Лисья улыбка и драконий нрав

       В ответ на слова маленького дракона лис тихо хмыкнул и наконец принял человеческий облик. Перед Лань Чжанем вновь предстал прекрасный юноша с лисьими ушами и двумя хвостами. Поманив собеседника за собой, Вэй Ин неторопливо прошёл в дом. Лань Чжань послушно последовал за ним. — Присаживайся, крошка-дракон, — лис махнул рукой в сторону небольшого чайного столика у окна, а сам ненадолго скрылся за ширмой. Вернулся он уже с чайным набором. — Обычно у меня не бывает гостей, а потому нет и изысканных угощений. Я могу предложить тебе только чай, — вздохнул Вэй Ин, опустив взгляд и смущённо дёрнув ухом. — Не нужно ничего, — покачал головой Лань Чжань, наблюдая за лёгкими изящными движениями хули-цзин, пока тот заваривал для них чай. В драконьем клане имелось множество правил поведения. И некоторые из них строго регламентировали приёмы пищи, запрещая чревоугодие, поэтому отсутствие сладостей не могло его расстроить. В конце концов, мальчик ел их исключительно по праздникам. — Почему у Вэй Ина не бывает гостей? — Так распорядился глава Лань, — невесело хмыкнул лис, расставляя чаши для себя и ребёнка. — Сичэнь-гэ? — удивился Лань Чжань. Старший родственник всегда казался ему спокойным и миролюбивым. И у маленького дракона никак не укладывалось в голове, что тот мог отдать подобный приказ и запретить кому-то общаться с другими членами клана. Это казалось неправильным. — Ты ещё слишком мал, чтобы понимать, — мягко заметил Вэй Ин, разлив чай для них обоих. — Не думай об этом, крошка-дракон, — тепло улыбнулся лис, протянув собеседнику его чашу, наполненную ароматным чаем. — Мгм, — согласился Лань Чжань, желая замять непростой разговор. — Это и есть секрет? — с искренним интересом спросил он. — Конечно, нет! — рассмеялся Вэй Ин, взмахнув руками и едва не опрокинув горячий чайник. — Об этом известно всем, крошка-дракон, — продолжил веселиться он, наблюдая за реакцией своего гостя. — Не называй меня так! — смущённо буркнул Лань Чжань, ощутив, как у него горели щёки и уши. Никто кроме хули-цзин не обращался к нему столь неформально и бесцеремонно. И пусть подобное обращение смущало мальчика, ему это нравилось. Правда, он бы ни за что не решился признаться в этом. — Я подрос! — Хорошо-хорошо, — легко согласился лис, подняв руки вверх, показывая, что сдался и отказался от дальнейшего спора. — Тогда теперь я буду называть тебя А-Чжань, договорились? — Мгм, — кивнул мальчик. Детское имя из уст хули-цзин звучало намного лучше, чем шутливое прозвище, напоминающее о его очень юном возрасте. — Что же касается моего секрета, А-Чжань… — хитро улыбнулся Вэй Ин и склонился к уху собеседника. — Я потерял свою лисью жемчужину, — прошептал он и отстранился, вновь приняв благопристойную позу. — Потерял? — удивился Лань Чжань. Из рассказов отца он хорошо помнил, что в лисьей жемчужине была заключена сила хули-цзин и их бессмертие. Лань Чжань знал, что если уничтожить жемчужину, то лис умирал без надежды на перерождение. А если завладеть ей, то… можно было пленить лиса и подчинить его себе. «Разве можно потерять что-то настолько важное и ценное? — недоумевал мальчик. – Будь я лисом, хранил бы её как зеницу ока…». — Она где-то в Гусу Лань, поэтому я здесь, — кивнул Вэй Ин, отпив горячий чай из своей чаши и довольно зажмурившись. — Увы, пока что мне не удалось её найти… — грустно вздохнул он. Резкая смена его настроения в очередной раз поставила Лань Чжаня в тупик, но… тем интереснее ему было проводить время в компании лиса. — Могу помочь Вэй Ину, — предложил маленький дракон, которому совсем не нравилось видеть хули-цзин расстроенным. Намного больше ему нравилась лисья улыбка. — Правда? — Вэй Ин вскинул на собеседника пораженный взгляд, будто ему и в голову не могло прийти, что кто-то мог пожелать оказать ему помощь. — Если найду лисью жемчужину, отдам её Вэй Ину, — пообещал Лань Чжань и, получив в ответ широкую улыбку, невольно улыбнулся и сам.        