Doubt

История не терпит сослагательных наклонений, в ней нет места «а что, если?..», союзам «но» и глупым девичьим грёзам о наилучшем исходе. Ясу знала свою подругу лучше кого бы то ни было, поэтому опоздание Киоко в пятнадцать минут для неё не воспринималось как таковое. Они всегда выбирали одно и то же круглосуточное кафе с индийским карри и отличным различным пивом для важных встреч, и когда Киоко предложила поужинать именно в этом месте, то девушка сразу поняла: «дело ясное, что дело темное». Ясу привыкла к внешнему виду Киоко ещё со старшей школы, её лучшая подруга всегда была одета с иголочки, а если образ близился к идеалу, то это могло означать лишь глубокую скорбь в душе блондинки, которую она тщательно пытается скрыть от окружающих. Они расположились за дальним столиком, где-то в углу незамысловатого заведения, и сделали заказ через планшет. Киоко как обычно выбрала свое любимое пиво, а Ясу остановила свой выбор на сидре. — Я внимательно тебя слушаю, — сказала кареглазая шатенка, отложив сумочку подальше. Она осмотрела посетителей и пришла к выводу, что место для беседы выбрано верно, в такой час здесь были разве что работяги и загулявшие парочки. — Я в жопе, глубокой, беспросветной жопе. Киоко выругалась тихо, но подошедший официант все же услышал нецензурную брань и слегла засмущался. Школьник, видимо. — Это я и так поняла, только вот интересно, куда ты на этот раз вляпалась. — Ты же знаешь, на кого я работаю? — уточняет Накамура у собеседницы, и та закатывает глаза. Конечно, она знает. Она запоминает всё, уж чем-чем, а отменной памятью природа её наградила щедро. — Покушение? — Можно и так сказать, — соглашается блондинка. — Какого цвета твоя метка? Ясу давится первым глотком алкоголя и складывает пазл воедино. По скорбному лицу Киоко она прочитала всё с первых секунд. — Зеленая, — Ясу медлит. — А твоя?.. — Красная, — ядовито отвечает Киоко, завидуя чёрной завистью подруге. — Удивительно! Человек, который больше всех желал остаться без соулмейта, получил самую сильную в мире связь. Поздравляю, — Ясу недобро косится в сторону одинокого мужика, и тот отводит взгляд. Любопытных извращенцев в Японии полно, только вот они не знают, что с легкостью получат по морде от бывших волейболисток. — И кто этот счастливчик? — Не могу сказать, — Киоко держится стойко, изо всех сил пытается не расколоться и как малое дитя краснеет. — Хочешь - не говори, я узнаю. Вы подали заявление? — Заявление? — Да, в мэрию. Пары с красной меткой необычайная редкость, мы ведем их подсчет. На дне города обычно им вручают награду, — Киоко смеется, заливисто и громко, а после резко меняется в лице и хлопает по столу. Благо, из-за шума на кухне, её выходка обходится незамеченной. — Похоже, что мне, блять, нужна награда? За что, сука? За то, что мой соулмейнт такой же конченный? — Не знаю людей, которые могли похвастаться «конченностью» больше тебя. — Бог миловал, — подмечает Киоко. — Ты поэтому была в больнице? — блондинка кивает. — Ясно. Он кто-то из твоих или адекватный парень? — Кто-то из моих, — девушка соглашается, и Ясу нахмуривается, удрученно отмечая про себя, что удача отвернулась от Киоко с тех пор, как она стала работать на Бонтен. — Круг подозреваемых сужается. — Ты все равно не отгадаешь. — Я - Шерлок Холмс ебучей Японии, или ты забыла? Ясу работала на правительство, в маленьком городском отделе статистических данных, была с цифрами на «ты», дослужилась до заместителя и могла узнать намного больше информации, нежели Киоко, имея под рукой общую базу данных обо всех жителях и резидентах Японии. — Такое не забыть, по одному снимку пальца отыщешь любого, за это я тебя и люблю. — А ещё эксплуатируешь, — ровным тоном отвечает Ясу. Ей не было стыдно, что она постоянно сливает различные сведения доверенному лицу верхушки самой крупной преступной группировки страны, все-таки Киоко хорошо платила. — Я ведь могу и отказаться. — Шантаж - грязное дело. — Ага, а ещё вранье семье, работа на насильников, убийц и финансовых шулеров. Кто он? Киоко протяжно вздыхает и издает какой-то неестественный писк. Сдаваться не хотелось, но потребность поделиться с Ясу превышала все разумные и неразумные доводы. Она просто хотела поддержки от кого-то из прошлой, нормальной жизни. Блондинка оголяет правую руку, задрав рукав платья, и ожидает реакции, которая последовала весьма запоздало для рассудительной подруги детства. — Что ж, все не так плохо, — умозаключение Ясу вызывают у девушки искреннюю, вымученную улыбку. Она