Сезон дождей

— О Боже, Рон! – Гермиона резко дернулась, уворачиваясь от пролетевшего мимо кончика носа клинка. Лезвие воткнулось прямо в стену напротив нее. — Мерлин, Гермиона! – Уизли вытаращился на подругу и поспешно невербальным Акцио призвал нож к себе назад. – Ты как призрак! Ходишь совершенно бесшумно. — Ты чуть не убил меня, Рональд, – Грейнджер с грохотом опустила стопку книг на стол, – это какое-то совершенно людоедское развлечение. — Зато он попал в Лестрейндж уже двенадцать раз, – Гарри указал на продырявленный портрет Пожирательницы, который служил Рону мишенью. — Долохов на прошлой неделе мне нравился больше, – девушка поморщилась, глядя на изображение скалящейся ведьмы, вырезанное из газеты и увеличенное с помощью магии. — Да, но он мне надоел, – пожал плечами Уизли, а потом вкрадчиво добавил. – Столько лет уже прошло, Гермиона, я думаю, тебе надо побороть этот страх перед Лестрейндж, потому что… — Нет никакого страха, Рон! – Быстро перебила его девушка. – Давайте уже перейдем к делу, – Гермиона сменила тему в надежде, что парни наконец-то задумаются о насущных проблемах и не будут копаться в ее личных делах. Уизли недовольно закатил глаза, догадываясь, о чем сейчас будет говорить подруга. Он потянулся, закинул ноги на ближайший стул и зевнул, готовясь выслушать очередную порцию рассуждений Гермионы о предложении Малфоя. Грейнджер заметила его скучающее выражение лица и направила в Уизли лёгкое жалящее заклинание, заставляя его убрать ноги со стула. — Ауч, у тебя сегодня ПМС?! – воскликнул Рон и резко схватился за голень, пытаясь унять жгущее ощущение. Гарри хохотнул над другом, радуясь, что не попал под праведный гнев Гермионы. Грейнджер проигнорировала жалобы Уизли. Она чувствовала себя невероятно измотанной и раздраженной. С их встречи с Малфоем прошло три дня, и друзья провели это время в ожесточенных спорах друг с другом, решая, стоит принять его предложение или нет. Было неудивительно, что сейчас они все были на нервах. — Я изучила все, касаемо поселений на северо-западе Грампианских гор, – гриффиндорка раскрыла увесистую потрепанную книгу на нужной странице. – Во второй половине шестнадцатого века там действительно находилась деревня волшебников, которые специализировались на травах и отварах. Но из-за охоты на ведьм, бушевавшей в то время, вокруг их поселения пошла дурная слава, и они были вынуждены скрыться. Скорее всего они наложили сильнейшие охранные чары на деревню, чтобы их никто не мог найти, и с тех пор жили уединенной общиной. Необычные всплески магии были зарегистрированы в тех местах лишь однажды, двадцать лет назад, Дереком Уорнеллом – достаточно известным шотландским орнитологом, который пытался поймать в Грампианских горах редких аквамариновых синиц. Он подумал, что высокий уровень магической активности связан с тем, что в этом месте гнездятся птицы, однако, прибыв туда, он ничего не обнаружил. Координаты места, которое исследовал Уорнелл практически полностью совпадают с теми координатами, что дал нам Малфой. — Да, не густо, – протянул Гарри, с хрустом откусывая сочное яблоко, – но, по крайне мере, это доказывает, что там действительно что-то есть. — Малфой мог вычитать то же, что и Гермиона, и придумать эту байку про поселение волшебников, чтобы заманить нас туда, – возразил Рон. – Ты не видел его вживую, Гарри. Он вел себя так самоуверенно, как будто точно знал, что мы заявимся в эту деревню, потому что у нас нет выбора. — Но он держал эту бумажку у себя до последнего, – резонно отметила Гермиона, – он явно не хотел нам ее отдавать, и только когда увидел, что мы уходим и переговоры могут сорваться, окликнул нас. Не знаю, я посмотрела на него в тот момент, и мне показалось, что он выглядел довольно растерянно. — Это ж Малфой, Гермиона, – пробубнил Рон, ковыряя столешницу ножом. –Ты забыла, как он притворялся и лгал в Хогвартсе? Ему нельзя верить. — Это глупо. Если он хотел устроить нам ловушку, то почему не сделал это при первой встрече? – Не согласилась с ним Грейнджер. – Зачем ему тянуть время и подставлять себя перед Сами-знаете-кем, распространяя информацию? — Да потому что это его хитроумный план! – Продолжал спорить с ней Рон. – Зачем он вообще дал нам координаты какой-то деревни, если сам сказал, что хочет помогать с финансированием, а не шпионить для нас? — Да потому что он хотел, чтобы мы таким образом убедились, что ему можно верить! – Воскликнула гриффиндорка, теряя терпение. – Как иначе ему заслужить наше доверие? — Пусть даёт Непреложный обет в таком случае! — Так он и не отказывался! — Хватит! – Рявкнул Гарри, заставляя друзей замолчать. – Я видел ваши воспоминания о встрече, и, если хотите знать мое мнение, то я не верю ни одному слову Малфоя. Он отправляет нас в эту деревню для того, чтобы выиграть время. И своих мотивов он не раскрывает. Малфой явно не на нашей стороне, он преследует какие-то свои цели. — Мы