Благословлённая

      Люцифер висел, словно был распят на кресте. От его одежды остались лишь обгорелые обрывки, а кожа была покрыта волдырями, будто он горел заживо. Под ним образовалась огромная лужа крови, в которую каждую минуту капало ещё. Голова была опущена, а дыхание почти не слышно, лишь хрип и лёгкое движение в области грудной клетки. Ни один смертный не пережил бы столько боли и мучений. Но пытка не заканчивалась. Амара снова появилась рядом с ним, и махнув рукой, пустила новую волну электрического заряда.       Герти проснулась от резкой боли, и тихонько завывая в подушку, пыталась успокоиться. Она опять его видела. Люцифер не покидал её сны уже четвёртые сутки. Четвертые сутки она не спит, мучаясь болью и жутчайшеми кошмарами. Нервы девушки впервые начинали сдавать, но помощи у Чака она просить не собиралась, ведь остерегалась его, после их первого разговора.       — То есть, вы и вправду Бог? — Фицджеральд провожала Чака до гостевой комнаты. Боли она больше не чувствовала, когда мужчина положил руку ей на плечо, то она сразу же исчезла и впервые за последние сутки охотница могла расслабиться.       — Ну, лучше зови меня Чак, — добродушно улыбнулся он.       Мысли о том, что сам Господь сейчас идёт с ней рядом, у неё не укладывались. Тот самый Господь, из-за которого Люцифер так обозлён на человечество. Из-за которого Дьявол стал Дьяволом. От рассказов архангела про свое падение, Герти не могла относиться к Чаку положительно, так как люди должны относиться к Богу.       Сам же Чак знал, о чем думает девчонка, но опровергать эти мысли не собирался.       — Ты уже сутки корчишься от боли, но все равно волнуешься только о его безопасности, — решил начать разговор мужчина. — Знаешь, Девочка, мне так нравиться твоё доброе сердце, но ваши отношения с Люцифером могут хорошенько подпортить мне планы… Да и благодаря тебе Винчестерам будет чуть труднее от него избавиться…       — Вы хотите избавиться от своего сына? — девушка была обескуражена от честности его высказываний. И что вообще он имел в виду под отношениями? Знал ли он об их с Дьяволом «связи»? — Он же… он же любит вас.       — Ох, ты ещё такой ребёнок… Но я посмотрел на ваш союз с другой стороны, и решил дать тебе шанс.       — Что?       — Я дам тебе чуть больше возможностей, что бы ты попыталась… сдержать тягу Люцифера к уничтожению мира.       — Но как я…       — И если у тебя не получится, то мне придётся вмешаться. И моё вмешательство тебе не понравиться, Герти, — его голос стал жёстче, а лицо серьёзным, и только в этот момент Фицджеральд по-настоящему осознала с кем говорит. От страха она была готова начать выпрашивать прощение, хотя сама не понимала за что. Аура вокруг была устрашающая.       — Не забивай себе голову, Девочка. Делай как велит сердце, — он сменил гнев на милость за секунду, но Фицджеральд даже не успела отойти от полученной информации. — А теперь, я, пожалуй, приму душ и пообедаю.       После она Чака не видела, ведь из комнаты не выбиралась. Чуть позже боль вернулась, но благодаря этому, она была уверена, что Люцифер ещё жив.       «Как я могу остановить его от уничтожения мира, если он сейчас на цепи, абсолютно без защиты. И ведь это Амара собирается апокалипсис устроить. Чак сказал, что даст мне «больше возможностей», но что это значило?»       Было около трёх часов ночи, девушка решила, что стоит снова попробовать уснуть, поэтому взяла с тумбочки приготовленный шприц с обезболом и вколола себе в грудь. Если честно, то они не особо помогали, ведь сама боль шла откуда-то из нутри, зато метка Дьявола не так болела и кровоточила. Запив снотворное минеральной водой, Герти опустилась на подушку и снова провалилась в беспокойный сон.       Вокруг была лишь темнота, но при этом она видела себя, будто освещенная со всех сторон. В абсолютной тишине послышались шаги и перед собой она увидела Падшего. Он был абсолютно здоров, но его глаза были другими. Будто чужими.       — Приветик, Герти. Как живётся? — он подошёл чуть ближе, от чего девушка невольно сделал шаг назад. Это был будто не Люцифер. — Что же ты молчишь, язык проглотила?       И внезапно она перестала дышать, что-то застряло в горле. Она пыталась откашляться, но задыхаясь все сильнее. Упав на колени, она схватилась за горло. С резкой болью, но она смогла вытолкнуть это «что-то» из глотки. Подняв взгляд, на поверхности этой непроглядной черноты, она увидела язык. Свой язык.       — Что, нечего сказать? Ничего, словам тебе не понадобятся, я не хочу лишнего шума, — Люцифер подхватил девушку за шею, и поднял выше. Девичьи ноги оторвались от земли, если так можно назвать эту тёмную материю. — Руки подними.       И она подчинилась, кисти девушки сковали железные путы. Когда мужчина отпустил её, то она повисла перед ним, пытаясь успокоить дыхание.       — Как тебе обстановка в клетке? Уютно? А то в прошлый раз ты так сюда и не попала. Кстати, напомни, на чем мы там остановились? — в его руке появился ангельский клинок.       Страх сковал её ещё сильнее, Фицджеральд не хотела знать, что будет дальше. Она хотела молить о пощаде в своей голове, надеясь, что он услышит её мысли, но даже на ментальном уровне она не могла ничего сформулировать. В голове были только эмоции и понимание того, что её ждёт.       Медленным, но уверенным движением падший провёл линию от груди к животу, разрезая футболку и немного задевая холодным металлом кожу. Ткань упала и растворилась во тьме. Герти висела перед ним топлес, лишь в белых джинсовых шортах.       Подойдя ещё ближе, Люцифер оставил на её белой коже длинный порез от плеча до талии, обходя лезвием грудь. Боль казалось невыносимой, девушка могла лишь открывать рот и вдыхать воздух, лишённая голоса. Резкий удар, и клинок вонзился ей между рёбер.       — Только скажи, и я остановлюсь, — ехидно прошептал дьявол ей в ухо.       Слезы мешали видеть, но она все равно пыталась разглядеть его лицо. Это были не его глаза. Это был не Люцифер. Фицджеральд была уверена в этом на сотню процентов. Кто бы сейчас не кромсал её тела, это был незнакомый ей монстр.       Спустя минуты, а может и часы этих пыток, всё тело девушки было в крови, от белых шорт не осталось и следа. Слёзы текли уже не произвольно, а каждое движение лишь усугубляло её положение.       — Передай брату, что я его жду, — сказал Люцифер, а затем со всей силы вонзил кинжал ей в грудь.       Открыв глаза, девушка не могла прийти в себе. Она не могла осознать происходящие. Кто-то держал её в объятья, что-то говорил прямо в ухо, но она не могла разобрать что. Могла лишь рыдать и что-то бормотать себе под нос.       — Очнись, Герти, пожалуйста! — Сэм встряхнул девушку, которая наконец обратила на него внимания.       — Пожалуйста, я хочу домой, — шептала она, прижимаясь ближе к Винчестеру, будто он спасательный круг.       Мужчина лишь молча держал её, поглаживая по голове.       — Мы отвезем тебе, как только Донателло узнает, где скрывается… — он не успел договорить, ведь в комнату вошли Дин и Чак.       — Что произошло? Герти, ты в порядке?       Увидев эту картину, старший Винчестер значительно напрягся, а вот Чак наоборот заинтересовался.       — Амара с ней связалась, — Бог подошёл ближе, и присев рядом, приложил руку ко лбу девушки. — Что она сказала?       Фицджеральд будто отключили нервную систему. Она мгновенно успокоилась и спокойно сказала:       — Передай брату, что я его жду, — процитировала она.       — Провоцирует меня, — Чак отошёл от девушки и направился к выходу. — Донателло нашёл где она скрывается, стоит выезжать за Люцифером.       — Перед этим подбросим Герти до города, и посадим на автобус до дома, — Сэм все ещё напряжённо держал девушку в объятьях.       — Нет, я поеду за Люцифером, — она собрала все силы в кулак, и встала с кровати. — И это не просьба. Я помогу вам.       Не слушая причитаний Дина, она вышла из комнаты, прихватив свою сумку.       Пока она вела машину, успела многое обдумать. Последние три дня были тяжёлыми, но этот сон от Амары добил её. Если бы не Чак, который что-то сделал с ней, прикоснувшись ко лбу, то вряд ли девушка могла бы сейчас сидеть за рулём.       Этот сон был реальностью. Охотница взаправду чувствовала эту боль, она не сомневалась. Но почему именно так? Почему Амара пытала её именно от лица Падшего? Это все не давало ей покоя. Она чувствовала себя слишком уязвимой.       Но при этом Герти была уверена, что они смогут спасти Люцифера, у неё даже сомнений в этом не возникало. Он все ещё жив, ведь забинтованный шрам под ключицами все ещё жёг кожу. Она уже привыкла к этой боли.       