отпивает напиток, когда подруга ловко подцепляет её запястье. — Когда ты собираешься рассказать маме? — Не собираюсь, — отнекивается Киоко. — Опрометчиво, но я тебя понимаю. Риндо Хайтани, хм, забавно, что именно он, а не твой секси начальник. — Коко секси? — Среди всех выродков из твоей конторы, да, — хихикает шатенка, заказывая какой-то десерт из рисовой муки. — Я считаю, тебе повезло, будь твоя метка желтой - тебя бы убили. — Только не Рин, его брат… возможно, но скорее всего нет, — уверенность в истинном девушки была подкреплена буквально мелкими крупицами случайных взглядов и парой коротких фраз между ними. — Сразу видно, что ты уже на крючке, но это вполне естественно для такой ситуации. Как вы познакомились? Киоко рассказывает как на духу, в мельчайших подробностях, словно их встреча произошла несколько минут назад. Она может забыть про день рождения дедушки, про счета и вывоз мусора ранним утром, но только не про это. Не про несколько недель с матерью Хайтани, не про поцелуй и ежедневные букеты, не про его невероятной красоты глаза и удушающий аромат духов с нотами кумквата и кардамона. Ясу слушает душещипательную речь внимательно, кивает каждые несколько фраз, давая собеседнице понять, что ей интересно, и как только Киоко останавливается, она подытоживает: — Что ж, ты и правда в жопе. Подруги смеются и разваливаются на маленьких диванчиках, одурманенные несколькими стаканами с хмельными напитком. — Что есть, то есть, но самое страшное, что сейчас я уже не жалею. Я чувствую злость каждый день, во мне просыпается что-то страшное, животное… — Это его чувства, не твои. Скорее всего ему ещё хуже, если учитывать твою тревожность и помешательство на контроле. — Хотелось бы знать, что творится в его голове. — Вы уже целовались, поэтому скоро узнаешь. — Чего-сь? — Чем больше вы проводите времени вместе, тем больше привязываетесь, соответственно, связь крепчает. Ну, и физический контакт разумеется подогревает узы между вами, — Ясу зевает, глядя на часы. Для неё проблема соулмейтов никогда не стояла, и она была бесконечно благодарна вселенной за своего возлюбленного. — Вот ублюдок! — кривится Киоко, возмущаясь. — Брось, он не может тебе не нравится. Я-то это знаю, учитывая, что у меня всего лишь зеленая метка, — утверждает Ясу. — Мои чувства по сравнению с твоими - дуновение бабочки. — Отлично, и на что же тогда они похожи? — Кто? — Что, — исправляет Накамура. — Мои чувства к Рину. — На торнадо, цунами, землетрясение. И все по максимальной градации. — Звучит ужасно, но чертовски правдоподобно, — Киоко отвечает резко, прикусывая пересохшие от ветра губы. — Чего ты пялишься в телефон? — Да так, — отмахивается Ясу, не ожидая, что через секунды её телефон будет находиться в руках блондинки. — Эй! Мама не учила тебя манерам? — Ты же знаешь, у меня нет ни стыда, ни совести. Что правда, то правда. Эту горькую истину Ясу распознала ещё с первых минут знакомства на отборе в волейбольную команду. Шатенка уже тогда была капитаном, а Киоко только пробовалась на роль основного связующего в команде. И каково было её удивление, когда нахальная и бесстыжая девушка показала идеальные результаты. Она, как и положено капитану, сдерживала и разгребала все скандалы, касающиеся её связующей, проявляющей нескромные и развязаные выходки. Другого от игрока на данной позиции ожидать и не следовало, не зря вокруг плеймейкеров ходят нелицеприятные слухи. — Удовлетворила любопытство? — Ага, — огрызается Киоко. — У полиции слишком много фото Риндо. Накамура листа материалы давнего дела Хайтани с любопытством и восхищением, присущими таким же истероидным личностям. На интернет-странице сайта мэрии была куча информации о совершенных преступлениях братьев, хотя большинство из них доказаны в итоге не были, за что можно поблагодарить вовремя осведомлявшую Бонтен Ясу. — Опасный он товарищ, хотя его брат кажется более кровожадным. — Не кажется, это факт, хотя и с ним найти общий язык довольно легко, если знать на что давить. — Хочешь сказать, у тебя получилось? — Ага, хрена с два, Ран меня ненавидит и вряд ли это когда-нибудь изменится, я же, цитата: «Круглая психопатка, отъявленная мошенница и неадекватная сучка». — И где он не прав? Ясу получает по плечу с размаху, не успевая увернуться от быстрой Киоко. — Прав он или нет, ты должна быть на моей стороне! Шатенка громко смеется, старается утешить подругу и увести разговор в другое русло. Лезть во взаимоотношения двух безумцев - верный признак такой же неадекватности, коей Ясу не страдает, во всяком случае она так думает. Риндо и Киоко разберутся и без лишних персон, в этом подруга Накамура была убеждена, хотя и удивление от новости про красную метку не покидало её даже по приезду домой. Она залезла на рабочий сайт, изучила информацию и пришла к неутешительному выводу, что звериная натура пары, подкрепленная сильными чувствами от их связи, погубит как минимум половину Токио. Они сожрут слабых без зазрения совести, а сильных перетопчут грязными и весьма своеобразными уловками, на которые они несомненно способны.

