Сон вчерашний

      —То есть ты просто взял и отпустил его?       Доминик со смесью возмущения и непонимания посмотрела на светловолосого вампира, сидевшего за своим столом полубоком к ней, бегло делая записи в книжечку. Девушка перевернулась на кровати своего друга, приняв позу поудобнее.       —Я сверился с декларацией, поставка же недавно была, - медленно произнёс Ной, собираясь с мыслями. - Я проверил ночью кабинет. Не хватает совсем немного, если правильно понял, обезболивающего и жаропонижающего. Ничего серьёзного, но тогда вопрос: почему именно они, если такие препараты можно достать самостоятельно? И ещё: пропажа была до его визита или после?       Юноша потёр виски. Доминик внимательно слушала, обдумывая его слова. Её голос приобрёл твёрдость, с которой обычно она говорила в суде:       —Не думаю, что нам стоит оставлять это просто так. Ты ведь не знаешь всей картины, - Девушка облизнула губы и продолжила. - Проникновение в частную собственность, мы же рассматриваем на данный момент не гостевой зал, верно? Вполне возможно, что он что-то украл, хищение. И ещё: его вполне могли нанять люди, которые хотят нам как-то навредить, если ты понимаешь о чём я.       Доми выразительно посмотрела на юношу, который поправил волосы и потянулся на стуле, по его затёкшим мышцам прошла дрожь, оставляя после себя блаженство.       —Или же он не имеет по какой-то причине возможности купить эти лекарства сам, мог подвергнуться шантажу, - Вампир посмотрел на девушку, которая, последовав примеру Ноя, встала с кровати и потянулась, заставляя хрустнуть несколько позвонков.       —Я всё прекрасно понимаю, mon ami, но и оставить это так мы не можем. А если о том, что там был не только тот человек, но и ты, вскроется и учитель узнает об этом? Разумеется, вероятность этого мала, но давай не будем пускать такие вещи на самотёк? Нам нужно знать, для чего ему это, и повторится ли такое.       Доминик подошла ближе к Ною, поглаживая пальцы светлых рук, которые украшали своим тёплым блеском тонкие золотые браслеты, подаренные когда-то на её день рождения Жанной. Эта девушка, как оказалось позже и за что на неё рассердилась Доми, нашла дополнительную подработку, чтобы сделать подарок, как она выразилась "по достоинству нашей имениннице". Ной отложил в сторону карандаш, который всё это время крутил в руке и встал из-за стола, оказавшись к девушке почти вплотную, дожидаясь продолжения её слов.       —Давай просто понаблюдаем за ним, а как представится возможность и необходимость - поговорим. Если не заметим чего-либо серьёзного, мягко скажем, чтобы больше так не делал, - Доми хищно улыбнулась, но сразу же вернула своему лицу серьёзный вид, поняв, что Ною такая шутка не пришлась по нраву. - Всё сделаем без шума, учитель не узнает. А если это и впрямь что-то значимое, что нам не по силам, уже можно будет и за помощью обратиться. Вероника и Антуан, конечно, ещё те заразы, но думаю, я смогу создать правильную мотивацию, чтобы они помогли нам.       Ной с немного грустной улыбкой посмотрел на девушку и аккуратным движением заключил её в объятия, уткнувшись в шею, выдохнул и расслабился. Доминик обняла в ответ, аккуратными движениями руки гладя широкую спину.       —Ты в последнее время сам не свой, - осторожно подметила вампирша, немного освобождая своё лицо, чтобы её было лучше слышно. - С тобой что-то происходит и я беспокоюсь за тебя.       —Да, - Ной чуть помедлил, пытаясь сформулировать никак не поддающуюся конкретизации мысль, и устало произнёс. -Не могу сказать, что именно, но знаешь, я устал. Я хочу сменить обстановку, чтобы у меня было хоть какое-то время, когда на меня никто не обращает внимания и никто не контролирует каждый мой шаг, аргументируя это репутацией.       Ной перешёл на горячий шёпот, слова подобно быстрому расплавленному потоку зашуршали возле уха девушки.       —Я хочу чуть больше свободы и свежего воздуха, Доми. Не знаю, может что-то или кто-то новый, но вспомни каждые мои попытки отвоевать свою свободу у маркиза.       Доминик с сожалением посмотрела на юношу, насколько это вообще было возможно в их положении, потому как светловолосый сжал руки, сделав их объятия более крепкими. Кому как не ей знать, чем заканчивались все попытки Ноя хоть как-то проявлять своенравность и самостоятельность в стенах их родного дома, который временами становился подобен золотой клетке. Маркиз Де Сад, дедушка Доминик, с всё той же добродушной улыбкой, которой всегда располагал к себе окружение, жёстко ставил мальчика на место, если считал, что тот "ведет себя не достойно имени Де Сад". Ной любил учителя всем сердцем за то, что он выкупил его с черного рынка, когда был ещё ребенком, но некоторые вещи ему было сложно простить. Он прекрасно знал, что в других семьях могли применять более жестокие меры наказания, но для юноши те, что были в их родном жилище являлись самыми невыносимыми. Домашний арест, ночные переписывания конспектов даже за малейшую помарку хоть на одной странице, постоянный надзор - лишь немногие способы, которые иногда доводили до слёз воспитанников семьи Де Сад.       