Броня и розовый лепесток / Of Armor in pink petals

Тобирама еле разлепил веки. Честно говоря, он не мог вспомнить, когда ему удавалось так хорошо выспаться в последний раз. Спальное место было мягким, удобным и теплым. Воздух обволакивал сладкий аромат цветов. Он потянул носом и… резко распахнул свои алые глаза, моментально осознавая, где находится. А ведь он собирался уйти незамеченным… Едва повернув голову в сторону, он увидел Сакуру, мирно посапывающую рядом, положив свою голову ему на грудь. Открывшаяся взору картина выглядела так, словно это было в порядке вещей. Глянув чуть ниже, он увидел, что оба укрыты одеялом. И когда они успели забраться под него? Ему не хотелось будить девушку, поэтому он аккуратно приподнялся, намереваясь уйти, и замер, когда понял, в каком положении они находятся. Она закинула на него свои ноги и обнимала его за талию одной рукой, а его правая рука запуталась в её розовых кудрях. Левой же он прижимал её к себе… Он сглотнул, когда её ладонь забралась к нему под рубашку и провела по его торсу. Пытаясь унять стук бешено колотящегося сердца, он размышлял, как ему выбраться, не разбудив при этом Сакуру. Если она увидит его, то вновь начнет избегать, а этого точно нельзя было допустить. Он должен скорее найти выход из этой ситуации. Думай, Тобирама! Как только его дыхание выровнялось, он снова нехотя засмотрелся на неё. Рубашка (его рубашка) которую она надела накануне вечером, была ей очень большой по размеру, видимо, оттого и задралась так сильно во время сна, открывая ему вид на её прекрасную кожу и плавный изгиб груди. Пульс снова подскочил, а в брюках стало предательски тесно. Тихо выругавшись про себя, Сенджу попытался абстрагироваться от непрошеных мыслей. Безрезультатно. В его сознании уже вырисовывались разные картины, от которых в жилах закипала кровь, а в легких не хватало воздуха. Впервые в жизни Тобирама Сенджу был настолько сильно растерян и не знал, как ему поступить. Сакура зашевелилась во сне и прижалась к нему еще ближе. Ее рука скользнула выше, остановившись на грудной клетке мужчины, а нога потерлась о его пах. Тобирама закрыл глаза и старался переключить внимание на что угодно, лишь бы вернуть контроль над своим телом. Да только о чем он мог думать, кроме мягкого и податливого тела под рукой? По позвоночнику пробежала дрожь, стоило ей уткнуться в выемку на его шее. Он и без того часто думал о ней, но сейчас… Сейчас всё было совсем иначе. Он едва слышно застонал, когда она снова зашевелила ногой. Против воли левой рукой он сжал её талию и, подняв глаза к потолку, тихо вздохнул. О, Ками…

