Разные драбблы

— Я ненавижу тебя! Я так сильно тебя ненавижу. Я никогда не полюблю тебя, — сказала Сэбом, когда они с Чонгуком танцевали по танцполу на их свадьбе. Чон сохранял нейтральное выражение лица. Не желая, чтобы гости или его родители почувствовали какую нибудь беду, которая уже потихоньку выходила по швам, а они еще даже не покинули свадебный прием. Это не должно было быть так. Чонгук знал, что мог бы остановить эту свадьбу, но реальность была еще хуже. Говорят, когда ты действительно любишь кого-то, то готов сделать вещи, которые заставили бы этого человека возненавидеть тебя. И Чон сделал это, а Сэбом ненавидела.

***

Эта история началась, когда они были молодыми. Их семьи были близки, и все дети росли вместе. Сэбом, будучи самой младшей, была ближе всех к Тэхёну и Чимину, хотя все в ней души не чаяли. У них с Чонгуком на самом деле не было много общего в детстве. Только потому, что они сознательно не прилагали усилий, чтобы узнать друг друга получше. В какой-то момент Сэбом действительно была влюблена в Чонгука, но особенность молодости и незрелости в том, что в какой-то момент ты влюбляешься во всех своих друзей. Но на самом же деле, она также была влюблена и в Намджуна, и в Хосока. Другая же причина, по которой Чонгук и Сэбом не сблизились, заключалась в том, что Чонгук уехал из Кореи для получения высшего образования. Будучи старшим, он был наследником, и у следующего генерального директора были обязанности. Они встретились снова несколько лет спустя, когда Чонгук официально вступил во владение. В его честь была устроена вечеринка. Вечеринка была грандиозной, но Чон был растерян. Он сразу же влюбился в девушку с глазами лани, который не привык видеть взрослой. С её мягкими длинными волосами, ангельской улыбкой, вздернутым носиком, милыми щечками и выражением лица Чонгук был полностью очарован. Сэбом, со своей же стороны, тоже была загипнотизирована и заинтересована. Чонгук был красив, красив до безобразия. С его гладким лбом, красивой формы бровями, миндалевидными глазами, идеальными губами, царственным носом и спокойной внешностью Сэбом не была уверена, что он настоящий. Однако он был таким. Особенно когда он попросил её потанцевать с ним и заставил её кружиться по всему танцполу, хихикая от возбуждения. Наблюдая за таким сиянием Сэбома, Чонгук понял, что хотел бы, чтобы она была рядом с ним. Он не знал, хотела ли этого она, и, к сожалению, Сэбом этого не хотела.

***

Сэбом влюбилась в негодяя. Мошенника. Плохого человек. Но любовь слепа, и у самых манипулирующих придурков самые милые фасады. Она, будучи страстным человеком, какой она и была, не отличала добро от зла. Все, что говорил её возлюбленный — было правдой, а все, что говорили её семья и друзья — было ложью. Они были вместе уже некоторое время. Всю среднюю школу и университет. Вот почему Сэбом верила, что знает его лучше всех, и когда её семья говорила ей, что он плохой, она говорила: — Ты не знаешь его так, как я! Чонгук не знал об этом. Семьи любят держать такие вещи в секрете. Когда он попросил руки Сэбом, Намы были более чем счастливы, в то время как Сэбом была опустошена внутри. И какое же решение придумал её любовник? Сбежать! — Хватай столько денег, сколько сможешь, и мы уйдем! Сэбом именно это и сделала. В ненастную ночь, когда ей казалось, что все спят, она воспользовалась своим шансом. Но у неё ничего не вышло, так как Чонгук появился в то же время — поймал её на месте побега. Ему нужно было обсудить что-то важное с господином Намом о слиянии бизнеса, над которым они работали. Будучи пойманной, господин Нам выболтал правду, умоляя Чонгука помочь, ведь этот человек уничтожил бы Сэбома. Он попытался успокоить её, но упрямая дурашка только надулась, уставившись в пол, показывая ему свою спину. В качестве профилактики Намы подготовили свадьбу, то, что должно было произойти через 6 месяцев, произошло через 3. Итак, теперь они были женаты. Ни тот, ни другая не были счастливы. Когда они вошли в свой дом, Сэбом сделала вид, что уходит, создавая дистанцию между ними. — Комната наверху. — Сказал Чон, увидев, как она пытается разобраться в доме. Сэбом пристально посмотрела на него и начала говорить: — Я не собираюсь с тобой спать! Не смей прикасаться ко мне! Если ты это сделаешь, то это будет ра… — Еще одно слово, и ты пожалеешь об этом! Чонгук зарычал, прежде чем уйти, открыв дверь, предназначенную для Сэбом, прежде чем пойти в свою спальню и захлопнуть ее. Так начался их брак. Винить любовь за то, что она заставляет чувствовать биение сердца. Винить в этом глупо, нужно защищать то, что не любит тебя в ответ, но Чонгук с улыбкой отнесся к поведению Сэбом. Не позволять же её насмешкам и подлым комментариям влиять на него. Не позволять же её дерзкому поведению испортить ему день. Это не похоже на то, что Сэбом была в тюрьме. Наоборот, у неё была свобода, она могла делать все, что хотела, но не знала, что за ней следят только тогда, когда пытается встретиться со своим возлюбленным. А что же случилось с её возлюбленным? Что ж, он нашел рыбу покрупнее. Когда Сэбом узнала об этом, она была опустошена внутри. Тем не менее, её гордость была уязвлена признанием того, что она была неправа, вместо того, чтобы цепляться за тот факт, что это тоже была вина Чонгука.