и не собираемся безоговорочно ему верить, – упорно стояла на своем Гермиона, – но и не проверить эту деревню мы не можем. Пусть Малфой преследует какие угодно цели, нам нужны лишь его деньги и связи. — Он что-то вынюхал про наши планы, Гермиона, – обратился к ней Гарри, отбрасывая огрызок на стол. – А что если он знает и о твоём Проекте? Что если он хочет подобраться к нему и уничтожить наши шансы на победу? — Он никак не мог узнать о моем Проекте, потому что весь мой Проект только у меня в голове, – устало повторила в который раз Гермиона. – И он не сможет ничего уничтожить, Гарри, потому что нечего уничтожать. И не будет никакой нашей победы, если мы не найдем деньги, чтобы я смогла продолжить работу. Думаешь, я верю Малфою? Или хочу его защищать? Просто это первый реальный шанс за столько лет! Грейнджер утомленно покачала головой. Эти споры были бесконечными и отнимали у нее все силы. Казалось, что они ходили по замкнутому кругу. Малфою нельзя было верить, но без его денег нельзя было осуществить ее Проект, а без этого Гермиона не видела возможности разрушить режим Волдеморта. Слизеринец не доверял им, Орден — ему. И никто не мог разорвать этот круг недоверия, потому что каждый хотел извлечь выгоду только для себя. От этих мыслей у Гермионы болела голова. — Если Малфой согласится на обет, это снимет все вопросы, – заключил Уизли, стряхивая щепки со столешницы, которую он ковырял лезвием все это время, раздумывая. — Хорек может придумать способ обойти обет, – мрачно отметил Гарри, он, казалось, был больше всех из них троих настроен против слизеринца. — Обет обмануть нельзя, – не глядя, ответила ему Гермиона, нервно перелистывая страницы фолианта, который все ещё лежал раскрытый перед ней на столе. — Почему ты так уверена? А вдруг… – начал было Уизли. — А вдруг, я это вовсе не я, а Сами-знаете-кто наложил на меня Империус, чтобы я склонила вас на сторону Пожирателей? – Резко съязвила ему Гермиона, захлопывая книгу. – Я устала от этой паранойи, Рон. Может, Малфой и втирается к нам в доверие, чтобы что-то вынюхать об Ордене. Но у меня тоже есть глаза и уши, и я смогу в оба следить за ним и пустить ему в лоб Аваду, как только он попытается вести себя подозрительно. — Ладно-ладно, – примирительно изрек Гарри, предотвращая очередной виток споров, – давайте уже проверим эту чертову деревню. И если это вдруг окажется правдой, то постараемся заключить Непреложный обет с Малфоем на наших условиях.

***

Гермиона натянула капюшон на голову, пытаясь спрятаться от дождя. Осень в этом году наступила очень стремительно. Холодный порыв ветра бросил в лицо Грейнджер несколько хлестких капель, и она поморщилась, натягивая шарф повыше. Девушка не торчала бы на улице в такую погоду, если бы не тренировка Джинни, которую та проводила каждый день, несмотря ни на что. Гриффиндорка следила за маячащими фигурами на метлах, которые то резко ныряли вниз, то стремительно набирали высоту, уворачиваясь от заклинаний друг друга. Уизли мельтешила ярко-красным пятном на фоне серого пейзажа, и Гермионе даже не пришлось напрягаться, чтобы сразу найти ее взглядом. Джинни заметила подругу, когда у Гермионы от холода уже заледенели пальцы. Согревающие чары работали ненадежно и их приходилось все время обновлять, что жутко раздражало Грейнджер. Уизли-младшая резко затормозила рядом с ней, спрыгивая с метлы и одним движением снимая защитные очки для полета. — Извини, не видела тебя, – оправдалась перед ней Джинни. – Не думала, что ты уже здесь, ты же знаешь, во время тренировок я не слежу за временем. Уизли-младшая была поцеловала Мерлином в макушку при рождении. По крайней мере, так думала Гермиона, потому что талант Джинни в управлении метлой не мог не восхищать. Особенно такого человека, как Грейнджер, которая всегда предпочитала твердую поверхность земли ненадежному древку. За годы войны Джинни отточила свой навык до совершенства, и теперь могла похвастаться тем, что была одной из лучших. Ходили слухи, что Пожиратели Смерти выделяли ее особенно, обещая за поимку девушки круглую сумму, что льстило ей самым извращённым образом. — Давно ты тут? – Джинни жадно отпила большой глоток воды из бутылки. — Не очень, – отрицательно покачала головой Гермиона, переминаясь с одной ноги на другую. – Хотела увидеться с тобой прежде, чем мы отправимся с мальчиками на задание. Потом мы разделимся: они – на поиски крестражей, а я засяду в лаборатории над работой. Не знаю, когда в следующий раз будет возможность пересечься. Подруги переместились под небольшой навес, чтобы немного скрыться от дождя. Вся одежда и волосы Джинни были насквозь мокрыми, но ее это не смущало. — Как ты? – Уизли скосила взгляд на Гермиону. – Слышала, вы с мальчиками что-то не поделили. Гарри ничего не рассказывал мне. Сказал только, что это не для разглашения. — Да, эта неделя вымотала из меня все силы. Я так устала метаться между