Seven love

— Чего есть будем? Закажем пиццу? — Намджун возился с приставкой, пытаясь включить какую-то новую игру, в которую очень хотел поиграть. — Я буду сырную! — довольно воскликнул Чимин, удобнее устроившись на диване. — А что, мелкий с нами останется? — ворчливо протянул Юнги, делая глоток пива из банки и дырявя взглядом спину Джуна. — Юнги… — укоризненно потянул Джин. Чимин недовольно цокнул, скрещивая руки на груди. Намджун обернулся, окидывая обоих взглядом. — В чём проблема-то у вас? Не понимаю… нормально же общались раньше. — Забей, всё нормально, — Юнги смял пустую банку и кинул в пакет для мусора. Намджун пожал плечами и, достав свой телефон, открыл приложение доставки. — К твоему сведению, мистер старый-ворчливый-дед, это и моя квартира тоже, — всё-таки не удержался и саркастично произнёс Чимин. — Если ты забыл, Намджун-хён мой брат. Ах, наверное, в твоём возрасте память уже подводит, — он впился в Юнги блестящим взглядом. Юнги даже не обернулся в его сторону. Если бы он это сделал, то не выдержал бы и сорвался. И чёрт его знает, как далеко бы он зашёл. — Чимин, с тобой-то что? — Намджун неодобрительно посмотрел на сводного брата. Младший очень редко позволял себе грубить старшим. Но эти перепалки с Юнги уже всем порядком надоели. — Прости, — насупившись, извинился Чимин, — я, наверное, и вправду пойду в свою комнату. Настроения что-то нет, — он вышел под недовольные возгласы Джина, просившего его успокоиться и остаться. Юнги вскочил следом, не глядя на своих друзей, и, пробурчав нечленораздельное «увидимся в инсте», вылетел из квартиры хлопнув дверью. Оставшиеся вдвоём Намджун и Джин переглянулись. Намджун плюхнулся на диван, тяжело вздыхая и потирая лицо ладонями. Джин пододвинулся ближе, успокаивающе похлопывая его по плечу. Ну вот какого хрена?

