Truth is not trith

      Для Торфинна никогда не были под запретом посещение шумных вечеринок или поздние прогулки. Это все самому парню не особо нужно было, поэтому такие вещи он делал весьма и весьма редко. По сути тот самый сложный переходный возраст прошел для него легко и просто, без ссор и скандалов, без криков и нравоучений, потому что Арторий всегда относился с пониманием и спокойно объяснял Торфинну все прелести взрослой жизни и последствия необдуманных поступков. Даже пара откровенных разговоров о сексе и половом созревании не были такими до ужаса смущающими, как это могло было быть. Итогом полного доверия Артория стало спокойное отношение Торфинна ко всему "запретному", вроде алкоголя или курения. Его это просто не интересовало, потому что он имел другие цели и интересы в жизни. Пробовать - пробовал, но желания повторить, как у многих сверстников, у него не возникало.       Дома всегда было спокойно и уютно, хотелось поскорее вернуться, развалиться в удобной кровати за ноутбуком или приставкой, или провести вечер за просмотром фильма на диване и желательно - перед камином. А может - просто приготовить вкусный ужин на пару с отцом и позвать крестного в гости. То, что Торфинн был очень привязан к своей семье, было понятно всем и сразу. Это не означат, что у него не было личной жизни или друзей, просто Кнуд был единственным, кто знал настоящую историю парня об усыновлении и спокойно воспринимал ее. Почему-то пару раз, когда Торфинн говорил об этом другим, на него смотрели с недоверием и сочувствием. Ну и, конечно, многих привлекали машина, одежда и миловидная внешность. Торфинн казался парнем при деньгах, с которым можно пошляться по клубам или покататься ночью. Но на деле - его куда больше интересовали спортивные состязания, картинные галереи, исторические саги викингов и совсем немного - картография и корабли. Конечно, это казалось скучным, как бы сильно люди не пытались проявлять к этому всему интерес.       Когда Торфинну было пятнадцать, впервые ему призналась одноклассница. Она была милой девушкой из обеспеченной семьи и была полностью уверена, что из их выйдет красивая пара, первая в школе, так сказать. Но парень даже не раздумывая ответил отказом, сказав, что та слишком просто расценивает взаимоотношения и нельзя предлагать встречаться другому человеку просто потому, что общество воспримет вас как красивую пару. На выпускном к нему подошел парень и предложил не прекращать общение после выпуска. Торфинн с тяжелым вздохом ответил, что его не интересуют парни, а тем более - зацикленные на себе капитаны футбольных команд. В университете Торфинн сходил на пару свиданий с двумя девушками и, все же, одним парнем. С последним хотя бы было о чем поговорить, кроме новых заведений в городе и машины Торфинна. Но повышенный интерес к Арторию и его деятельности - напрягал парня в любом случае.       И вот сегодня Торфинна снова пригласили на очередную громкую студенческую вечеринку. Приглашение отдавала какая-то неформалка с потока. Она явно намекала на то, что Торфинн должен пойти с ней, пока не подошла какая-то из ее подруг, уже более приличного внешнего вида, и не заявила, что этот парень пойдет с ней, напомнив, что в этом году она выиграла конкурс "мисс университета". Пока те спорили, Торфинн слился с толпой, что наполнила коридор вуза, и поспешил сбежать от этого внимания. Ближе к новогодним праздникам это все становилось просто невыносимым. Он выцепил Кнуда возле комнаты студсовета и потащил друга на парковку.       - Это просто пиздец, - говорил Торфинн. - Они все будто сговорились. Очередная тусовка. Если мне идти на каждую из них, то о сне можно забыть примерно на неделю.       - Но ты же не пойдешь ни на одну, - заметил друг. - И куда ты меня вообще тащишь?       - Обедать. - Торфинн направился к своей машине, ища в кармане ключи. - Все-таки есть польза от того, что на тебя девчонки вешаются, - он улыбнулся, - знаешь много кафешек, которые открылись совсем недавно.       Кнуд устало закатил глаза. Он знал, что Торфинну трудно найти для себя понимающего человека, поэтому игнорировал подобные фразы друга о девушках.       - Не думал попробовать пригласить на обед кого-то из них? - Кнуд уселся на пассажирское и накинул на себя ремень безопасности.       Торфинн завел машину и покачал головой:       - Нет спасибо, у меня после последней все еще голова болит. Ты знал, что чихуахуа полезно есть говядину? Блять, я слушал о ее псине почти полчаса. Я вообще не люблю этих собакоподобных крыс, а мне настолько мозг вынесли, что я прям экспертом стал. Так что если заведешь себе чихуахуа - обращайся.       