парнями, Грюмом и Кингсли. — Это как-то связано с той лабораторией, где ты работаешь? — Да. Они молчали некоторое время, так как было понятно, что Гермиона не сможет больше ничего рассказать подруге. — Оливер, ты отклячиваешь задницу, как будто скачешь на лошади, а не летишь на метле! Прижми корпус к черенку! – Джинни неожиданно окрикнула какого-то парня, подскочив на месте. — Ты тренируешь отряд? – Поинтересовалась у нее Грейнджер. — Какой там, – отмахнулась подруга. – Кингсли попросил натаскать парочку новичков. Язык не повернется назвать это отрядом. Гермиона присмотрелась к парням и девушкам, что летали над полем. Все они были немногим младше самой Джинни. То, что ей доверили тренировать их, лишний раз подтверждало, как высоко руководство ценило ее навыки. — Поздравляю, – искренне порадовалась за Уизли Гермиона, – идёшь на повышение. Грейнджер по-дружески пихнула ее в бок. Джинни не разделяла восторга подруги. Она вышла из-под под навеса и призывала с помощью Акцио тяжёлый бладжер. Уизли со всей силы запустила его прямо в какую-то девчонку, вяло пролетающую между тренировочных колец. Снаряд по касательной задел метлу зазевавшейся девушки, отчего та потеряла равновесие. Девчонка взвизгнула и сделала кульбит в воздухе, возвращаясь в горизонтальное положение. — В следующий раз это могла бы быть Авада! – Прокричала Джинни, провожая недовольным взглядом девушку. — Ты вошла в роль! – улыбнулась Гермиона, подтрунивая над подругой. — О Мерлин, Гермиона, – вдруг воскликнула Уизли, – ты не представляешь, какую новость я узнала! Гермиона вопросительно посмотрела на нее, ожидая продолжения. — Наш засранец Рон женится! — Что? – Переспросила Гермиона, поперхнувшись. — Вот так-то! Он хотел держать все в тайне, – возмутилась Джинни. – Только представь, я полезла в его рюкзак, чтобы найти что-то, а там – коробка с кольцом. Я стала его пытать, и он сказал, что собирается сделать предложение Лаванде. — Да уж, – протянула Гермиона, не зная, как ещё прокомментировать эту новость, – интересно когда он собирался нам рассказать? — Думаю, перед самой свадьбой, – предположила Уизли, – говорит, не хотел создавать шумиху раньше времени. Это ещё мама не знает. Уж она-то ему устроить взбучку за то, что он собирался держать все в тайне. — И когда же свадьба? — Не знаю, – пожала плечами Джинни, – наверное, через два месяца, когда они с Гарри снова вернутся. Гермиона кивнула, и они молчали некоторое время, переваривая эту новость. Помолвка Рона и Лаванды не была чем-то из ряда вон выходящим, это было вполне ожидаемое развитие их отношений. Однако в ближайшем будущем это событие ещё должно было наделать шуму и взбудоражить всю семью Уизли. Свадьба во время войны – не самое распространенное явление, так что вряд ли стоило ждать большого празднества. Но какие-то посиделки в близком кругу были в порядке вещей. Никто не может думать о войне все время. — Слушай, Гермиона, – неуверенно прервала молчание Джинни, – ты же в норме? Я понимаю, что вы уже давно расстались, – заторопилась Уизли, – но всё-таки я так неожиданно все преподнесла и даже не подумала о том, как ты можешь отреагировать, ведь вы… — Джин, – мягко перебила подругу Гермиона, – я в порядке. Правда. Я не испытываю к Рону никаких чувств, кроме дружеских. И я рада, что он будет счастлив с Лавандой. — Да, но вы с Лавандой не то чтобы ладите. — Это все не важно. Она не выносит меня, потому что винит в том инциденте, из-за которого Рон лишился пальцев. Но она все равно лучшая пара для него, и они любят друг друга. Так что, я думаю, смогу и дальше просто не пересекаться с ней. Главное, чтобы Рон был счастлив в этих отношениях. — Ты святая, Гермиона, – засмеялась Джинни, на что Грейнджер закатила глаза. Гермиона оперлась спиной о стену и подняла голову, разглядывая грязный навес, по которому барабанил дождь. Джинни опять куда-то отошла, видимо, объявляя своим подопечным, что тренировка окончена. — Как дела у вас с Гарри? – Гермиона затронула больную тему, когда Уизли-младшая вернулась. У них с Поттером были сложные отношения. Джинни любила рисковать так же сильно, как чувство свободы во время полета, и всегда рвалась вперед, чтобы защитить близких любой ценой, даже ценой собственной жизни. А Гарри слишком любил ее, чтобы допустить это. Но не умея выразить свои чувства словами, он пытался ограничить Джинни, подговаривая встать на его сторону Рона, всю семью Уизли и Грюма, что неизбежно приводило к скандалам. Поэтому они все время расходились, но после очередного возвращения Гарри в штаб и нескольких бутылок спиртного на какой-нибудь попойке, они опять сходились в комнате Джинни или Гарри. Уизли всегда говорила, что этот раз точно последний, и недавно даже отрезала себе ультракороткий боб, подсмотренный в каком-то журнале, чтобы подчеркнуть начало новой независимой эпохи. — Ничего нового, – пробубнила она себе под нос, явно недовольная тем, что