Лань Чжань исправно следовал данному хули-цзин обещанию: он никому не рассказывал ни о своих встречах с Вэй Ином, ни о его потерянной жемчужине, ни о том, что он решился помочь с её поисками. А ещё он покорно выполнял чужую просьбу и уходил, стоило ему завидеть Лань Сичэня подле домика лиса. Мальчик не понимал, почему Вэй Ин просил его не показываться на глаза главе клана и избегать встреч с ним в лисьих владениях, но всё равно исполнял просьбу хули-цзин, решив, что взрослым виднее, как правильно поступать. Даже если это расстраивало самого Лань Чжаня: много раз он направлялся в гости к Вэй Ину, пока отец и няня были заняты, и частенько замечал Лань Сичэня около домика лиса. Иногда глава Лань в одиночестве сидел на крыльце. Порой он лежал на поляне перед домом в драконьем облике. Бывало даже, что Лань Чжань замечал, как Вэй Ин выталкивал Лань Сичэня за порог своего домика. Несколько раз глава Лань просто приносил корзинки с едой и вином, оставлял их на пороге и сразу же уходил, не задерживаясь. Мальчик всегда старался спрятаться, дабы его не заметили. Особенно когда старший пребывал в драконьей ипостаси, которая наделяла его не только более чутким слухом и отличным зрением, но и внушительными размерами: будучи несколько метров в длину, Лань Сичэнь целиком занимал поляну перед лисьим домом. Лань Чжань никогда не слышал разговоров Вэй Ина с главой Лань, ведь находился слишком далеко, но отчаянно желал узнать! Очень хотелось понять, что же происходило между старшим родственником и лисом. Отец говорил, что любопытство – это порок, свойственный обычным людям, и что драконам не подобает испытывать столь низменные чувства, но мальчик ничего не мог с собой поделать. Таинственность, окружавшая Вэй Ина, регулярно занимала его мысли и неизменно притягивала его к дому хули-цзин. Неудивительно, что Лань Чжань поспешил именно к Вэй Ину, дабы поделиться с ним радостной новостью. Даже отцу с няней он ещё ничего не сказал, но, увидев своё отражение в зеркале тем утром, маленький дракон спешно умылся, быстро привёл себя в благопристойный вид и сбежал из-под надзора старших в лисий дом. И на сей раз ему даже повезло не столкнуться с главой Лань по пути. — А-Чжань! — как и всегда, тепло улыбнулся ему Вэй Ин, рассматривая мальчика, закутанного в тёплый зимний плащ. — На улице же ещё не слишком холодно, ты чего так укутался? Маленький дракон не ответил, продолжив кутаться в плащ. Обычно Лань Чжань всегда снимал его, стоило переступить порог натопленного дома, но теперь даже капюшон оставил, хотя на улице всё ещё властвовала ранняя осень. — А-Чжань? — позвал лис, удивленно разглядывая маленького дракона. — Что-то случилось? — взволнованно поинтересовался он, приблизившись. — Смотри, — коротко ответил Лань Чжань, откинув с головы капюшон. В тёмных волосах ребёнка красовались два небольших аккуратных рога. Они были белоснежными, а потому отчётливо выделялись на голове. Рога только-только начали расти, показывая, что мальчик постепенно становился старше. И пусть до его совершеннолетия оставалась ещё пара столетий, появившиеся рога — первый признак взросления, которым он по праву гордился. — Вау, А-Чжань! — хлопнув в ладоши, улыбнулся Вэй Ин. Склонившись к ребёнку, он с интересом рассматривал маленькие светлые рожки, ярко контрастирующие с тёмными волосами. – Да ты теперь совсем взрослый! – рассмеялся лис, подхватив дракона на руки и радостно закружив его по комнате. – Мой крошка-дракон больше не малыш! – веселился он, не выпуская Лань Чжаня из рук. — Вэй Ин! — сдавленно пискнул маленький дракон. Прежде никто и никогда так с ним не обращался: отец редко брал его на руки, няня тоже нечасто баловала его, а мама… её он никогда не знал. А потому постоянная тяга лиса то взять его на руки, то ущипнуть за щёки, то пощекотать, то растрепать ему волосы… заставляла испытывать сильные эмоции. Вэй Ин был слишком тактильным и частенько пытался прикоснуться к дракону, чем нередко смущал его. Вот и теперь, мочки ушей дракона отчаянно алели, и румянец стремительно перебирался на шею и щёки. — Ладно-ладно! — продолжил смеяться Вэй Усянь, остановившись и плавно поставив мальчика на пол. — Значит, ты хотел похвалиться своими очаровательными рогами, А-Чжань? — улыбнулся хули-цзин. — Мгм, — смущенно кивнул маленький дракон, чуть пошатнувшись из-за резкой смены положения и крепко ухватившись за ханьфу собеседника. — Это повод отпраздновать! — заметил Вэй Ин. Тёплая улыбка не сходила с его губ, будто это у него новый хвост отрос. Как и всегда, он не предложил гостю сладости или закуски — у него в доме редко бывало что-то кроме чая. Поэтому лис принялся складывать лотосы из бумаги, чтобы после украсить ими прическу Лань Чжаня.       