...

Накамура, находившаяся не в лучшем расположении духа после второго похмельного утра, была похожа на психа: в голубых глазах плясали искры ярости, прищур, похожий на тигриный, пугал окружающих, а и без того громкий голос начальницы ввергал в панику подчиненных. В такие напряженные дни цокалки и местечковые пажи старались не попадаться Киоко на глаза, боясь очередного выговора или же увольнения, но посмотреть, кому достанется сегодня, они были готовы всегда. Поэтому наблюдение за несчастной сотрудницей, попавшей под горячую руку, затянулось надолго. Киоко орала на весь офис, унижала и оскорбляла молодую девицу, чье имя она без бейджика никогда бы не узнала. Блондинка тыкала носом работницы в неграмотно составленный отчёт как нагадавшего котенка в его фекалии, и Юки было искренне жаль эту несчастную. До конца дня эта вакханалия для вышестоящей продолжилась бы с радостью, если бы не неожиданно прибывшие гости. — Киоко, к нам посетители, — раздался голос Ёсида в кабинете Накамура, и пожуренная девушка с облегчением вздохнула. Киоко злобно глянула на стационарный телефон и, нажав кнопку, спросила: — Кто? Клиенты? — Нет, Санзу и Ран. Они направляются прямо к тебе в кабинет, — Юки взглотнула, смотря в стеклянную дверь, как вальяжно проходят молодые люди среди рядов офисных столов. Харучиё на удивление выглядел в своем сознании, а на лице Рана можно было разглядеть тень улыбки. Это одновременно пугало и давало надежду. — Какого черта?! — воскликнула Киоко. — Свободна! Она шикнула на девушку, и та пулей вылетела из кабинета. В её планах было выплакаться где-то в туалете этажом ниже и сидеть настолько тихо, чтобы до конца дня Киоко не ощутила её присутствия в радиусе ста метров. — Коко уехал на собрание с заказчиком, я принесу вам кофе, — Ёсида замешкалась, но все же решила сказать. — Удачи. Последние слова Юки пробили током тело блондинки, и она, собрав все силы воедино, приготовилась встречать начальников. Усевшись на свое место, она гордо выпрямилась в ожидании. — Ну, здравствуй, наша звездная девочка! Санзу вошел первым, оглядывая с любопытством кабинет Киоко. Он гордо осмотрел владения девушки и не заметил для себя ничего интересного, на рабочем столе каждая папочка лежала на своем месте, не было ни единой семейной фотографии или намека на женские безделушки. Если бы он не знал, что это кабинет такой миловидной красавицы, счёл бы, что в нем располагался старый хрыщ-социопат. — Здравствуйте, господин Акаши, — Киоко привстала и слегла наклонилась. Она сжала зубы так, что челюсть неприятно заныла. Сознание генерировало идеи, как обратиться к Рану, но, не придумав ничего путного, Накамура решила промолчать. Ран вскинул брови в немом вопросе, ожидая приветствия и в свой адрес с должным почтением. Ему нравилась идея поставить соулмейта брата в унизительное положение, ещё раз подчеркнуть её шаткую, никчемную позицию в сравнении с ним. — Зови меня Санзу, — почти любезно просит мужчина с яркими розовыми волосами. — Ясно, сегодня ты не будешь удостоен даже «привета», друг мой. Ран язвительно улыбается на подкол со стороны товарища и с раздражением подставляет стул перед Киоко. Санзу уселся напротив девушки, отодвинул монитор в сторону так, чтобы и Хайтани смог лицезреть лицо ненавистной ему особы. — Здравствуй, Киоко, давно не виделись, — издевательски произносит Ран. — Да, здравствуй, — отзывается Накамура. Она складывает руки в замок и прячет их под столом. Чувство бессилия перед ситуацией загоняют её в ловушку, из которой нет выхода. Ей придется дать отпор. — Не могу сказать, что в восторге, но чем богаты, тем и рады. — Умная звездочка, — Санзу притворно улыбается. Харучиё в принципе не интересовало, почему Рану было необходимо встретиться с Киоко, но посмотреть на девушку до больного хотелось, как-никак она была истинной одного из близких друзей. — Возьму смелость не согласиться, но кого это волнует, верно? — Согласен, — спешно