Последний шанс

— Такемучи! Не закрывай глаза! Слышишь, не закрывай! — пытался докричаться Такаши, но ответа так и не последовало. — Дракен! У нас мало времени! Надо нести его к скорой! Скажи Майки! — Майки! Слышишь меня?! Такемучи еле дышит! Нам надо идти! Закончи тут без нас! — кричал он сквозь толпу. Манджиро, который сейчас заблокировал очередной удар Ханмы, застыл на месте не в силах пошевелиться. Его сердце как будто пронзили иглой. Тысячи мыслей крутились в его голове. Парень неосознанно бросился к источнику крика и только он увидел Дракена, как дышать стало тяжелее. Тот поднял на руки хрупкое тело Ханагаки, а Мицуя, оторвав рукав от своей формы пытался зажать кровоточущую рану. Хоть и на чёрной ткани видно не было, но алая жидкость добралась и до руки, пачкая её. Лицо Такемичи было мёртвенно белым, а грудная клетка еле заметно вздымалась, говоря о том, что её обладатель всё ещё жив. От губ, что обычно были розывими и немного пухлыми, отлила кровь. Окровавленные руки свисали вниз. Картина была страшной. Сано это точно надолго запомнит. Хотел он уж было подбежать ближе, но это ему не позволил Ханма, что бесцеремонно преградил путь. — не думай, что так просто съебёшься от меня. Мы ещё не закончили — сказал тот с улыбкой психопата на лице. — свали нахуй. — голос Сано звучал угрожающе. — ну неееет. Я не позволю тебе так легко уйти. Считай что твоя шлюшка уже мертва~ — улыбка на его лице стала ещё шира. — чё сказал? — Манджиро скривился от подобного обзывательства. — а ты разве не знаешь? Все говорят, что он тебе отсасывает за место в банде. Интересно, он и вправду настолько хорош? — Шуджи это вообще не интересовало. Намного интереснее было раззадорить Манджиро. Тогда драка будет веселее. — завали ебучку. — Манджиро удали Ханму и тот сдвинулся на метр. — так то лучше. Драка продолжилась, а Дракен вместе с Мицуей бежали к главной дороге. Рюгуджи нёс на руках Ханагаки, а Такаши зажимал рану. Позади них бежала Эмма, короткая говорила с работником скорой помощи. Пробки из-за фестиваля были жуткие. Ханагаки увезли на скорой помощи уже в предсмертном состоянии. Врачи не питали никаких надежд на хорошей исход операции, крови потеряно слишком много, но всё равно делами всё, что возможно. Сразу за машина скорой помощи ехало два байка. За десять минут Манджиро закончил с дракой и, сев на байк, на бешеной скорости поехал в ближайшую больницу. Ещё бы немного и он ехал в неё не на байке, а на машине скорой помощи. Но Сано это совсем не волновало. Сейчас он думал только о Ханагаки. Его первой и единственной любви. Его сердце бешено колотилось, а руки тряслись. Паника неуправляемыми волнами накатывала на него и окутывала его шею толкими когтистыми пальцами, мешая дышать. Сейчас он видел перед собой только ту жуткую картину. Мёртвенно белое лицо, такого же цвета губы и руки. Все в крови. Он буквально ворвался в больницу, перепугав весь персонал и ринулся к операционной. Возле двери уже сидели пятеро. Поникшие Мицуя, Дракен и Казутора, а так же Эмма и Ая, у которой немного тряслись руки, да и вид был не лучше, её всю трясло. У обоих глаза были на мокром месте. Манджиро подошёл к Ае и упал на колени ударившись лбом о холодный кафели перед ней. — простите меня, Ая-сан. Я нарушил данное вам обещание. Из-за меня Такемичи сейчас там… — Сано не находил себе места. С одной стороны он был обеспокоен, а с другой не знал, как теперь смотреть в глаза женщины. Он нарушил столь важную клатву и сейчас Ханагаки был на операционном столе. — Манджиро, встань. Я не зла на тебя. Просто побудь здесь с нами, Такемичи будет рад видеть тебя, когда прийдёт в себя. Он очень дорожит всеми вами и будет злиться на меня, если я оттолкну кого-нибудь из его друзей. Я не в праве обвинять кого либо, это уже решать Такемичи. — уголки её губ приподнялась. Манджиро ещё раз извинился и поднялся с холодного пола. Парень встал возле остальных и облакотился спиной на стену, опустив голову вниз. Сейчас оставалось только ждать. Тишина в корридоре нагнетала. Она словно непрогладная тьма, утагиваюшая за собой, обвалакивала мысли Сано. Парень слышал как его собственное сердце ритмично бьётся. Слышал тихие всхлипы Эммы. Слышал как Дракен нервно постукивае ногой о кафель. Видимо Рюгуджи чувствовал вину, ведь был всего в метре от Такемичи, но ничего не смог сделать. И вот наконец эта тишина была прервана. Дверь операционной распахнулась и из неё вышел мужчина лет сорока, спустив маску на подбородок. Ая вскочила со своего места и подошла ближе к доктору. — как он? — еле слышно прозвучал её беспокойный голос. Манджиро поднял взгляд и смотрел на дверь операционной. — его жизни ничего не угрожает. — ровным тоном произнёс мужчина и оглядел всех присутствующих. — увидеться с ним можно будет завтра. Высока вероятность того, что он очнётся только через пару дней. Тело мальчика сильно измотано. На глазах Аи снова появились слёзы, но уже радости. С её сыном всё было в порядке. — спасибо вам. Спасибо вам огромное. — шептала она пытался унять слёзы. В глазах Манджиро появился проблеск надежды. Никому ничего не сказав, он быстрым шагом скрылся за поворотом и скатившись по стене, прикрыл рот рукой. Слёзы тут же хлынули же хлынули из его глаз. Руки начали судорожно трястись, а в голове была только одна мысль. С его Такемичи всё хорошо. Он жив. Рюгуджи лишь проводил своего друга взглядом и уже знал причину его ухода. Сано не любил показывать свои эмоции другим, даже самым близким его друзьям. Решив дать Манджиро время, прийти в себя, он принялся успокаивать Эмму.

