Re:Love

Нацуки Субару не был детективом, но ему и не нужно было им быть теперь, когда он знал правду о том, что привело к убийствам в деревне. Единственное, на что он мог пожаловаться в своей внутренней скорби, так это на то, что его сила "контрольной точки" не вернула его к тому времени, когда произошли первые смерти. Ему все же удалось предотвратить второе убийство, заставив Розвааля запретить людям выходить за пределы деревни. В итоге удалось предотвратить гибель пары, осиротевшего ребенка, но не удалось предотвратить гибель еще одной потенциальной жертвы. На этот раз жертвой стал старый ветеран восстания полулюдей, который, несмотря на многочисленные порезы, сумел вернуться в деревню после работы на полях. На этот раз Эльза сменила метод на более подходящий для этого случая, но, выбрав новый способ, она в итоге не смогла убить и этого. На лезвиях не было яда, и мужчину удалось доставить в клинику достаточно быстро, чтобы он не умер от кровопотери. К тому времени, когда Субару добралась до клиники, он уже был в коме - столько ножевых ранений человек не выдержит. Однако, прежде чем потерять сознание, он пробормотал одно слово, которое позволило ему довести до конца свою "теорию". "Ж-женщина..." прохрипел старец, прежде чем упасть. Розвааль не был полностью уверен в доводах Субару, но согласился с тем, что Эльза могла воспользоваться шансом освободить Мейли, поскольку эти двое были связаны на личном уровне. А если учесть, что причиной этих случаев был профессиональный убийца, который пытался напасть на случайных гражданских лиц... в общем, ему не составило труда принять эту версию за реальную возможность. Таким образом, был разработан небольшой план, направленный на снижение общих шансов Эльзы на успех. Он заключался в длительном обмане, состоящем из нескольких этапов. Во-первых, Розвааль продолжил ту же речь, что и в предыдущем цикле, но при этом удержался от того, чтобы по предложению Субару действительно отправить Рем патрулировать окрестности замка. В этом не было необходимости, так оправдывался молодой человек. Причиной его уверенности в этом послужило несколько обсуждений с Беатрис и Эмилией, в ходе которых был придуман глупый план, как заманить Эльзу в ловушку. Первым делом нужно было переселить Мейли. Девушке сказали, что ей просто дадут комнату получше, потому что она хорошо себя вела, но наденут специальные кандалы, которые не позволят ей пользоваться магией. Рам будет присматривать за ней, а Петра поможет создать "иллюзию" душевной доброты, отправив ее ночевать к Мейли. Судя по первым замечаниям Рам во время переезда, Меили ничего не заподозрила о присутствии "старшей сестры", только то, что ее "старший брат" был милым и "глупым", причем последнее она пробормотала себе под нос и была уловлена острыми ушами розовой девушки. Дальше была главная ловушка - та, которая должна была навсегда победить Эльзу и прекратить эту возню, не рискуя никем и ничем в замке. Розвааль без труда создал куклу с внешностью Мейли, поместив ее в камеру так, чтобы она выглядела бессознательной в самом глубоком углу этой камеры. Это была приманка, а сама ловушка - специальная печать, которую Беатрис помогла установить Эмилии. Смысл такой гравировки на земле был прост. Лед покрывал любого нарушителя с ног до головы, тем самым решая его судьбу для возможной поимки. Субару размышлял, было ли убийство Эльзы лучшим вариантом. Мгновенно он решил, что да. Но по мере того, как он размышлял об этом, выяснилось, что есть несколько деталей, которые до сих пор не имеют для него смысла. Например, как Розвааль указал на то, что Эльза никогда бы не была послана организацией за Мейли, и что это задание было рискованным для нее в глазах ее босса. Так зачем же рисковать, будучи профессиональным убийцей, чтобы спасти ребенка, с которым тебя связывают партнерские отношения... если известно, что ты убиваешь детей в свободное от работы время? Для Субару не имело смысла, чтобы такая безумная женщина просто согласилась на подобное исключение. Почему? И как? Как это вообще относится к ее мировоззрению? В конце концов, он решил схватить ее, чтобы узнать правду и многое другое. Возможно, им удастся выяснить, кто нанял Эльзу, чтобы украсть эмблему Эмилии, или даже узнать больше о культе ведьм, поскольку ходили слухи, что они во многом зависят от этой организации убийц, расположенной в Густеко. В итоге Субару оставалось только терпеливо ждать и надеяться, что все пойдет как надо. Эмилия оставила небольшое зеркальное заклинание, которое должно было дать им представление о том, что произошло в той камере, так как они ожидали появления незваного