудишься. – заверил Румаи, — Непросто быть богиней.       — Непросто. – согласилась Адарро.              На следующий день оставшиеся в лагере переносили Слово Сейды на особо прочные свитки – писали стойкими магическими чернилами и копировали. Нужно было около ста экземпляров – для каждого храма и деревенской часовни.       После Заповеди вручили жрецам. И на Сейду посыпались многочисленные вопросы. В целом, формулировки не допускали разночтений, но Гинун и Фамаро то и дело переспрашивали, не в силах поверить в прочитанное.       — То есть совершенно никого нельзя убивать, кроме как для обороны? – ошарашенно уточнил верховный жрец «Ветвей».       — Верно. – кивнула богиня.       — И уважать иноземные религии? То есть спокойно относиться к тем еретикам, что не поклоняются вам?! – ужаснулся верховный жрец «Лоз».       — Все правильно. – заверила Ирма.       — Мы не смеем спорить. Но это так неожиданно. – поклонился Фамаро.       — Мы тоже принимаем Слово Сейды с благодарностью и будем чтить его. – поспешил сообщить Гинун, дабы не создалось впечатление, что в Лулорке меньше уважают заповеди богини и они менее преданные верующие.       Так – с визитами попеременно то к Лозам, то к Ветвям – прошли шесть довольно неплохих дней. Завтра утром должен был открыться путь в следующий мир. Настала пора прощаться. Жители сперва сокрушались и плакали, не желая расставаться с Сейдой, а потом устроили грандиозный общий пир в честь богини – на нейтральной территории. Наконец-то прежние противники сидели за одним столом и даже обсуждали общие дела.       — Мы не против купить у вас одну телегу плода ясму. Очень уж они у вас хороши. – говорил торговец из «серебряных».       — А я бы не отказался от партии светильников. Они у вас отлично получаются. – кивал хозяин лавки из «золотых».       — Кажется, все налаживается. Этот мир стал лучше благодаря тебе. – прошептал Эсте Ирме. Парочка сидела рядом за пиршественным столом.       — Благодаря НАМ. – поправила его девушка.              — Ты мне нравишься, Дар. – Румаи наконец-то решил признаться в своих чувствах – вечером после пира и накануне отбытия с Каталорны. Все эти дни зельевар старательно избегал его общества и вот наконец удалось побеседовать. Разговор состоялся в пещере, служившей комнатой алхимика.       — Нравлюсь? – осторожно и недоверчиво переспросил Дариель.       — Вот только не делай вид, что не заметил этого. – насупился шаман.       — Порой это было сложно заметить. Ты все время на меня ворчишь. И подкалываешь. А еще доводишь. – напомнил Талья.       С каждым произнесенным им словом аракаи поникал все больше и больше. Разговор принимал неприятный оборот. Совсем не то, на что рассчитывал Румаи. Дар с такой теплотой и готовностью отозвался на поцелуй, что темный эльф всерьез рассчитывал на взаимность.       — Прости… — прошептал он.       — И я все еще на магической связи с тобой. Меня это совсем не устраивает! – продолжил зельевар.       Он отложил свои записи, которыми занимался, когда в дверь постучал аракаи, поднялся со своего места и принялся мерить шагами комнату.       — Ты же знаешь – я не могу убрать эту связь. – повинился Румаи.       — А вот не надо было ее устанавливать. – Дариель сердито скрестил руки на груди, — Ни я, ни Эсте не представляли для тебя угрозы. Что могли сделать шаману двое сирот из разваливающего дома на отшибе?       — Я правильно понял, что я тебе совсем не нравлюсь? – печально уточнил аракаи.       — Совершенно верно. – решительно соврал Дар.       — Понимаю… Извини! – тяжело вздохнул темный эльф и покинул комнату.       Алхимик осел на пол и отчего-то расплакался.              «Ну вот. Я поговорил. Довольны?! Меня отвергли.» — шаман метался по своим покоям как загнанный дверь, а тигр и дракон слушали его стенания на тему неудавшейся личной жизни.       «Ты много раз обижал Дариеля до этого. И доводил до слез. А в этот раз плохо старался быть убедительным. Но, несмотря на это, наш зельевар любит тебя. Просто пока обижен и не готов принять свои чувства.» — сообщил Хинсу.       «Дар плакал после того, как ты ушел. Он не хотел тебя прогонять.» — добавила Ясминия, – «Он очень хороший. Хочу, чтобы вы были вместе!»       «Для этого хорошим должен быть не только Дариель, но и один каменноголовый шаман.» — заметил тигр.       «Дожили. Фамильяры меня отчитывают и учат отношениям!» — вздохнул Румаи.       «Учим-учим. А что-толку-то?» — Хинсу зевнул и устроился поудобнее.       «Папа, ты должен попробовать снова. Не сдавайся так просто. Надо искренне повиниться за все неприятное, что говорил. И в чувствах признаться эмоциональнее, а не просто «ты мне нравишься». – предложила Ясми.       Румаи осознал, что драконица прекрасно слышала весь его неудачный разговор с Дариелем.       «Хорошо. Я попробую опять через пару дней.» — согласился аракаи.       «Не затягивай сильно. Чем раньше всё исправишь, тем лучше.» — напомнил тигр.              — Как у вас все сложно. – оценил Бьяру, — У нас с Элиасом как-то проще сложилось.       — Наверное ни один из вас не вредничал и не говорил гадости. – мрачно предположил Румаи.       — Пожалуй да. Мы просто поддерживали друг друга. Кроме того, мы – почти гремлин и верминг – самой природой настроены друг на друга. Нас связало благословение. – добавил техномаг.       — Ладно. Предприму еще одну попытку через денек. – вздохнул аракаи.       — Удачи! Дар очень добрый и не станет долго сердиться. – подбодрил его рыжий.              — Он мне нравится. Но порой очень сильно выводит из себя. Вот прямо раздражает! – жаловался кузену Дариель. — Я хочу спокойно общаться и чувствовать себя расслабленно, а не держать постоянно оборону от насмешек и подколок, придумывая достойный ответ. То я, по его словам, изнеженный, то неправильный дриад. Да и нечего нарушать без спросу личное пространство и лезть с касаниями, объятиями и поцелуями до разговоров о чувствах. Вот откуда я мог знать – нравлюсь я ему или он просто желает телесной близости? Наконец он признался в чувствах. И как?! Не «Я тебя люблю. Прости за всё. Ты чудесный и удивительный. Готов стать твоим счастьем!», а короткое такое «Ты мне нравишься». А на мое уточнение добавил мрачно — «Ну сам же знаешь.». Мало ли что я знаю и ощутил сканом. Я хочу, чтобы он сам сказал – вот прямо словами. Красиво и романтично.       — Ох, действительно Кофюшко-горюшко. – согласился Эстебаль, — И все еще держит тебя на Связи.       — Ну, тут он ничего не может поделать. – неожиданно для самого себя алхимик принялся защищать аракаи.       — Мог бы и не создавать эту связь вообще. Но ему потребовались энергия и контроль. – нахмурился стеклодув.       — Тоже верно… — кивнул Дариель.       — Что думаешь делать?       Дар пожал плечами: — Подожду и понаблюдаю, как он поведет себя дальше.       — Очень верное решение. – одобрил кузен.       На следующее утро отряд выдвинулся в Химгард – как и планировалось.              «Откуда они здесь взялись?! Их же тут раньше не было.» – с паникой думал Бенедикт, улепетывая от отряда Черных воронов. В Химгарде их обнаружилась целая база. И теперь повстанцы преследовали бывшего айдола, лекаря и духа-хранителя словно рой разъяренных пчел. Даже для Клыкача оказалось многовато врагов – он бы с ними наверняка справился, но едва ли смог бы при этом защитить Бене и Итона. А потому приходилось улепетывать, словно зайцам. Целитель вел троицу к еще одной Щели между мирами. До нее оставалось несколько километров. А преследователи подбирались все ближе, сокращая расстояние…       «Нас точно схватят! Или убьют на месте.» — ужасался про себя певец.       — Ты в порядке? – обеспокоенно уточнил Итон.       — Эмм… Да, держусь! А ты? – отозвался юноша. Его дыхание сбилось, а темп бега замедлился.       — Все нормально. Бежим! Возьми меня за руку. – предложил лекарь. Не дожидаясь ответа, он ухватил Бене за ладонь, помогая двигаться быстрее.