Следы ошибок на холсте

      Препод по рисунку, Ибрагим Муборанович по прозвищу Хач, не нравится никому, в особенности Руслану. Постоянно травит анекдоты, несмешные до такой степени, будто они были придуманы ещё прабабкой Гитлера, жившей в 228 году до нашей эры, и рассказывает о судьбах выпустившихся из художки учеников. Всеми любимая история — о том, как стажëр во время отделки храма свалился с него и умер насмерть.       Учитель этот, как все поняли, педофил. Причём и по мальчикам, и по девочкам. Как же всем наскучили шутки о том, что Коле «хватает и одного хача, который до него домогается».       Если писать красками у Руслана ещё более-менее получается, то рисование карандашом — это просто упаси Бог. Вероятно, Господь не откликается ни на одно обращение к нему от Шизоида Парфентича, потому что он попросту помер, взглянув на карандашные художества Руслана.       — Блять, как учителя зовут? — шепчет Руслан рядом сидящему Коле.       — Я ебу, что ли? Хач и зовут, наверное.       Тушенцов, нахмурившись, смотрит на своё детище, прокашливается и, обращаясь к преподавателю, говорит:       — Извините… — Тот откликается. — Можете подойти?       Ибрагим Муборанович нехотя встаёт с места, подходит к Коле и кладëт руку ему на плечо, а вопрос задаёт Руслану:       — Ну что? Закончил?       Руслан недоумëнно косится на препода, в очередной раз показывающего свой омерзительный непрофессионализм. Вздыхающий с отвращением Коля взглядом молил о помощи, или хотя бы о том, чтоб этот подонок распускал руки в сторону кого-то другого.       — Ну… э-э-э… Нет, не закончил, просто чекните… ой, посмотрите, норм или не норм?       Учитель задумчиво щурится, глядя на работу Руслана, и медленно начинает поглаживать Ромадова по плечу, на что тот решает либо зачитать «отче наш», либо как следует выматериться — неясно. Ибо говорит он шëпотом, естественно.       — Можно выйти? — не поднимая глаз, тревожно спрашивает Коля, как будто в первый раз случается подобное происшествие.       Слышит сверху смешок. Препод ерошит ему волосы и разрешает выйти. И Коля спешно выходит, лишь бы скрыться побыстрее, желательно подальше и до конца урока. Но так нельзя, и вернуться придётся в любом случае.       Смотря на уходящего одногруппника, Руслан чувствовал обиду как за себя самого. До того противно. И все как будто даже привыкли: девочки как ни в чëм не бывало наносят штрих за штрихом на бумагу, а мальчики в очередной раз делят свои нескончаемые запасы кириешек. Больше всего расстраивает и злит тот факт, что Тушенцов с этим ничегошеньки поделать не может. Он просто вынужден каждый урок рисунка наблюдать за тем, как какой-то нерусский дед трогает его лапоньку против его воли.       — Даже в детском саду лучше рисуют. Так, ну, смотри, значит… — препод выхватывает из рук Руслана карандаш, который впоследствии оказывается слишком мягким: делать поправки карандашом 5В, когда вся работа выполнена в НВ — преступление; размашистыми линиями он исправляет на полотне всё, что только возможно. — У тебя штрихи мëртвые, поза не дышит, динамика невкусная…       Банальные замечания, абсолютно непонятные, как и всегда, в разы повышают градус возмущения. Руслану остаëтся только смотреть, как его и без того далеко не идеальный рисунок уродуют до состояния мамки Вани Марголдина.       От беспомощности Тушенцов словно чувствует себя маленьким австрийским мальчиком, чьë искусство жестоко недооценивают псевдоразбирающиеся люди; чья озлобленность по итогу может необоснованно вырасти до масштабов планеты.       Слышится хруст сломавшегося грифеля — даже карандаш не выдержал напряжения обстановки.       — Ой, — Ибрагим Муборанович делает вид, что расстроен. — Ну, в общем, ты понял.       Ничего Руслан не понял. Понятно только то, что мотивации разобраться в предмете нет никакой.       — Можно выйти? — он достаëт из портфеля канцелярский нож. — Карандаш подточить.       — Выйди. Можешь вообще в художку больше не приходить. Посиди дома, потренируйся, найди в этом вашем интернете фотографии и рисуй с них. Тридцать семь часов в сутки рисуй.       