***

Сакуру разбудил странный звук, но она не спешила открывать глаза. Голова нещадно раскалывалась от выпитого вчера алкоголя. Но несмотря на это, ей отчего то было тепло. Девушка удивилась, ведь обычно при утреннем пробуждений ото сна ей частенько бывало холодно… Подождите. Медленно открыв один глаз, затем другой, она приподнялась на локтях и зажмурилась от попадавшего прямо на глаза солнца. Как вдруг уловила рядом с собой какое-то движение и застыла, увидев лежавшего в её кровати Тобираму Сенджу. Ее зрачки расширились, когда она осознала, что тепло исходило не из подушек, а от тела мужчины, к которому она прижималась. От волнения она не могла вымолвить ни слова. Увидев, как покраснели его скулы, девушка поняла, что он смущен не меньше неё самой. Сознание уже подкинуло множество сценариев, каким образом они оказались здесь вместе. И самым вероятным из всех был тот, о котором она сама не единожды размышляла на прошлой неделе. Возможно, между ними что-то было, но она не могла вспомнить об этом. Она, конечно, допускала такие мысли у себя в голове, однако ей все же не хотелось об этом думать. Осознав, что её рука все еще находится под его рубашкой, она быстро отдернула её. — Вот чёрт! Только не говори, что… — Смутившись, Сакура не смогла закончить предложение и попыталась скорее выскользнуть из кровати. Она чуть не упала, не заметив, что её ноги обвились вокруг его тела. Девушка закрыла глаза, смирившись с незамедлительной болью от столкновения с твердой поверхностью, но сильные руки мужчины обхватили её за талию. Тобирама перевернул их тела за секунду до падения, и теперь она оказалась на нем сверху. Распахнув глаза, девушка заметила беспокойство в его взгляде. — С тобой всё в порядке? — Его голос прозвучал хрипло, отчего она вздрогнула, но поспешила ответить: — Я в порядке. — Сакура поднялась на ноги и протянула ему руку. — А ты? Взглянув на неё, про себя он отметил, насколько милой она выглядит спросонья. И даже в таком домашнем виде она умудрялась пробуждать в нем самые противоречивые чувства. Напрочь забыв о своей утренней проблеме, он мог лишь понадеяться, что она не заметила это… Крепко ухватившись за её руку, он встал и пожал плечами. Если интерпретировать её вопрос в прямом смысле, то с ним всё в порядке. Но если вспомнить об их совместном пробуждении, то ответ напрашивается сам собой. Он еще не отошел от всего произошедшего, только вот ей знать об этом не стоит. Потому и ответил: — Бывало и хуже. Образовавшееся молчание стало неловким для обеих. Сакура оказалась в затруднительном положении из-за неосведомленности подробностями прошлой ночи. К тому же он смотрел на неё пристальным взглядом, внимательно следя за каждым ее движением, отчего девушка чувствовала себя, будто находилась на безмолвном допросе. Пожалуйста, только не говорите, что она поступила настолько бездумно. У нее и без того были сложные отношения с Тобирамой, и ей совершенно не хотелось их усугублять. Под цепким взглядом багровых глаз её щеки окрасились в пунцовый цвет. Розоволосой срочно нужно покинуть комнату. Сакура приобняла себя за плечи, упорно избегая его взгляда. — Я… приготовлю нам чай. Девушка почти выбежала из спальни, не дожидаясь его ответа. Сердце готово было выскочить из груди. Что это было, Сакура? Она прикрыла глаза, пытаясь вспомнить как можно больше деталей прошлой ночи. Харуно выпила саке, удобно устроившись на заднем дворике дома. А потом? Нельзя было исключать тот факт, что Нидайме был очень хорош собой и вызывал в ней те чувства, о которых было стыдно думать. Так что такое развитие событий было вполне себе вероятным. Девушку расстроил даже не тот факт, что это могло произойти. Если между ними действительно был акт близости… Сакуре очень хотелось бы запомнить свой первый раз… Опустив голову на подбородок, она вздохнула, осознав, какие мысли заполнили её черепушку. Какой ужас…

***

Тобирама наблюдал за ней до тех пор, пока дверь не закрылась с обратной стороны. Опустившись на кровать, он выдохнул и обхватил голову руками. После всего произошедшего ему было, мягко говоря, неловко… Он ожидал, что она начнет истерить или швыряться в него вещами, но она до последнего оставалась предельно спокойной. Честно говоря, он и сам словно потерял дар речи, ибо даже и не предполагал, что можно сказать в сложившейся ситуации. Заметив на столе миску с водой, мужчина подошел к ней и умыл свое горящее от смущения лицо. Ухватившись за край стола, Сенджу посмотрел на себя в зеркало и покачал головой. Что за утро? Обернувшись, он посмотрел на смятую постель и вспомнил, как она прижималась к нему. Он был вынужден признать, что ему хотелось большего. Больше её присутствия в его жизни, больше прикосновений, больше тепла… Но что он может сделать? Она не была легкомысленной и ветреной, как другие женщины, которых он успел повстречать. Напротив, он считал её равной себе. Она была умна, сильна, красива, и это заводило его еще больше. Она просто другая. Тобирама не был сведущ в отношениях, поэтому был в глубочайшей растерянности. Неужели события сегодняшнего утра взволновали её так же сильно, как и его? Их объятия были не такими уж невинными, как например, тот сорвавшийся поцелуй в лаборатории. Это было что-то другое, более интимное… Подняв свои доспехи, он снова вздохнул. Ему нужно получить ответы на свои вопросы, не испортив при этом ничего… Может спросить у старшего брата, хотя НЕТ! Он точно сошел с ума, если подумал, что брат сможет дать дельный совет. Да он же просто поиздевается над ним по полной программе.