Гермиона затеяла этот разговор, – Гарри – это Гарри. И несмотря на то, что я люблю его, нам лучше быть порознь. По крайней мере, пока война не закончится. Гермиона не была уверена, что эта установка Джинни продержится ещё неделю, до очередного отъезда мальчиков. Но она не осуждала за это подругу. Шла война, и они стремились, насладиться каждым мгновением спокойной жизни и любить, пока была такая возможность. — Ну я рада, что хотя бы у Рона, из нас всех, личная жизнь складывается, как надо, – перевела тему Грейнджер, не желая больше расстраивать Джинни. — Кстати, – оживилась та, – что насчет тебя? У тебя есть кто-то? Гермиона закусила губу, пытаясь сдержать улыбку. Джинни возвращала ей этот ядовитый дротик, залезая на ее запретную территорию. — Нет, – покачала головой Грейнджер, – никого нет. Ты знаешь, я слишком много работаю. — А Симус? – осторожно начала Уизли. – Мне кажется, между вами что-то было. О нем ничего не слышно? При упоминании Финнигана у Гермионы в горле образовался жёсткий комок. Она опустила голову вниз, избегая взгляда подруги и разглядывая грязные носки своих ботинок. — Нет, знаешь, – тихо отозвалась Грейнджер, откашливаясь, – между нами ничего не было. Ну, то есть было два раза. Но это только секс, и ничего серьезного. Так что… – Незаконченная фраза повисла в воздухе, и Гермиона не стала продолжать мысль, потому что не знала, что ещё сказать. — Знаешь, может он просто сбежал? И сейчас находится где-то далеко-далеко отсюда, попивая сладкие коктейли со странными названиями на берегу теплого океана? – Попыталась подбодрить подругу Джинни и слабо улыбнулась; мысль о райских островах казалась ей невероятно заманчивой. — Не знаю, Джин, – резко оборвала ее мысли Гермиона. Она не могла рассказать Уизли об их предположении, что Симус скорее всего был в плену. До этого у них была надежда на то, что Финнигану удалось спастись, потому что после его пропажи Пожиратели не напали ни на один штаб и вообще ничего не предприняли. Но теперь, после переговоров с Малфоем они уже не могли быть в этом уверены. Поэтому рассуждения Джинни причиняли Грейнджер невыносимую боль, и она предпочитала вообще не касаться этой темы. Уизли поняла, что не стоит дальше ковырять эту рану, поэтому некоторое время они молча стояли, слушая шум дождя и глядя на опустевшее поле для тренировок. — Но до него же был ещё кто-то, – продолжила Джинни наконец, – не знаю, были ли у вас отношения, но что-то точно было. Я просто к тому, что из-за секретности твоей работы в лаборатории ты как бы отдалилась ото всех. Проводишь там все время, почти не высовываясь. Не представляю, как ты с этим справляешься в одиночку. Хоть мы с Гарри и не вместе, но я хотя бы могу написать ему письмо или прийти к нему, чтобы пожаловаться на Грюма или поныть из-за того, что нам опять выдали старые метлы. Понимаешь? Все ищут человека, чтобы хоть как-то скоротать эту жизнь. А ты одна, и тебе даже не у кого искать утешения, поэтому я за тебя и переживаю. У тебя, конечно, есть я, Гарри и Рон, но ведь это же не совсем то, если ты понимаешь, о чем я говорю. Большую часть времени Гермиона не задумывалась о своем одиноком образе жизни, она была целиком погружена в работу и проводила сутки в лаборатории. Но, когда Джинни вот так озвучивала свои наблюдения о ней, Грейнджер чувствовала себя очень неуютно, и непрошенные слезы подступали к горлу. Не то чтобы она часто переживала об этом. Скорее всего, все эти разговоры о Симус и нервотрепка последних дней разбередили ее нервы, и теперь Гермиона была готова разрыдаться от чего угодно. — Все нормально, – Грейнджер посмотрела на Джинни, часто моргая, чтобы смахнуть слезы. – Нет правда. Сейчас я не хочу никого искать, и ты правильно сказала, что из-за секретности моей работы я не смогу никому доверять. Это будет странно, если на большинство вопросов своего потенциального парня, я буду отвечать: "это информация не подлежит разглашению", – девушка попыталась передразнить интонацию Грюма и в итоге прыснула со смеху. Джинни фыркнула и закатила глаза от того, что Гермиона в который раз все перевела в шутку. — Тогда, может быть, перейдешь ко мне в отряд? – насмешливо предложила ей Уизли. – Уверена, на метле ты бы смотрела лучше, чем многие из тех, кого дал мне Кингсли. — Нет, Джинни, – ответила Грейнджер. – Ты же знаешь, я предпочитаю не садиться на метлу без крайней необходимости. Они вышли из-под укрытия и быстрым шагом направились в штаб, позволяя дождю следовать за ними по пятам. — Нам стоит подумать о подарке на свадьбу! – воскликнула Джинни. — Думаю для Лаванды лучшим подарком будет, если я туда не приду, – пошутила Гермиона. — Не говори глупостей, она не должна разрушать вашу дружбу. — Я просто шучу. Этого не будет, Джин, конечно же, я буду там. Может быть, праздничный торт? — Этим займётся мама. Рону ещё нужно будет купить приличный костюм. — Интересно, будет ли Лаванда в платье?