Максимум, что хотелось нарисовать после этих слов, — поздравительную открытку с текстом «С днëм пассивной агрессии! Иди нахуй!»       Замечая краем глаза, как этот чёртов извращенец уже стоит возле одной из одногруппниц и гладит её по волосам, Руслан, полный радости, что сможет хоть ненадолго отлучиться из этого дурдома, выходит из кабинета.       Тушенцов мог бы дойти до ближайшей урны и спокойно подточить карандаш, но он идëт по некомфортно узкому коридору, стены которого увешаны картинами других учеников — признаться честно, хуйня полная, — и направляется в сторону туалета.       Дверь прикрыта. Эта маленькая комнатушка — преисподняя в мире художки. Чего она только не пережила: вызов Пиковой дамы, поножовщину, наверняка чей-то секс, брошенные в толчок поп-иты в форме амогусов и много-много прогулов детьми самых разных возрастов.       Руслан дëргает за ручку и сразу же возле порога видит сидящего на полу Колю, делающего очередную затяжку отвратительно пахнущей дешëвой сигареты. Надо бы уже перестать дарить ему всякие бесполезные мелочи, вроде мармелада и конфет, и прикупить наконец-таки нормальные сиги с кнопкой. И всё же зря Тушенцов отдал ему своё худи — оно в усмерть перепачкано краской и пропахло сигаретным дымом.       — Охуенно, как всегда напыхано до отвалу, — усмехаясь, заходит Руслан и закрывает за собой дверь. — Тебя не тошнит ещё от этой ебанины?       — Не-а. Тошнит только от Хача.       — Сука, как он меня заебал! — Тушенцов пинает мусорку, в которую только что собирался точить карандаш. — Чë он доебался-то до хуйни какой-то, блять? Ещё и мне, блять, говорит в художку не приходить. Пусть сам отсюда пиздует.       Коля молча затягивается. На каждый урок рисунка, как на каторгу. Мало того, что на ошибки Хач указывает не пойми как, так ещё и Коле «повезло» с миловидным ебалом. Он бы даже предпочёл лишний раз понежиться с Русланом, чем ходил бы на эти занятия.       — Кхм… ты в порядке? — интересуется Тушенцов, максимально медленно стачивая с карандаша очередной слой дерева — обратно в класс возвращаться не очень-то и хочется.       Коля ухмыляется. Таки нравится, что Руслан так часто выëбывается и строит из себя хуй пойми чë, а наедине искренне переживает за его состояние. Ответить взаимностью он вроде бы и не может, но всё же это внимание всяко лучше, чем от рандомного препода-деда.       — Наверное. Кстати… пойдëшь гулять сегодня?       — Конечно, — Руслан расплывается в улыбке, оттого что Коля из раза в раз задаёт этот вопрос, надеясь услышать положительный ответ. И он его слышит, слышал почти каждый раз до этого и будет слышать всегда. Прогулки после художки — отдушина для обоих. Так приятно порой поваляться в снегу, мило беседуя о том, как было бы здорово зарубить Хача где-нибудь в восемь за гаражами. — Го тебе сиги нормальные куплю хоть? А то заебали уже эти твои ебучие… прима, блять.       — Давай, — радостно соглашается Ромадов. Отказаться от бесплатных сигарет — то же самое, что не прикарманить сыр из мышеловки. При обратном исходе ни тени хорошего, зато бесплатно. — Только ты мне купишь Чапман Ред какие-нибудь, и буду я как пидорас ходить.       — Да ла-адно, чë ты? Я-то знаю, что ты и без Чапман Реда пидорас, — улыбается Руслан. Заявление, конечно, смелое, но всë же он не теряет надежды, что однажды сможет вывести его на чистую воду. И будут они как два пидораса курить одну вишнëвую сигу на двоих, сидя где-нибудь на лавочке в неизменном Питере, держась за руки, и обсуждать всё на свете; смотреть на кружащийся в воздухе снег, во тьме ночной подсвечиваемый сиянием фонарей, и комментировать словами «некрасиво» и ответным «мне тоже не нравится».       — Надейся, — Коля поднимается на ноги, отряхивается и выкидывает окурок в ближайший толчок — теперь у плавающего там поп-ита амогуса появился новый друг.       — Вот и буду, блять, — наконец-то Руслан выстругал карандаш до прежнего состояния ведьминого когтя. — Ну чë, пойдëм?       — Пойдëм.