***

Теперь они были практически незнакомцами, пока Сэбом не заболела. Это был обычный грипп, который перерос во что-то худшее. Она помнит, как не могла нормально дышать, дрожала и кашляла до боли в горле. Она помнит, как потела и плакала от беспомощности. Она помнит, как наконец заснула. Когда она проснулась на следующее утро, то вспомнила еще больше. Сэбом вспомнила, как кто-то втирал успокаивающий бальзам ей в грудь и нос. Она помнил, как была накрыта толстым одеялом. Вспомнила, как её кормили супом, чтобы облегчить боль в горле. Она помнит, как её вытирали, когда вспотела, помнит, как рука вытирала её слезы. Она помнит, как играли с её волосами, помнит, как её держали, она помнит, как губы касались её виска, пока она не заснула. Заботился ли Чонгук о ней? Всю ночь? Она хотела спросить его об этом, но к тому времени, как Сэбом неторопливо вышла из своей комнаты, Чонгук уже ушел. На самом деле его не было какое-то время. Деловая конференция, с которой он должен был вернуться через неделю или две. Это беспокоило Сэбом. Она узнала о возвращении Чона только потому, что поздно вернулась домой после визита к матери и застала его спящим на диване. Сгорбился, слушая мировые новости по телевизору. Она могла бы оставить его там, но шея Гука была в неудобном положении, и это было бы больно, поэтому Сэбом медленно переместила его в более удобное положение, засунув его голову под подушку, сбегав за одеялом и выключив телевизор. Она собиралась уйти, но перед этим раздвинула занавески, позволив лунному свету осветить лицо Чонгука. Он был таким красивым! Он всегда выглядел таким добрым? Она не знала, что он двигается, пока не почувствовала губы на лбу своего мужа. Замирая при контакте, прежде чем медленно вернуться и побежать в свою комнату. Ничего не изменилось после той ночи, по крайней мере, для Чонгука ничего не изменилось. Пока он не был удивлен тем, что Сэбом готовила для него завтрак на следующей неделе. Блюдо подгорело, но он все равно оценил его и не стал тратить впустую ни кусочка. Сэбом пыталась быть хорошим партнером. Пыталась быть зрелой и милой. Попробовала быть другом, и по большей части произошли изменения. Ледник между ними начал таять, но у мира есть способ разрушить что-то прекрасное. Чонгук в тот день пришел домой рано. Намереваясь пригласить Сэбом на свидание или просто потусоваться, поскольку все изменилось из-за того, что он обнаружил Сэбом на заднем дворе со своим возлюбленным. Он слышал только часть разговора: — …пойдем со мной, Сэбом! Мы все еще можем убежать! Я все еще люблю тебя! Это все, что было нужно Чонгуку. Остального он не расслышал и ушел.

***

Он вернулся позже ночью и обнаружил Сэбом спящей на диване. Болезненно улыбаясь при мысли, что, возможно, ей не все равно. Он специально уронил свою сумку, что заставило Сэбом проснуться. Прежде чем она смогла что-либо сказать, Чонгук положил бумаги на стол. — Что это? — спросила она. — Это документы о разводе. — Почему? — Почему бы и нет? В любом случае, не похоже, что ты хотела этого брака. Я видел, что твой любовник вернулся сегодня. Иди, живи своей жизнью. Вы свободны. Затем Чонгук снова ушел, намереваясь подраться, напиться в стельку, проснуться в мини-баре и сразу же отправиться за новой порцией виски. Сэбом осталась сидеть на диване, просматривая бумаги. Она могла бы уйти, могла бы уехать, быть свободной, но свободной от чего? Что хорошего ждало её за пределами нынешней жизни? Чего ей сейчас не хватало? Чего на самом деле хотела Сэбом?

***

Теперь, когда на вечеринках Чонгук смотрел на Сэбом с улыбкой, потерявшись в её красоте, такой влюбленный. Сэбом тоже смотрела бы на него так же зачарованно. Глаза, сияющие любовью, которая изливалась из её сердца. — Я люблю тебя, малышка, но я действительно думал, что ты никогда не полюбишь меня в ответ, — прошептал Чонгук ей на ухо, когда они скользили по танцполу. Сэбом только крепче прижала его к себе, целуя в шею и говоря: — Я люблю тебя! Я тебя так сильно люблю. Я всегда буду любить только тебя, дорогой.