***

Сакура ставила чашки на стол и стояла к нему спиной, когда он вышел из её спальни. Это было к лучшему, ведь сейчас она совершенно не представляла, как вести себя с ним. Подхватив заварочный чайник с плиты, она увидела, что у него не получается застегнуть один из ремней доспехов. Она отвела взгляд, но через несколько минут заметила, что он так и не справился и выглядел слегка растерянным. Не успев обдумать свои действия, она подошла к нему и взялась за кожаные ремни. Легонько положила руку ему на грудь, чтобы он перестал двигаться. Мужчина глянул на неё сверху вниз из-за существенной разницы в росте, будучи вновь встревоженным её близостью. — Дай я помогу… — Она не успела закончить фразу, как входная дверь распахнулась, и на пороге показался Хаширама, а за ним Мито и Мадара. Старший Сенджу приостановился, увидев их вдвоем, и оценил ситуацию по своему. Их положение, Сакура, которая замерла в растерянности, младший брат, находящийся так рано у неё дома, две чайные чашки. И самое главное — одежда Тобирамы, в которую одета Сакура. На губах лидера Сенджу заиграла озорная улыбка. И он пихнул Мадару под ребра. Сакура, заметив ход мыслей новоявленных гостей, подняла на Тобираму расширенные глаза. Заметив ее смятение, он нахмурился. Их положение становилось еще более щепетильным. — Мы вам не помешали? — Голос Хаширамы прозвучал дразняще, и он поиграл бровями. Мито, поняв намек, густо покраснела, а Мадара скрестил руки на груди и ухмыльнулся. Сакура отвернулась от них и закончила завязывать доспехи Тобирамы. Посмотрела на него и сделав глубокий вдох, проговорила: — Ты разве не знаешь, что перед тем как врываться в чей-то дом, принято стучать? — Вышло немного резче, чем она хотела и оглянулась на Хашираму через плечо. Тобирама слегка сжал ее руку, стараясь не дать ей вспыхнуть, и уже собирался что-то добавить, но она бросила на него решительный взгляд. Он мог бы поклясться, что в ее зеленых глазах мелькнул намек на веселье, но ему могло показаться. Поняв, что она хочет объяснить им ситуацию, он убрал свою руку и небрежно прислонился к дверному косяку, скрестив руки на груди. Тобирама, глядя на Мадару, пожал плечами и сохранил стоическое выражение лица, пока Сакура повернулась лицом к гостям. — Твой брат был ранен во время патрулирования прошлой ночью, и пришел ко мне ранним утром, чтобы я могла его вылечить. — Тобирама должен был признать, что ее слова звучали весьма убедительно. — И поэтому на тебе его одежда? — Голос Мадары был полон сарказма, и Тобираме пришлось сделать глубокий вдох, прежде чем ответить, иначе она бы не выдержала. — К твоему сведению, Учиха-сама… — Мадара замер, понимая, что ему следовало промолчать, и нахмурился, увидев, как забавно изогнулись губы младшего Сенджу. — Эту одежду мне дали взамен моей пропитанной кровью, когда я спасла его задницу. — Она закончила фразу, указывая на Хашираму. Мадара усмехнулся. — Ты не ответила на вопрос. — Сакура закатила глаза. — После нашей «беседы» я была слишком уставшей, чтобы выбирать, а эта одежда лежала на самом верху. Я не люблю, когда люди с утра ставят под сомнение мою трудовую этику и решения, поэтому, если это всё, то мы с Тобирамой-сама собирались продолжить обсуждение программы обучения будущих шиноби. Дойдя до кухонного стола, где стояли чайные чашки, она вновь посмотрела на прибывших. — Если на этом всё, то прошу оставить нас. — Ее слова эхом пронеслись по всему дому, не оставляя шансов на продолжение диалога. Троица за её спиной обменялись удивленными взглядами, и три пары глаз сфокусировались на Тобираме, который пожал плечами. — Вы слышали, что она сказала. В этот момент трудно было сохранить спокойное выражение лица, так как все они в оцепенении направились к выходу. Перед тем как уйти, Мито задержалась в дверях и спросила: — Не окажешь ли ты мне честь хотя бы прийти завтра вечером к нам на ужин? Мне не хватало твоего присутствия на прошлой неделе. Желая поскорее выяснить, что произошло между ней и Тобирамой, без лишних глаз