***

      Тусклый свет настольной лампы освещает комнату. Сидеть в таком полумраке холодной зимней ночью Руслану вполне уютно.       Он достаëт скетчбук с верхней полки стола. Обложка выклеена множеством стикеров с аниме, которые они с Колей по приколу купили прошлым летом. Поехать в другой район, просто для того чтобы потратить деньги на какую-то хуйню, с которой потом даже неясно что делать — любимое. Среднестатистические развлечения для бедных. Ну, хоть обложка теперь не совсем урод-уродом.       Сразу при открытии взгляду предстают вырванные из школьного черновика листы с почеркушками ручкой, по большей части представляющими из себя глаза, рисунки по клеточкам, вроде косичек, смайлики, сердечки и звëздочки; стикеры с Сэйлор Мун и котами из мемов, которым не нашлось места на обложке; записки и наброски от Коли, опять же на каких-то обрывках клетчатой бумаги, полученные на самом скучном уроке свете, на истории искусств. Каждый листочек среди этого барахла — частичка воспоминаний, а не примитивный мусор, как может показаться практически любому случайному человеку, открывшему этот скетчбук.       На первом же развороте красуются акварельные портреты Ромадова, а пробелы заполнены записями, напоминающими выражение самых сокровенных мыслей на страницах личного дневника. Как прошёл день, как заебал Коля, как хочется простого человеческого отдыха и прочее — всë, что было бы неинтересно слушать окружению Тушенцова. Выслушать может, разве что, сам Коля, но что-то всё же лучше оставить при себе. Например, подробные описания того, как Руслан хотел бы трахать его у себя в постели.       Страница за страницей он листает скетчбук в поисках чистого разворота. Коля акварелью, Коля гуашью, Коля акрилом, Коля с розовыми волосами, Коля накрашенный, Коля без одежды, Коля с жëлтыми волосами, Коля улыбается, Коля плачет, Коля с чëрными волосами, Коля с кляпом во рту… Коля, Коля, Коля. Много текста, заполняющего пустоту на бумаге; много Коли, заполняющего пустоту в душе. Всë это невольно вызывает у Руслана улыбку, слегка безумную, но тëплую до чëртиков.       Найдя пустые страницы, он берëтся-таки за карандаш. Но надо ведь ещё и референсы найти… Самое выматывающее занятие на планете Земля: в гугле нечего искать, на пинтересте всё не то, в пабликах вконтакте для художников одни мемы да гайды «что делать, если ты из Австрии и тебя не взяли в художку».       Уже смирившийся с тем, что ближайший час потратит на поиски чего-либо годного или хотя бы не совсем ущербного, Руслан зашëл в пинтерест, как вдруг получил уведомление из вк, сопровождаемое короткой вибрацией. Звук на оповещения о сообщениях у него включён только на одного человека. Николай Ромадов в 23.46 «Але» «Спишь?»       Планы Руслана, видимо, откладываются на неопределённый срок.

Руслан Тушенцов

в 23.46

«нет»

«че такое»

Николай Ромадов в 23.47 «Короче» «Очень важно» «Ты знаешь что такое хачаны?»       Тушенцов озадаченно смотрит в экран, бездумно барабанит пальцами по клавиатуре, пытаясь понять, что ответить, — введëнный набор символов вполне точно отображает его мысли в этот момент. «аьвдцоьужыжйжйьуа» — да, именно это он и хочет сейчас сказать. Он наконец набирает:

Руслан Тушенцов

в 23.49

«что»

«ты ебанутый что ли коль»

      Ответ не заставил себя долго ждать. К сожалению. Потому что в этой ситуации надо бы времени на подумать. Николай Ромадов в 23.49 «Да ну блять, Руся» «Нет» «Я серьëзно» «Там Турик надо мной угарает»

Руслан Тушенцов

в 23.50

«кто такой турик блять»

Николай Ромадов в 23.50 «Ну одноклассник Феди» «Артур»

Руслан Тушенцов

в 23.50

«аааа сука ну ты бы так и сказал»

Николай Ромадов в 23.51 «ЧТО ТАКОЕ ХАЧАНЫ» «ОН ГОВОРИТ ЧТО У НЕГО ХАЧАНЫ ПОДГОРЕЛИ» «ЧТО ЭТО???»       Руслан смеëтся. Он, кажется, понял, что за бред ему сейчас написывает Коля, и от этого ситуация становится явно комичнее.