Обратно домой маленький дракон возвращался очень счастливым: с рогами и бумажными лотосами в волосах он ощущал себя совсем взрослым и одухотворённым. И ему с трудом удавалось сдерживать широкую улыбку — в драконьем клане было не принято ярко выражать эмоции. — А-Чжань? Погрузившись в собственные размышления и воспоминания о лисьей улыбке, он не сразу заметил, человека у себя на пути, а потому врезался в главу Лань. — Прости, Сичэнь-гэ, — смущённо проговорил мальчик, опустив взгляд. «Хорошо, что он не узнает… — облегченно подумал Лань Чжань, обрадовавшись, они столкнулись неподалёку от жилых построек, из-за чего было непонятно, откуда он пришёл. — Вэй Ин просил скрывать наши встречи…». — Где ты гулял, А-Чжань? — мягко поинтересовался Лань Сичэнь, задумчиво разглядывая родственника и цветы в его волосах. — Неподалёку, — пожал плечами Лань Чжань. Формально он был абсолютно искренним и не лгал, ведь дом Вэй Ина находился не слишком далеко от остальных клановых построек. — В самом деле? — улыбнулся Лань Сичэнь, легко коснувшись рукой одного из бумажных лотосов и вытянув его из детских волос. — Мгм, — быстро кивнул Лань Чжань, он чувствовал, что от смущения у него горели щёки, выдавая его истинные чувства с головой. — У тебя начали расти рога, — наконец заметил Лань Сичэнь, спрятав лотос в руках. — Да, глава Лань, — снова кивнул Лань Чжань, не поднимая глаз. Ему казалось, что по одному взгляду старший родственник мгновенно поймёт, где именно он был и с кем проводил время, а рассказывать про Вэй Ина он не желал. Это был только его секрет. Маленький секрет маленького дракона. — Поздравляю!— вновь улыбнулся Лань Сичэнь, легко похлопав собеседника по плечу. — А теперь ступай, порадуй отца… Лань Чжань поспешно поклонился главе драконьего клана и поспешил домой, пока старший родственник не стал спрашивать, откуда взялись бумажные цветы.        Лань Чжань частенько заглядывал в гости к хули-цзин, когда выдавалась такая возможность. Он старался не попадаться на глаза другим драконам и Лань Сичэню, когда отправлялся на эти встречи, но всякий раз пытался узнать немного больше про Вэй Ина и его потерянную жемчужину у других. Увы, пока её никак не получалось отыскать: очевидно, что просто на землях клана её не было, наверняка кто-то уже давно нашёл и спрятал лисью жемчужину, с помощью которой можно было подчинить себе хули-цзин и его силу. Однако мальчик не представлял, кто и зачем мог взять что-то настолько ценное. Он даже пытался поговорить об этом с отцом: — Отец, правда, что лисья жемчужина — самое важное, что есть у хули-цзин? — как-то поинтересовался маленький дракон, когда они с отцом вечером пили чай после занятия по каллиграфии. — Конечно, в ней заключена вся сила, накопленная лисой, — кивнул Лань Цижэнь, медленно поглаживая свою бородку. — Если уничтожить лисью жемчужину, хули-цзин никогда не сможет переродиться. — А если её отобрать? — спросил Лань Чжань, увлечённо слушая отца. Тот обладал обширными знаниями и мог рассказать о чём угодно. Увы, он часто был занят делами клана, а потому мальчику нечасто удавалось расспросить его о чём-то. — Тот, кто завладеет лисьей жемчужиной, получит власть над лисьей душой, — вздохнул Лань Цижэнь, налив себе новую порцию чая. — Обычно хули-цзин тщательно прячут свои жемчужины, а если и отдают кому-то, то только возлюбленным… — объяснил он, в несколько глотков осушив чашу. — И часто такое случается? — с интересом уточнил Лань Чжань, повторно разлив для себя и отца чай. — Редко… Не каждый лис доверит подобную ценность даже любимому, — покачал