***

На следующий день Сано с самого утра был в палате Ханагаки. Сидел рядом, аккуратно держал Такемичи за руку и просто смотрел на его измученное лицо. Парень всё время думал о нём. Видимо нельзя было Ханагаки показывать силу. Такой маленький шаг повёл за собой огромные последствия. Видимо, Киёмаса решил воспользоваться моментом и ослушавшись договорённости пырнул Такемичи вместо Дракена. Но прошлого уже не воротишь, как бы это странно не звучало с уст того, кто прыгнул во времени. Но это уже не именно значения. Киёмаса мёртв. Манджиро собственными руками задушил его вчера. Он не чувствовал ничего. Ни страха, из-за того, что снова кого то убил, ни грусти, он даже не чувствовал радости от совершённой мести. Абсолютно ничего. Как будто это действие было ничем, абсолютной пустышкой. Прямо сейчас он сидел на подоконнике и смотрел в окно, задумавшись о чём-то. Из раздумий его вывел еле слышлый скрип двери и тихие шаги. Парень посмотрел на того, кто зашёл в палату. — нужно поговорить. — тихо, но уверенно произнёс Дракен. — за Такемучи приглятит Ая-сан она сейчас на первом этаже. Сано спрыгнул с подоконника и вышел из палаты. Дракен вышел следом и закрыл за собой дверь. Парни вышли на улицу где их уже ждал Пэян. Манджиро немного разозлился, увидев его, но виду не подал. — о чём вы хотели поговорить? — отчуждённо спросил Сано. — о том, что произошло вчера — произнёс Пэян. — а, ты о том, что предал нас и объединился с бандой-врагом, чтобы убить Кенчика? — да. — Пэян невольно поёжился, но оправдываться не стал. — глава, я признаю, что поступил как гандон и подверг опасности соглаву. Но, клянусь, я не знал о том, что этот уёбок нападёт на него! — надо было думать, перед тем как делать. Это уже прошло и этого не изменить. — глава, вы же меня не выгоните? — это будет решать Такемучи, но учти, что если он решит тебя оставить, то остальные члены банды так просто тебе этого не забудут. Пэян кивнул и поспешил скрыться из виду. — ну а теперь ты. — парень перевёл взгляд на Дракена. — винишь себя в этом, да? Дракен неуверенно кивнул. Этого вопроса он не ожидал больше всего. Хоть и парень подозревал, что Сано давольно проницателен, но не на столько же. — если ты переживаешь о ссоре, то ты просто высказал своё мнение, кто же знал, что Пэян выберет месть. А если из-за того, что не успел спасти его, то Такемучи на тебя разозлится. Ты же сам знаешь, что изначально хотели напасть на тебя, но Киёмаса точил клыки на него. Не вини себя. Не вини Такемучи. Он хотел помочь. Сейчас он жив и совсем скоро очнётся. Всё обошлось, правда же? — Манджиро улыбнулся. Парень винил только свою беззаботность. Раньше он думал, что сможет обезопасить Ханагаки, но сейчас он осознавал, что то, что он делает недостаточно. Он всегда должен быть рядом. Может это и звучало как бред сумасшедшего или зависимость, возможно, так оно и есть. Сано уже не представлял свою жизнь без лучика солнца, что каждый день согревал его чёрную душу, с каждой секундой всё больше разгоняюшего мрак и сжигая его сердце до тла. Но Манджиро не собирался влезать в его личную жизнь или говорить кому нибудь о своих чувствах. Он ни за что в жизни не признается в них, ни за что. Нет, он не боялся быть отвергнутым, не боялся