Под руку с наказаниями также попадали и кузены Доминик - Антуан и Вероника, которые, впрочем, в силу своего более старшего возраста, научились со временем поступать по своему, не получая при этом порции наказаний. Однако Ной даже так не прекращал пытаться отстоять себя и как минимум Доми и Луи, которых такая участь тоже не обходила стороной. И Доми восхищалась этой решимостью в её друге. Ей было стыдно перед ним, что она позволяла себе минуты отчаяния и слабости после очередного выговора дедушки, который как будто забывал, что находится не в зале суда, а дома со своей семьёй. И сейчас, видя как тяжело её обыкновенно сильному и неунывающему Ною, который стал ей таким родным, словно второй брат, за всё это время, что они живут под одной крышей, она хотела хоть как-то приободрить его. В глубине души, ей не нравилась ситуация, в которую он угодил, но она хотела, чтобы Ной вновь мог чувствовать себя достаточно свободным даже под незримым гнётом учителя.       Доминик улыбаясь, отстранилась от юноши, напоследок проводя руками по его плечам. Ной улыбнулся в ответ, позволяя появится на его щеках призрачным намёкам на ямочки.        —Тогда давай обсудим дальнейшие действия, - воинственно поставив руки на бока, девушка продолжила. - Мы точно знаем, что он относится так или иначе к церкви. Он молод, значит, вероятнее всего, он на позиции простого слуги. Во всяком случае я сомневаюсь, что он дворецкий. Прислуга с кухни светские вечера не посещает, значит это тоже отпадает. Но и привилегий у него больше, явно больше, чем у простой горничной, иначе бы не вел себя так развязно на публике. Тогда вопрос: где был его хозяин на тот момент? Было бы ещё неплохо узнать, кто именно им является.       Ной согласно кивал по ходу рассуждений девушки, попутно делая пару отметок в маленьком бумажном календарике, который достал из всё того же блокнота-книжечки. Доминик начала уже вслух перебирать варианты знатных домов, относящихся к церковному клану, к какому в теории мог принадлежать Ванитас. Внезапно её мысль скользнула куда-то в другую сторону, от чего она внезапно воскликнула, резко поворачиваясь к юноше:       —Нам нужно попробовать выловить его на вечерней церковной службе!       —Да, я уже отметил несколько дат, когда можно приходить и вампирам, и людям. Сегодня, кстати, тоже, - светловолосый усмехнулся, заметив выражение лица девушки, которое едва ли не говорило "Неужто опередил?".       —Вот только здесь возникает несколько проблем, - Ной провел обратным концом карандаша по губе. - Первая: мы ни разу не ходили в церковь на службу, за исключением пары-тройки праздников. Если хотим сделать всё без лишних подозрений, нам нужна как минимум правдоподобная легенда, если нет идей что с этим делать получше.       Доминик согласно кивнула и, заметив, что у неё расстегнулась застежка у серьги, она подошла к зеркалу, стоящему во всю стену возле платяного шкафа. Откинув длинные распущенные волосы и нагнув голову поудобнее, чтобы поправить неудобный серебряный замочек хрупкого украшения, она вновь переместила свой взгляд на друга через зеркало.       —Теперь вторая: мы не знаем точно, придёт он или нет, - продолжил тот. - Он ведь может приходить в какой угодно день, и чтобы его выловить, понадобится время, если, конечно, нам сказочно не повезёт и он не свалится нам на голову с первой же попытки.       Доминик фыркнула, услышав в его голосе нотки сарказма. Застегнув злополучную серёжку, она повернулась к парню.       —Нам действительно об этом стоит тщательнее подумать. Я, наверное, могу... Внезапно её осенило, она округлила глаза, в которых ярко горел энтузиазм.       —У меня в одном из дел, - она быстро заговорила, расхаживая по комнате. - Фигурирует некий доктор Моро.       В первый раз услышав это имя, вампир нахмурился и движениями головы следил за перемещениями Доми, продолжая слушать.       —Там ничего серьёзного, пару неурядиц и там осталось лишь немного бумажной работы, это я могу выполнить и без него, - девушка отмахнулась от воображаемого клиента, чем вызвала улыбку у Ноя. - Я с ним пересеклась всего один раз и то не в личном разговоре. И у меня создалось о нём впечатление, как о человеке, который во-первых совершенно ничего не смыслит в юридических вопросах, а во-вторых болтливым до ужаса!       —Так, - Ной кивнул головой, обрабатывая полученную информацию. - Я так понимаю, ты хочешь его как-то заболтать? Например, ссылаясь на это самое дело, уж извини, подробностей не знаю.        —Именно, - Доминик удовлетворённо хмыкнула.       —А каким образом он нам поможет что-то узнать о Ванитасе?       —Mon ami, он принадлежит к церковному клану, - вновь оказавшись перед зеркалом, Доминик поправила волосы и, заметив вопрошающий взгляд, быстро продолжила. - Я сама не знаю, как так, учитывая, что врачи должны держать нейтралитет среди остальных, настолько, что хоть клан отдельный создавай. И я действительно не понимаю, зачем церковь не просто наняла его, но и наделила всеми соответствующими полномочиями. Но он может что-то знать, особенно, если его легко разболтать, мы узнаем нужную информацию.       —И если вспомнить, что именно у нас пропало, - юноша быстро подхватил мысль девушки. - То мы можем узнать, как обстоят дела с медикаментами в их домах.       Девушка закивала, подтверждая, что именно это она имела в виду и продолжила:       —На крайний случай, можно узнать, не было ли частых случаев болезни у прислуги.       Сейчас близится конец октября, болезни весьма ожидаемы, та же простуда или грипп.       —И если Ванитасу понадобились лекарства для лечения, - вампир оживлённо заговорил. - То вполне вероятно, что не хочет гласности чьего-либо, а не своего недуга, потому что вчера он мне не казался больным, напротив, здоровее всех здоровых.       —Мы уже рассматриваем эту версию с тем, что взял именно он, как основную? - Доминик иронически хихикнула. - Я же тебе много раз говорила, не бери свои догадки за непреложную истину. Взять мог не он, не в то время и так далее. Ты сам сказал: с ним был кто-то ещё и он вышел раньше, чем твой Ванитас. Я бы не стала упускать его из виду, держи это в голове. Как адвокат тебе нужно держать голову холодной, чтобы не допустить ошибки в логической цепочке.       Ной покачал головой, досадливо поморщившись. Он не был против замечаний, относящихся хоть как-то к его роду деятельности, но иногда манера, с которой говорила Доминик, его беззлобно сердила. И всё же тряхнув серебристыми волосами, позволяя нескольким непослушным прядям упасть на его лицо, он спросил:       —Вообще, мы можем пойти и попробовать сегодня, так сказать по горячим следам. Но что мы скажем учителю и как объясним своё присутствие в церкви? Сама сказала, лучше с этим не затягивать.       —Я уже тоже об этом думала, - девушка повернулась к Ною. - Смотри, я предполагала так: дедушка привык, что ты часто ему перечишь и всё такое, поэтому я бы хотела, чтобы ты ему сказал, мол, мы хотим прогуляться по городу в полном одиночестве, после вчерашнего вечера побыть одним. Это будет смотреться естественнее, чем если об этом скажу я. Я же, со своей стороны, якобы вспомнила некоторые подробности дела и решила ещё пару моментов уточнить у Моро. А где я могу его спросить? В церкви, как минимум потому, что она ближе, чем его жилище у чёрта на куличках.       Видимо вспоминая некоторые неудобства, которые были следствием её работы, в том числе и дома клиентов, которые могли находится в абсолютно любой точке Парижа и его пределов, она выругалась, чего позволяла себе лишь в присутствии друга.       —При этом даже если я и получу некоторые укоры в своём непрофессионализме, копать глубоко никто не станет, - подытожила Доминик.       Ной кивнул, проматывая в голове план действий. Он предложил ещё немного идей на тот случай, если что-то пойдёт не так. Доминик подхватила и ещё где-то около получаса они вдвоём обсуждали некоторые детали, доводя их легенду до совершенства.       Плавно они перешли на обсуждение более заурядных тем, время от времени смеясь во весь голос. Так пролетело время, и заметив это, вампирша ушла в свою комнату, чтобы подготовиться к их небольшой прогулке. Ной, в свою очередь, быстро оделся и, застёгивая ремешок наручных часов, намеревался выйти из комнаты и найти учителя. Однако в дверь кто-то постучал. Вампир слышал шаги ещё за несколько минут до звука резких и отточенных ударов по мощной деревянной двери и безошибочно определил, что это дворецкий. Открыв дверь, он обнаружил за ней Оскара, одетого будто с иголочки и нацепившего на себя привычное ему не то презрительное, не то снисходительное выражение утонченного лица, по которому и не скажешь, что он на порядочное количество лет старше всех отпрысков семьи Де Сад вместе взятых. Окинув юношу безразличным взглядом, дворецкий чопорно произнёс:       —Вас ожидает маркиз Де Сад, месье, просил прийти без отлагательств, - он немного склонил шею в полупоклоне.             Ной коротко поблагодарил Оскара и тут же вышел из комнаты, закрывая дверь на ключ, что вызвало презрительный смешок дворецкого, который уже двинулся прочь, позволяя вампиру прийти к учителю в одиночестве.                   ☆━━━━━━✧⊕✧━━━━━━☆       Доминик неспешно ходила по первому этажу особняка, что косвенно выдавало её волнение. Она всё никак не могла дождаться Ноя, которого хотел видеть у себя её дедушка и она переживала, как бы он раньше не узнал о произошедшем тогда во время бала. Наконец, на широкой центральной лестнице девушка заметила движение и быстро, не тая волнения повернулась. Узнав в спешащей фигуре её друга, она выдохнула, позволив спокойствию овладеть ею. Подбежав к уже спустившемуся парню, она негромко спросила:       —Что-то серьёзное?       Ной мотнул головой, и кивком головы указал на входную дверь. Быстро поняв его намёк, Доминик взяла его под руку и как ни в чём ни бывало, они направились к выходу. Молча покинув особняк, они вышли за ворота и не скрывая остатков волнения, юноша вскинул голову, откидывая серебристые волосы, красиво лоснящихся под осенним вечернем солнцем, и выдохнул.       —Знаешь, в какой-то момент, мне показалось, что он узнал о нашей затее, - досадливо поморщился Ной, вспоминая колкий диалог, в котором никогда не знаешь, чего от тебя хочет оппонент. - Всё спрашивал о том, кого из гостей я приметил вчера, кого из них я видел в первый раз и прочую дребедень.       Доми внимательно слушала, и, идя вровень с другом по аллее, ведущей от их дома до главного перекрестка, смотрела на него своими внимательными желтыми глазами.       —В итоге, он напомнил о том, что в общем-то, уже совсем скоро я возьму своё первое дело и разумеется, я "должен прекрасно справиться со своей задачей" и никого не подвёл, - он возмущённо продолжил и в очередной раз вздохнув, повернул голову к Доминик. - Но ничего такого, нашим планам это не мешает.       —Тогда хорошо, - девушка кивнула. - Признаться честно, я переживала, когда узнала, что он тебя вызвал.       —Ага, я, честно говоря, тоже, - Ной поправил белую перчатку и заметив, что они приблизились к воротам церкви, легонько пихнул локтем Доминик, которая от подобного жеста шикнула на него, но посмотрела, на что, или точнее кого, он обратил внимание.       Недалеко от входа в аккуратную и немного выбивающуюся из общего колорита города церковь, стоял тот юноша, который на вечернем приёме повздорил с Ванитасом. Невысокого роста, сейчас было особенно заметно, что он младше Доми и Ноя по крайней мере на несколько лет, его было легко перепутать с девушкой, таким хрупким выглядело его тело. Бледно-розовые, прямые короткие волосы с длинной, но опрятной чёлкой, были аккуратно уложены, однако не скрывая длинной сережки на цепочке, которая качалась в такт раздражённым движениям головы, сопровождавшим каждую реплику в, судя по всему, не самом приятном разговоре. Его собеседник казался особенно высоким и крепко сложенным на его фоне, в противовес хрупкому юноше, его лицо не покидала озорная улыбка, а блондинистые, вьющиеся пряди непослушно обрамляли его светлое лицо, на котором особенно чётко выделялись яркие зеленые глаза, горевшие с энтузиазмом. Мужчина что-то говорил розовласому, на что тот отвечал односложно, скрестив руки на груди.       У вампиров возникла мысль попробовать их подслушать, но они довольно быстро закончили разговор, когда к ним подошла женщина, облачённая в форму церковных паладинов. Перекинувшись парой фраз с ней, блондин повёл за собой юношу в церковь, всё также что-то весело говоря. Ной и Доминик последовали за ними, стараясь не попадаться им на глаза и устроились в дальнем углу помещения, подальше ото всех. Немного ослабив хватку шарфа на своей шее, Доминик быстро пробежалась глазами по присутствующим, пытаясь найти доктора Моро. Ещё немного поискав его среди толпы, которая уже приготовилась слушать проповедь, её взгляд зацепился за похожего человека, но он тут же скрылся за чьей-то широкой фигурой. Недовольно цыкнув, девушка незаметно указала Ною на ту часть зала, в которой она его только потеряла доктора, чью фотографию Доми уже показала юноше еще дома. Вампир кивнул, переводя взгляд в указанную сторону. Пройдя немного вдоль стены, делая вид, что изучает фрески, которые роскошной мозаикой раскинулись по всем стенам, что делало внутреннее убранство церкви ещё более необычным её отличие от классического варианта, Ной иногда поворачивал голову в сторону собравшихся людей, среди которых можно было найти не больше одного десятка вампиров. Было видно, что они всем своим видом пытались показать, что им всё равно на всеобщее отчуждение, которое было вызвано ими у людей. Однако несмотря на это, было понятно, что и они тоже чувствовали некий дискомфорт, ведь изначально эта церковь принадлежала им.       Поняв, что снова заблудился в своих мыслях, Ной покачал головой и принялся высматривать доктора дальше. Наконец, удача улыбнулась ему, и он заметил его плоский профиль. Его слегка закрученные к концам усы двигались вместе с что-то говорящими губами, видимо он что-то пытался объяснить человеку справа, но судя по тому, как он реагировал на назойливого собеседника, ему хотелось поскорее закончить этот монолог, отчего он лишь поддакивал, что ещё больше распаляло доктора. На него кто-то недовольно шикнул, говоря, что он мешает слушать пастора и с огорченным видом мужчина замолк, что-то бубня себе под нос.       Светловолосый вернулся к Доминик, тихонько сказав, что нашёл его. Облегченно выдохнув, девушка вышла с ним на улицу, не намереваясь больше задерживаться в душном помещении.       —Теперь ждём его здесь, - уже оказавшись снаружи, Доми пнула камешек, отлетевший куда-то к дереву. - Я надеюсь, он скоро выйдет и мы покончим с этим уже.       —Чего ты так бесишься? - Ной недоумённо посмотрел на подругу.       —Да потому что я когда тебе сказала там искать, я же тоже чуть дальше отошла. А там какая-то старушка. Не имею ничего против пожилых людей, но она пыталась затолкать меня ближе, мол, что это за безобразие, тебе же здесь плохо слышно! Я, можно сказать, быстро отделалась, - раздражение уже сошло, и на лице девушки появилась победная ухмылка. Вампир хихикнул. Доми за пределами дома вела себя немного иначе, и на любые попытки заставить её что-то делать она реагировала весьма остро, если не сказать, временами агрессивно.       Подождав ещё какое-то время, из церкви начали выходить некоторые люди, которые решили уйти пораньше. Среди них вампиры начали выискивать нужное им лицо, и когда Доминик первая заметила округлую низкую фигуру, она бодрым шагом двинулась к ней. Немного погодя, Ной отправился за ней, которая уже отошла с доктором в сторонку от потока людей. Подходя ближе, от взора юноши не ускользнул ещё один человек, который стоял рядом с доктором. Ванитас. Не показывая своего удивления, Ной подошёл к говорящим и, приподнимая белый цилиндр в приветствии, привлёк их внимание.       —Знакомьтесь, доктор Моро, - Доми улыбалась своей самой любезной рабочей улыбкой, - это Ной, мой друг и по совместительству, можно сказать, коллега. Ной, доктор Моро, один из моих клиентов. у него весьма интересные наработки в научно-медицинской сфере.       Услышав похвалу в свой адрес, смешной, полный и низкий мужичок гордо зарделся.       —Приятно познакомиться, месье, - немного шепеляво, с визгливыми нотками в голосе произнёс Моро, активно, но без особого смысла, жестикулируя руками.        —Взаимно, месье, - Ной склонил голову в лёгком поклоне, а сам украдкой взглянул на Ванитаса, молча стоявшего рядом со скучающим видом.              