головой Лань Цижэнь, с лёгким прищуром глядя на собственного сына. — Если лис дарит кому-то свою жемчужину, значит, полностью ему доверяет. Однако поскольку лисы по своей природе обманщики, они нечасто могут довериться кому-то по настоящему… — задумчиво рассказывал дракон, поглаживая свою бородку. — А те лисы, что живут в Гусу, они… — начал мальчик, не зная, как аккуратно заговорить о Вэй Ине, а потому решился сначала поинтересоваться про прочих хули-цзин, когда-то заключивших брачные союзы с драконами. — Не стоит спрашивать их про жемчужины, А-Чжань, — строго заявил Лань Цижэнь. — Для лисов это столь же сокровенная тема, что и рога для драконов… — напомнил он. — Вот как… — пробормотал Лань Чжань, наконец в полной мере осознав, насколько важный секрет ему доверил Вэй Ин. Возможно, Лань Чжань был не слишком осторожен. Или же Лань Сичэнь являлся чересчур наблюдательным драконом. Или просто обстоятельства сложились не самым удачным образом… Однажды Лань Сичэнь поймал маленького дракона прямо перед лисьим домом. Вернее, около поляны перед ним, но сути это не меняло. — А-Чжань, ты гуляешь около дома Вэй Ина? – привычно мягким тоном спросил он, положив руку родственнику на плечо. Прикосновение казалось заботливым, но Лань Чжань чувствовал, насколько крепкая у старшего хватка. — Я… не… я… — мальчик мялся, не зная, что сказать. Ложь была запрещена, а выкручиваться, недоговаривать и юлить драконам было несвойственно. Да и не обладал он таким же живым умом как хули-цзин, дабы придумать правдоподобную отговорку. Он по-прежнему оставался маленьким драконом, который только учился жизни и многого не знал. Но и просто промолчать он не мог. — Ты видишься с ним? – прямо поинтересовался глава Лань, не убирая руки с плеча собеседника. — Да, Сичэнь-гэ, — Лань Чжань виновато опустил голову. Он не только нарушил обещание, данное Вэй Ину, но и указание главы клана, что лишь увеличивало тяжесть его проступка. Однако он ни капли не сожалел о том, что навещал друга. — Это хорошо, А-Чжань, — неожиданно улыбнулся Лань Сичэнь и, отпустив его плечо, ласково потрепал ребёнка по голове. — М? – удивился Лань Чжань, нерешительно подняв взгляд на собеседника. Подобную реакцию он точно не ожидал и уже мысленно готовился к строгому наказанию. — У Вэй Ина нет друзей в Гусу Лань, — спокойно пояснил Лань Сичэнь, отступив на шаг назад. – Хорошо, что рядом есть кто-то, с кем ему нравится проводить время… — Но прежде Сичэнь-гэ говорил, что мне не следует приходить к Вэй Ину, — непонимающе протянул маленький дракон, не представляя, почему несколько десятков лет назад старший родственник просил его совершенно о другом. Это никак не укладывалось у него в голове, из-за чего он ощущал сильную растерянность. — С тех пор многое изменилось, — невозмутимо пожал плечами Лань Сичэнь. – Теперь я вижу, что ты благоприятно влияешь на его настроение, — ласково заметил он. — Значит, теперь я могу приходить к Вэй Ину, когда захочу? – осторожно уточнил Лань Чжань, быстро решив, что на всякий случай стоило получить официальное разрешение главы драконьего клана. — Верно, — охотно согласился Лань Сичэнь, мягко улыбнувшись. – Но прошу тебя не рассказывать ему об этом разговоре. И если видишь меня у дома Вэй Ина, уходи, как и прежде… «Он знал! — мгновенно осознал маленький дракон и смутился ещё сильнее, чем прежде. – Конечно, знал, он же глава драконьего клана…». — В следующий раз, когда придёшь к Вэй Ину, подари ему благовония, — попросил Лань Сичэнь и снова потрепал младшего по волосам и снова отступил, чтобы достать из рукава подарок. – Он их очень любит, но от меня дары не принимает. Зажги их, когда будешь уходить из его дома, — глава Лань передал маленькому дракону несколько палочек с благовониями, которые пахли сандалом и… чем-то ещё, что Лань Чжань был неспособен распознать. «Ммм… Приятный запах, Вэй Ину точно понравится…», — улыбнулся ребёнок. — Хорошо, — покорно кивнул мальчик. Он нарушил уже немало правил и просьб, поэтому беспрекословно взял в руки палочки с благовониями и спрятал их в своём рукаве. Он уже давно понял, что