***

Гермиона уже успела забыть, что ее распущенные волосы и лесные вылазки плохо сочетаются. За пару часов их похода она потеряла несколько десятков прядей, зацепившись за сухие лапы деревьев. Она нервно выдохнула, выпутываясь из очередной ловушки корявых ветвей. — Я вот тут подумал, – произнес Рон, который шел впереди Грейнджер. – Если они живут уединенно уже несколько лет, то как они это…ну, размножаются? — Ну, наверное что, друг с другом, – ответил не оборачиваясь Гарри, который прокладывал им путь, шагая самым первым. — Не, ну то есть, – не унимался Уизли, – за столько лет они уже все должны были друг с другом переспать и породниться. — Ну, возможно, они отправляют своих женщин в соседние города, чтобы они соблазняли там мужчин и приводили в свою деревню, – предположил Гарри. – Или просто воруют младенцев. — Жуть, – скорчил Рон гримасу отвращения. — Да, может быть, они захватят вас в рабство, – подала голос Грейнджер и пихнула Рона в плечо, заставляя его не отклоняться от намеченной тропы. – И будут держать у себя. — Да ну тебя, Гермиона, – кинул ей через плечо Уизли. – Безвылазная работа в лаборатории не пошла тебе на пользу. Ты стала сумасшедшей. И злобной. — Всегда была, – парировала девушка. — Кажется, пришли, – прервал их Гарри. Они вышли на крошечную полянку, окруженную со всех сторон лесом. Поттер достал карту, ещё раз сверяясь с координатами. — Ну и? – Рон засунул руки в карманы и огляделся вокруг. – Это точно то место? Как мы теперь их найдем? — Вроде бы, то – Гарри почесал затылок, раздумывая. — Может быть, нужно станцевать какой-нибудь танец, и дома вырастут из-под земли? Или попрыгать на одной ноге и дважды хлопнуть в ладоши? — Прекрати ерничать, Рон, – одернула его Гермиона. Они разошлись в разные стороны, оглядывая поляну. Но вокруг не было ничего, кроме сухих веток, диких белок и бесконечных рядов деревьев. — Я же говорил, Малфой просто тратит наше время попусту. Гарри, будь осторожен, потому что мы не знаем…– Уизли резко прервался на полуслове. Неожиданно пространство вокруг них задрожало словно мираж, корявые стволы деревьев начали искажаться и тянуться, словно зефир, расплавленный на огне. — Ого, – прошептала Гермиона, наблюдая за тем, как лесной пейзаж на глазах трансформируется и исчезает. Когда иллюзия окончательно рассеялась, их взору открылась обширная поляна со множеством маленьких каменных домиков, разбросанных вдали. Каждое жилище имело красную крышу и дымоход, из которого клубами вырывался дым. Гермиона прищурилась и увидела, что вдалеке несколько женщин стояли, склонившись над какими-то грядками: они возделывали землю или собирали урожай. Грейнджер на секунду перестала дышать, не веря своим глазам. Это действительно была тайная деревня. — Но как это вообще возможно? – Поттер первым отошёл от шока и подал голос. — Магия, Гарри, – ответила ему Гермиона. – Очень древняя магия. Неожиданно что-то маленькое и юркое зашевелилось в кустах рядом с ними. Гермиона уловила шум и тут же вытащила палочку, и направила ее в сторону источника звука. Мальчики синхронно повторили за ней. Вдруг из-за зелёных ветвей показалась светловолосая голова ребенка. Это была девочка. Убедившись, что незнакомцы ее не тронут, она вышла из своего укрытия, оглядывая троицу. Друзья переглянулись и выдохнули, опуская палочки. Это был всего лишь ребенок. Девочка была босонога и одета в легкий белый сарафан, несмотря на то, что уже было начало осени, она не казалась замерзшей. Она с интересом разглядывала троицу несколько минут, засунув свои пальцы в рот. На вид ей было года четыре. — Привет, – Гермиона решилась первой заговорить с девочкой и улыбнулась, протягивая ей руку. Малышка несколько секунд с любопытством разглядывала ладонь девушки, а потом ее лицо исказилось, словно она собирается разрыдаться. — Чузаки! – истошно завопила девчонка и бросилась прочь. Сверкая своими босыми пятками, она понесла прямо туда, где работали женщины. — Вот черт, – выругался Рон, провожая взглядом удаляющуюся фигуру ребенка. Им ничего не оставалось, кроме как последовать за девочкой к местным жителям. Остаться незамеченными уже точно не получилось бы. Они увидели, как женщины резко побросали свои дела на поле, когда к ним с криками подбежала босоногая девчонка. Местные тут же заметили незваных гостей и направились к ним навстречу. Гарри и Рон приготовили палочки на случай недружелюбного приветствия. – Кто вы такие? – прокричала издалека высокая широкоплечая женщина, которая шла впереди всех. Когда между ними оставалось несколько десятков шагов, Гарри поднял руки вверх в примирительном жесте. — Мы пришли к вам с миром, – по слогам прокричал Поттер в ответ. — Мерлин, Гарри, они же не дикари, – быстро прошептала Гермиона и пихнула друга в бок. — Как вы сюда попали? – спросила женщина и направила на незваных гостей палочку. Ее массивная фигура смотрелась внушительно и угрожающе. Лицо ведьмы казалось суровым и совершенно гладким, словно высеченным из морской скалы, волосы цвета пожухлой соломы свободно опускались на покатые округлые плечи и сильные мускулистые руки. Нельзя было точно определить сколько ей лет, однако было очевидно, что она была старше остальных и являлась среди них авторитетом. Несколько девушек помоложе подбежали к ведьме сзади и остановились. Все они выглядели странновато: подпоясанные белые рубахи, расшитые замысловатыми узорами, голые ноги и почти у всех – длинные волосы, заплетенные в толстые косы. — Мы случайно набрели на вашу деревню, – осторожно начал Рон, не зная, чего ожидать от этих людей. – Мы исследовали дикую природу здешних мест, немного заблудились и вышли на поляну. А потом лес вокруг нас рассеялся, как мираж, и мы увидели дома. — Вы лжете, – отрезала грубым голосом все та же рослая ведьма. – Никто не может найти или увидеть наше поселение, если не знает о нем. — Нет, он не совсем правильно выразился, – тут же попыталась исправить ситуацию Гермиона. – Дело в том, что мы прочитали о вашей деревне в одной очень старой книге. Но мы не были уверены, что здесь действительно что-то есть, поэтому пришли проверить. — Хватит, – оборвала ее женщина.