Он был одет довольно тепло даже для середины осени, и несмотря на это ему всё ещё было зябко, из-за чего он время от времени подносил к своему лицу рукава черного пальто. Он как будто нарочно не замечал его и делал вид, что они не знакомы. Спохватившись, что слишком долго смотрит на него, вампир переместил свой взгляд на Доминик, которая что-то очень увлеченно и быстро, говорила сложными терминами, не давая вставить доктору ни слова. Внезапно, она закашлялась, видимо, пока говорила, наглоталась холодного воздуха. Однако Мору на это отреагировал очень цепко:       —Болеете? Как же вы так, мадемуазель, - он закудахтал, создавая суету из ничего. - Хотите, посоветую пару хороших средств от кашля? Уверяю...       —Нет, благодарю вас, доктор, - Доми провела указательным пальцем по рту, незаметно подмигнув Ною. Тот, заметив это, тихо усмехнулся, произнося только одними губами "Вот чертовка!".       —Знаете, могла от служанки заразиться, - девушка вновь заговорила, снова перебивая желание Моро сказать что-то ещё. - Сейчас самый сезон болезней, у Ноя вон тоже слуга заболел, больничные почти у всех. Так что знаете, сейчас это не новость. А у вас как с этим обстоят дела, слуги не часто сваливаются с ног из-за такого?       Светловолосый вампир наблюдал за реакцией обоих человек. Доктор Моро как будто ждал этого разговора, он сетовал на частые случаи болезни, но не без удовольствия от того, что его спросили. Ванитас же, внешне не подал виду, но Ною показалось, что он кинул настороженный взгляд на него с Доми и сразу же отвернулся.       —Вообще, у меня сейчас почти все живы-здоровы, - Моро издал смешок, от которого по телу Ноя прошла волна мурашек, а на лице Ванитаса как будто появилась тень отвращения. - Вот, например, у меня сейчас болеет один мой помощник... Ну так, не берите в голову. И знаете, Шестьдесят девять мало того, что помогает мне кое с чем в лаборатории, так он ещё и на постоянной основе опекает моих младших... Помощников. Да, у меня они часто меняются, зато Семьдесят один держится молодцом, я ими обоими горжусь!       Ной и Доминик переглянулись. С долей сомнения, как бы из-за неловкости, Доми спросила:       —Позвольте узнать, кто это? Я не совсем понимаю...       —О, да-да, где же мои манеры?! - излишне драматично воскликнул доктор, от чего Ной вопросительно покосился на подругу, на что та также одним лишь движением губ прокомментировала, что это нормальное его поведение.       —Знакомьтесь, - всё также, с излишним пафосом продолжал Моро, теперь уже схватив в свои объятия руку стоящего рядом брюнета, который не сопротивлялся столь грубому, под видом добродушного жеста, действию. - Это мой номер Шестьдесят девять! Мой верный слуга и помощник в лаборатории и по дому, незаменимый, прошу вас заметить!       Теперь уже вампиры не скрывали своего изумления. Первым подал голос Ной:       —Позвольте, но как же имя? Это его прозвище? - он быстро кинул цепкий взгляд лиловых глаз на Ванитаса, чьё лицо ничего не выражало, создавая разительный контраст от воспоминаний того вечера.       —Вот так! - доктор широко улыбнулся во все тридцать два, неестественно ровных зуба. - Теперь этот хороший мальчик под моим крылышком, и не переживай, Шестьдесят девять, я тебя больше никому не отдам.       Расчувствовавшись, сумасшедший мужичок полностью привлёк к себе в объятия юношу, заставляя его немного нагнуться, чтобы доктор мог погладить его по голове. Глядя на эту картину, вампирам было сложно скрыть свои смешанные чувства от этой ситуации. Прокашлявшись, Доминик учтиво проговорила, мастерски скрывая накатившее отвращение к доктору:       —Тогда, думаю мы с вами обсудили, что мне нужно было для дальнейшего заполнения документации. Не смею вас больше задерживать, - она коротко кивнула в знак прощания и взяла под руку Ноя, который уже вовсю являлся предметом интереса Моро.              До этого момента он не проявлял по отношению к нему любопытства, поэтому юноша немного напрягся, ожидая, что он может что-то сказать. Наблюдения его не подвели.       —Постойте, постойте, - мужичок смешно замахал руками, привлекая внимание. - Позвольте спросить, могу ли я встретиться с маркизом Де Садом?       Брови Доминик удивлённо поднялись наверх. Она немного замешкалась с ответом.       —Думаю да, - медленно произнесла она, быстро прикидывая, что ему ответить. - Думаю, точнее вы сможете узнать завтра днём, после полудня. Если он не сможет принять вас лично, вы в любом случае найдёте секретаря, он скажет, что делать в таком случае. Это как-то связано с моей работой? - девушка насторожилась.       —Что вы, что вы, - взбудоражено заговорил Моро, не забывая бегать маленькими глазками под толстыми линзами очков от девушки к светловолосому вампиру, что последнего вводило в ступор. - У меня нет ни малейшего нарекания по поводу вашей работы, напротив, я уверен в том, что вы выполняете её более, чем добросовестно, если даже в выходной выбрались найти меня! Я просто подумал, что маркиз может мне кое с чем помочь.       Пожав плечами, Доми снова поправила шарфик, немного отходя от Моро.       —В таком случае, до встречи, - девушка кивнула и, не дожидаясь ответа от собеседника подтолкнула Ноя к воротам, и пара размеренными шагами двинулась в сторону их дома. Оказавшись за воротами, Ной мельком глянул на Ванитаса. Брюнет стоял и с легкой, немного натянутой улыбкой, слушал что-то горячо говорящего доктора. Вампир двинулся вслед за Доми, одолеваемый роем мыслей. Теперь у него было ещё больше вопросов к Ванитасу, если, разумеется, его так и звали. Ноя не покидало чувство, что что-то было не так не только с доктором, но и с юношей, которого он называл числом, что для светловолосого вампира было шокирующе. От него не ускользнул и факт того, что Ванитас взял опеку над другим помощником, хотя в том, как Моро говорил это слово было что-то зловещее. Ной думал о том, что если доктор в курсе болезни, зачем тогда одному из его слуг понадобилось красть медикаменты в чужом доме? Знал ли он вообще о присутствии его помощника у них на балу? Что-то было не так, и юноша хотел разобраться с этим. Он и сам не мог объяснить, что им руководило в тот момент, когда в нём появилось это желание помочь. Теперь он думал в первую очередь не о краже, которую они с Доминик расследовали, а о самом Ванитасе. Его до сих пор поражал контраст того шумного и наглого парнишки с бала и этой молчаливой и излишне спокойной тени возле доктора. Интуиция подсказывала вампиру, что если это и был Ванитас, причина, по которой пропали лекарства, то он решился на кражу отнюдь не из-за чьей-то указки или баловства.       Идя бок о бок друг с другом, вампиры в тишине дошли до своего дома, позволяя обдумать увиденное и решить для себя, как действовать дальше.                    ☆━━━━━━✧⊕✧━━━━━━☆       Ванитас и доктор Моро оказались у него дома лишь поздним вечером, в небольшом особняке на окраине Парижа, где совсем недалеко начинали нестройными рядами тянуться домишки деревни. Сразу же с порога, Моро кинул свою верхнюю одежду на пол, не сильно заботясь о её дальнейшей судьбе и полный энтузиазма направился в лабораторию, перед этим быстро кинув через плечо юноше:       —Шестьдесят девять, зайди потом ко мне в лабораторию, хочу кое-что обсудить с тобой. Важное!       Сопровождаемый мерзким хихиканьем, он исчез из поля зрения брюнета, который подняв плащ доктора и водрузив его на простую вешалку для верхней одежды перед входной дверью, двинулся прочь, в свою комнату, морально готовя себя к очередному разговору с этим полоумным учёным.       Поднявшись к себе, он тихо закрыл дверь и всё также тихо повесил пальто. Осторожно подойдя к кровати, он осмотрел ребёнка, лет одиннадцати-двенадцати, который свернувшись клубочком на боку под одеялом, тихо сопел, но прислушавшись к его дыханию, можно было без труда определить, что у него явные проблемы с дыханием. Периодически он дергался, словно в лихорадке, но тут же затихал. Юноша немного подогнул одеяло, освобождая лицо мальчика, чьи белесые пушистые волосы разметались по лицу и подушке. Аккуратно, чтобы не разбудить, Ванитас положил на лоб ребёнка свою ладонь, которую сразу же обволок жар. Вздохнув, юноша поправил одеяло и ещё раз быстро окинув мальчишку взглядом, вышел на встречу с ненавистным им доктором. Плотно закрыв дверь, он навалился на неё спиной, заставляя себя дышать. Вдох-выдох, вдох-выдох. Помедлив, он ещё раз вздохнул и нанёс на свое лицо прежнее выражение нахальной уверенности и двинулся к лаборатории, находящейся в подвале. В столь противное ему место, где он не раз находился на грани смерти. Где доктор не гнушался ставить на нём и других детях свои чудовищные эксперименты. Подвал с гнилостным запахом, насквозь пропитанным присутствием крови.       Быстро спустившись в подвальное помещение, он плавно, словно нисколько не волнуясь, зашёл внутрь. За несколько лет, проведённые здесь в качестве его подопытного, Ванитас научился скрывать почти всё от доктора, который не догадывался, сколько лживых слов он слышал от своего любимца. Окинув взглядом излишне ярко освещённую лабораторию, юноша занял место за круглым небольшим столом, на котором была размазаны уже впитавшиеся в необработанную древесину кровь и лимфа. Безразлично скользнув по мерзкому зрелищу синими глазами, он ждал, когда из дальней части помещения к нему подойдёт доктор. В конце концов, "любимцу" Моро не привыкать к подобным зрелищам - он видел и похуже.       Доктор не заставил себя долго ждать. Радостно что-то щебеча под нос, он с громким звуком поставил на стол тяжёлую банку, в которой в свежем растворе формалина плавали два аккуратно вырезанных глазных яблока. Судя по размерам и цвету радужки, они принадлежали молодому вампиру, вряд-ли ребёнку. Посмотрев на содержимое сосуда, Ванитас хмыкнул:       —Я так полагаю, это для эксперимента с временем регенерации после смерти? Но позвольте, почему именно глаза?       —Мой милый мальчик, - доктор противно залебезил, польщённый тем, что его подопечный помнил почти всё, о чём тот ему рассказывал. - Я взял несколько разных частей тела разных вампиров, чтобы с разнообразными промежутками времени провести соответствующие манипуляции.       Юноша слабо улыбнулся. Сейчас у него было не столь много сил притворяться, что ему интересны идеи сумасшедшего. Воспользовавшись тем, что доктор вновь увлёкся и начал болтать без умолку о чём-то своём, совершенно не обращая внимания на то, что собеседник его не слушает, Ванитас судорожно выдохнул, потирая пальцами переносицу. Позволив себе эту слабость, он привел себя в чувство и теперь с поддельным интересом слушал Моро, периодически что-то спрашивая, тем самым ещё больше заставляя суетиться мужичка, который с невероятным и пугающим фанатизмом всё больше распалялся.       