гостя и... вот она. Эльза огляделась, что-то пробормотала и, прежде чем шагнуть к глифу, громче позвала Мейли. Она напряглась, когда земля под ее ногами засветилась, но не успела отпрыгнуть в сторону, как лед сковал большую часть ее тела. Рем принялась охранять новую пленницу, позаботившись о том, чтобы ее пребывание в поместье было долгим, если не постоянным. Дальше было... торжество. Эмилия обнимала его за душу, Розвааль хвалил, Рем и Рам выглядели довольными тем, что с этой проблемой разобрались, а... Субару был недоволен. Не до такой степени, чтобы быть спокойным во время празднования. За ужином было отведено особое время, когда все могли насладиться вкусными блюдами, достойными такого "грандиозного дня", как назвал его Розвааль. На следующий день весть об этом должна была дойти до деревни, но один молодой человек не мог так долго сдерживать свои сомнения. Розвааль уже дал ему разрешение на допрос Эльзы, велев подождать хотя бы день, прежде чем идти проверять ее, но Субару не мог этого сделать. Он должен был сбросить с себя этот груз и понять, с какой сущностью он имеет дело. Настоящее чудовище, непонятная сломленная женщина? Что представляла собой Эльза? Что она может сделать, если ее надолго оставить в одном пространстве? Сможет ли она освободиться? Станет ли она проблемой? Или она примет поражение с изяществом и покорится? Последняя перспектива казалась неоправданно глупой, но все же это был вариант. И истина заключалась в том первом правильном общении с убийцей. "Эльза Гранхиерт" пробормотал Субару, глядя прямо в глаза той, которая уже дважды убила его. "Ты меня поймал~". Привидение из предыдущей временной линии радостно и громко отозвалась, едва не выбив его из колеи своим пристальным взглядом. Настоящая Эльза улыбнулась ему, весьма позабавленная нотками беспокойства в его взгляде. Она игриво вздохнула, а затем... расслабилась. "Полагаю, это ты придумал эту... ловушку. Я удивлена, правда. Ты обманул меня еще в той таверне, использовав против меня Рейнхарда, а теперь еще и это" размышляла убийца, напевая с удивительным спокойствием и тишиной, несмотря на растущее благоговение в ее словах. "И все же интересно... как ты догадался, что я нанесу удар именно сейчас?" "Речь Розвааля" категорично ответила Субару, и глаза ее при этом медленно расширились. "Это дало тебе возможность рассчитывать на то, что замок будет беззащитен для проникновения..." "А я повелась на эту простую ложь, даже не задумываясь о ее истинной природе... Неужели я действительно потеряла дар речи?" ... "Нет. Ты пошла на риск, поскольку она была тебе нужна". В ее глазах мелькнуло что-то необычное. "Будь осторожен, малыш. Называть меня лгуньей..." "Я не называл. На самом деле, это вовсе не означает, что ты все еще не потеряла дар речи из-за этого" вмешался Субару. "Ты позволила поставить себя в рискованную ситуацию, потому что хотела вытащить Меили из потенциально опасного положения. Даже сейчас ты больше беспокоишься о ее благополучии, чем о своем". "...И я полагаю, что это тоже то, что ты получил благодаря одному только взгляду?" Эльза ответила с ноткой сарказма и довольно сильным раздражением. "Я разговаривал с Мейли, она очень гордится тем, что ты ее старшая сестра" спокойно возразил Барусу. "Даже сейчас она ждет, когда ты придешь и заберешь ее". "Как я и ожидала" весело подтвердила Эльза, но при следующем вопросе ее веселье угасло. "А где она?" "Не в камере и не в опасности" отрывисто ответил он, понимая, что давать такую обширную информацию опасно. "А та, что в камере, была... фальшивкой?" "Да." ... Охотник за кишками захихикал. "Поистине шедевр ловушки. Должна сказать, что если бы я знала о твоем пытливом уме, то поставила бы тебя выше твоей леди с точки зрения потенциальной угрозы для меня. Это... это могло закончиться моей смертью. Вы могли бы это организовать, если бы я об этом подумала, и, тем не менее, вот вы здесь, задаете мне вопросы. Почему?" "Мне нужны ответы, а мертвые люди их не дают". "Верно подмечено. Но что за вопросы?" Субару вздохнул, переходя к делу. "Почему ты заботишься о Мейли до такой степени, что рискуешь своей жизнью и карьерой?" Сначала было молчание, но потом Эльза... заговорила. И она говорила много. В конце концов, ей было что сказать, и Субару не был готов к такому рассказу. Она не стала рассказывать о своей биографии, сказав лишь, что привязана к "маме" и что однажды ее послали разобраться с нарушением, Меили. Ребенок рос в дикой природе, вдали от людей, и о нем заботились Мабисты. Сначала ребенок был одним из них, так это выглядело, но приказ был четким: поймать Мейли и "завербовать" ее в