отвечает Акаши. — Ты проверяла почту? — уточняет Ран и поворачивается от довольного Санзу в сторону девушки. — Да, я прочитала ваше обращение. Документы на новый клуб будут готовы через несколько недель, остались ещё некоторые формальности с регистрацией названия. Хайтани с любопытством осматривает костюм девушки, припоминая, что видел его в каком-то магазинчике в Гиндзе. Ран подмечает идеальную выглажку и приятный аромат духов Накамура, но на этом мысленные комплименты в его уме заканчиваются. — Отлично, но клуб нам нужен уже на следующей неделе, так что, будь добра, решить этот вопрос в течение суток, — поддельно ласково просит Ран. — Была бы счастлива помочь, но, насколько я знаю, всем документооборотом по покупке сей недвижимости занимается Риндо. Наша работа заключается лишь в перепроверке. Киоко дерзит неожиданно для Санзу, но вполне предвидено для Хайтани. «Ахуеть» - думает Акаши, глядя на провокации со стороны девушки. Ему не хватало только пива и чипсов для полного восторга. — Что ж, получается, некоторые детали переигрались. — Я так не думаю, — ляпнула Киоко и виновато прикусила внутреннюю сторону щеки. — С этим вопросом лучше обратиться к Коко, он разрешит ситуацию наилучшим для вас образом. Ран впервые не реагирует на выпад со стороны девушки. Он увлеченно утыкается в телефон, а после довольно скалится. Коко вмешивать в это дело не хотелось по двум причинам. Во-первых, Хаджиме всегда задает слишком много вопросов, во-вторых, он еблан. — Разрешать ничего не понадобится, сейчас приедет Рин и растолкует все наиболее понятным для тебя языком, идет? Ран обращается к Киоко с полным чувством удовлетворения от проделанной работы. Он остался на коне, а девушка как всегда облажалась в своей неловкой попытке противостоять желаниям братьев. Теперь, при всем рвении, она не сможет переложить подкинутую проблему на плечи Юки или Коко, все неурядицы придется решать самостоятельно и предельно срочно. Накамура яростно вздыхает от бессилия, её взгляд мечется от монитора до посетителей и обратно, а хитроумные идеи, как ещё колко ответить, исчезают со скоростью света. — Идет, — блондинка послушно кивает в ожидании, когда незваные гости покинут помещение. — Так будет даже лучше, ты же ничего не смыслишь в покупке недвижимости, да? — На твое счастье, — Ран несколько секунд сверлит Киоко взглядом, а после быстрым шагом направляется прочь из кабинета. — До встречи, Киоко. — Ага. — Был рад познакомиться, звездочка, — Санзу легко отмахивается и летящей походкой уходит вслед за другом, попутно расспрашивая про их странные, до ненормальности натянутые отношения, за что впоследствии и получает пару отнюдь не ласковых слов. Киоко откидывается на спинку компьютерного кресла и потирает переносицу. Сегодняшняя нежданная встреча не сулит ей ничего хорошего, а последующая так тем более. Ей будет физически больно находиться рядом с новым предметом неадекватного обожания, учитывая обстановку и накаленную атмосферу в отделе. Коко не хватало как воздуха сегодня, и он, учитывая доклад Юки, возвращаться в офис не собирался. С него хватит потрясений за месяц, поэтому ретироваться на целый день показалось отличной идеей. — Юки, кофе не надо, они уже ушли, — оповещает Ёсиду Киоко, и та, ругнувшись, смотрит на поднос с заготовленными напитками. Учить предпочтения каждого пришлось месяц, а толку от этого маловато. — Как прошло? — Весьма… — Накамура подбирает слова, но решает честно ответить. — Да пиздец, ублюдки тупорылые. Сейчас приедет другой Хайтани, оповести всех, чтоб шли на обед. — У-у-у, незапланированный обед, — тут же радуется Юки и со счастливейшим лицом выпроваживает всех работников подальше с этажа. Молодые люди счастливо покидают рабочее место, удаляясь на ранний бранч, а Юки и парочка помощников пулей летят в соседнее банковское здание, чтобы успеть переоформить некоторые бумаги до закрытия. По мере приближения Рина на нужный этаж, Киоко уже чувствовала, что благоверный находится не в лучшем расположении духа, и, дай Бог, в этом была не её вина. Услышав писк лифта на этаже, Киоко заметалась из стороны в сторону, решая, как же ей все-таки поступить: остаться в кабинете или пойти на встречу, что ему сказать, улыбнуться или вести себя сдержанно. Эмоциональная мясорубка началась ещё за пару минут до его прибытия, поэтому беспокойное сердцебиение лишь усиливалось, а непонятно откуда появившаяся отдышка нарастала. — Привет, — чуть хриплым голосом здоровается Риндо и слегка закашливается от недавно выкуренной