и ушей, она охотно согласилась. — Конечно. Увидимся завтра вечером. Напоследок одарив взглядом младшего Сенджу, она едва заметно подмигнула ему. Сакура и не подозревала, что только что согласилась явиться на свой собственный праздник — день рождения. Вспомнив о плане брата, Тобирама нахмурился. Когда дверь закрылась, Сакура с облегчением выдохнула. Повернувшись с двумя чашками в руках, она увидела хмурого Сенджу, который прожигал глазами входную дверь. Она протянула ему чашку с чаем, и он взял её, кивнув головой в знак благодарности. — Нам нужно поговорить о том, что ты не запираешь дверь на ночь. — Сакура сначала подумала, что он шутит, но, встретив его серьезный взгляд, остановилась и уставилась на него, приподняв бровь. Подойдя к нему, она ткнула его пальцем в грудь. — Ты серьезно? Я только что избавила нас двоих от унижения, а первое, о чем ты подумал — это о моей привычке не запирать дверь? Цц. Неблагодарный Сенджу. Ему было неприятно, что его обозвали неблагодарным, поэтому он не дал ей закончить. — Я лишь хочу сказать, что мы бы не оказались в такой ситуации, если бы дверь была заперта. — То есть ты хочешь сказать, что если бы ты не проснулся утром рядом со мной, то ничего бы не случилось? Она начинала действовать ему на нервы, и он начал терять терпение. Тобирама нахмурился и ответил довольно резко: — Я могу уйти, если хочешь. — Посмотрев на неё, он увидел, как она пытается скрыть нахальную улыбку за чашкой чая. — Ты еще и издеваешься надо мной. Она пожала плечами и прошла мимо него на задний двор. Оглянувшись, она бросила на него веселый взгляд. — Может, да, а может, и нет. — Увидев, что он застыл на месте, она вспомнила, что им нужно разобраться с тем, что произошло сегодня ночью, и слегка покраснела. — Ты идешь? Нам нужно кое-что обсудить. Выйдя из оцепенения, он последовал за ней на улицу и сел рядом на ступеньки. В общении с ней он всегда терялся в словах. Она всегда находила, что сказать, а вот его мозг переставал нормально работать. Это чувство ему было незнакомо. Образовавшееся молчание вновь стало неловким. Тобирама не знал, с чего начать. Ситуация и без того была довольно неоднозначной, ему не нужно было еще больше её усугублять. Он вскинул голову, когда она заговорила первой. — Я… Ты… — Смутившись, она сделала глубокий вдох и наконец смогла составить связное предложение. — Можешь… Ты можешь рассказать мне, почему я проснулась рядом с тобой в своей кровати? — Это было неплохое начало. Первые же ее слова дали ему понять, о чем она думает, и его сердцебиение слегка участилось. Если она допускала такой возможности и никак не реагировала, значит ли это, что она могла испытывать к нему какое-то влечение? От этой мысли у него внутри все сжалось… Увидев, что она ждет ответа, он внутренне выругался. Перестань ты уже! — Я… я патрулировал вчера вечером и нашел тебя уснувшей прямо на ступеньках. — Почесав затылок, он избегал её взгляда, чувствуя себя еще более неловко. — Я занес тебя в дом и собирался уйти, но ты попросила меня… остаться. — Он прочистил горло и снова посмотрел на её бескрайние изумруды. — Я остался, намереваясь уйти через пару часов, но… — Ты заснул. — Он открыл рот и кивнул. Он выглядел виноватым, и она решила закрыть эту тему. — Эта неделя была сумасшедшей, я не могу тебя винить. — Мне жаль, если я вынудил тебя чувствовать себя неловко этим утром. — Он устремил свой взгляд вперед и выпил глоток ароматного чая. На самом деле он нисколько не сожалел об этом, напротив ему понравилось. Она хмыкнула и пожала плечами. Сакура закрыла глаза и подставила лицо солнцу, наслаждаясь теплыми лучами. Снова наступила тишина, но на этот раз она была комфортной. Куноичи думала о том, как хорошо чувствует себя этим утром. Размышляла о себе, о жизни, о ситуации, в которой она оказалась… Накануне вечером она со многим смирилась благодаря Мадаре, и хотя это было больно, она все равно была благодарна ему за помощь. Девушка слишком долго откладывала все на потом. Медленно выдохнув, она