глава Лань и хули-цзин не ладили между собой, что не мешало Лань Сичэню ежедневно протирать сапоги у лисьего порога. И если маленький дракон мог помочь им примириться, то считал себя обязанным сделать это, ведь плохо, когда старые друзья переставали общаться. О том, что когда-то лис и старший дракон дружили, Лань Чжань узнал от Лань Сичэня. Тот сам рассказал, что пару столетий назад они были близкими друзьями, И лишь нелепая случайность внесла разлад в их отношения. Что ж… Лань Чжань всем сердцем желал примирить их. Однако… Если сам Вэй Ин не желал принимать подарки из рук Лань Сичэня, по крайней мере, напрямую, то благовония от своего юного друга он взял без лишних возражений. Лань Чжань выполнил всё, о чём просил Лань Сичэнь, но… ему хотелось понаблюдать за чужим примирением, а потому он не спешил уйти после того, как зажёг благовония в покоях лиса. Мальчик дождался, пока глава Лань не вошёл в домик, сидя на ветке магнолии неподалёку от жилища Вэй Ина. Шли минуты, часы… Лань Сичэнь никак не появлялся, и обрадованный маленький дракон отправился домой, пребывая в полной уверенности, что хули-цзин и старший родственник вели задушевные беседы и наслаждались общением друг с другом. И Лань Чжань не имел права им мешать, потому поспешил вернуться домой до того, как отец заметил бы его долгую отлучку. Вернулся он лишь на следующий день в Час Обезьяны и застал Вэй Ина, сидевшего на крыльце в полном одиночестве. Волосы лиса были растрепаны и свободно спадали на плечи, верхняя накидка была накинута поверх плохо подвязанной нательной рубахи. Босые ноги юноши утопали в мягкой траве, а два хвоста нервно постукивали по доскам крыльца. Подойдя ближе, Лань Чжань заметил тёмные пятна на шее лиса. – А-Чжань, – улыбнулся Вэй Ин, но было в этой улыбке что-то такое… Дракон не был уверен, но ему показалось, что собеседник выглядел усталым, а его улыбка не достигала глаз. – Сегодня не лучший день для визитов. – Вэй Ин заболел? – обеспокоенно поинтересовался Лань Чжань, сев рядом. – Сходить за лекарем? – Нет, просто никак не могу слезть с тигра, – грустно усмехнулся Вэй, поправив верхнюю накидку так, чтобы скрыть следы на шее, однако Лань Чжань успел заметить синие пятна у него на запястьях. – Что Вэй Ин имеет в виду? – осторожно уточнил маленький дракон. Он не видел никакой опасности в положении друга: тот спокойно жил в уединении на территории Гусу Лань, а, соответственно, находился под драконьей защитой. Никакие невзгоды не могли коснуться этого лиса. – Не бери в голову, крошка-дракон! – с наигранной беспечностью отмахнулся Вэй Ин. – Просто… Не стоит больше передавать мне подарки от Лань Сичэня, хорошо? – попросил он. И выглядел Вэй Ин настолько мрачным и подавленным, что Лань Чжань не решился возмущаться или упрекать хули-цзин за подобное обращение. – Мгм, – согласился мальчик, пусть и не до конца понимал, чем лису не угодили благовония, переданные главой Лань. «Те благовония так приятно пахли… Чем они могли опечалить Вэй Ина?», – недоумевал Лань Чжань, пытаясь разобраться в ситуации, но понимая, что, видимо, не знал чего-то важного об отношениях старших. – А-Чжань, я наконец нашёл свою лисью жемчужину, – неожиданно заявил Вэй Усянь, прервав затянувшееся молчание, которое казалось давящим и неуютным. – Чудесные новости! – улыбнулся Лань Чжань, но не заметил ответной улыбки. – Вэй Ин? – тихо спросил он, не зная чем поддержать друга и как ему помочь. – Она хранится в покоях Лань Сичэня… И он отказывается её вернуть, – тяжело вздохнул лис, не глядя на собеседника и предпочтя разглядывать ясное небо. – А взять её сам я не могу… – Помогу Вэй Ину! – решительно произнёс Лань Чжань. «Если Вэй Ина расстраивает отсутствие своей жемчужины, а Сичэнь-гэ не хочет её возвращать, то следует ему помочь. В конце концов, жемчужина принадлежит Вэй Ину и только он вправе ей распоряжаться…», – сосредоточенно размышлял маленький дракон. Подобное решение казалось ему абсолютно очевидным и логичным. И правильным. – Ты и в самом деле поможешь мне? – шокировано переспросил Вэй Ин, повернувшись к мальчику. – Мгм.