Руслан Тушенцов

в 23.51

«ДА Я ЕБУ БЛЯТЬ»

«знаю только че такое хычины»

      Коля выходит из сети, естественно чтобы бороздить просторы интернета, в частности гугла. Через минуту снова онлайн. Николай Ромадов в 23.53 «А» «Ну да» «Ахаха» «Я долбаеб»

Руслан Тушенцов

в 23.53

«ЭЧХАХВХАХАХВЭЭЫЭЧХСХАВХЫХ»

«я в ахуе»

      Хачаны, блять. Поражает, насколько просто подгоревшие хычины, обычные пирожки с начинкой, могут превратиться в подгоревшего препода по рисунку.       Похохотали и хватит, надо бы поработать.       Всплывающее уведомление помешало ввести запрос в поисковик.       Надо бы поработать, но мëртвые не потеют. Николай Ромадов в 23.56 «Что делаешь?))))»       Вопрос ради вопроса? Или правда вот так беспричинно посреди ночи приспичило поболтать?

Руслан Тушенцов

в 23.57

«хуйней занимаюсь»

«а все потому что у одного хачана подгорело»

«я уже полчаса ищу блять эти рефы ебаные и нихуя»

      Немножко приврать, чтоб жалости побольше вызвать, можно всегда. Хотя какой уж там «немножко», Руслан ведь уже порядка десяти минут в самом деле «хуйнëй занимается» и отвечает Коле на сообщения. Сколько всего можно было успеть за десять минут! Пока он лежит на диване, другие зарабатывают миллионы, это же очевидно. Николай Ромадов в 23.58 «Соболезную» «Бля» «Хочешь помогу?)»       Можно помочь забить на это никому не сдавшееся задание и пойти спать со спокойной душой.

Руслан Тушенцов

в 23.58

«да мне уже даже бог не поможет»

«ну давай блять попробуй помоги»

      Тушенцов ожидает увидеть подборку лучших пабликов вконтакте, в которых, как это всегда бывает, будет полтора референса и миллион мемов про «закомплексованные яблоки», «невкусные кувшины» и «неживые трупы».       Вибрация. Четыре фотографии. У Руслана спëрло дыхание, в полном шоке от увиденного он выключает телефон, протирает глаза и смотрит в стену. Не верится. В голове одновременно проносится огромное множество мыслей, перекрывающих друг друга, и ни одной внятной. Ни одной внятной и ни одной приличной.       Он снова нажимает на кнопку включения, с третьего раза ему удаëтся-таки ввести пароль сквозь дрожь в руках. Нет, не показалось.       Коля скинул четыре своих фотографии, где он сидит у себя на кровати в разных позах, изящество которых трудно не подметить; на фоне стена с плакатами, подсвечиваемая ярко-розовыми огнями светодиодной ленты, и цвет этот придаëт обстановке ассоциативную атмосферу интимности. Всё бы ничего, но Коля на этих снимках без футболки. Николай Ромадов в 23.59 «На, рисуй»       Сердцебиение заметно учащается, Руслан, в конце-то концов, в первый раз видит Колю в таком антураже. Не сводя глаз с экрана, он тяжело вздыхает, листает фотки влево-вправо, не зная, на чëм концентрировать взгляд.       Он подрывается с места и берёт с края стола бутылку выдохшегося флэша, в надежде, что небольшое количество напитка на донышке хоть как-то поможет справиться с мгновенно пересохшим горлом. Подойдя к окну, Руслан делает пару глотков. Безмятежный снегопад позволяет слегка утихомириться, но ровно до того момента, пока Тушенцов не посмотрит на стол, где лежит его телефон с включённым экраном и открытой перепиской. Его пробивает на нервный смех. Какой абсурд.       Пересилив себя, он садится обратно на стул и пытается набрать сообщение. Руки предательски дрожат и не слушаются, он не может с первого раза попасть ни по одной букве, из-за чего создаётся ощущение, что печатает он уже слишком долго.

Руслан Тушенцов

в 0.01

«вам тоже такие сообщения приходят с утра????»