сигареты. — Привет, — на автомате отчеканивает Киоко. Они все-таки пересекаются в офисе открытого типа, и девушка в любопытством изучает его черную атласную рубашку с мелким рисунком пчелок. — Ран уже передал суть, кхм, твоего запроса. — Не моего, — беззлобно отвечает Рин, усаживаясь в первое попавшееся кресло. Он прокатывается несколько метром, осматривая рабочие поверхности других сотрудников без особого интереса. — Одна крупная группировка из Осаки приезжает на несколько дней в Токио, будут переговоры, от которых зависит наше с ними дальнейшее сотрудничество. В их интересах, конечно, согласится, но Сано рассщедрился и в знак нашей признательности хочет устроить вечер казино в новом клубе. — Почему не у вас или у Какучо? В конце концов на худой конец в борделях Санзу, — Киоко цокает языком и поправляет волосы за плечи. — Интересно, как бы ты организовала прием в блядушнике Санзу, — Хайтани протяжно вздыхает и поджимает губы в раздумьях. — Новый клуб может вместить около пятисот человек, а наши нынешние меньше двухста, поэтому ответ очевиден. — Тогда, если это приказ Сано, почему Коко этим не займется? — спрашивает в недоумении Киоко. — Потому что он занимается остальным бюджетом сего мероприятия, привлекая наших «дорогих» партнеров. В общем, твой дорогой начальник, как и ты, по уши в дерьме, но ещё тебе повезло. — М-м, и в чем же? — Тебе буду помогать я. За пару часов мы разгребём все документы, оформим бюрократические бумажки, и ты свободна, — с легкой ухмылкой и хитрыми лисьими глазами подмечает Рин, и Киоко закатывает глаза с неконтролируемой радостной улыбкой, не зная, что ровно до момента их встречи, он и в помине не собирался ей помогать. Боль, которую Хайтани испытывал без её присутствия, потихоньку отходила, он смог вздохнуть полной грудью впервые за несколько дней после их разлуки у подъезда. И в чем была причина, разгадать сложно: то ли её голубые радостные глаза успокаивали израненную душу, то ли привлекательная улыбка и пухлые от увеличивающего объем блеска губы. Но одно было ясно точно, нахождение Киоко рядом успокаивало и одурманивало. — Тогда мне правда повезло, сейчас принесу себе ноутбук, — счастливым тоном говорит Киоко и удаляется в кабинет Юки, чтобы отрыть из закромов запасное оборудование на случай переговоров верхушки. Она жестом приглашает Хайтани в свой кабинет, и он послушно проходит за блондинкой. — Кстати, где твои ручные обезьянки? — приходит осознание к Рину. — Отпустила на обед. — Всех разом? — игриво спрашивает мужчина. — Честно говоря, я думала, ты приедешь, чтобы наорать, поэтому и выпроводила их. Не беспокойся, через полчаса придут, — пожимает плечами Ко. — Изначально план был таков, — соглашается с доводами Рин. — Что изменилось? — с любопытством глядит Киоко, вскинув плечи. Они садятся за длинный офисный стол, и Риндо занимает рабочее место Киоко. Рин не хотел отвечать на вопрос, потому что ответ не устраивает его самого. Гордая натура не позволит признать, что он нуждается в Киоко как рыба в воде или человек в кислороде. Рядом с ней мир приобретает привычные краски, раздражение испаряется и частые в последнее время панические атаки проходят. — Принеси кофе, — его лицо на несколько мгновений преображается из приветливо-располагающего в угрожающее, и Киоко, сперва раскрыв рот, в немом вопросе замолкает. Пока она готовит будоражащий напиток, Рин со скрипом отодвигает монитор компьютера подальше и поправляет очки. Он щурится, рассматривая кучу папок на экране блондинки, и не находит ничего криминального, в его понятии. Куча рабочих договоров, сотни имэйлов, которые ожидают ответа, и парочка заметок - все как у любого сотрудника офисного пространства. — Держи, я взяла за смелость добавить пару ложек сахара, — сообщает появившаяся перед глазами Киоко. — Хорошо, — приходит в себя Рин. — Где найти все документы по клубу? Киоко осторожно наклоняется над ним и протягивает руку у мышке, вспоминая его напряженный взгляд, ей боязно спугнуть неожиданное желание Хайтани помогать. Риндо ждёт, когда она откроет нужную вкладку, и всматривается в её светлые, но немного покрасневшие от бессонной ночи глаза. — Вот, здесь всё, что есть. — Купи себе капли для глаз, а то зрение посадишь, — спокойно кивает Рин, будто бы проявление заботы с его стороны было чем-то обыденным. Киоко замирает и заглядывается на темно-сиреневые глаза Хайтани, она ловит ощущение дежавю, как тогда, на парковке около её дома. Несколько секунд зрительного контакта по ощущениям Накамура