открыла глаза и отпила из чашки. Ситуация с Тобирамой её не беспокоила, но она была тронута тем, что он остался, когда она попросила. Когда ее пьяная сущность попросила. Ему было не все равно. Может быть, в большинстве случаев он и не показывал это, скрываясь за маской равнодушия ко всем и ко всему, но у него было доброе сердце, и от осознания того, что она была одной из немногих, кто знал это, у неё потеплело в груди. Поначалу он сторонился её, но со временем не побоялся показать ей свою уязвимость и признался, что испугался, думая что потерял её тогда в бою с Учихами. О Нидаймё было очень мало информации в учебниках истории… А еще его было очень легко разозлить, особенно когда он пытался доказать всем свою правоту. В общем, ей повезло, что она смогла увидеть его в новом свете. Надо сказать, что этот человек ей нравился. Определенно нравился. Стоило ей вспомнить, как она касалась его обнаженного тела, внутри неё разгорался ранее неведомый ей огонь. Она никогда не имела опыт общения с мужчиной в таком плане, да и в целом, но именно это чувство она начала испытывать к нему с момента в лаборатории. Это было ни с чем неравнимое желание. Проснувшись рядом с таким мужчиной, красивым и очень сильным, кто бы не испытывал подобных чувств? Слегка улыбнувшись своим мыслям, она покачала головой и откинулась на ступени. Тобирама сидел рядом с ней, так же наслаждаясь утренней тишиной. Он все еще размышлял над тем, как она говорила о «нашей Конохе» вчера ночью, и, даже анализируя причины ее слов, не мог найти ничего логичного. Может, он слишком много думает? На самом деле они так и не узнали, откуда она взялась и как оказалась так близко к их лагерю. Она была странной, но очень им помогла в медицине. Глядя на неё, он расслабил плечи. Почему то он верил ей, и был уверен, что она не причинит им зла. Только не она. В этот самый момент он был вынужден признать, что Мадара был прав. После боя с ним, она выглядела такой… умиротворенной. Её зеленые изумруды, хоть и хранили в себе следы прошлого, теперь казались спокойнее. Светлее. Огонь, который едва мерцал в ее изумрудах последние несколько недель, вновь горел… И это было завораживающее зрелище. Она завораживала. Она была головоломкой. Его личной. И он чувствовал себя счастливее, когда с каждым днем узнавал её с новой стороны. Сакура открыла глаза и чуть не поперхнулась чаем, когда встретилась с его багровыми зрачками. Но сейчас его привычно холодные глаза излучали тепло при виде неё. Излучали что-то, от чего по позвоночнику пробежали мурашки. Его взгляд был настолько пристальным, что ей показалось, будто он читает её мысли. — Всё в порядке? — Её голос прозвучал тихо и неуверенно. Он допил чай и поставил кружку на ступеньку рядом. Не сводя с неё глаз, он одарил её одной из своих редких улыбок, от чего она вновь покраснела. Он никогда не улыбался ей ТАК. — Ты выглядишь по-другому. Сакура. Тебе идет. — Увидев, как она отреагировала на его улыбку, ему стало еще легче принять решение. Он взял её руку, коротко сжал и отпустил. Её глаза расширились, и она слегка нахмурилась. — Спасибо за чай. — Он уже собирался уходить, но остановился и снова повернулся к ней. — Могу ли я пригласить тебя на ужин в конце этой недели? Она так и сидела с открытым ртом, гадая, правильно ли услышала его вопрос. Она растерянно кивнула головой, все еще пребывая в шоке, что заставило его ухмыльнуться, перед тем как сложить дзюцу перемещения и исчезнуть. Сакура несколько минут сидела на заднем крыльце дома, пытаясь осмыслить произошедшее. Сначала они проснулись вместе, потом их застали друзья, они выпили вместе чай, мило побеседовали, а потом он просто… пригласил её на свидание? Он просто пригласил её на свидание? И она согласилась? Это было так на него не похоже. Точнее, не похоже на то, что она от него ожидала. Но она была приятно удивлена… Она подняла его чашку и уставилась на неё, вспоминая его улыбку. По её лицу пробежал румянец. Конечно, когда он улыбается, у него появляются ямочки.