      Сыронизировать (блять че за слово, от слова сыр что ли) было, наверное, лучшим решением, хотя Коля наверняка скинул это не в целях посмеяться. А для чего он вообще это скинул? Николай Ромадов в 0.01 «Ахахахха» «Нет, ты мне такого не кидаешь»

Руслан Тушенцов

в 0.02

«я щас сдохну»

      Руслан, растерянно усмехаясь, ставит перед собой телефон и берëт в руки механический карандаш. Наносит пару линий на бумагу и снова переводит взгляд на фото. Такое красивое. Пальцы левой руки в области колена сжимают ткань пижамных штанов.       На одной из фотографий Коля дразняще закусывает нижнюю губу, что в совокупности с голым торсом напрочь лишало возможности сосредоточиться на рисовании и ровно дышать. Одно дело представить что-то у себя в голове и перенести это на бумагу, и совсем другое — видеть своими глазами, пусть и через экран телефона.       Мысли уходят совершенно не в то русло. Хотя, как не в то-то? Очень сомнительно, что Коля раздетый только для того, чтоб Руслан анатомию учил. Может и выучит, но пофантазировать сейчас будет куда приятнее и интереснее.       Его глаза, такие светлые и чистые, направлены прямо в объектив камеры. Взгляд, чувственный и, как всегда, слегка надменный, завораживает и возбуждает настолько, что Руслан сам не замечает, как кладëт карандаш обратно на стол, и рука тянется к резинке штанов. Взяв в руку привставший член, он насухую делает пару коротких движений вниз-вверх, почти не осознавая своих действий, но точно понимая свои желания.       Телефон внезапно падает, снова из-за вибрации. Тушенцов раздражённо вынимает руку из штанов и смотрит на пришедшие уведомления. Николай Ромадов в 0.06 «Бля, чуть не забыл))»       Ниже Руслан видит две фотографии, безусловно ещё более откровенного содержания, нежели те четыре. На первой — Коля вытягивает ремень из петель штанов. На второй — связывает этим ремнём свои руки, держа его кончик в зубах.       Руслан, ещë не успевши окончательно охуеть, печатает сообщения.

Руслан Тушенцов

в 0.07

«колян ты че ебнутый»

«че ты творишь»

«че это за хуйня»

      Новые снимки уже в самом деле заставляют Руслана краснеть. Эти нежные черты лица вкупе с заигрывающим взглядом вгоняют в неподдельное смущение. Так и хочется кончить на лицо этому милому созданию.       В одной руке он держит телефон, на вторую — сплëвывает и просовывает еë обратно в штаны. Несмело водит рукой, обводя большим пальцем головку, пытается не издавать ни звука. Вот мирно вяжущая в соседней комнате мама охуела бы, чем еë сыночка занимается.       А сыночка, между прочим, воображение развивает. Представляет, как это беспомощное солнышко с фотографии надрачивает ему своими перетянутыми ремнём руками и стеснительно принимает в рот, потом Руслан убирает за уши его свисающие пряди волос и любуется своим мальчиком, покорно доставляющим ему удовольствие. Так красиво, что хотелось бы даже запечатлеть.       Колю с членом во рту он ещё не рисовал.       А ещё он бы с радостью запечатлел свои мысли в этот момент. Единомышленник любому педофилу, мечта ФСБ-охотника. Воспринимать себя насильником, однако, не очень хочется, но такие формулировки поделом отдаются теплом в душе и, собственно, приливающей в член кровью.       Руслан с каждым новым движением ведëт рукой всё увереннее, ненароком задевая головку. Он уже не смотрит на фото, глаза закрываются сами собой.       Фантазия безудержно уходит в разгул: в голове сменяются картинка за картинкой, непристойное желание за желанием. Хочется поводить этому котëнку членом по губам и ловить на себе этот донельзя невинный взгляд; смотреть, как он, стесняясь, берëт за щеку, а брови моляще складываются домиком, когда слышит вполне заслуженную похвалу в свой адрес.       Руслан закусывает нижнюю губу, чувствуя просочившиеся, стекающие по пальцам капли предэякулята.       Вверх, вздох. Вниз, вздох. Хотелось бы, конечно, «сдох», ибо воображение нещадно подкидывает новые и новые кадры, грязные и пошлые, местами абсолютно противоречащие моральным установкам общества.       Стараясь быть как можно тише, он сдавленно стонет имя героя своих грëз, а чересчур быстрые движения рукой сходят на нет. Ноги приятно подрагивают, на душе спокойно и, в какой-то степени, даже радостно. Тушенцов аккуратно вынимает руку из штанов и смотрит на перепачканные спермой пальцы. Переводя взгляд с руки на Колину фотографию со связаными руками, он улыбается и для себя понимает, что ничуть не жалеет о содеянном.       До того сексуально Коля выглядит на этом снимке, что, по ощущениям, Руслан кончил даже слишком быстро, толком не успев насладиться сюжетами, нарисовавшимися в голове.       Тяжëлое дыхание со временем немного налаживается, и Руслан, заметив новые сообщения, отматывает переписку вниз. Николай Ромадов в 0.09 «Ахаха» «Ну а чо))» «Бля Руся, ты че реально сдох?»       Вопрос показался уставшему Тушенцову риторическим. После таких сообщений, приходящих с утра, даже если очень захотеть, не сдохнуть не получится никак.

Руслан Тушенцов

в 0.16

«конечно сдох блять»

«ты ебанутый»

«просто в край блять»

      Он набирает этот текст с неимовернейше довольной улыбкой, что ему каким-то чудом посчастливилось увидеть такое. Николай Ромадов в 0.17 «О блять, живой» «Хахахах» «А что такое? Не нравится?)»

Руслан Тушенцов

в 0.17

«нравится.»

Николай Ромадов в 0.17 «Вот и не выебывайся блять!!!»       Руслан усмехается, с того что ему и вправду стоит завалиться, потому что Коля — хоть и не наяву — был просто шикарен. А сам Ромадов, печатая это, наверняка тоже смеëтся. Типичные для его репертуара фразочки вызывают тепло в груди. Николай Ромадов в 0.18 «Дикий кабан — это мощное и достаточно крупное животное, известное почти каждому человеку. Млекопитающие появились на нашей планете достаточно давно и представляют собой предков современной домашней свиньи.» «Ой» «Не тебе» «Как подрочил?))))»       От прочитанного Руслан ощущал себя в полном недоумении, да и внезапный вопрос застаёт врасплох.

Руслан Тушенцов

в 0.18

«всм не мне блять»

«АХВХВХАХХВХЫЭЫЭАЭВХХВ С КАКОЙ ЦЕЛЬЮ ТЫ ХОТЕЛ КОМУ ТО ЭТО СКИНУТЬ»

«ладно.........»

«долбоеб я не дрочил»

«я рисовал»

      Отвечать нужно честно, но зачем? Чтоб так напрямую и сказать ему, насколько он сексуален? Пусть сам сначала меньше мозги делать будет. Николай Ромадов в 0.19 «Аааа» «Нуну))» «Пакажи чо нарисовал»       Смотря на пустые страницы своего скетчбука, Руслан задумчиво чешет затылок свободной от телефона рукой, как вдруг понимает, что она вся, блять, в сперме. Смеяться или противиться — он так и не понял, поэтому решает потихонечку начинать закругляться.

Руслан Тушенцов

в 0.19

«нет не покажу иди нахуй»

«там хуйня получилась»

«всë я спать»

«спокойной ночи»

«<3»

      Не дожидаясь ответа, он откладывает телефон и снимает с батареи полотенце, направляясь в душ. Придётся долго и нудно мыть голову, зато будет столько времени на подумать о том, как уже сегодня вечером они с Колей встретятся в художке; как спокойно Руслан будет смотреть в эти невинные глаза, вспоминая свои ночные мечтания; как непринуждённо будет общаться с одногруппниками Коля, как будто по ночи и не кидал никому никаких эротических фото и не связывал собственные руки ремнём.

***

Руслан Тушенцов

в 1.35

«пиздец хочу тебя трахнуть…»

Николай Ромадов в 1.35 «Ахахахахахх» «То есть ты все-таки дрочил?))»

Руслан Тушенцов

в 1.35

«придурок блять»

«конечно дрочил»

«довольны??? довели…»

«нахуя ты мне это скинул вообще?»

Николай Ромадов в 1.36 «Ахаха бля, захотел и скинул))»

Руслан Тушенцов

в 1.36

«блятььь какая ж ты мразь»

«люблю тебя пиздец»

Николай Ромадов в 1.36 «А когда дрочил-то, чо представлял? Ахахаха»

Руслан Тушенцов

в 1.37

«когда смиришься со своей ебучей ориентацией, тогда и узнаешь че я представлял»

«на практике»