Под его визгливую болтовню время летело незаметно, юноша затерялся в своих мыслях, лишь изредка ловя и тут же теряя нить монолога. Заметив, что Ванитас невидящим взглядом пялится на банку с вырезанными глазами, доктор со слащавой заботой поинтересовался:       —Что-то не так? Ты какой-то уставший в последнее время, - он обеспокоенно наклонил голову вбок.       "Я бы на тебя посмотрел, если бы ты несколько ночей подряд не спал." - мысленно прошипел брюнет, однако вслух произнёс лишь:       —Прошу прощения, доктор Моро. Мне правда жаль, что я сейчас почти бесполезен, просто в последнее время я мало сплю, до поздней ночи читаю те книги, что вы мне посоветовали. Крайне интересное чтиво.       Моро закивал, подтверждая его слова, которые, впрочем, ложью не являлись. Ванитас действительно читал медицинские трактаты, даже иногда делая заметки в тетради, о существовании которой Моро, скорее всего, не знал. Ванитас не совсем хорошо понимал, зачем доктору что-то объяснять ему в сфере медицины - видимо, он надеялся, что он навсегда станет его верным помощником в его исследованиях, для которых одного учёного ума было мало. Но боясь, что попав в университет, его "любимец" сбежит, Моро давал необходимую теорию дома, ограничиваясь старыми трактатами и такими же древними конспектами его руки со времен студенчества, которые были почти бесполезными для нынешнего уровня развития медицины. Но юноша прекрасно понимал, что эта информация была ему невероятна важна, особенно в его незавидном положении.       —В таком случае, лучше перенести разговор на завтра, - Моро хотел подойти к Ванитасу, чтобы потрепать того по голове, но он, заметив подобный жест со стороны оппонента, встал из-за стола и кивнув доктору на прощание, направился в выходу, ожидая, что подстёгнутый безразличием сумасшедший сам расскажет хотя бы вкратце, о чём будет разговор.        И он не ошибся.       —Просто тот светловолосый вампир может пригодиться в моих исследованиях, хи-хи, - доктор в экстазе покрутился на одном месте, едва удерживая волнение. - Но об этом потом, иди отдыхать, мальчик мой, завтра поэкспериментируем с твоей кожей. Добрых снов!       Как ни в чём не бывало, Моро двинулся в другой конец лаборатории, оставляя застывшего перед дверью Ванитаса. После того, как доктор так легко произнёс эти слова, у него внутри всё похолодело от осознания того, что Ной может стать причастным к этому ужасу, который происходит в стенах этого дома. Механически выйдя из неприятного ему помещения, он направился к себе в комнату. Ему не давала покоя мысль, что это из-за него доктор обратил на того светловолосого внимание, ведь он сразу догадался, что те двое пришли по его душу. Устало качнув головой, он отогнал эти мысли прочь, зайдя в комнату и, закутавшись в своё пальто, он рухнул в старое кресло, стоявшее возле приоткрытого окна. Плотнее завернувшись в тёплый кашемир, он откинулся на спинку, жалобно брякнувшую металлическим каркасом под поношенной обивкой, и уставившись в потолок, позволил себе провалиться в свои сумбурные мысли. Скоро доктор Моро должен был надолго уехать по своим делам, и Ванитас решил воспользоваться этим. Он тщательно планировал побег около полугода, подгадывая все возможные варианты действий. Он собирался бежать от него как можно дальше вместе с Михаилом, ребёнком, который в очередном приступе температуры неподвижно лежал на его кровати.       Переместив свой взгляд, юноша вспомнил, как этот беззащитный ребёнок в первую их встречу, не колеблясь, назвал Ванитаса своим старшим братом. Вспомнил, как часто вызывался сам быть подопытным вместо Миши и как проклинал себя за это, терпя боль. Но почему-то, ему было спокойнее, если младшего не трогали. Он вспомнил, как долго принимал тот факт, что этот хилый мальчишка стал ему до боли родным, настолько, что он перестал возражать против их совместного проживания, на тот момент ещё в одной из сырых комнат подвала. Миша всегда был искренен с Ванитасом, даже после тяжелого эксперимента он весело щебетал, рассказывая о чём-то из своей жизни до встречи с Моро, несмотря на то, что и до этого она не отличалась особым счастьем. Постепенно юноше вошло в привычку заботиться о мальчишке, будь то снова быть подопытным вместо него или отдавая ему часть своей порции, пусть и дрянной, но всё же еды.       Брюнет грустно усмехнулся. Он уже всё спланировал, даже предусмотрел те варианты, если что-то пойдёт не так. Он убежит вместе с Михаилом и они смогут начать новую жизнь. Ванитас выучил все привычки доктора, повадки остальных немногочисленных слуг. Он попросил Данте, дампира, с которым познакомился год назад, помочь с созданием документов, ведь на данный момент их не было ни у кого из этих двух подопытных. Он внимательно изучил особняк, заранее продумывая, откуда реалистичнее будет казаться пожар. Даже нашёл пару трупов, жертв очередного неудачного эксперимента Моро, которых он намеревался выдать за него с Мишей, предварительно спилив обоим клыки и припрятав тела в самых дальних морозильниках комнаты-морга, в котором полоумный учёный появлялся редко. Они были обязаны выжить.       Мысль Ванитаса снова скользнула в сторону Ноя. Он вспомнил, как вампир с любопытством рассматривал его на балу, как деликатно отпустил его после кражи препаратов для Миши, которому не помогали медикаменты, одалживаемые Моро. Брюнет вскользь подумал, что было бы неплохо перед своим исчезновением из Парижа поблагодарить за то, что не сообщил о краже. Его поток мыслей был прерван внезапным кашлем.       