***

Сакура решила заняться своими делами и отправилась в госпиталь. У неё было ощущение, что отношения с Тобирамой в это утро стали еще сложнее. Что это было? Флирт? Может быть. Кто знает, что творится в его голове? Проходя мимо своего кабинета, она захватила белый халат и отправилась на обход. Когда она вышла в холл, чтобы узнать о пациентах у медсестер, то с удивлением увидела, что Изуна, облокотившись локтями на стойку, разговаривает с одной из них. Когда он заметил её, то резко смутился. Что это была за реакция? Она подошла ближе, чтобы увидеть с кем он так мило болтал и искренне улыбнулась, когда заметила свою лучшую ученицу — Аму. Встретив его взгляд, она выгнула бровь. Извинившись перед Амой, он побежал к Сакуре и остановился перед ней, почесывая затылок. — Привет, Сакура! — Изуна, у моих сотрудников есть работа, и твой флирт нам совсем в этом не поможет, ты знаешь об этом? — Вообще-то она собиралась сделать перерыв на обед, но… — Увидев в ее глазах что-то, что ему не понравилось, Изуна прервался. — Нет. Нет, Сакура, лучше не надо. — На её губах появилась озорная улыбка, и она сцепила руки за спиной. — Что лучше не надо? — От её невинного взгляда он покраснел еще сильнее. — Пожалуйста, не говори пока Мадаре и Хашираме. А то я расскажу им о твоем влечении Тобирамой… — Сакура зарычала, дав ему подзатыльник. — Он мне не нравится. — Конечно, они оба знали, что она лжет, и теперь настала её очередь краснеть, вспоминая недавние события. Изуна воспользовался этим. — Сакура, это очевидно так же, как нос посреди лица. Судя по его вспышкам ярости, когда кто-то плохо к тебе относится, и по тому, как теплеют его глаза, когда он смотрит на тебя, твои чувства взаимны. Сакура задумалась. Она не могла отрицать, что он начал смотреть на нее с теплотой в глазах, которого раньше не было. Но вспышки, Тобирама? — Он не… — выругалась она, осознав, что говорит в пустоту. Проклятый Изуна. Теперь ей предстояло разобраться с неким белокурым Сенджу… Но если честно… Что тут разбирать? Он красив, и он ей нравится…