длились вечность, сердце успело сделать несколько оборотов на 360 градусов, а его громкие удары эхом разносились в ушах. Она стояла над ним, но ситуацию привычно контролировал Рин, так же пристально всматриваясь её глаза. Киоко почти касается пальцами его плеча с призрачной надеждой, что ей позволят, как Хайтани резко разворачивается и до боли прикусывает верхнюю губу. — За работу, я не хочу сидеть до ночи, — с трудом сдерживается Рин, всем видом старается показать, насколько ему легко так просто оттолкнуть её. «Ложь», — кричат его мысли, которые он старается отогнать как можно дальше, сосредоточиться на работе и за это время что-нибудь придумать. Риндо еле сдерживается, чтобы не выкинуть сраный монитор в окно и не прибить им случайного прохожего, потому что впервые он хочет переломать кости не кому-то, а именно себе за нарастающее желание физического контакта. Жжение в руке девушки усиливается, от легкого покалывания до адской боли, и она держится, чтобы не открыть свою слабость перед Рином. Киоко даже не догадывалась, что такое возможно, хотя отрывки давних слов отца всплывают в памяти: «Когда-нибудь и ты, милая, встретишь достойного человека, которого никогда не отпустишь». «Вот только человек этот недостойный, и отпустить я его пиздец как сильно хочу, но не могу», - едко помечает Накамура про себя. За час командной работы Киоко и Рина в офис вернулись все сотрудники, в том числе Юки, которая как всегда вовремя принесла недостающую выписку из банка и держала под контролем остальной рабочий процесс. Любили Ёсида в отделе, по правде говоря, намного больше, она не отличалась нарциссическими замашками, хотя и имела довольно странные убеждения и желания. Её бунтарская сущность проявлялась во всей красе с периодичностью раз в несколько месяцев, так, например, буквально вчера она выкрасила свои волосы в цвет фуксия и подстригла каре, что в её офисе не являлось чем-то зазорным. — Рин, — с трудом шепчет девушка, утыкаясь носом в стол. После нескольких часов непрерывного корректирования документов и перепроверки выписок, Киоко сдается. Сильная пульсация на правом запястье не дает даже вздохнуть, не то что работать. — А? — отстраненно спрашивает Хайтани, наивно полагая, что девушке приспичило перекусить или удалиться в дамскую комнату. — Мне больно, — тихо говорит Киоко, вжимаясь в спинку кресла. Щеки девушки пылают от внезапно усилившегося кровотока и сбившегося дыхания, и тут мужчина наконец подмечает, что-то не так. — Живот? Голова? Температура? — Нет, — писк, непохожий на речь человека, заставляет Рина выглянуть из-за монитора и оглядеть офисное пространство через стекло: все были заняты. — Рука… Я сейчас её, сука, отрежу. Последняя фраза Киоко была расценена как призыв к действию, мольбы о помощи, в которой Рин нуждался ещё неделю назад. — Дай посмотрю. Риндо быстро наклоняется на один уровень с девушкой и протягивает ей свою ладонь. Киоко медленно, неуверенно подается вперед и протягивает руку. За несколько мгновений Хайтани приподнимает манжет серого пиджака и замечает, что метка стала ещё ярче. — Что это такое? — измученный вид блондинки не располагал к откровенному разговору, поэтому Рин продолжил всматриваться в очертания собственного имени. Забавно, что метка была в своем образе товарным знаком человека, означала, кому он принадлежит, и на удивление мужчины, им владела эта беспомощная. — Ничего, скоро станет легче, — врет Риндо, переплетая их пальцы. — Постарайся успокоиться и не привлекать внимание. Киоко послушно кивает и продолжает лежать на столе, пока Хайтани поглаживает её тыльную сторону кисти большим пальцем. — Лучше? — Да, — признается она. — Я чуть кони не двинула, пока терпела. — Не надо было терпеть, — упрек с его стороны звучал грубо, но боль от касаний и правда притуплялась. — В следующий раз скажи сразу. — Обязательно, — Киоко смущенно улыбается и приподнимает взгляд на недовольного собеседника. — Клянусь! — Верю-верю, — Рин рассеянно кивает и отворачивается, продолжая начатое. Закрыть сделку за один вечер было нереально, но командная работа благоприятно сказалась на завершении дела. — Что нам ещё осталось? — Не хватает парочки деклараций, где они? — Я не знаю, — она честно отвечает. — Ты проверил все разделы? — Конечно, — спокойно говорит Рин, но все же перепроверяет. — Их нет. — А кто-то их вообще заказывал? Отправлял запрос в мэрию? — Естественно, блять, я лично этим занимался. — Тогда ты не прислал их в офис, — Киоко переводит взгляд на экран