организацию. Ее сила была интересна, а потенциал - еще больше. Эльзе не составило особого труда расправиться с первой "стаей" Мейли, но было что-то, что заставляло ее колебаться, не покалечить ли девочку в жажде крови. Этот злобный взгляд, который может показать только животное, то, как она рычала и не хотела отступать от своей жестокой расправы, и... любопытство внутри самого разума Эльзы, которое в конечном итоге и стало основанием для того, чтобы Мейли стала частью ее жизни. Неправильно было бы говорить, что она действительно воспринимала ее как младшую сестру, но Эльза, тем не менее, любила ее. "талисман", так она определила Мейли. И все же в этом признании чувствовалась ложь, которую Субару заметил, но решил не допытываться до правды. В конце концов, рассказ закончился, а юноша все стоял и размышлял, пытаясь понять, что же ему делать с таким количеством информации. Должен ли он теперь убить ее? Он чувствовал, что не может этого сделать. Не потому, что рассказ ослабил его решимость в этом отношении, а из-за того, что теперь он знал: менталитет Мейли никогда не смирится с кончиной Эльзы. По тому, как Эльза рассказывала об этом, было видно, насколько эти двое были близки. Может быть, женщина и была сдержанна в этом плане, но было ясно, что она питает к девушке вполне семейную привязанность. И Субару не смог придумать, что на это ответить. Не так, как сейчас. Может быть, он и смирился с тем, что жизнь здесь суровее, чем дома, но он чувствовал, как убедительный голос матери говорит ему о том, что крайности могут обернуться против него самого. Нет, он не мог пройти через это. Не с таким мышлением. Ему нужно было найти решение. "Ну и что?" И оно было нужно ему сейчас. "Что будет, если тебя освободить вместе с Мейли? Без оружия и с некоторыми мана-нуллификаторами на Мейли?" Эльза моргнула, услышав последний вопрос. "Вряд ли тебе будет трудно это представить. Отсутствие оружия означает несколько трудных недель. Нуллификаторы потребуют денег, но это не та проблема, которая тебя беспокоит". Что бы "Мама" подумала об их неудаче? "Наша организация заклеймила бы нас как неудачников, от которых нужно избавиться, чтобы показать пример таким предателям, как мы". ... "А если бы вас наняла какая-нибудь королевская кандидатка? Подразумевая, что вы оба должны расплатиться за свои чудовищные преступления, вам разрешили бы работать под нашим началом, не получая жалованья, но обеспечив пищей, водой и кровом". В глазах Эльзы что-то мелькнуло и засверкало. "То есть ты хочешь нанять убийцу вроде меня для своей госпожи?" "..." "У меня такое ощущение, что вас подталкивает к этому мораль. О, какой моральный человек, пытается быть снисходительным одними только действиями..." "Я не снисходителен, я просто... "Это все еще интересное предложение, но я должна сказать, что есть одна вещь, о которой ты должен сказать своему господину, чтобы он был настороже, когда речь идет о таких, как я. Я знаю, что он должен был знать, прежде чем позволить тебе стоять передо мной" женщина хмыкнула, и затем... цепи заскрипели. " Меня сдерживают старые цепи". Вскоре он уже лежал на земле, борясь с ее весом, но... она не ударила его. Это было похоже на то, как он умер в прошлый раз, но не то. У него был клинок, все еще в кармане, женщина была беззащитна. Даже безобидна. И все же нет. Не тогда, когда ее губы прильнули к его губам, а зубы впились в нижнюю губу, рассекая ее. С легким стоном Эльза присосалась к ране, а затем отстранилась так, что ее губы оказались рядом с его подбородком. Наглая, но извращенная улыбка была жаркой и одновременно ужасающей, пока ее палец постукивал по его ране. (П.П. Опааа - https://i.postimg.cc/Zn3n3jQz/Subaru-Elsa-On-Ground.jpg) "Ах, эта кровь такая нежная. Даже такая наивная, как у тебя" с облегчением вздохнула она. "Но, конечно, я полагаю, мы с Мейли можем согласиться подчиниться... тебе~". Он понял это с того самого момента, как прозвучало последнее слово. Этот веселый взгляд, это забавное замечание - Эльза склоняла голову не перед Эмилией. Она склонила голову перед ним. Надеюсь, Эмилия не будет кричать на меня слишком громко... ---------d-d-d-d------------- П.А. Эльза играет в игру. Хорошая это игра или плохая для Барусу - покажут лишь факты. Тем не менее, эта новая история приведет к некоторому разрыву с Эмилией. Мне не нужно объяснять, почему, потому что... ну, Эльза - любительница подразнить. И убийца. Обе черты характера будут бесить полуэльфийку до глубины души. К счастью, все наладится. Или нет. В конце концов, рядом Мейли. А она - капризный ребенок, которому нужно подшутить над миром за то, что он ее раздражает.