– Вы немедленно должны уйти отсюда. — Изольда, – раздался тоненький голосок рыжей веснушчатой девушки, которая держалась по правую руку от волшебницы. – Мы не можем их так просто отпустить, если они знают о нас. — Мы должны отвести их к Старейшине, пусть он решает, что делать, – поддержала ее голос из толпы. — Мы не будем отвлекать Старейшину. Их всего трое, – твердо заявила Изольда.– Я наложу на них Обливиэйт и вышвырну за пределы защитного поля. — Нет-нет, подождите, – запротестовал Гарри, услышав ее угрозу. Рон и Гермиона напряженно переглянулись. — Изольда, смотрите! – неожиданно воскликнула веснушчатая девочка, указывая в сторону деревни. Все синхронно проследили взглядом в одном направлении. Издалека к ним кто-то бежал. Низенький, коротко остриженный человек, спотыкаясь, подбежал к Изольде, резко дергая ее за рукав, чтобы привлечь внимание. На его тощем туловище висела длинная льняная рубаха, не подпоясанная, в отличие от остальных, она полностью скрывала его фигуру. А из-за короткого ежика светлых волос Гермионе сначала показалось, что человек совершенно лысый. Друзья невольно вытаращились на новоприбывшего. Незнакомец начал активно жестикулировать, не произнося ни слова, указывая попеременно то на себя, то на троицу. Он явно таким образом пытался что-то объяснить Изольде и остальным, и Гермиона догадалась, что парень был глухонемым. — Хорошо, Грета, я тебя поняла, – женщина подняла руку, прерывая поток активной жестикуляции, а затем обратилась к чужакам. – Вы пойдете с нами. Старейшина вас ожидает. Грейнджер поняла, что ошиблась и, судя по имени, это была девочка, и она, наверное, принесла сообщение этой грубой Изольде от некого Старейшины их общины. Гермиона с парнями проследовала за местными жителями в глубь деревни. Их провели мимо огородов, где выращивали различные овощные и злаковые культуры, мимо маленьких ухоженных палисадников и стойл для животных. Они вышли на единственную главную улицу, если это можно было так назвать, вдоль которой располагались одинаковые каменные домики с красными крышами. Их появление привлекло много внимания. Местные жители выглядывали из окон своих домов, рассматривая их процессию. Кто-то вышел на порог, провожая их троицу настороженным и даже враждебным взглядом. Гермиона оглядывала все с открытым ртом, она не могла поверить, что в современном мире кто-то ещё может жить подобным образом. Мальчики разделяли ее восторг и любопытство. Они миновали кузницу, откуда доносился лязг металла, и оказались перед огромным деревом, которое приметили ещё издалека. Потребовалось бы, наверное, не меньше пяти человек, чтобы обхватить его гигантский ствол. Раскидистые ветви дерева уходили ввысь и там щекотали крючковатыми пальцами белое брюхо облаков, а те, как ласковые питомцы, сбивались в кучи у его вершины. Грейнджер не сразу заметила, что внизу располагался дом. Он был построен прямо вокруг ствола дерева, огибая его, как горная река огибает валуны. Их провели внутрь, и в нос сразу же ударил запах зверобоя. Убранство дома походило на лесную хижину. Комната была широкая, с невысокими потолками. Маленькие окна давали мало света, поэтому в помещении царил полумрак, вся мебель была выполнена из цельного дерева, вдоль стен, как гирлянды, висели букеты из сухих трав и цветов, а на полках под потолком стояло множество баночек с разноцветными жидкостями, в которых плавали насекомые и конечности животных. "Наверное, это все ингредиенты для зелий", – подумала Гермиона и у захватило дух от мысли о том, что здесь наверняка изготавливали редкие зелья, рецепты которых были давно утеряны. В хижине оказалось очень много людей. Их троих толкнули в центр комнаты, вдоль стен толпились местные, в основном мужчины. В центре, за столом сидел Старейшина, а остальные почтительно располагались вокруг него, Он не был стариком, на его гладком сухом лице пролегала всего пара глубоких морщин, однако седые волосы и практически белая борода придавали ему возраста. Их троица стала объектом пристального внимания для всех собравшихся. Грейнджер почувствовала себя неуютно под прицелом десятков пар глаз. Грета ворвалась в хижину и подбежала к Старейшине, на ходу объясняя ему что-то с помощью жестов. Девушка отличалась удивительной подвижностью и легкостью на фоне своих мрачных и серьезных земляков. Старейшина сдержанно подал ей знак рукой, и она отошла, становясь позади. — Как вы узнали о нас? – ровным, слегка хриплым голосом спросил мужчина. — Как мы уже пытались объяснить, – опередила мальчиков Гермиона, пока они не выдали очередную неправдоподобную версию. – Мы прочитали о том, что здесь когда-то находилось поселение волшебников-зельеваров, которое исчезло со всех карт в шестнадцатом веке во времена охоты на ведьм. Мы отправились сюда, чтобы проверить, не осталось ли здесь каких-либо следов пребывания людей. Ну и, когда мы вышли на поляну, неожиданно лес вокруг нас растворился и мы прошли через защитной поле. Сказанное взбудоражило собравшихся, они начали переговариваться, но Гермиона не могла разобрать, о чем они говорили. — Нашу деревню невозможно обнаружить, если не знать о ее существовании наверняка, – Старейшина подал голос и все разговоры тут же стихли. – Магия этих мест очень чувствительна к чужакам и устроена так, что только тот, кто искренне уверен в существовании поселения, может сюда попасть. Я сразу же почувствовал, как вы прошли через защитное поле, и велел привести вас сюда. — Знаете, нас так учили, что мы всегда искренне верим тому, что написано в книгах, – неуверенно отозвался Рон, оглядываясь по сторонам и ища поддержки у друзей. – Поэтому мы как только прочитали о том, что такая деревня существовала когда-то, так и ни на секунду и не сомневались, что так оно и есть на самом деле. — Да они издеваются над нами! – возмущенно выкрикнул голос из толпы. — Они из тех, кто приходил сюда несколько лет назад! – вторил ему кто-то другой. — Да, что вам ещё надо? — Стойте! Стойте! – Гарри поднял руки пытаясь успокоить поток негодования. – Вы перепутали нас с кем-то другим! Мы никогда не были в этих местах прежде! Но мы пришли к вам с предложением о сотрудничестве! — Ооо, – загудели собравшиеся. — Ещё одни! — Проваливайте отсюда! Что непонятно? — Хватит балагана! – стукнул кулаком по столу Старейшина, успокаивая толпу. – Два года назад сюда уже приходили, похожие на вас, – В полной тишине начал мужчина. – Тоже с большого города, только одеты помрачнее. Они предлагали нам присоединиться к ним, варить для них зелья в обмен на какие-то побрякушки, что они принесли с собой. Мы отказались, и тогда они стали угрожать нам расправой, разрушили и разграбили половину наших домов. Они вынудили нас отдать им несколько редких рецептов зелий, раскрыв секреты приготовления. С тех пор они нас не трогали. Если вы пришли с такими же предложениями, то будьте готовы к тому, что на этот раз пощады от нас не будет. Гермиона сглотнула, осмысливая услышанное. Ну конечно, Малфой не соврал им, но и преимущества не дал. Пожиратели уже вытянули с местных жителей все, что могли и настроили их против любых иноземцев. Вероятность того, что они смогут убедить их присоединиться к Ордену стремилась к нулю. — Мы воюем против них, – горячо выкрикнул Гарри. – Против их произвола! Мы состоим в Сопротивлении и никогда бы не допустили такого! Вы можете отомстить им, если присоединитесь к нам! Гарри ещё что-то говорил, но Гермиона перестала слушать. Она почувствовала, что кто-то словно воткнул тонкую длинную иглу ей в висок, проникая в мозг. Холодный липкий страх зашевелился под кожей. Кто-то пытался проникнуть в ее сознание. Грейнджер резко оглянулась по сторонам, растирая висок двумя пальцами, чтобы унять боль. Девушка училась защищать свое сознание от вторжения, но тот, кто использовал на ней легилименцию сейчас, был очень талантливым волшебником, потому что он настойчиво и очень целенаправленно, пробирался в ее разум, как будто сверлил ее стены окклюменции в самом уязвимом месте. — Вы ничем не отличаетесь от них, – где-то на фоне проговорил Старейшина. – Вы преследует свои цели, и у нас нет причин вам верить. Не впутывайте нас в свои игры! С нас хватит! Мы не сотрудничаем ни с кем. "Не волнуйся, я не буду копаться в твоей голове", – вдруг отчётливо услышала Гермиона, словно кто-то прошептал ей эти слова у самого уха, и все остальные звуки тут же померкли. Грейнджер резко обернулась, оглядываясь по сторонам, но кроме Гарри и Рона рядом с ней больше никого не было. " Не бойся", – эта мысль прозвучала так ясно, что Гермиона испугалась, что сходит с ума. Мягкий и успокаивающий женский голос оставил после себя лёгкие вибрации у нее в голове, – Я Грета, ты уже видела меня." Грейнджер тут же нашла девушку глазами. Она стояла в тени, за спиной Старейшины и не участвовала в общем обсуждении. На мгновение она встретилась с гриффиндорской взглядом и тут же опустив глаза в пол. Гермиона вытаращилась на волшебницу, пытаясь разглядеть какие-то странности в ее поведении, но та ничем не выдавала себя. "Я не хотела тебя пугать", – продолжал голос, – " просто я думаю, что у нас не будет больше возможности поговорить. Да, и ты вряд ли бы меня поняла. Я глухонемая, и это мой способ общения с людьми". " Чего ты хочешь?" – произнесла про себя Гермиона. Она решила не паниковать, ей казалось, что если бы Грета решила вытащить из ее головы какие-то секретные знания, то она бы смогла сделать это, не вступая с ней в контакт. — Уходите отсюда! Нам ничего от вас не надо! – Выкрикнул кто-то из толпы, и воздействие Греты на секунду прекратилось. Гермиона уже не следила за разговором мальчиков и местных жителей, вместо этого сканируя взглядом глухонемую девушку. Она не предпринимала попыток прочитать посторонние мысли Гермионы, по крайней мере Грейнджер не ощущала глубокого воздействия на сознание. Грета как будто просто передавала сообщение и тут же покидала ее разум. Гриффиндорка никогда не сталкивалась с подобным. Но если эта странная девушка не была глухой с рождения, то такая способность могла развиться у нее вполне естественно в процессе взросления и по мере потери слуха. " Я хочу уйти из деревни. Вы можете мне помочь? " – снова прозвучало в голове у Гермионы. " Что? Уйти?" – Грейнджер опешила от неожиданной просьбы. Грета вновь оторвала глаза от пола и задержала долгий взгляд на Гермионе. Грейнджер представилась возможность хорошо разглядеть волшебницу. У Греты был острый аккуратный нос с небольшой горбинкой, большие распахнутые глаза и мягкая линия темных бровей, которые ярко выделялись на фоне остриженного почти под ноль светлого ёжика на голове. Девушка казалась излишне худой, но скорее всего это была ее природная конституция тела, так как она не выглядела изможденной, а наоборот была чрезвычайно подвижной. " Я умоляю вас", – голос волшебницы задрожал, – " если вы мне не поможете, то мне никто больше не поможет". Гермиона сглотнула, она не ожидала такого поворота событий. Как она могла спасти эту девушку? Она с мальчиками явно не смогла бы сражаться против целой деревни волшебников, если бы они решили забрать ее прямо сейчас собой. "По правде говоря, не представляю, как это возможно. Не думаю, что ваши земляки добровольно отпустят вас с нами", – честно призналась Грейнджер. "Мой отец Старейшина, время от времени он отправляет небольшой отряд в ближайшее поселение за необходимыми лекарствами. Я смогу пойти вместе с ними во второе воскресенье следующего месяца. Там я постараюсь сбежать, но дальше мне будет нужна ваша помощь, потому что я никогда не была в большом городе". Гермиона посмотрела на Старейшину, пытаясь найти сходство между мужчиной и Гретой. Теперь, когда она узнала, что он был ее отцом, ей действительно показалось, что они похожи. " Я ничего не могу обещать вам, Грета, но я сделаю все, что в моих силах. В любом случае, постарайтесь покинуть деревню в следующем месяце, я буду ждать вас в городе. Скорее всего у вас будет только один шанс бежать. Когда вы окажетесь в городе, дайте мне знак, чтобы я вас нашла. На всякий случай возьмите с собой теплые вещи и обувь", – ответила ей Грейнджер. "Спасибо вам, Гермиона" , – девушка послала ей взгляд, полный благодарности и слегка улыбнулась, однако тут же опустила голову. "Откуда вы …?" – напряглась гриффиндорка. " Ах да, – тут же прозвучал ответ. – Извините, я не хотела, однако имя всегда находится на самой поверхности". Ну конечно, Грета знала ее имя. Наверняка, она могла проникнуть в сознание Гермионы так, чтобы она даже ничего не почувствовала. Способности ведьмы одновременно и пугали, и завораживали Грейнджер. Гермиона почувствовала, как Гарри и Рон потащили ее к выходу из хижины. Она словно вышла из транса и наконец обратила внимание на происходящие вокруг. Толпа тем временем не на шутку разбушевалась. Гермиона не слышала, что сказали им Гарри и Рон, что вызвало такую бурную реакцию, но их буквально вытеснили из хижины. Они оказались на улице, где уже, казалось, собрались все местные жители. Люди окружили троицу, их крики становились все более неразборчивыми и злобными. Кто-то даже достал палочку и направил на них. Гермиона дернулась, когда ей под ноги прилетел луч заклинания. Она резко отпрыгнула в сторону, натыкаясь спиной на Гарри. Он и Рон что-то кричали, пытаясь успокоить жителей деревни. Суматоха нарастала. Грейнджер слышала, как кто-то требовал, чтобы к ним применили Обливиэйт, кто-то кричал о том, что их нельзя отпускать живыми. Мальчики достали палочки, угрожая особо рьяным Авадой, если они попытаются на них напасть. Но преимущество было явно не на стороне троицы. Грейнджер судорожно оглядывалась, пытаясь найти в толпе Грету. Гермиона почувствовала, как ее засасывает в водоворот аппарации в тот момент, когда последний раз встретилась взглядом с волшебницей. Гарри использовал порт-ключ, который они взяли на всякий случай непредвиденных ситуаций. Они оказались в одном из грязных закоулков магловского Лондона. — Вот черт, – выплюнул Поттер и со злостью пнул мусорный бак рядом. — Что вы такого им сказали? – поинтересовалась Гермиона, растирая запястья, за которое Гарри резко дернул ее во время перемещения. — Малфой ублюдок, – проигнорировал ее вопрос Рон. – Он подставил нас. Чего он этим добивался? — Ну, по крайне мере, мы поняли, что он нам не соврал. И ловушки там никакой не было. Наверное, таким образом он показал нам, что может быть полезен, но не собирается помогать нам в том, что не принесет ему никакой выгоды, – пояснила Гермиона. Парни мрачно переглянулись и почти хором произнесли: — Слизерин. — Получается, мы только зря потратили время? – печально спросил Гарри, заранее зная ответ на свой вопрос. — Не совсем, – ответила Гермиона, и мальчики вопросительно уставились на нее. – Та глухая девушка, Грета. Такая худая и с очень короткой стрижкой. Она передала мне кое-какое сообщение. Если все сделаем как надо, то, возможно, она присоединится к Ордену. — Что? – опешил Уизли. – Но как это…? — Она легилимент, – быстро объяснила Гермиона. – Она проникла в мое сознание и передала сообщение с просьбой о помощи. — Она проникла в твое… Что?! — Рон скорчил такую гримасу удивления, что веснушки с его щек почти переползли на лоб. — Как ты позволила ей это сделать? Почему сразу не сказала? Да, у нее даже палочки в руках не было! Ты вообще уверена, что это точно была она и тебе не показалось? А если бы она узнала о…? — Боже, Рон, – Гермиона оборвала нескончаемый поток вопросов, она не могла терпеть, когда-то кто-то сомневался в ее словах. – Если я позволила ей это сделать, значит я была уверена в том, что она не станет копаться в моей голове! И нет, я не сошла с ума. Говорю же вам, Грета — очень одаренный легилимент. Если поможем ей выбраться оттуда и убедим остаться в Ордене, то это будет большая удача для нас. — Но почему она вообще хочешь бежать? И как мы поможем ей в этом? – спросил Гарри. – Вот уж не думаю, что эти сумасшедшие пустят нас на порог снова. — Расскажу все подробнее потом, – нетерпеливо отмахнулась Грейнджер, не желая тратить время на пересказ всей истории. – Сначала надо решить, что будем делать с Непреложным обетом и Малфоем. – Ну, – Гарри тяжело вздохнул, он не хотел возвращаться к этому неприятному вопросу. – Малфой хоть и говнюк, но фактически не соврал нам. Так что, как только вернемся в Центр обсудим все еще раз и напишем ему письмо, чтобы назначить дату встречи. Глаза Гермионы загорелись в предвкушении. Если Малфой действительно сможет финансировать ее Проект, то перед ней откроется тысячи новых возможностей. Это было началом чего-то масштабного.