ноутбука, замечая, что время близится к девяти. — Я всё присылал. — Нет. — Да! — повышенный тон Рина привлек внимание двух человек, и они с любопытством уставились на кабинет Накамура. — Но их всё же нет, — Киоко поднимает руки вверх в знак в своей правоты и пожимает плечами. — Потерялись, значит. — Не потерялись они, просто кто-то пропустил, — Рин недвусмысленно намекает на Накамура, и та с ухмылкой вскидывает бровь. — Серьезно? Я ничего не пропускаю. — Как и я. Разговор зашел в тупик, и девушка не сдерживает улыбки, а после тихонько смеется, подпирая рукой подборок. — Ладно, я вижу с тобой спорить бесполезно, поэтому просто остановимся. Ты съездишь за документами, отправишь их факсом, и я все доделаю, согласен? — Нет, — неожиданно отвечает Риндо. — Я сам, можешь ехать домой. — Точно? — он утвердительно кивает. — Сегодня ты само великодушие. — Я всегда такой, просто ты этого не замечаешь. — Ага, скажи это куче пострадавших, которым ты переломал кости, а твой брат добил, — Рин впервые слышит, чтобы кто-то считал, что его старший брат «всего лишь добил» после него, и на душе становится нарциссично-приятно. — Они сами напросились, — он расплывается в довольной улыбке и поднимается вслед за девушкой. Киоко неторопливо натягивает пальто, наблюдая за действиями Хайтани. После того, как он закрыл все вкладки и выключил компьютер, Рин последовал её примеру и накинул темную куртку. — До завтра, Юки, — прощается Накамура, и розоволосая в возмущении охает. — Эй, куда?! А как же завтрашняя встреча?! Не будешь готовиться?! — Так на неё поедет Коко, так что удачи тебе, лузер, а я домой, — беззаботно напоминает Киоко и легко машет раскрасневшейся от несправедливости Ёсида. Хайтани в свою очередь одарил помощницу Хаджиме реверансом и проследовал за блондинкой в лифт. Ненавязчивая мелодия в нём скорее раздражала, чем настраивала на позитив, поэтому Киоко недовольно затопала каблуком и покачалась на месте. За время поездки к ним присоединилась парочка людей из других компаний этажами ниже и неодобрительно оглядела странную парочку, погруженную в свои мысли. Достигнув первого этажа, девушка хотела было попрощаться, как услышала: — Не хочешь поужинать? — А? Рин делает глубокий вдох и придерживает закрывающуюся дверь. — Ты не голодна? — Есть немного, — кивает Киоко и заходит обратно. — Можно и поужинать. До парковки двое ехали в гробовой тишине. Темы для разговора в помине не было в голове Хайтани, а Киоко и вовсе не понимала, как расценивать это предложение. Проблем с противоположным полом девушка не имела никогда, она знала когда, как и что сказать, в какой момент захлопать ресницами или непринужденно улыбнуться, но на Рина все её уловки не действовали, по крайней мере она так думала. Хайтани младший был не из тех сердцеедов, коим являлся его брат. Его эго не задевали насмешки, не было стремления уложить как можно больше девушек в постель или украсть сердце невинной студентки. Отношения в его укладе жизни не имели смысла, он не давал ложных надежд, не испытывал нервы молодым умам и лестные комментарии в чей-либо адрес раздавал только по делу, поэтому когда Накамура внезапно ворвалась в его устоявшуюся рутину, всё приобрело несколько иные краски. Пытливую голову посещали грязные мысли, а неожиданно возникшая ревность захватила масштабами с лесной пожар. От одного образа, как Киоко мило улыбается Коко, хотелось снести голову обоим, а от раздумий, сколько же мужчин на неё поглядывают, становилось дурно. Ни один из них не заслуживал даже взгляда, а уж приветствия с её стороны уж подавно. С сегодняшнего дня Рин осознал, что любое телодвижение Киоко должно предназначаться ему одному. Случайная улыбка, смешок или фраза со стороны Накамура откликались в его душе как лекарство от любых бед, и как бы он этого не отрицал, за него все было предрешено ещё задолго до их встречи. — Куда поедем? — серые глаза блондинки устремились на Риндо, и тот на секунду задумался, выдвигаясь за пределы парковки. — Есть одно место в Синдзюку, там подают неплохие стейки, — услужливым голосом произнес мужчина, вспоминая, как мама нахваливала аппетит Киоко. — Отлично, а то я бы сейчас слона съела, — взгляд Киоко уперся в бардачок, и она слегла отодвинула кресло. Пара минут в тишине была мучительнее нескольких часов за работой, поэтому с искренними намерениями как-то разбавить обстановку она принялась искать хоть какую-то радиоволну с музыкальным сопровождением. — Я не слушаю музыку за рулем, — тихо отозвался Риндо, услышав пение очередного