Кнуд рассмеялся, прикрыв рот рукой. Рассказы Торфинна о неудачных свиданиях - это просто выступление комика. Так смешно и красочно нужно рассказывать только на сцене, а не другу в машине.       Торфинн улыбнулся такой реакции друга и сдал назад, чтобы выехать с парковки. Они свернули на главную дорогу, когда Кнуд прекратил смеяться и наигранно приложил руку к груди:       - Клянусь, я никогда не заведу себе собакоподобную крысу и все, что на нее похоже.       - Поэтому я обедаю с тобой, - ответил парень и остановился на светофоре. - Так, - он достал из кармана телефон, - кажется, что это было на пересечении...       - Давай я поищу, не отвлекайся. - Кнуд взял в руки телефон друга и посмотрел на открытую карту с отмеченной точкой. - На следующем перекрестке налево.       Кафе действительно оказалось небольшим о очень уютным. Заведение отлично подходило как и для быстрого обеденного перекуса, так и для милых посиделок во время свидания. Светлый интерьер с вкраплениями шоколадных оттенков просто идеально подходил для подобного места, где в основном, не смотря на наличие столиков, брали кофе на вынос.       Торфинн уселся за столик у окна и сразу же взял в руки меню. Кнуд устроился напротив и протянул другу его телефон. И как только они были готовы сделать заказ и обсудить предстоящие новогодние праздники и сессию после них, Торфинн услышал знакомый голос позади себя.       - Какая встреча. Мальчик мой, очень рад тебя видеть. Это твой друг? Как там, - Лейф задумался, пытаясь вспомнить имя. - Крунт?       У Кнуда чуть глаз не дернулся - так его имя не коверкали. Да что уже там говорить - не такое уж у него и сложное имя, чтобы ошибиться. Поэтому парень сразу же посмотрел на удивленного Торфинна, который поправил Лейфа почти что на автомате:       - Кнуд. А ты здесь...       Лейф взял стул от соседнего стола и бесцеремонно уселся между двумя парнями. Он покосился на Кнуда, который все еще смотрел с подозрением, а потом перевел взгляд на своего племянника:       - Просто заскочил взять кофе. И заметил тебя. Думал, что ты тут с девушкой, а оказывается, - он махнул рукой, - просто друг. У тебя есть время? Мы так толком и не виделись после того раза в ресторане. Мне жаль, если я сделал что-то не так или заставил твоего приемного отца сомневаться в искренности моих намерений.       Торфинн покосился на Кнуда. Тот смотрел на Лейфа с удивлением, явно узнав этого человека. А ведь Торфинн так и не рассказал Кнуду о том, что именно этот человек и является его названным дядей, и что именно Торфинн попросил его отозвать иск к компании Свена.       - Ничего такого, - ответил Торфинн и откашлялся. - Просто у нас сейчас вроде бы как перекус перед парой. И если ты не против, - парень кивнул на меню, - то я бы не хотел опаздывать.       - Мне тяжело довольствоваться лишь звонками, - возразил Лейф. - Если ты не занят вечером, то мы могли бы встретиться здесь же. Часам к семи. Нормально?       Торфинн колебался. Эрикссон был настойчивым человеком. И ни разу не заставил сомневаться в себе. После той встречи в ресторане они просто иногда созванивались или переписывались. Лейф сам открыто сказал, что понимает чувства Торфинна и его доверие к приемному родителю, поэтому не смеет мешать. А Арторий наверняка не станет возражать по поводу их встречи. Просто Торфинн не хотел, чтобы их с отцом отношения снова подпортились или возник очередной конфликт, где уже сам парень взболтнет лишнего снова. Но Лейф смотрел с такой мольбой и надеждой, что было просто невозможно отказать.       - Если немного раньше...       Торфинн даже закончить не успел, как его дядя сразу же согласился:       - Конечно. Во сколько скажешь.       - Я буду свободен около пяти. Так что...       - Без проблем, - Лейф резко поднялся и отставил стул обратно. - Ну, не буду мешать.       - И ты мне не сказал?! Торфинн! Ты!..       Кнуд не закончил и просто отвернулся к окну. Он хмуро смотрел на проходящих мимо людей и проезжающие машины.       Торфинн спокойно рассказал о Лейфе и о произошедшем со Свеном, поедая свой творожный чизкейк, а у Кнуда аппетит сразу же пропал. Он растерянно смотрел то на друга, то на свой капучино. А после окончания рассказа, Кнуд вообще не мог подобрать слов. Прошло больше недели с того момента, когда Свена освободили и они с сыном нашли общий язык касаемо семейного бизнеса. И Кнуда просто убивало то, что его лучший друг за все это время и словом не обмолвился, что это он поучаствовал в освобождении Свена, и что сам Лейф Эрикссон является его дядей.       - Да ладно тебе, - Торфинн отставил пустую тарелку. - Это не так уж и важно. Он даже не здесь живет. Думаю, что увидимся еще пару раз, и он уедет домой. Только не нужно обижаться на меня за то, что я не рассказал. Ты был так счастлив, когда Свена отпустили, вот я и решил, что это станет для тебя лишним напоминанием.       - Я не обижаюсь. - Кнуд отвел взгляд от окна. - Просто, - он обнял руками чашку и посмотрел на Торфинна. - Странно все это. Неожиданные обстоятельства, как он говорит...       - Мне нет причин не верить ему. - Перебил Торфинн. - Он помог тебе по первой же моей просьбе. Он рассказал о моей семье, ответил на все мои вопросы. Да, он странноватый, появился так неожиданно, но он не дал повода сомневаться в нем.       Кнуд поджал губы и о чем-то задумался, а потом задал волнующий его вопрос:       - А как же Арторий? Что он?       Но Торфинн пожал плечами:       - Сказал, что не против, если я узнаю о своей родной семье больше. Он всегда понимал меня.       - Думаешь, ему не обидно? - Кнуд смотрел прямо в карие глаза своего друга. - Да и тебе разве не обидно слышать это слово? "Приемный". Арторий для тебя, считай, что родной.       - Ну а как ему еще говорить? - Торфинн вздохнул. - По сути, родной-то для меня, как оказалось, Лейф.       В голубых глазах Кнуда отразилось удивление и совсем немного - искренний шок от услышанного.       - Не вздумай ляпнуть такое при своем отце, - Кнуд снова отвел взгляд к окну. - Это для него станет как нож в сердце.       - Да ладно тебе. Я же не совсем...       - Уже ляпнул, да? - Кнуд снисходительно посмотрел на друга.       Торфинн закатил глаза и рассказал о своей недавней ссоре с отцом. Его друг все это внимательно слушал и старался смотрел куда угодно, но только не на рассказчика. А когда Торфинн закончил говорить, то Кнуд вынес свой краткий вердикт:       - Торфинн Каст, ты просто долбоеб.       - Спасибо, - фыркнул парень. - Кнуд Северсон - мой лучший, мать его, друг.       Но тот не стал зацикливаться на услышанном:       - Да, я - твой лучший друг. И кому, как не мне, вдолбить тебе, что ты не должен просто так доверять этому типу. Даже если он и спас моего отца от суда. Он появился слишком неожиданно, потом вся эта история с отцом, а теперь предлагает мило беседовать с тобой? Торфинн, это все какая-то дичь. Ты оглянись на свои отношения с Арторием. Блять, да он же просто идеальный родитель. Помогает, поддерживает, заботится, доверяет, не заебывает, не ругает, даже завтраки с собой все еще приготовить может. Вы с ним хоть раз ругались до появления этого твоего дяди? - Торфинн покачал головой и старался не смотреть на разошедшегося друга. - Вот именно. Никто и никогда не подумал бы, что он тебя усыновил. Он тебя искренне любит, а ты, - Кнуд всплеснул руками, - выдаешь подобное. Сказать, что ты ему не сын? Торфинн, это же просто жесть.       - Я уже осознал свою провинность.       - Торфинн, Арторий тебе никогда не отказывал. А в таком - он тебе и подавно не откажет. Речь идет о твоей кровной семье. Но как считаешь, насколько ему больно о того, что ты видишься с этим дядей, а потом говоришь такое или просто веришь словам этого Лейфа?       Торфинн вздохнул и отвел взгляд:       - Да понял я. Просто, - он помедлил, прокручивая в руке вилку, которой ел десерт. - Просто оно как-то само. Понимаешь, Лейф говорит и каждый раз попадает прямо в точку. Ну, знаешь, вроде того, что странно одинокому мужчине брать ребенка из приюта, что отец может сделать так, чтобы я следовал его словам или что папа не доверяет Лейфу.       - Это очевидно, - Кнуд развел руками. - Это же... Боги, Торфинн, конечно Арторий может сделать так, чтобы ты слушался его, конечно он не испытывает доверия к этом внезапно явившемуся дяде. Он, блять, воспитывал тебя почти четырнадцать лет. Ты - его сын. Очевидно, что...       Кнуд не стал заканчивать и просто поднялся. Он подозвал официанта и, не глядя на друга, оплатил общий счет.       - Ладно, нам пора на пару.       - Ты срезался, - заметил Торфинн и поднялся следом.       - Мне просто обидно за Артория. Если бы я был на его месте, что ни за что не позволил бы общаться с человеком, который настраивает моего сына против меня.       - Лейф не настраивает.       Но Кнуд лишь закатил глаза и направился к выходу.