Будто очнувшись, юноша полностью закрыл окно, противно скрипнувшее от долгого отсутствия ухода, и подошёл ближе к кровати, на которой даже во полумраке небольшой комнаты было заметно движение. Брюнет осторожно присел на край матраса. Одеяло зашевелилось и из под него сверкнули болезненно блестящие, серые большие глаза.       —Братец? - произнёс тонкий детский голос, заставляя его обладателя зайтись в очередном приступе кашля.       У Ванитаса всё болезненно сжалось. Мише становилось всё хуже и хуже, а у него было не столь много возможностей ему как-то помочь. Он опасался, что у ребёнка туберкулёз или воспаление лёгких.       —С тобой полежать? - немного неловко спросил юноша, на что Миша согласно закивал, немного двигаясь в сторону, освобождая место для пусть не кровного, но родного старшего брата. Осторожно приобняв вновь затрясшееся в кашле тельце, брюнет, чьи синие глаза ярко отражали рассеянный лунный свет из окна, подложил себе под поясницу небольшую подушку, оставаясь в полусидящем положении. Михаил прижался к нему, кладя голову на равномерно вздымающуюся грудь, позволяя пушистым волосам растрепаться ещё больше.       Какое-то время они сидели молча, каждый думал о чём-то своём. Первым нарушил тоскливую глубину тишины Миша:       —Как ты? - он заметил, что брат был не в лучшем расположении духа и его томило это угрюмое молчание, но он не знал, как ещё сформулировать вопрос, чтобы поговорить со старшим.       Ванитас заметил эту робкую попытку разговорить его и стараясь позабыть события последних дней, которые Михаил провёл в лихорадке, он необычайно спокойно, со свойственной ему небрежной нежностью прошептал:       —Бывало и хуже, но знаешь, я вижу, как всё идёт на улучшение, - Миша услышал, как он улыбнулся. - И у меня весьма хорошая новость для тебя: совсем скоро мы сможем убежать отсюда. Я всё продумал, тебе нужно лишь подождать и довериться мне, хорошо?       Мальчишка удивлённо захлопал белыми ресницами, искренне не понимая, он приподнял голову и громким шёпотом воскликнул:       —Ты же не шутишь? - получив в ответ отрицательный кивок, детское лицо озарилось счастливой улыбкой, он облегчённо вздохнул и снова откинулся на грудь брату. - И мы правда сможем жить в своём доме? Сами?       Ванитас кивнул, прижимая Мишу к себе крепче, словно если он этого не сделает, он умрёт, как и все остальные дети-подопытные, которых в своё время юноша пытался спасти, но лишь ещё больше вгоняя себя в омут отчаяния безуспешными попытками.       —Хотел бы я, чтобы с нами был папенька, - грустно продолжил Миша, потирая глаза. - Если бы он был жив, всё было бы по-другому.       От этих слов у старшего ёкнуло сердце. Папенькой Михаил называл Вампира Голубой Луны, которого и звали Ванитас. Однажды он спас их из лаборатории Моро, и они около двух лет жили под одной крышей, словно были семьёй. Но в один злополучный день эта идиллия была вынуждена закончиться. Прикусив до резкой боли губу и тут же отпустив, сдержав слёзы, Ванитас, но ныне человек с его именем, слабым шёпотом произнёс:       —Я знаю. Но теперь у нас есть только мы, - юноша провёл рукой по детской голове, плавно касаясь мягких волос, успокаивая не то его, не то себя. - И нам нужно научиться жить без него, понимаешь?       Миша быстро помрачнел, в его больших глазах появился намёк на слёзы, но он лишь обнял брата в ответ, пряча свое лицо в его простую белую рубашку, на которой тут же появились мокрые следы. Заметив такую реакцию, Ванитас досадливо откинул голову на деревянное изголовье. Немного просидев в тишине, он заговорил.       —Зато вообрази, - Миша немедленно повернул голову. - Когда мы более менее станем на ноги, мы сможем жить так, как захотим. Больше никакой боли, только тепло нового дома.       Синеглазый мечтательно вздохнул, нарочно не заикаясь при ребёнке о том, что ему придется много работать и не всегда легально, чтобы у них было и своё жильё, и вкусная еда, и удобная красивая одежда. Но не желая нагружать этим младшего, Ванитас воодушевленно прошептал на ухо заметно повеселевшему Мише:             —А когда ты совсем вырастешь, я думаю, мы бы могли отправиться в путешествие. Мир большой, уверен, мы найдём свое место.             —Правда? Ты обещаешь? - мальчишка завертелся на своём месте, с трудом удерживая эмоции.       Брюнет заметно нахмурился: он не любил тешить обещаниями, потому что знал, что это весьма хрупкая и ненадёжная вещь. Не всё в этой жизни зависит от человека, и у него было достаточно примеров в этом убедиться. Но он знал, что сладкие надежды, которые он собственноручно подавал этому точно такому же одинокому ребёнку, как и он, дарят хоть какие-то крупицы желания жить. Его хмурый изгиб бровей в темноте остался незамеченным, и уже расслабив лицо, он улыбаясь и гладя по волосам Мишу, произнёс:             —Я обещаю тебе, что мы будем жить хорошо. Без боли, без отчаяния, - Миша сильнее сжал рубашку на юноше, обнимая его крепче. - Всё будет хорошо.       Немного погодя, под тихие перешептывания и поглаживания по голове, Миша заснул, всё также периодически кашляя и вздрагивая во сне. Ванитас же не спал. "Всё будет хорошо." - с отчаянной надеждой он повторил про себя и постепенно провалился в беспокойный сон.