***

Юнги бесцельно брёл по улице, сунув руки в карманы и заткнув уши наушниками, бьющими басами глубоко в черепную коробку и вышибая оттуда все мысли. Внутри всё кипело. В первую очередь, злость на самого себя. Телефон завибрировал, оповещая о входящем сообщении. Юнги достал его из кармана и разблокировал, открывая мессенджер. Чимин: Хён, мы можем поговорить? Почему ты меня ненавидишь? Юнги вымученно выдохнул, не зная, как на это ответить. Набрав размытое «бесишь», он выключил телефон и сунул его обратно в карман. Во рту пересохло и хотелось срочно чего-нибудь выпить. Желательно алкогольного. Почему всё должно было пойти по пизде? Хотя, в его случае… через жопу. Он мысленно себя ударил за шутку уровня Сокджина. Было вот как-то совсем не весело. Юнги заебали эти эмоциональные качели. Он устал. Они знали друг друга с Чимином с детства. Юнги до сих пор помнит тот день, когда его лучший друг, Намджун, сказал ему, что его отец женится, и теперь у него будет младший братик. Маленький Чимин-и очень быстро всех очаровал. Не смотря на разницу в возрасте, они быстро сдружились и были, как говорится, не разлей вода. Но, со временем, разница в возрасте ощущалась всё сильнее. Когда Намджун и Юнги пошли в школу, Чимин всё ещё ходил в детский сад. Потом они учились в разных классах, и, как думалось Юнги, имели разный жизненный опыт. Разные интересы. У него с Намджуном появились свои друзья, у Чимина — свои. Они всё реже играли вместе, реже гуляли и тусовались общей компанией. Это произошло как-то само собой. Они не ссорились, у них небыло конфликтов или типа того. Просто… Юнги даже не знает, почему всё сложилось именно так. Если честно, он скучал по старым временам… в детстве всё было гораздо легче. Тем не менее, они росли. И Чимин рос, превращаясь из угловатого подростка в миловидного парня. Вот тут и начались проблемы. Ведь в какой-то момент Юнги, будучи в самом разгаре полового созревания, начал это замечать. Замечать не так, как другие. И это было не просто неправильно. Это было очень-чертовски-пиздец как неправильно. Это пугало. Злило. Он плохо контролировал собственное тело и эмоции. Он стыдился. Чимин привлекал его. И не просто как друг. Он постоянно ловил себя на том, что залипает на него. На линии его тела. На пухлые губы. Милые улыбающиеся глаза… просто посмотрев в них однажды, он утонул, и пути назад больше небыло. Он признал это сам себе. И старался больше не смотреть. Они продолжали периодически общаться. Всё-таки, Чимин был братом Намджуна. Было невозможно не видеться. Да Юнги и не хотел… чёрт, всё было сложно. Он мучился, находясь рядом с Чимином, но и в его отсутствие ему не становилось легче. Иногда ему удавалось себя усмирять, и они хорошо проводили время все вместе. Но чаще всего он срывался и выдавал что-то вроде того, что сегодня выдал у Намджуна. Возможно, он и принял свою влюблённость в парня… но ведь это был не просто какой-то парень! Это был Чимин. Младший брат его лучшего друга. Чимин, с которым они в одной песочнице возились. И почему-то это было тоже проблемой. Ему было стыдно перед другом. И перед самим Чимином. Он винил себя за свои чувства. Понимал, что не имеет на них права. И это делало очень больно, заставляя злиться только сильнее. Срываться по поводу и без. Было очень трудно держать всё в себе. Он уже не выдерживал и готов был закричать от разрывающих его эмоций. Остановившись у ограждения набережной, куда забрёл случайно, он глубоко вдохнул свежий воздух. Достав телефон из кармана, он набрал номер. — Можешь приехать? Это важно. Назвав адрес, он сбросил вызов, смотря на плещущиеся от проходящих катеров волны реки Хан.

***

— Что случилось? — запыхавшийся от быстрой ходьбы Джин плюхнулся на стул в кофейне. Юнги протянул ему свой американо, который заказал, пока ждал друга. Не просто друга, а своего хёна. Если он и был готов кому-то довериться и попросить совета, так только ему. Он сжал дрожащие от волнения руки в кулаки, пряча их под столиком. — Мне нравится Чимин, — бросил Юнги максимально нейтральным голосом и как-бы невзначай. Но внутри всё переворачивалось и скручивалось, ему было страшно. Глаза Джина округлились, и он удивлённо вытянул губы в немом «о». — В каком смысле? Вы ж собачитесь постоянно. — Я влюблён в него. И уже давно. — Ты идиот? — Да. — Почему раньше не сказал? И чего ты ведешь себя с ним, как долбаёб? — Потому что, наверное, я он и есть, Джин… подожди. А где удивление? Осуждение? — Юнги нахмурился, глядя на спокойное лицо друга. Джин заржал, вводя его в ещё большее заблуждение. — Чё ты ржешь? Джин рассмеялся ещё сильнее, не в силах что-либо ответить. — Я сейчас уйду. — Да успокойся ты, стой, — отсмеявшись, выдавил из себя Ким. — А какой реакции ты ожидал? — Ну… отвращение? Презрение? Не знаю… — Дурак, я когда-нибудь был гомофобом? Что за бред, Юнги. Мы дружим с начальных классов. Ты реально думал, что я так отреагирую? — лицо Джина посерьёзнело. — Я… не знаю, хён. Не знаю. Прости… — Ладно, но теперь-то, когда мы всё прояснили, ты мне объяснишь нормально, что происходит? Вздох. Юнги рассказал всё. Всё, что его тревожило, пугало, волновало… Они сидели в кафе до закрытия, продолжив дома у Юнги до самого утра. И, наконец, Юнги почувствовал облегчение. Наконец-то он смог выговориться. И его приняли. — Я думаю, ты тоже ему нравишься, — сквозь полудрёму прошептал Джин. — Айщ, Джин! — Юнги пихнул его в бок. — Что? Я серьёзно. Со стороны виднее… знаешь, как он на тебя смотрит… — Хватит! — оборвал Юнги резче, чем того хотел. — Ты должен ему признаться, — не унимался Джин. — Хёо-он, — стон, полный отчаяния. — Ладно-ладно, давай спать. Наконец, в комнате, освещаемой сквозь неплотно зашторенные окна первыми лучами рассвета, воцарилась тишина.

***

С того разговора прошла неделя. Всё шло своим чередом. Джин, как и обещал, хранил молчание, никак не выдавая тайну Юнги. Они общались, как и прежде. К огромному удивлению Юнги, даже в присутствии Чимина обошлось без подкалываний, что на Джина было совсем не похоже. Но Юнги был благодарен за это. Наступили долгожданные выходные, и парни по обыкновению завалились домой к Джуну, планируя выпить пива и отдохнуть от бесконечных лекций. На пороге их встретил Чимин. — О, Чимин-а, а ты куда? — поинтересовался Намджун, разглядывая своего брата. Тот обул свои начищенные челси и, разогнувшись, ярко улыбнулся. — Привет! — Чимин потянулся к Джуну и обнял его. Отстранившись, он покрутился, красуясь своим нарядом. — Хорошо выгляжу? Ноги обтягивали кожаные штаны, подчеркивающие все его выдающиеся части. Сверху была надета полупрозрачная блузка с, по мнению Юнги, слишком откровенным вырезом. О, он выглядел не просто хорошо. Он выглядел охуенно. И когда только успел так вырасти? Юнги помрачнел. В грудь гвоздём вбивалась откуда-то взявшаяся ревность. И зависть. Зависть к тому, для кого Чимин мог так вырядиться. — Если на трассу собираешься, то сойдёт, — злостно выплюнул Мин, проходя в комнату. Он безнадёжен… — Да что с тобой не так, Мин Юнги? — разъярённо выкрикнул Чимин ему вслед. — Ненавижу тебя! — он схватил свою куртку и вылетел из квартиры, хлопая дверью. — Чимин… — Джин застыл с протянутой рукой в направлении входной двери. Все впервые видели, что бы младший был настолько зол. Юнги сидел на диване, уставившись взглядом в одну точку. Глаза жгло от подступающих слёз. В горле стоял ком. Он не думал, что ему будет настолько больно от этих слов. Но разве не этого он добивался своим поведением? О чём он вообще думал? Он и сам не понимал, что творит. — Юнги, — Намджун уселся рядом, трепля его за плечо, — поговорим? Тон друга насторожил Юнги, и он перевёл встревоженный взгляд на него. — О чём? — Когда ты уже закончишь всю эту хуйню и поговоришь с ним нормально? — Что? — Чё ты идиотом то прикидываешься? Когда ты признаешься Чимину в своих чувствах? — Намджун устало потёр переносицу. — Откуда ты… — Это я ему рассказал, — в комнату вошёл Джин, виновато глядя на Юнги, — прости. — Твою мать, Джин! — возмущённо было начал Мин, но его прервали сильным толчком в бок. — Не ори на него! Он хотел как лучше. Успокойся, — Намджун тяжело вздохнул, собираясь с мыслями, — всё в порядке. — То есть как это в порядке, Джун? Тебе плевать, что твой друг влюблён в твоего брата? — возмутился Юнги. — Блять, Юнги, а почему это должно меня-то волновать? Я ему не мать и не отец. Да и он уже совершеннолетний. Джин предупреждал, что ты головой поехал, но я не думал, что всё так плохо. Что с тобой? Ты раньше как-то поумнее был… — Джу-ун… — измученно простонал Юнги, откидываясь на спинку дивана и закрывая лицо руками. — Идиот… — также вымученно протянул Джун, заваливаясь рядом и утягивая Юнги в объятия. — Ну что с тобой поделаешь… Джин, не выдержав такой трогательной картины, плюхнулся сверху, обнимая уже обоих парней и причитая что-то невнятное.