***

      Вечером в кафе было куда более оживленно. Все столики были заняты, благо, что Лейф позаботился о том, чтобы зарезервировать одно из мест заранее. Он привычно махнул Торфинну рукой. Парень заметил, что дядя выбрал то же самое место, что и они с Кнудом днем.       Только подъезжая к месту встречи, Торфинн думал о словах своего друга. Может, в чем-то Кнуд и был прав. Но он не может оказаться на месте Артория и уж точно - на месте Торфинна, который сейчас находился будто между двух огней. С одной стороны Арторий, который всегда был любящим и понимающим родителем для него, а с другой - Лейф, который выручал в самый необходимый момент и не дал повода усомниться в своей искренности.       - Привет, - парень опустился за стол и стянул с себя крутку. - Опоздал немного.       - О, ничего страшного. Я заказал тебе чизкейк. Любишь сладкое, да? - Лейф улыбнулся.       Торфинн снова почувствовал себя странно. Как в детстве. Неприятно.       - Не то чтобы... Ладно, не важно. Не ожидал тебя увидеть днем.       - Мой офис находится недалеко от этого места. Очень удобно. Кстати, - мужчина оперся локтями о стол, - я был бы не против, если бы ты заскочил туда. Я мог бы познакомить тебя с работой своей компании. Думаю, что для твоей практики это было бы очень полезно. Какая часть юриспруденции тебя интересует?       - Я планирую стать адвокатом.       Лейф удивился, а потом снова заулыбался:       - Я так понимаю, что под влиянием Артория Каста, да?       - Ну, - Торфинн немного склонил голову на бок, - не без этого. Отец всю жизнь был для меня примером, так что я не долго думал над тем, кем хочу стать.       - Знаешь, иногда адвокаты берут на себя куда большую ответственность, чем кажется, - философски заметил Лейф. - Хотя, думаю, не мне тебе об этом говорить.       Торфинн приподнял бровь:       - Намекаешь на взятки?       - Говорю прямо. Просто в жизни нужно быть готовым ко всему. Но такая звезда в своем деле, как Арторий Каст, наверняка сможет научить тебя многому. Я интересовался и знаю, насколько он хорош в своем деле.       - Тут спорить не буду. - Парень лишь кивнул в знак согласия. - Я не совру, если скажу, что папа лучший в этом.       - А что на счет твоего друга? Мне стыдно, что я перепутал его имя, - сразу же извинился Лейф. - Память подводит иногда. Ты не часто о нем упоминал просто. Не расскажешь?       Во всяком случае, это было куда лучше обсуждения работы Артория и ее нюансов. Поэтому Торфинн рассказал историю их с Кнудом дружбы с самого начала. А закончил тем, что друг попросил научить его водить, и совсем скоро Торфинн думал выполнить его просьбу, потому что сразу после сессии будет набор в автошколу.       - Так что лучше начать в ближайшее время, раз уж Кнуд так заинтересован этим всем.       - Только будь аккуратнее.       - Папа учил меня водить, как только мне двенадцать исполнилось. Не хочу говорить громких фраз, но опыта у меня хватает.       Однако Лейф лишь покачал головой:       - Я не об этом. Просто твой этот друг так странно смотрит.       - Что? - Торфинн нахмурился. - Сначала ты...       - Он смотрит на тебя так, как мальчик смотрит на понравившуюся девочку, понимаешь?       А вот этого парень уже не выдержал. Он резко поднялся и раздраженно уставился на Лейфа, опершись ладонями о стол:       - Ты с ума сошел? Кто? Кнуд? Да мы с ним столько лет дружим, что...       - Торфинн, прости, прости, не злись, прошу. Это просто мое наблюдение.       Однако парень уже не был настроен на этот диалог. Он взял свою куртку и с прищуром посмотрел на Лейфа:       - Сначала ты говоришь всякое о моей отце, а потом еще и о друге. Знаешь, не нужно пытаться настроить меня против кого-то из них.       - Мальчик мой, я не пытаюсь, нет. Просто...       - Хорошего вечера, мистер Эрикссон.       Торфинн резко направился к двери, накидывая на себя куртку по пути к выходу.

***

      То, что Лейф сказал о Кнуде не давало Торфинну покоя больше недели. Он не стал ни с кем делиться подобным. Потому что не хотелось, чтобы Арторий снова расстраивался из-за встречи с названным дядей, да и сказать о таком другу напрямую, который и без этого настроен скептически по поводу Лейфа, Торфинн просто не мог. Парень подумывал поговорить с крестным, однако дергать Бьерна по такому поводу тоже не особо хотелось, тем более, что тот наверняка расскажет об этом разговоре с крестником Арторию.       Получался замкнутый круг. Еще и Лейф не переставал слать сообщения, в которых всеми возможными способами показывал, что сожалеет о сказанном, начиная от слов извинения и заканчивая неуместными, по мнению самого Торфинна, эмоджи.       Подавленное настроение парня первым заметил Арторий, который попытался поговорить с сыном за завтраком. Но Торфинн сослался на учебу, сказав, что перед первой сессией их совсем кошмарят.       - Можешь пропустить пару дней, если устаешь, - предложил отец, размешивая свой кофе. - Я счастлив, что ты решил пойти по моим стопам, но не обязательно так сильно себя утруждать. Торфинн, ты почти неделю совсем грустный. И дело совсем не в университете.       - Пап, это не...       - Но что бы там не было - я всегда тебя выслушаю.       Но не смотря на успокаивающе слова отца и предложение устроить себе внеплановые выходные, Торфинн все равно едет на пары. Потому что там хоть немного можно отвлечься от неуместных мыслей. И больше всего в данной ситуации парень злился на самого себя, что снова задумался о словах дяди и зациклился на них.       Из-за чего и общение с Кнудом стало более прохладным.       - Ты злишься из-за того, что я сказал о Лейфе?       Торфинн чуть соком не подавился, когда Кнуд внезапно подсел к нему в столовой. Голубые глаза выражали негодование и совсем немного - раскаяние.       - С чего ты взял?       Торфинн отставил свой салат и стакан сока. Он старался не смотреть на друга, потому что тот редко когда был таким прямолинейным, настойчивым и проницательным. А последнее - всегда выбивало из равновесия.       - Дай подумать, - саркастично протянул Кнуд. - Потому что ты избегаешь меня, мы общаемся только на парах, а сегодня мне позвонил твой отец и спросил, что у тебя вообще происходит. Торфинн, ты, - он вздохнул. - Что бы тебе не сказал этот человек, это не должно так сильно влиять на твою жизнь. Неужели тебе настолько неприятно мое присутствие и ты так сильно не доверяешь мне или своему отцу, что всего за пару встреч все так сильно могло поменяться?       И в этих словах была истина. И сейчас Торфинн чувствовал себя просто дураком из-за того, что всерьез задумался о словах дяди.       - Ладно. Дело твое, - Кнуд поднялся. - Я не хочу навязываться. Но мне обидно, что десять лет нашей дружбы для тебя ничего не значат.       И когда Торфинн остался сидеть в полном одиночестве, то принял окончательно решение, что с Лейфом пора завязывать.

***

      И вернуться к привычной жизни поможет искренний разговор с отцом. Кому как не Арторию рассказать о диалоге с Лейфом по поводу Кнуда и вообще - поделиться мыслями по поводу происходящего? Потому что для ребенка из детского дома кровные связи имеют значение. Тем более, что от него добровольно никто не отказывался.       Поэтому когда Арторий вернулся домой, его ждал накрытый ужин и уснувший прямо на диване перед телевизором сын. Мужчина присел на корточки и коснулся плеча парня в попытке разбудить:       - Эй, Торфинн, вставай. Этот ужин выглядит слишком хорошо, чтобы проспать его.       Тот пару раз сонно моргнул, а потом зевнул и посмотрел на родителя:       - Блин, не думал, что усну. Там еще картошка в духовке.       Торфинн принял сидячее положение и посмотрел на наручные часы. Половина седьмого. По сути, проспал он всего полчаса. Он проследил, как отец направляется на кухню, и поднялся:       - Пап, да я все сделаю. Ты уже не первый день так поздно возвращаешься. Не хватало тебе еще и готовить.       - Ну надо же, какой милый ребенок. Как скажешь.       Уже сидя за столом, Торфинн начал говорить первым. Для начала он порадовался тому, что приготовленная им еда была действительно вкусной, выслушал пару комплиментов за ужин от отца, а уже потом начал более неприятную тему.       - Пап, мне очень стыдно за то, что я тогда сказал. Ну, что я... Я даже повторять не хочу. Просто, - он тяжело вздохнул. - Я не думал, что все будет так. Нет, я вообще не думал, что объявится кто-то из моих кровных родственников. Но в случае с Лейфом, я не думал, что он станет говорить такие вещи. Наверное, это просто ревность или какое-то своего рода чувство справедливости, потому что он же... Он же знает меня, знал моих кровных родителей. А я даже примерно не хотел идти с ним на контакт.       - Малыш, - Арторий оставил пустую тарелку в сторону, - я со своей стороны расцениваю происходящее немного иначе. И дело не в том, что я не доверяю Лейфу или мне обидно, что ты так просто поверил его словам. Чего я не отрицаю, - немного улыбнулся он. - Как показывает мой жизненный опыт и опыт работы адвокатом, просто так родственники не появляются. А внезапное заявление Лейфа о том, что я усыновил тебя, потому что мне что-то нужно было от тебя, наталкивает меня на мысль, что это именно ему что-то нужно. Но куда больше меня беспокоит то, что произошло со Свеном. Это все еще выглядит для меня очень странно. Сначала этот внезапный арест, а потом его так просто отпускают. У меня такое чувство, будто Лейф вынудил тебя встретиться с ним. В любом случае, я не отказываюсь от своих слов о том, что я не против, если ты узнаешь о своих родственниках. От Лейфа или нет - для меня не важно. Куда более важно - чтобы ты был счастлив. Ты - мой сын, и ничего это не изменит. Я всегда буду переживать о тебе, всегда буду рад помочь тебе и всегда буду желать тебе только хорошего.       От всех этих теплых слов на лице Торфинна появилась улыбка. Он подсел ближе к отцу и устроил голову у него на плече:       - Я и сам не знаю, как правильно поступить. Знаешь, я обсудил случившееся с Кнудом, даже о той ссоре рассказал. Он назвал меня идиотом, ну, только другим словом, - тихо рассмеялся парень. - И тогда Кнуд сказал, что тебе обидно от того, что я общаюсь с Лейфом в принципе. И что ты - моя семья. Думаю, что он намекал на то, что не нужно мне искать кровных родственников, поскольку у меня уже есть, считай, родные люди. Ну, в смысле просто родные.       Торфинн понял, что опять сморозил глупость, однако когда почувствовал такие знакомые прикосновения в волосах, то сразу же расслабился. Он тихо шепнул "прости" и прикрыл глаза.       - Помнишь тот день, когда ты впервые назвал меня "папа"?       После этого вопроса от отца, парень задумался. Обращение стало привычным, что Торфинн даже забыл тот момент, когда впервые назвал Артория так. И тот тихо рассмеялся, заметив задумчивое выражение лица сына:       - Ты сказал это неосознанно, даже не задумываясь о значимости этого для меня. И этот день я запомнил навсегда.       - Мне кажется, что я всегда так тебя называл, - отозвался Торфинн, прекращая пытаться вспомнить тот момент.       - Нет. Первое время ты боялся даже на "ты" ко мне обратиться.       Торфинну кажется, что это все было так давно, будто какой-то полузабытый сон.

***

      Кошмары снились почти каждую ночь. Торфинн часто просыпался весь в слезах и каждый раз очень боялся, что Арторий изменит свое решение и отправит ребенка обратно в приют. Хотя бы за испорченное постельное. Однако тот каждый раз успокаивал мальчика, отправлял в ванную, поил теплым чаем, позволял спать рядом, а на утро выслушивал об ужасных снах и говорил, что это просто кошмар, что это не правда и скоро Торфинну обязательно приснится что-то хорошее. И мальчик искренне в это верил. Он старался не думать о плохом, засыпал под тихий голос приемного родителя, который читал ему перед сном, но все равно все повторялось.       Почти месяц прошел, и Торфинн с каждым днем все больше и больше боялся, что от него захотят отказаться. А возвращаться в приют после всей той заботы, которой окружил мальчика приемный отец, совсем не хотелось.       Однако помимо кошмаров у Торфинна была еще одна проблема, куда более реальная. Хоть после усыновления болезнь не давало о себе знать, это сосем не означало, что ее нет. И Арторий прекрасно знал, что поверхностное обследование и такое же лечение не дадут никаких результатов или гарантий того, что с возрастом это не усугубиться. И когда он сказал мальчику о том, что им нужно поехать в больницу, то заметил промелькнувший в карих лазах страх, прежде, чем Торфинн кивнул.       Только вот то место, куда они приехали, очень сильно отличалось от всех тех больниц, в которых мальчик бывал ранее. Торфинну даже немного понравилось это место - все было светлое и аккуратное, а врачи - улыбчивыми и доброжелательными. Даже во время неприятного обследования на него не ругались, когда он делал что-то не так, да и Арторий находился рядом, не оставляя ребенка одного. Половина дня ушла на сдачу анализов и беседу о результатах обследования. И когда один из врачей сказал, что Торфинн должен подождать своего папу в коридоре, мальчику стало страшно, что обследование показало что-то не очень хорошее и что теперь Арторий точно вернет его обратно в приют.       И когда задумчивый Арторий вышел из кабинета врача с папкой в руке, Торфинн не заметил, как расплакался. Он сжал ткань брюк мужчины двумя руками и попросил не оставлять его здесь, тихо всхлипывая и обещая, что он не будет болеть и будет хорошим ребенком.       - Торфинн, малыш, я не собираюсь тебя нигде оставлять. Тише, - Арторий подхватил ребенка на руки, позволяя обнять себя за шею. - Ты уже самый лучший, не плачь. Ну же, поехали домой.       Уже в машине Торфинн прекратил всхлипывать. Он сидел на заднем сидении и позволял приемному отцу вытирать слезы с лица.       - Я не думал, что ты так боишься больниц. Врач просто рассказывал мне о твоем лечении. Мы можем сделать это дома. Тебе не нужно оставаться в больнице.       - Я не боюсь больниц. Я боюсь, что ты решишь, что я тебе не нужен. Мне страшно, - мальчик обнял родителя снова всхлипнув. - Я не хочу быть плохим ребенком. Я не хочу так болеть или мочить кровать. Я не хочу, чтобы ты меня бросил. Пожалуйста. Прости меня.       Наверное, в этот момент мир для Арторий немного перевернулся. Он прижал мальчика к себе и успокаивающе погладил по голове:       - Малыш, тебе не за что просить прощения. Все хорошо. Ну разве я могу бросить своего сына? Тише, я никогда не оставлю тебя. Не бойся, я всегда буду рядом. Слышишь?       Торфинн немного отстранился и снова позволил вытереть со своего лица слезы. А потом он шмыгнул носом и улыбнулся:       - Правда никогда не бросишь?       - Ну конечно же нет, никогда не брошу, - Арторий провел пальцем по носу ребенка пытаясь приободрить. - Поехали домой. Приготовим тебе вкусный обед. И сегодня ты был большим молодцом в больнице, поэтому я думаю, что тебе можно поесть в кровати.       - А то пушистое одеяло будет? - Торфинн сразу же оживился при упоминании обеда в кровати. Потому что это означало, что можно будет лежать и смотреть мультики.       - Плед? Ну конечно будет. - Арторий немного отодвинулся. - Поедешь спереди или сзади?       - Можно спереди?       - Ну конечно.       Мальчик просиял от восторга. Такие мелочи, которые, казалось бы, совсем обыденные, вызывали у Торфинна полный восторг. За этот почти что месяц он не позволял себе ничего лишнего, и вот такие вот моменты были одними из самых счастливых воспоминаний. Да и присутствие приемного отца делало эти моменты еще счастливее.       И прежде, чем сесть вперед, Торфинн снова обнял Артория, не прекращая улыбаться.       - Ну что такое? - Арторий опустился на колено перед ребенком. - Торфинн, я и не думал, что ты такой такт...       Мальчик обнал родителя, обвив ручками шею:       - Я очень счастлив. У меня самый лучший папа на свете. Самый добрый и самый хороший.       Арторий на мгновение замер, а потом обнял сына в ответ. Кажется, что если и есть самый запоминающийся из счастливых моментов в жизни, то это он.       И после этого Торфинн даже не заметил, как с каждым днем все чаще и чаще называл Артория папой. Да и сам мужчина уже меньше предавал значения тому, что ребенок называет его отцом. Но тот самый первый раз стал самым ярким и самым запоминающимся. И в тот день мальчик попросился спать рядом, потому что "с папой не страшно". Ну и как такому можно было отказать?

***

      После теплых воспоминаний о прошлом, Торфинн не решился начинать разговор еще и о Кнуде. Ему и без всего этого не хватало вот таких моментов, которые ранее очень часто присутствовали в жизни парня. Чувствовать понимание и заботу со стороны родителя - это было очень важно для Торфинна, не смотря на возраст и на то, что со стороны могло показаться странным такое тесное общение. Обычно же подростки куда более вспыльчивые и отдаляются от родителей.       Когда-то Арторий сказал, что Торфинн - очень тактильный и в этом нет ничего плохого. Но уже потом заметил, что такое поведение он позволяет себе только с самыми близкими людьми. Которым безоговорочно доверяет.

***

      После беседы с отцом, очень сильно захотелось извиниться перед Кнудом. Все же тот не заслужил такого недоверия со стороны Торфинна. Тем более, что парень сам послал Лейфа куда подальше за слова о Кнуде.       Поэтому Торфинн подловил друга у входа в университет, прихватив с собой кофе, заваренный Арторием.       - Доброе утро. Я не могу правильно извиняться, - начал Торфинн, глядя на удивленного Кнуда. - Но папин кофе может сделать это за меня.       - Думаешь, что?.. - Кнуд посмотрел на протянутую термокружку и рассмеялся. - Торфинн, ты просто невыносимый. Вот сколько дней ты меня морозил, столько у будешь теперь кофе таскать.       - Что угодно. Ну, правда, извини.       Торфинн смотрел с явным раскаянием. И это вызвало у Кнуда лишь улыбку:       - Пожалуй, запью свою обиду, - он принял протянутую термокружку. - Пойдем?       - Да. И еще. - Торфинн задумался, как бы правильно сказать, но потом решил, что Кнуда можно особо и не впечатлять своими речами - не первый год знакомы. - Ты же просил тебя водить научить. Я все помню. И... Как на счет сегодня? После пар, - добавил парень. - Скоро же сессия, а после нее - набор в автошколу начнется. Поэтому если начнем в ближайшее время - то у тебя уже будут навыки.       Сначала Кнуд удивился, а потом согласно кивнул, открывая термокружку:       - Хорошо. Как тебе удобно.       После последней пары Торфинн отвез их на один из заброшенных полигонов старой автошколы, что находился недалеко от города. Именно здесь Арторий учил его, когда Торфинну исполнилось двенадцать. В этом старом месте даже некоторые атрибуты сохранились, вроде покосившихся знаков или столбиков для отработки поворотов. Только разметка напрочь стерлась, да и на эстакаду лучше было не заезжать - веса авто она уже не выдержит. Зато недалеко был невысокий подъем, сделанный насыпью из грунтовки, и при сухой погоде вполне можно было тренировать трогание с подъема на нем.       Кнуд осмотрел это место, где вокруг были только небольшая посадка и заброшенные гаражи. Он немного скептически посмотрел на друга:       - А здесь мило. В фильмах в таких местах обычно трупы прячут.       Торфинн рассмеялся и протянул Кнуду ключи от своей машины:       - Я надеюсь, что ты будешь аккуратнее и одним трупом здесь будет меньше.       - Все зависит от моего инструктора, - парировал Кнуд и взял ключи.       - Помни, что у меня нет педалей.       Торфинн спокойно объяснял, что нужно сделать, чтобы завести машину, как правильно отрегулировать зеркала, как нужно трогаться и даже почти не матерился, когда машина глохла. Пару раз парень пожалел, что Арторий не подарил ему тогда "автомат", но с другой стороны - тогда смысла обучать Кнуда на такой машине не было бы.       - Если я что-то наверну...       - Блять, стой.       Начав говорить, Кнуд отвлекся и машину повело в сторону. Ничего критичного, но переднее правое колесо уперлось о невысокий бордюр, и после торможения машина снова заглохла. Торфинн вздохнул:       - Я думал это будет проще.       - Ну извини. Мы всегда можем это закончить.       Торфинн попытался вспомнить, было ли настолько все плохо, когда он впервые сел за руль. Но не вспомнил. Потому что плохо не было. Арторий все спокойно объяснял, да и сам парень схватывал все налету, потому что очень хотелось уметь. Теперь Торфинн рассказывал все то же самое, что когда-то говорил ему отец, Кнуду. Но, видимо, не зря говорят, что кому-то что-то дано или не дано.       - Ладно, сдай немного назад       Кнуд завел машину снова, включил заднюю передачу и послышался скрип.       - Сцепление, блять!       После каждого такого крика каким-то чудом Кнуд все делал правильно. Торфинн закатил глаза и посмотрел в зеркало заднего вида со своей стороны, придерживая при этом руль, задавая правильное направление.       - Стой. Да блять!       Торфинн снова выругался, когда машину дернуло и она заглохла. Он укоризненно посмотрел на друга:       - Слушай, тебе оно вообще надо? Ты будто игнорируешь все мои слова.       - Я не...       - Выжми сцепление.       Кнуд сделал то, что от него требовалось, и Торфинн выключил скорость. Потом он вздохнул и наклонился к водительскому сидению, чтобы дотянуться до кнопки, открывающей капот. От этого движения Торфинна, Кнуд чуть не подпрыгнул.       - Ты что делаешь?       - Поверь, ты не настолько хорошо водишь, чтобы отсосать тебе, - пошутил Торфинн и нажал на кнопку. - Перерыв пока.       Кнуд проследил за другом, который вышел из машины, поднял крышку капота и наклонился, заглядывая внутрь. Он понимал, что Торфинн не со зла, и что этот парень просто сам по себе не в меру вспыльчивый. Кнуд вышел из машины и встал рядом с другом, который копался в машине что-то проверяя.       - Так что ты делаешь?       - Проверяю уровень масла и охлождайки. Тебе это пока не нужно.       Кнуд сделал шаг назад:       - Выглядит это проще. Водить, я имею ввиду.       Торфинн закатил глаза и захлопнул крышку капота. Он посмотрел на пострадавшее колесо, не заметил там никаких повреждений и перевел взгляд на друга:       - Это в принципе не сложно. Просто, - он оперся о машину, - либо ты не хочешь меня слушать, либо я плохо объясняю.       - Я стараюсь, правда.       - Поэтому не выключил зажигание? - Торфинн кивнул в сторону места водителя.       Кнуд сразу же открыл дверь и провернул ключ, доставая его:       - Извини. Блин, можем просто закончить все это. Мне стыдно. Еще не хватало тебе машину въебать.       От такой растерянности стало даже смешно. Торфинн прыснул:       - Следи за бордюрами. И не отвлекайся. Должен же ты хоть один круг нормально проехать.       - А ты?       - Что я? - Торфинн встал ровнее.       - Тебя же Арторий учил вообще с детства. У тебя сразу получилось?       - Я интересовался этим с шести лет. В двенадцать папа привез меня сюда и мы катались пару часов. Потом он мне разрешал немного поездить по дорогам возле дома.       Кнуд вздохнул:       - В двенадцать, да?       - Когда до педалей доставать начал, - пожал плечами Торфинн. - Ладно, садись. Обещаю, сильно не ругаться.       - Обещаю быть внимательнее.       Один круг удалось проехать нормально. Спустя три часа. Торфинн сказал тормозить и вздохнул с облегчением. Хотелось сказать, что он зарекается еще когда-либо кого-то учить, но понимал, что сам пообещал Кнуду научить. А нарушать данное обещание совсем не хотелось. Да и по итогу, когда Кнуд сконцентрировался, все стало куда проще.       - Обалдеть. - Кнуд посмотрел на друга. - Я считаю это достижением. Можно?       Тот хмыкнул:       - Вполне. Но сзади пока не катай никого - угробишь.       - Торфинн, блин!       - Если в следующий раз что-то пойдет не так, я уже присмотрел тут местечко, где можно меня прикопать. Скажешь папе, что я пал смертью храбрых.       - Следующий раз? - Кнуд удивился. - Я думал, что ты меня теперь вообще к своей машине не подпустишь.       Но тот просто покачал головой:       - Тебе просто нудно сосредоточиться на том, что делаешь. Ты постоянно на что-то отвлекаешься и...       - Ты был расстроен из-за Лейфа, - начал Кнуд. - И я подумал, что тебе нужно время. Но на деле - тебе нужно было совсем другое. И сегодня ты не думал о нем и о том, что он портит твои отношения с близкими людьми. Ты очень хорош в этом, - он провел рукой по рулю. - И дело не в том, что Арторий хороший и терпеливый учитель, а в том, что это тебе действительно нравится. И не знаю, часто ли тебе это говорили, но ты классно смотришься за рулем, и когда копаешься в машине - тоже.       - Ну спасибо, - Торфинн растерялся. - Приятно слышать.       Кнуд повернулся к другу:       - Мне бы хотелось как-то поддержать тебя. Но я даже примерно не знаю, как это сделать. Вся эта история, в которую ты попал, очень странная. И я даже не представляю, что делал бы на твоем месте. Но если есть что-то, что я мог бы сделать для тебя - только скажи. Тем более, что после сегодняшнего дня я у тебя в долгу.       - Да не парься ты так. - Торфинн лишь отмахнулся. - То, что мы провели время вместе и я реально не думал ни о чем другом, кроме как об отсутствии у себя педалей, уже хорошо. Но благодарности ты от меня не дождешься.       - Это я должен тебя благодарить. - Кнуд на мгновение замялся, но потом подался немного вперед. - Ты добрый и веселый, ты всегда рядом и выручаешь меня. И я действительно не мог сосредоточиться на том, что я делаю. Потому что постоянно думал о том, как это делаешь ты.       - Что?       - Торфинн, если я смогу стать для тебя поддержкой и человеком, которому ты всегда сможешь все рассказать, я буду очень счастлив.       - Ты к чему?..       Кнуд резко подался вперед и коснулся губ Торфинна своими. Тот явно не ожидал такого, поэтому отпрянул назад:       - Какого?..       - Я бы хотел стать немного ближе с тобой. Торфинн, ты мне нравишься. Очень нравишься. И мне было очень...       - Выйди.       Торфинн все еще шокировано смотрел на Кнуда. Сначала он был растерян, но потом карие глаза наполнились злостью.       Кнуд отстранился, но не прекращал смотреть на друга:       - Что? Нет, извини, если ты...       - Выйди нахуй из машины, - почти прорычал Торфинн, открывая дверь со своей стороны. - И лучше ты это сделаешь сам.       Кнуд последовал его словам и вышел на улицу. Он уже готовил извинительную речь для Торфинна. Однако уж никак не ожидал удара. Кнуд оперся рукой о машину, чтобы удержать равновесие. Он испуганно посмотрел на Торфинна:       - Прости. Я просто хотел...       - Да иди ты нахуй! Блять! Я доверял тебе. А ты... Блять, это было мерзко.       - Да, я понимаю. Прости. Давай мы просто забудем об этом. Пожалуйста, Торфинн, прости меня.       - Простить? Ты издеваешься? Блять, просто не приближайся ко мне.       Парень открыл дверь со стороны водительского сидения и оттолкнул Кнуда подальше.       - Нет, Торфинн, стой. Погоди...       Тот пытался сказать что-то еще, но Торфинн просто сел в машину и уехал.       И уже выезжая на объездную, Торфинн написал сообщение Лейфу.       

"Ты был прав. По поводу Кнуда. Мы можем встретиться завтра?"

      "Разумеется. Когда тебе будет удобно"