насмешек. Он слишком хорошо знал Ханагаки, который ни за что так бы не поступил. Он боялся избегания и неловкости. А от соглашения его и во все бросало в дрожь. Он уже давно осозвал, что это путь в никуда. Его чувствам не быть взаимными, не с этим человеком. Такемичи мог согласиться только из-за его синдрома спасателя. Подумал бы, что так сможет обезопасить Сано от тьмы, не подумав о своих собственных чувствах. А на принуждение Манджиро идти не хотел. Не хотел, чтобы любимый человек был несчастен. От этих мысленно хотело опустошить и так пустой желудок. Парень не ел уже второй день, еда вообще не лезла в горло из-за волнения, да и со сном были проблемы. Сон был крайне беспокойным. — ты… — Дракен пытался сформулировать вопрос, но плюнул на всё это. — любишь его? Не как друга. Этот вопрос ввёл Сано в ступор. Тысячи мыслей с огромной скоростью проносились в его голове оставляя за собой только несложный набор слов. По началу он хотел просто соврать, но понял, что это бесполезно. — замолчи. просто заткнись. Об этом не должен никто узнать. — его голос был серьёзен. — значит я прав. Почему не признаешься? Манджиро оглянулся по сторонам. Рядом никого не было. — у меня к тебе тот же вопрос. Почему ты просто не признаешься Эмме? Щёки Рюгуджи покрылись лёгким румянцем — это другое. Она меня не любит, даже и пытаться не стоит. — вот именно, это другое. Перестань быть сыклом и просто признайся. Иначе я сделаю это за тебя. — только попробуй это сделать. Иначе я расскажу Такемучи про тебя. Манджиро уже не мог сдерживать свои эмоции и выплеснул их — захлопни ебучку! Это совсем другое! — Манджиро понизил тон — он ведь тоже парень. Тебе разве не противно узнать, что твой друг влюблён в другого парня? — я знаю тебя не первый день. Не думаю, что это на тебя как-то влияет. Ну я, конечно, не то что бы за, но и не против. — вот именно. Тебе противно. Не знай ты меня так долго, сразу бы послал. Мне похуй если какая нибудь уёба будет кличить меня пидором, да хоть пусть все меня пошлют, но Такемучи другой. Он ставит чужое мнение выше своего. Уверен после того слуха про отсос за должность, он ещё меня пару дней избегать будет. А ведь это только слух. Представь что будет, если начнут говорить правду. Как думаешь, будет ли он счастлив? Дракен замолчал не зная что и ответить. Он даже и не подозревал, что проблема настолько серьёзна, но Манджиро продолжил — вот по этому ты и можешь признаться Эмме. Она — девушка. И советую тебе это сделать как можно быстрее. Это будет лучше для обоих. Давай оставим этот разговор только между нами. Не хочу, чтобы кто либо знал. О своих чувствах я рассказывать не буду. Сано быстрым шагом вернулся в больницу и сидел в корридоре, пока Ая — сан не вышла из палаты. Женщина поприветствовала парня и ушла, видимо она так и не смогла надолго отпроситься с работы. Манджиро зашёл внутрь и закрыл дверь. Он сразу же заметил фрукты, которых раньше не было, видимо, Ая принесла. Такемичи всё ещё спал. Ещё немого посмотрев на спокойное лицо друга, Сано снова сел на подоконник и достал связку ключей. Парень начал рассматривать брелок, а мотом легонько сжал его в ладони. Безделушка напоминала ему о том вечере на крыше. От тех светлых воспоминаний Сано невольно улыбнулся.

***

Сверловолосый парень немного задремал, положив голову на руки, которые он уместил на перекладине кровати. Почувствовав тихий шорох, он открыл глаза и вскочил в места из-за увиденной картины. Такемичи очнулся и приподнявшись на локтях, смотрел на Манджиро. Боль сковала его тело, но он всё равно попытался сесть, болезненно простонав. — не вставай. Тебе ещё рано. Хочешь чего нибудь? Воды? Может есть? — Сано аккуратно уложил парня обратно на кровать. — Майки, не кипишуй так. Меня всего лишь то пырнули… — всего лишь? Ты совсем не ценишь свою жизнь, ты чуть не умер. Врачи вообще не верили, что ты доживёшь до сегодня. — ну я и вправду думал, что не выживу. Подожди, что с Дракеном? — голос Ханагаки стал обеспокоенный. — с ним всё в порядке, ничего серьёзного. Лучше о себе побеспокойся. — да ладно, не первый же раз. — такой серьёзный был первым. Ты чуть не умер. Позаботься, пожалуйста, о себе, иначе это придётся делать мне. Как ты собрался всех спасать, если тебя не будет? — ну об этом я не подумал — Такемичи улыбнулся. — я и сам могу о себе позаботиться. — да да, так я тебе и поверил. Ты так и не ответил. Хочешь чего-нибудь? — пить. Манджиро достал из пакета, принесённого Аей бутылку воды и, открыв, протянул её Ханагаки. Такемичи забрал бутылку и начал медленно пить, а счастью руки не ослабли и он мог спокойно это делать. — что с дракой, что с Киёмасой? — спросил Такемичи, вернув полупустую бутылку воды. — неоспоримая победа. А на счёт того придурка. я его задушил. — ровным тоном произнёс Манджиро, смотря на синяк на шее Ханагаки, освешаемый слабым лунным светом. Как он узнал после от Рюгуджи, это оставил Киёмаса, наспупив на шею парня. Хорошо, что сейчас Такемичи не пил воду, иначе бы он прямо сейчас поперхнулся бы. — ты сделал что?! Ты как, в норме? — в норме. — точно всё хорошо? Мы можем поговорить, если хочешь. Просто…раньше ты тоже убивал. — со мной всё с порядке. Я ничего не почувствовал тогда. Ни страха, ни боли. Ничего. — это было правдой. Такемичи на минуту замолк. — скажи, если будешь чувствовать себя плохо, мы всегда сможем поговорить. — мгм. И ты тоже рассказывай мне, если тебя что-то тревожит. — Манджиро всегда был обеспокоен и причиной беспокойства был никто иной как Ханагаки. Такемичи кивнул и, немного замявшись, сказал — кто вообще выдумал те дурацкие слухи. — это было скорее утверждение, чем вопрос. Манджиро посмотрел на парня, в его глазах читала ь жалость. Как и он подозревал, Ханагаки они волновали. — не обращай внимания на этих уёбков. Ты не слабый. Они просто завидуют, вот и распускать бредни. Мы оба знаем, что это сто процентная ложь. — я понимаю, но всё же… — Такемичи отвёл взгляд и ждал в ладонях одеяло. — это так противно.он назвал меня шлюхой и спросил хорошо ли я отсасываю. Меня прям воротит от этого. — Ханагаки стиснул зубы, пытаясь забыть про это. Ему было противно, что так говорили не только про него, но ещё и вмешивали в это всё Сано. Он ненавидел когда клеветали на его друзей. Манджиро этого и ожидал. Он чувствовал только злость на Киёмасу и тех кто распустил этот бред. Будь он жив, Сано бы с радостью убил его ещё раза два. — он просто гандон. Ему никто не хочет отсасать вот и бесится. — парень посмеялся, пошутив. Таким образом он пытался поднять но строение Ханагаки. И это у него получилось. Такемичи посмотрел на потолок и тихо посмеялся.

***

Время шло быстро. Такемичи шёл на поправку. Его каждый день навещали друзья и мама. Дракен по началу был молчаливый и неразговорчивым. Но потом всё же извинился и рассказал причину своего поведения. Такемичи немного посмеялся, а потом они поговорили. Пэян очень долго ходил около дверей и в итоге его в палату толкнул Пачин. Пеян хотел уж было сбежать но путь был перекрыт Рюгуджи. Парень ещё долго мялся, но всё-таки поговорил с Ханагаки и был прощён, а Пачин в свой очередь извинился за обоих. Приходили и Кисаки с Хиной. Последняя узнала от Тетты и все слёзы проревела положил голову на кровать. Кисаки сидел на стуле напротив, а Такемичи пытался успокоить девушку, поглаживая её по волосам. Тачибана так же рассказала ему о том, что после фестиваля начала встречаться с Аоки — так звали того парня с параллели. Ханагаки за неё искренне порадовался. Всё таки, последние крупици романтических чувств уже улетучилась и осталась только крепкая дружба. Приходил и Мицуя с Хакаем. Парни просто болтали. Такаши рассказывал о своих сёстрах и об одежде, а Хакай же по большей части не говорил, просто отвечал если спрашивали, но иногда всё-таки вклинивался в беседу. Приходил Баджи с Чифую и Казуторой. Большая часть их бесед была о драках, но Муцано успешно разбавлял их сюжетами манги и таскал Хинагаки комиксы. Приходила даже семья сано в полной составе. В такие дни было особенно шумно. Но Такемичи успокаивала эта семейная обстановка и вечные споры братьев. Но больше всего его новещал всё-таки Манджиро. Они вместе обсуждали самые разные темы. От погоды до дел банд и планов на будущее. Компания Сано была комфортнее всего для израненного Ханагаки.