***

Телефон завибрировал, выдёргивая Юнги из сна. Всё тело затекло от неудобной позы, в которой он вырубился прямо на диване. Они с Джуном и Джином валялись так до самого вечера, пока не вырубились. Юнги совсем вымотался, пока обсуждал все подробности ещё и с Намджуном. Юнги привстал, достав телефон из кармана. Яркость экрана в тёмной комнате слепила глаза. Он кинул взгляд на часы. Второй час ночи. На экране продолжали всплывать уведомления. Чимин: Хённ Прсти мня Збри меня пожлста Я в клбе ххх — Блять, — Юнги выругался и подскочил с дивана, быстро вылетая из квартиры по указанному адресу. Благо, это было не далеко, всего в паре кварталов. В клубе стояла невыносимая духота, усугубляемая клубами дыма от кальянов. Под оглушающие биты и ядерный свет софитов танцевали люди, Юнги с трудом пробрался к бару. Заметив Чимина, он с облегчением выдохнул. Тот сидел в углу барной стойки, о чём-то переговариваясь с барменом и залпом опустошая стакан с какой-то жидкостью. Очевидно, алкогольной. — Чимин, — Юнги подошёл, положив руку ему на плечо. — Ты как? — Вы тот самый Юнги? — спросил бармен. Юнги проигнорировал вопрос, обеспокоенно рассматривая лицо Чимина. Тот, пошатываясь, повернулся к нему. Глаза опухли и были красными. Он плакал? — Ю-юнги-хён, ты пришёл, — невнятно произнёс Чимин и встал со стула, но не удержал равновесия и рухнул прямиком на Юнги. Юнги удержал его и помог встать нормально, придерживая за талию. Он впервые видел Чимина настолько пьяным. — Хёё-ён… — Я отведу тебя домой, Чимин, не переживай, — как можно спокойнее произнёс Юнги, хотя ему пиздец как не нравилась вся эта ситуация. Чимин резко остановился и крепко схватил Юнги за запястье. — Ну что такое? Тошнит? По щеке Пака потекли слёзы. —Чимин? — глаза Юнги удивлённо округлились. Он не знал, как реагировать. — Я тебя не ненавижу, — сквозь слёзы выпалил Чимин. Сердце Юнги пропустило удар. — А стоило бы, — Юнги убрал хватку со своего запястья, беря Чимина за локоть, что бы идти дальше. — Почему ты так говоришь? Юнги не знал, что на это ответить. На самом деле, были ли у Чимина очевидные причины его ненавидеть? Он промолчал. Они вышли на свежий воздух, покидая душное заведение и направившись в сторону дома. — Я… я всё равно… не могу тебя ненавидеть, — заикаясь, произнёс младший. На этот раз остановился Юнги. — Разве? — задал он вопрос саркастичным тоном. — Да, — как-то твёрдо для своего шатающегося состояния произнёс Чимин, глядя замутнённым взглядом в лицо Мина. — И почему же? — Потому что я… л-люблю тебя… дурак… — Чимин обиженно надул губы и попытался стукнуть его по плечу, но промахнулся и чуть было не упал. Юнги успел его подхватить, удерживая крепче. Сердце, гулко стуча, ушло куда-то в пятки. Он не мог поверить. Что он сейчас услышал? Чимин жался к нему сильнее, опаляя горячим дыханием шею. Юнги отвлёкся на это чувство. По телу прошла дрожь. Он встрепенулся и резко отстранил от себя чужое тело. Нет, сейчас не время и не место. Не когда Чимин в таком состоянии. Но в сердце разгорелся пожар давно сдерживаемых чувств, и его уже было не унять. — Поговорим, когда протрезвеешь, — глупо улыбаясь, произнёс он. Чимин согласно промычал. Наконец-то в этих сложных отношениях ярким светом осветился путь к счастливому будущему.