Приехав к заброшенному заводу, девушка припарковалась у заднего хода. По словам пророка, Тьмы тут быть не должно, поэтому она спокойно подбежала к Винчестерам и двум мужчинам, с которыми познакомилась перед выходом, Донателло и Метатрону.       Войдя в задние, Фицджеральд увидела то самое место, что снилось ей в кошмарах и посреди всего помещения на кресте висел Люцифер. Она мигом кинулась к нему, надеясь привести в чувство.       — Ого, прибыла служба спасения, — усмехнулся Люцифер, поднимая свое окровавленное лицо, и смотря на Винчестеров, а потом переводя взгляд на остальных. — О, один из папиных любимчиков. Лютик, а ты тут какими судьбами?       — Лютик? — Сэм непонимающе взглянул на охотницу, но та его проигнорировала.       — Не время для разговоров, мы тебя вытащим, — сказал Дин, подходя ближе к падшему. Девушка же попыталась дотронуться до верёвок, что связывали мужчину, но тут же убрала руки, чувствую что-то странное. Они были заколдованы. — Ты должен помочь нам победить Амару, если откажешься, то останешься тут.       — Откажусь? Ты видишь, что она со мной сделала? Похож на её фаната? — злобно сказал Люцифер, сжимая челюсти от ярости.       Метатрон начал читать какое-то заклинание, что бы скорее освободить Дьявола, а Герти оставалось лишь ждать, подергивая ногой от тревоги.       «Что-то ты напряжена», — прозвучал в её голове такой долгожданный голос.       Девушка успела соскучиться по этому. Она так долго беспокоюсь за его жизнь, а теперь он снова ехидно общался и мог ответить ей. Посмотрев на Люцифер, она увидела, что он о чем-то спорит с младшим Винчестером, при этом слегка кряхтя от боли. Она знала, что ему больно, поэтому прикоснулась к его руке, в надежде поддержать. Хотя, нужна ли Дьяволу поддержка? По телу прошла волна боли, от чего колени слегка подкосились. Но реакция Падшего не заставила долго ждать, он удивлённо уставился на неё и хотел что-то сказать, но в ту же секунду свалился с распятия.       — Она идёт! — крикнул Донателло, от чего все сразу зашевелились.       Фицджеральд первая побежала к архангелу, и подхватив его, повела к заднему входу.       — Моя машина ближе, я отвезу его! — крикнула она, выходя через аварийный выход.       В тот момент ни у девушки, ни у остальных не возникло вопроса «А как молодая девушка смогла поднять ослабевшего архангела в сосуде взрослого мужчины?»       Легко опустив Люцифера на заднее сидение, она пристегнула его и села за руль. Сама же к ремню безопасности она не притронулась, времени не было. Ноги дрожали от ноющей боли во всем теле, но она смогла нажать на газ и уехать как можно дальше от этого места.       — Да уж, Лютик, умеешь удивлять, — сказал Падший рядом с её ухом, находясь прямо за её сиденьем. — Очень мило с твоей стороны, но это моё, — он положил руку ей на плечо, и боль снова пропала.       Думать о том, что сейчас произошло, девушка не стала, ведь прямо на дороге она увидела силуэт. Амара стоял в меньше мили от них, прямо среди дороги и не двигалась.       — Чёрт! — вскрикнула Герти, поняв, что не знает, что делать.       — Да, я, — усмехнулся спокойный архангел. — А теперь жми на газ, Лютик, — он сильнее сжал её плечо, а девушка максимально вжала педаль газа.       Резкий толчок, и Фицджеральд почувствовала, как кровь стекает по её лицу. В голове будто трезвонили в гонг. Открыв глаза, она поняла, что всё будто в белых пятнах, но потом зрение пришло в норму. Она буквально выпала из машины, но её быстро подняли на ноги.       — Герти, как ты? У тебя кровь… — Сэм и Донателло стояли рядом и оба прибывали в шоке. Утерев нос, охотница увидела кровь и на руке. Они все находились в гараже бункера, а машины, без единой царапины, были аккуратно припаркованы рядом. Люцифер первый опомнился, и слега подтолкнув девушку, направился на выход.       Войдя в главный зал, они увидели Чака, который пил колу, а на столе стояли коробки от куриных крылышек.       — Периодически я на молитвы отвечаю, — самодовольно усмехнулся он, отпивая напиток. — А ты изменился, — сказал он, поглядывая на Люцифера.       — Это ты изменился, — без эмоций ответил Падший.       — Ну, в целом я тот же самый, — Чак махнул рукой, и Люцифер на мгновенье засиял, а после оказался полностью здоровый, что нельзя было сказать о Герти, которая снова потеряла сознание.