***

Мадара провел день с Хаширамой, занимаясь бумажной волокитой, пока его друг уточнял детали завтрашнего дня рождения Сакуры. В тот день он уже забрал её подарок и был очень доволен результатом. Подписав последний документ на столе, Мадара отодвинул стул и помахал другу рукой. — Пойду проверю, все ли с ней в порядке сегодня. — Хаширама фыркнул. — Она прекрасно выглядела с моим братом сегодня утром. Закатив глаза, Мадара вышел из кабинета, слыша смех Хаширамы даже за пределами здания. Увидев их утром в такой близости, он что-то почувствовал. Конечно, Сакура была великолепна, но он не чувствовал к ней влечения. Чем больше он думал об этом, тем больше в этом было смысла. Он чувствовал, что должен защищать ее. Как старший брат. Такая мысль приходила ему в голову уже не в первый раз, но в этот раз он понял, что все дело в их отношениях. Она была с ним откровенна, она доверяла ему, а он — ей. Она защищала его и его клан во время переговоров, следя за тем, чтобы все были в равных условиях. Он был привязан к ней так же, как и к Изуне, а еще… она никогда не посмотрит на него так, как смотрела на младшего Сенджу. Но это его вполне устраивало. Лишь бы она была счастлива. Поднявшись на крыльцо ее дома, он открыл дверь и сел за кухонный стол, ожидая ее.

***

Оставшаяся часть смены прошла гладко, и она вернулась домой на удивление относительно рано, что было просто замечательно. Подойдя к дому, она увидела, что дверь открыта. Достав из сумки один из своих кунаев, Сакура медленно подошла к ней и ударом ноги открыла дверь, забежала внутрь и набросилась на незваного гостя. Ее кунай отразил кунай соперника, и она оказалась лицом к лицу с Мадарой. Выдохнув, она выругалась. — Чёрт! Пожалуйста, никогда больше не пугай меня так, — она ущипнула себя за переносицу и продолжила. — Ты мог бы подождать на крыльце, а не вламываться в мой дом, Мадара. Учиха скрестил руки на груди, и на его губах появилась ухмылка. — Чтобы вломиться в дом, мне пришлось бы отпирать твою дверь, которая, к твоему сведению, уже была не заперта. Если вы не хотите, чтобы к вам заходили незваные гости, лучше запирать её на ключ. С самодовольным выражением на лице он склонил голову набок и посмотрел на нее. — Да ну тебя! Я взрослая девушка и могу справиться с одним или двумя незваными гостями. — Это к делу не относится. Взрослая девушка или нет, тебе нужно быть осторожнее, — Закатив глаза, она прошла мимо него и начала кипятить воду для чая. Улыбка расплылась по ее губам, когда она вспомнила свой спор с Тобирамой о том, что нужно запирать дверь, когда она убирала чашки с утра. Мадара увидел её улыбку раньше, чем она успела её спрятать. — Ты выглядишь счастливой сегодня. — Повернувшись к нему лицом, она пожала плечами и уже собиралась продолжить работу, когда он осторожно дотронулся до её плеча и установил зрительный контакт. — Но если серьезно, как ты? Какое-то мгновение она не смотрела на него. Активировав свой Шаринган, он изучил выражение ее лица и глаз. После этого он деактивировал его и расслабился. Она выглядела умиротворенной. — Вообще-то… я в порядке! Определенно мне лучше, и это отчасти благодаря тебе, так что спасибо! — Распознав искренность в её словах, Мадара смягчился. Он пробыл у нее целый час, обсуждая дела клана и дни, проведенные в госпитале. