Разновидность боли

      Проторчав у ворот кучу времени, уверенность парней могла бы и стихнуть, но Наруто, как принц на белом коне, всё пытался пробиться в роскошный «замок», дабы вызволить принцессу из лап злой ведьмы.       Саске же сейчас не ругался на блондина, не ворчал, что хочет поскорее уйти отсюда, чтобы не тратить время впустую, ему нравилось наблюдать — именно сейчас, в эту секунду — за таким взбешённым Узумаки.       Было забавно тратить время этой, казалось бы, никчёмной жизни на разглядывание возмущённого и пьяного парня. Опьяневший разум был в меру спокойным. Не отвлекаясь на посторонние мысли и на всю жизнь в целом, он наблюдал за конкретной деталью, на которой зациклился, а не за общей картиной.       К чему ему этот мир, эти переживания и нервотрёпки в этот самый момент?       Порой Саске мог заикнуться про зависть к людям, что не думают о будущем, делая что хотят.       Рискуют.       Он видел их по-настоящему свободными в некотором смысле, поэтому старался поступать так, как хочется в эту секунду, не опираясь на последствия своих выборов.       Если человеку что-то нравится в других, нет смысла попросту забиваться в угол и упиваться собственной ущербностью, мол, ты так не можешь.       Не можешь — надо смочь.       Хочешь? Значит, сделай.       Но сколько бы ты ни заставлял себя идти наперекор ярко горящим в твоей голове лампочкам, что, казалось, сигнализировали тебе о последствиях твоих действий, они не исчезали, тревога не утихала, а была осознанно отодвинута на задний план.       Завидовал ли он Узумаки?       Только вот этому моменту придётся оборваться, а картина взбешённого Наруто должна была продолжиться чередой осознанных действий и решений — или в их-то состоянии не особо осознанных.       — Слышь, придурок, либо ты заканчиваешь маяться хуйнёй, и мы идём искать место, где бухать, либо я умываю руки, — безэмоционально произнёс Саске, отворачиваясь от блондина и перерывая карманы кожанки в поисках только что купленной зажигалки.       — Куда попёрся?! Меня подожди, — блондин на прощание с калиткой стукнул её ещё раз со всей силы, обречённо выдыхая, опустил голову и догнал Учиху.       — Куда пойдём? Саске в общем-то было плевать, где бухать, плевать, что пить, да и плевать, пить вообще или нет. Но сегодняшний стресс и заманчивые предложения этого идиота сыграли с ним в хуевую игру.

***

      — Ну пустите, пожалуйста, первый и последний раз, прошу!!       Узумаки, совсем позабыв о часах отбоя, столкнулся с ещё одним препятствием к мирному распитию алкогольных напитков у него в жилище.       Голубоглазый, по его мнению, вообще редко приходил в общагу ночью. Чаще всего он, если уходил бухать, то и не возвращался до утра, зависнув у кого-нибудь на хате. А теперь ещё и умалишённо распинайся тут, что Учиха — его двоюродный брат, которого бесчестные хозяева снимаемой квартиры неожиданно выперли, и он такой, конечно, приличный и грустный, только на одну ночь.       Прибавив в конце что-то в духе «честное слово».       — Наруто Узумаки, твой последний раз происходит уж слишком регулярно! Это моя работа, почему из-за такого мелкого мальчишки я должна показывать себя в дурном свете!!       В таких ситуациях спорить и пытаться оправдаться достаточно бессмысленно, и остаётся только проболтаться, сказав лишнего, или подождать, корча грустное личико.       — Ладно, — тяжело вздохнула женщина, — Чтобы мышкой-норушкой забежали, и ни звука от вас, позорники!! — Комендантша успокоилась, показывая небольшую улыбку.       «Все же потрясающая женщина.»       Наруто вмиг ободрился и, схватив Учиху за руку, помчался по лестнице с безумно радостным лицом.       Саске же оную сразу выдернул и напоследок неодобрительно шикнув, сунул руки в карманы, размеренно ступая по лестнице.       Местами стёртая краска на стенах, сколотые ступеньки, что не давали подвыпившему организму нормально подняться, ибо ноги Учихи плохо слушались, иногда занося тело на поворотах.       Множество окон в старых рамах, из которых тонкими струйками сочился весенний холодок. Было и полностью выбитое окно, в которое Киба в прошлом году запустил бутылку газировки, а завидев злое лицо директора в этом самом окне, дал дёру в цветочный магазин, проторчав там половину дня.       Трип в окружении цветов? Вообще-то вполне весело.       Старая лампочка в пролёте этажей иногда помигивала, показывая, что это её последние дни или же недели жизни.       Голова после бесчётного количества пройденных этажей кружилась, и в глазах Саске всё расплывалось, даря малость странное ощущение, да и это здание было тоже взаправду странным.       Брюнет часто смотрел по телевизору разные шоу-программы, часто видел дома́, такие разбитые и никому не нужные, как и люди в них. Видел кучи проблем с едой, сантехникой, тараканами… Хотя тут явно есть вещи похуже этих мерзких насекомых. Злосчастные коридоры шириной в метр да куча дверей отнюдь не наталкивали на позитивные мысли, но всё же находиться в таком месте было слишком непривычно.       — И вот я значит подхожу к этому ебучему зеркалу… А там прыщ, прямо посередине носа! — Наруто сделал победный глоток, передавая бутылку Саске.— Ну я не идиот, прыщ и прыщ, но сука, подходит Киба из-за спины, да как шлёпнет по жопе, блин!       — Влюбился кто? — как-то отстранённо произнёс Учиха так, что хуй поймёшь, что творится в его напыщенной голове.       — Да иди нахуй, он то же самое сказал! — Возмущённо буркнул блондин, перебирая руками одеяло, — короче, суть-то не в этом. Говорю я ему, мол: «Ты че, рехнулся, руки свои прибереги для какой-нибудь девки…»       — А он сказал, что ты краше всех девиц?       — Блять, хули ты за меня додумываешь, козёл!       — Слишком банально… — черноглазый закатил глаза, глубоко затягиваясь сигаретой.       — Так, это не всё! Саске, слушай, слушай. Говорит мне он чё-то типа того, а потом как резко чмокнул в нос, да погладил по жопе..— тон Наруто был настолько опечаленным, казалось, сейчас возьмёт ей богу как дитя разрыдается.       Правда ведь, какая несправедливость!       — Скажи, он долбоëб, да?! — Узумаки пришлось пройтись до вальяжно рассевшегося на полу парня, дабы опять яро выхватить бутылку, жадно глотая и, поморщившись напоследок, вернуть её Саске в руки, а после проделать тот же путь, дабы завалиться на кровать.       Потому что какие идиоты сидят на полу? Годы за годами, а алкоголь вкусным явно никогда не станет.       — Ты гей?       — Нет, скажи честно, ты совсем придурок?       — На вопрос не ответил.       — А что, влюбился?       — Ты всё ещё не ответил.       — Да че мне тебе отвечать, я не гей. С чего, блять, должен им быть?!       — Ну, мало ли, тот поцелуй зашёл… — Учиха подхватил губами горлышко бутылки, делая пару глотков и пробормотав себе что-то неопределённое под нос, вздохнул. — Сижу у тебя дома, а вдруг набросишься. Собственная безопасность, понимаешь?       — Ты меня ни капли не интересуешь, сукин сын.       — Проверим? — Саске поднял взгляд на Узумаки и тихонько усмехнулся.       Опьянённое тело быстро задвигалось в направлении блондина, а волосы были заправлены за ухо, под кокетливое подмигивание. Руки брюнета мягко легли на плечи, взгляд же сверлил такие сейчас затуманенные и блестящие голубые глаза.       Наруто толком не поняв, что ему надо делать и почему до него на ровном месте доебались, скупо прочувствовав стыд за черноволосого, тоже уставился ему в глаза, удивлённо хлопая ресницами. Но не успел тот опомниться, как его губы накрыли чужие — безмерно холодные и требовательные. Даже не смотря брюнету в лицо, чувствовалась эта ехидная улыбка, а яркой вспышкой пришло и осознание – горький вкус сигарет на губах, вкус, что Узумаки ещё никогда прежде не ощущал.       Учиха приоткрывал рот, чувствуя мягкую кожу, и, будто бы насмехаясь, тянул время, но в эту секунду по губам пробежала волна мурашек, а чужой язык без капли стеснения полез в его собственный рот. Рука грубо оттянула светлые волосы, а глаза задумчиво прикрылись.       В этом не было страсти и алкогольного возбуждения. Не было любви да розовых соплей. Было лишь два подростка, до такой степени упёрто сражающихся за своё достоинство, что доходило до абсурда. Был свет луны, мельком пробивающийся через приоткрытые шторы. Был что-то нудно тараторивший в такую глухую ночь телевизор соседей. Было горячее дыхание на щеках и руки блондина, сжимающие бока Саске. Даже было двенадцать пачек рамена, мирно устроившихся на тумбочке у кровати.       Губы приятно скользили по чужим, а в какой-то момент поцелуй смешался с кровью, правда, неясно, кто из парней настолько заигрался, что прокусил эту тонкую и сейчас пылающую от чужих прикосновений кожицу. Все звуки приглушились на время, и вновь ворваться в такую привычную пустоту помог брюнет, что всё же первым отстранился, прерывая эту случайно начатую, нелепую игру.       — Зачем ты это сделал? — Наруто как-то смятенно смотрел сквозь черноглазого, восстанавливая дыхание.       И вновь молчание в ответ. Наверное, он скоро бы привык… Хотя, что значит скоро?       Сколько ещё раз они столкнутся с Саске? А хотелось ли самому блондину сталкиваться после всего произошедшего? И сколько бы на поверхности ни летало этих проклятий и выставленных Учихой игл, Узумаки не хотел отказываться.              «Почему?»       Ответ на вопрос был настолько не важен.       Неподдельный интерес к тому, что творится внутри, эмоции…        «О да, эмоции, браво, идиот!»       Вот что волновало больше всего. Именно то, какие эмоции приносил ему Саске, так манило.       Мысли про смысл жизни, собственное безграничное отчаяние, наркотики…       «Да, верно, их нет!»       Он, сука, ощущал себя самым обычным подростком рядом с ним!       — Саске, блять, ответь!       — Ну, надо же было проверить, катишь ли ты ко мне..       —Ты конченый идиот! Это просто поцелуй, ты сам полез, какого хуя ты мелишь!!       Ноль реакции.       Учиха затуманенно глядел в потолок, пытаясь свести мысли в одну кучу.       Он и сам не понимал, зачем всё это начал… Не боялся он, что на него набросятся, ну что за дурость в такое верить… Гей ли Узумаки… ему тоже было плевать, лишь повод очередной раз повыебываться, принижая. Очередной раз доказать, что он лучше.              Что ему отвечать?       Да зачем в целом сотрясать воздух.       Побуянит и пройдет...       Только вот есть такая забавная вещь, как точка кипения. Интерес, интрига — это, конечно, хорошо. Желание узнать получше, быть рядом и дальше, несмотря на мерзкий характер второго, тоже замечательно. Но злость никто не отменял, а безэмоциональная и до безумия бледная рожа, что уже давно перешла все грани дозволенного в своих напыщенных речах и тем более действиях, так бесила и разжигала кровь в венах…       Крышу опять снесло.       Блондин сорвался с кровати, подлетая к лежащему Саске, резко хватая его за ворот футболки и буквально вдавливая в стену со всей той злостью, что голубоглазый сдерживает каждый день, стараясь показать себя добрым и щедрым.       — Ты так меня заебал! Какого хуя важного ты из себя, строишь?!       Учиха, не успев понять, что происходит, сощурился и недопонимающе посмотрел.       — Да блять, не молчи!! — Наруто занёс руку для удара, но его остановила чужая, будто бы более сильная.       — Я уже сказал тебе всё, пидор, — брюнет перевернулся, вылезая из-под Узумаки, целясь уже по его боку, и, удачно врезав, шикнул, тряся рукой. — Че ты разорался, башка от тебя болит!       — Потому что такую ересь несешь, аж тошно, — выдохнул голубоглазый.       Ему стало так противно от себя в таком жалком положении, и после пары секунд сомнений Наруто дал Саске под коленку и, перехватив чужую руку от удара в скулу, выгнулся так, что хрустнула спина и врезал по его челюсти.       Голова брюнета стукнулась об пол, и блондин победно выдохнул. Как минимум минута спокойствия, только вот в его душе и висках так и закипал гнев, — Уёбывай отсюда, раз считаешь, что можешь делать всё, что заблагорассудится!       Но тупо вышло то, что не заведомо хотел ли Наруто и впрямь ухода, Учиха поднялся на локтях, кусая губу и морщась, схватился пальцами за подоконник и, кинув кожанку на плечо, скрылся за хрупкой деревянной дверью, добавив напоследок многообещающее, — да пошёл ты, пидор.       Стало пусто. Просто до тошноты. Мелкие лучи солнца, что только поднимались из-за горизонта через старенькое окно, освещали уставшее лицо Узумаки, заставляя того недовольно морщить нос и отворачиваться.       Мысли лихорадочно скакали, как солнечные зайчики, пытаясь осознать всё произошедшее, пока блондин уныло пялился на свои руки с небольшими каплями крови.       Хотелось ударить.       Без разницы что — стену, пол, себя…       В душе было настолько тошно и мерзко, что слишком частое и безысходное дыхание немного вскружило голову.       — Зачем это всё вообще было? — задал себе вопрос Наруто.       Ну конечно, разумеется, чувство вины.       Он ошибся? Разумеется, да! И ошибкой было…       — А что же, блять, было ошибкой? — Неверяще проговорил голубоглазый, уставившись затуманенным взглядом в стену.       Будто запрограммированный, он подошёл к той самой стене, резко ударив неправильно сжатым кулаком по оной.       Раздаётся противный звук будильника.       Наруто не слышит.       Новый удар, капли крови растекаются по худощавым пальцам.       В голове слышатся тысячи разных звуков, заполняя всё пространство противным звоном.       Будильник летит в стену вместе с новоиспечённым ударом.       Крышу сносит окончательно.       Он обязательно об этом пожалеет.

***

      — Мама, ответь!! — Маленький мальчик своими грустными и большими голубыми глазами пугающе оглядывал женщину. — Почему ты молчишь?       На подоконнике старого окна с поехавшей к чёрту рамой была куча хлама: от использованных салфеток до каких-то слишком пёстрых и не вписывающихся в общую атмосферу дома босоножек.       В открытую форточку тихонько залетали снежные хлопья, а если вглядеться в окно, можно увидеть сотни мелких огоньков в окнах других домов.       Канун Нового года, на улицах ходят кучи совершенно разных людей, но их всех объединяет радость. Кто бежит покупать подарки, кто тихонько пристроится на лавочке во дворе со своей второй половинкой.       В квартирах семьи добавляли последние штрихи на большую зелёную ёлку, готовили салаты, а кто уже укладывал своих детей спать, читая им весёлую и поучительную книжку на ночь и обещая, что добрый Дед Мороз через пару дней принесёт им подарки.       В этой уютной картине казалось лишним был только светловолосый мальчик, что, забившись в угол между стеной и диваном, поглядывал на почему-то не шевелящееся тело своей мамы.       Он не мог свести с неё глаз. Кто знает, может, в надежде на то, что она резко проснётся и пойдёт, как остальные родители привыкли — укладывать детей спать.       Бред.       Мальчик и не мог подумать о таких глупостях. Он искренне и неверяще смотрел, не думая ни о чём.       Страх.       Это всё, что было в голове пятилетнего Наруто. Через какое-то время из тела женщины раздался звонок, перепугавший мальчика, а когда он подполз к матери и неуверенными ручками попытался найти, что это за мелодия и как она может раздаваться из мамы, он обнаружил в кармане покоцанных штанов мобильный телефон.       Куча светящихся кнопок и сверкающий квадратный экран. Мальчик раскрыл глаза ещё больше, опасливо нахмурил брови и начал тыкать по каждой кнопочке в надежде выключить этот громкий рингтон, и наконец с нескольких попыток «механизм» замолчал, вот только на место тишине пришёл строгий голос какого-то мужчины из трубки.       — Алё, вы меня слышите? Это Кушина? — Послышалось много разных звуков и сигналов на заднем фоне, — женщина, скажите хоть слово? Чёрт с вами, я звоню сообщить, что ваш муж погиб сегодня в аварии, тело можете забрать завтра по адресу…       Телефон внезапно затих, оставив мальчика в такой долгожданной и на пару минут потерянной тишине. Рука ослабла, роняя металлический прямоугольник на пол, к глазкам начали подступать слезы, а носик потек, заставляя Наруто нелепо шмыгать оным,       — Мама!! Мамочка, ответь же… — слёзы покатили бешеной струёй, а к горлу мальчика подступил ком, что не давал даже нормально вдохнуть.

***

      Весна уже вовсю захватила свои права на существование, постепенно раскрывая свои краски всё больше, предвкушая скорое лето. На деревьях распускались мелкие цветы, солнце всё больше выходило из своей возлюбленной норы, освещая этот скудный город и всех его жителей даже по ночам.       Дело с убийством так и не было раскрыто, а после дополнительных посещений и регулярной сдачи анализов полиция выявила некоторых подростков за приёмом наркотиков, и началась новая масштабная эра.       Поймать всех недо-барыг по показаниям этих раздолбаев. Раздолбаи тоже просто не отделались, ведь их родителям пришлось разгребать все последствия их никудышных и проблемных детей. Платить штрафы, посещать психотерапевтов, стоять на учёте у опеки.       Наруто же от родителей отмазался довольно просто после своих непозволительных ночных гуляний.       С недавних пор у Куренай знатно полетели тормоза, и теперь они, как обычная женатая пара, ссорятся с Ирукой практически каждую секунду, и ибо никто из них не хочет идти на уступки в ситуации с Узумаки и не только, путём прекрасной удачи блондина всё вылилось в простой агрессивный разговор по телефону с приёмной матерью и парой дополнительных звонков в день.       Действительно неведомая удача.       Но в целом до конца голубоглазый всё же не отмазался. Сегодня всех бывших на той вечеринке настоятельно пригласили прийти в элитный колледж при академии полиции на лекцию о… Да кто знает, о чём, будто кто-то это слушал.       И сейчас основная задача Наруто — не проебаться, как всегда, и не опоздать на неё, что оказалось очень сложным делом после недели сдерживания от наркотиков: он не мог уснуть по ночам, еда иногда ни в какую не лезла, а нервы временами сдавали, и приходилось кусать губы и расчёсывать себе всё тело, чтобы хоть как-то сдержать себя и выдавить улыбку.       «Гребанные анализы. Это когда-нибудь кончится вообще? Вечные анализы, лекции. Будто крысы лабораторные, ей-богу.»       Вообще, Узумаки уже частично проебался, забыв паспорт, что обязательно просили принести, спешно вылетая из общаги за пятнадцать минут до лекции с какой-то засохшей булкой в зубах.       Ничего нового.       Всё как всегда.       И вот, наконец, залетая в этот злосчастный кабинет, скупо улыбаясь, а глазами умоляя учительницу не убивать его за небольшое опоздание и небрежный внешний вид, он плюхнулся на первую единственную свободную парту у окна, совсем не замечая какой-то очень недовольной чёрной тени сзади него, парту которой он только что пнул почти что с разбегу.       «Опять этот идиот.»       Саске, пришедший на лекцию незадолго до самого Наруто, скупо закатил глаза и продолжил дальше сверлить взглядом это, почему-то очень дурацкое и идеально чистое окно.       Ну а чего он ожидал, больше никогда не видеть этого придурка?       Логично же, что сегодня будут все.       «Что этот Узумаки вообще так заел в голове?»       Учиха и вправду не понимал. Вообще даже не пытался, пока не вспомнил о нём только что, но это не важно, так ведь?       Переведя взгляд на учительницу, брюнет вздохнул.       Зализанные волосы в пучок, морщины, что женщина пыталась скрыть за охуеть каким толстым слоем тональника. Леопардовый пиджачок с брошью в виде… Таракана?       «Хах, чего только люди не придумают».       — Так, ребята, сейчас я вас отмечу и отдадите паспорта офицеру Орочимару, — женщина поправила часы на своей руке и кивнула высокому мужчине.       К большому сожалению, в жизни у Саске всё стало менее привычным с того самого дня.       Частые приезды Фугаку и ночные разговоры о будущем. Точнее о том, какое должно быть будущее, без возможности выбора.       Разговоры, что каждый раз заканчивались посыланием далеко и надолго отца, а после иногда вялыми, вынужденными смс от Итачи.       Частые посещения полиции и прочих учебных заведений.       Да какого хуя даже это всё сводится к неудачному знакомству с глупым и наивным парнем по имени Наруто.       — Вас всех отправят в летний лагерь.       Послышались и довольные оры, и возмущённые протесты, но женщина пискнула на ребят, дабы поскорей заткнуть этих мелких проблемных невежд, — А ну, смирно, негодяи, слушайте меня и не перебивайте! Это не просто отпуск или как вы там подумали. Ранние подъёмы, спортивные упражнения, различные лекции и семинары, обязательные для посещения!!       Речь женщины подхватил офицер, разобравшийся с паспортами, — Долго тянуть не будем, знаю, вы все хотите уйти отсюда как можно раньше. Через неделю в это же время сюда приедет автобус, не опаздывать. А для тех безответственных, кто не взял паспорт сегодня, — Орочимару обвёл загадочным взглядом всё помещение. — Прийти на полчаса раньше. Также перед отъездом проведут анализы.       Снова возмущённые крики.       — Рот. Скажите спасибо, что мы предупреждаем, — мужчина раздражённо улыбнулся и поспешил удалиться из этого душного кабинета.       Голова Узумаки просто раскалывалась,       пока старенькая учительница пыталась усмирить этих взбунтовавшихся мальчуганов и втолковать все остальные формальности.       И как только женщина разрешила всем разойтись, Наруто первый подскочил с места, и также быстро, как он прилетел сюда, вылетел под недовольные ругательства.       Найдя какой-то безлюдный уголок в тени, прячась от надоедливого палящего солнца, голубоглазый уселся на газон, пытаясь отдышаться. Наверное, так долго он ещё не держался без наркотиков.       Ломка была даже на физическом уровне. Видно, не надо было в своё время экспериментировать с разными видами этой дряни.       Неделя прошла нудно.       Теперь Наруто точно ставит рекорды, ибо две недели без наркотиков — смело даже для новоиспечённых наркоманов, коим Узумаки уже давно не был.              Шикамару иногда заглядывал проведать, наплетая свои вечные морали и пытаясь поставить голову блондина на место.       Жаль, до сих пор не понял, что Наруто попросту не хотел. Не видел смысла.       Насчёт Саске… Да что такого?       Подумаешь неожиданное знакомство на пару дней. Ничего из себя не представляет и представить не может. Побухали вместе да поссорились. В их жизни явно не первая и не последняя такая выпивка и ссора.       Вот только для них это не стало чем-то незаметным.       Они не смогут забыть, постоянно вспоминая об этом.       О них.       О том самом вечере, в который слишком многое было странно и непривычно.       Вспоминая в тревожные моменты.       Вспоминая ночью, смотря в потолок, метаясь в своих мыслях за невозможностью уснуть.       Нет, парни не хотели ещё раз встретиться и потусить, по крайней мере у Саске явно были причины более сложные, но оттого и этот придурок лез в голову слишком уж часто.       Это не было чем-то особенным, но настолько поглотило разум, настолько засосало их самих в бесконечные чёрные дыры из потока мыслей, боли, странного и тянущегося наслаждения и свободы.       Впрочем, раз ничего особенного — пройдет.       Так отговаривал себя Учиха, опять ловя себя на размышлениях о блондине той самой ночью в своей прокуренной комнате.       Парень потушил сигарету о старую чашку и лениво потянулся за пультом. Раз уснуть не получается, надо хоть как-то скоротать время до утра.       Рюкзак готов. Родителям отзвонился. Позавтракал. Наркоты заныкал себе на чёрный день, значит, можно и в путь, — такими были последние мысли Узумаки перед долгим отъездом.       В целом даже настроение парня малость улучшилось на несколько минут, ибо, только выйдя в коридор общаги, его поджидал прекрасный запах вони, от которой глаза чуть ли не слезились.       — За котом своим убирай, Чоджи, блять!! — Агрессивно протараторил парень, закидывая рюкзак на одно плечо.       Всю поездку Наруто был не то чтобы настроенным на разговоры, всё же иногда поддакивая нелепым рассказам Кибы.       «Почему принимают все, а так хуевит именно меня?!»       — Тебе какую комнату дали? — Инудзука проворно подглядел в список, выданный им, и скорчил грустную гримасу. — Ну вот и конец нашим отношениям, детка… Нас поселили в разные комнаты!       — Зато жить рядом будем. Я пошёл, посплю ещё, у нас сегодня только одна лекция вечером, ебать охуенно, — голубоглазый заторможенно вгляделся в лист. В глазах нехило всё плыло. — Комната номер семь, это где вообще? — Спросил у пустоты Узумаки, — эх, ладно, всё хорошо. Щас всё найдём!       Обойдя приличное количество коридоров и нелепых поворотов в разные стороны, блондин успел запутаться и войти в чужую комнату, прежде чем наконец не завидел заветное число номер семь на двери.       Ещё и около туалета, нихуя как удобно!       А зайдя внутрь, в душе парня всё перевернулось от неожиданной радости до тревоги, что захотелось убежать поскорее домой и не высовываться ещё пару дней.       «И как можно было забыть, что Саске тоже сюда поедет?»       Чёрные глаза спокойно приоткрылись, пялясь на зашедшего блондина, но через пару секунд брюнет отвернулся и затянулся, вглядываясь в унылую картину за окном.