западного артиста. — Сочувствую, — с нотками наигранного сочувствия ответила Киоко, прибавляя громкости. Слегла нелепые танцевальные движения вызвали некоторое недоумение, но не позволить маленькую шалость было бы ошибкой. — Ты всегда такая? — серьезно спросил Рин, и после добавил: — Делаешь только то, что хочешь, не считаясь с мнением окружающих. Зачем девчонку до слез довела? — Какую? — слегка прищуривается и задумывается Накамура, прокручивая, сегодняшний день. — А, ты про утро. Сама виновата, что на глаза попалась, ей было дано лишь одно задание - сделать отчет по закупкам, и с тем не справилась. — Хм, так тебе это нравится, да? — Что именно? — Издеваться над ними, выводить из себя. Всё равно же ничего не сделают, — Рин кивнул, скорее утверждая, чем предполагая. — Нисколько, я просто требовательная, — отмахивается девушка, на что получается снисходительную улыбку. Ему больше всех известно это чувство. — Когда успел узнать? — вкрадчиво спросила Киоко. — Юки рассказала, когда ты отходила за очередным кофе, — Киоко, подтвердив свои догадки, перевела на него взгляд и хмыкнула. — Предательница, — слегка обиженный тон девушки рассмешил некогда серьезного Риндо. — Что? — Ничего, — машина остановилась на светофоре, и он, откинувшись на сидение, посмотрел в голубые глаза. — Я знаю, каково ощущать власть, поэтому иногда тебе будет полезно послушать моего совета. — Мне не нужны советы, — прокомментировала Киоко. — Ошибаешься, всем нужны советы. — Хорошо, тогда послушай мой, — Риндо заинтересованно вскинул бровь и слегка улыбнулся. — В твоих интересах не лезть куда не просят и перестать следить за мной. — Следить? — в недоумении спрашивает Рин, слегка поправляя очки, словно его это совершенно никак не касалось. — Ой, будь добр без этого. Твои люди либо очень хреновые преследователи, либо ты просчитался, но это в общем-то и не важно, — буркнула Киоко. — Учту, конечно, но и тебе осторожность не помешает. Шляешься по ночам с подружками по забегаловкам и не думаешь о последствиях, — неодобрительно покачал головой мужчина, уставившись в зеркало дальнего вида. — Это не моё лицо на мушке у каждого копа, поэтому выдохни. — Скоро будет, не переживай, — огрызнулся он. — Приехали, выходи. Припарковавшись, Риндо громко хлопнул дверью и выскочил из машины с непривычной скоростью. Не то чтобы он не подозревал, что Киоко не заметит амбалов, следующих за ней по пятам, но её реакция его несколько взбесила. Слишком неосмотрительная для заместителя Коко, который был чуть ли не помешан на безопасности собственной задницы. — Очень галантно, — едва не задохнувшись от невиданной наглости произносит Накамура, бросая в его сторону свою сумку. Риндо налету хватает небольшой ремешок и закатывает глаза. Просто невыносимая. Избалованная. Упрямая стерва. — Не забывайся, — настойчивым и твердым тоном отзывается Риндо, улыбаясь парковщику. Они проходят внутрь по очереди, он - первый, она плетется следом. Аппетит пропал, настроение тоже как слизало, и вести манерные разговоры Киоко не собиралась. Утратив какие-либо надежды на удачный вечер, она уже не была так счастлива своему нежданному помощнику. Ни доброжелательный официант, ни потрясающие стейки не разговорили новоиспеченных соулмейтов. Оба предпочитали всматриваться в интерьер заведения, засматриваться на здешний контингент, чем сказать друг другу хоть слово. К горлу Киоко подступала тошнота. От злости и обиды, от испорченного диалога и постоянного прокручивания их первой встречи в голове. Мозг - странная штука, он специально подчищает неприятные воспоминания, блокирует детские травмы, ложно подкладывая иной сюжет. Она уже не помнила как задыхалась, как болело в груди и истошных криков, все мысли крутились на мимолетном взгляде его томных глаз и едва слышном смехе перед отключкой. — Давай заключим перемирие, — стиснув зубы, тихо произнес Риндо и отвлек блондинку от постоянного помешивание трубочки в её лимонаде. — Я не собираюсь играть с тобой в любовь, дружбу, или что ты там себе надумала. Я забочусь о своей безопасности, не более. — Согласна, — Киоко исподлобья медленно взглянула в его сторону и покачала головой. — Я больше не доставлю тебе проблем, поэтому отзови своих цепных псов. — Вот и отлично, — со свистом выдохнул Риндо и приподнялся с места. — Я уже заказал тебе такси. — Спасибо, я бы справилась сама. — Не сомневаюсь, — язвительно отметил он. — Благодарю за ужин. — Ага, — кинула девушка, наблюдая, как фигура Риндо удаляется из заведения все дальше.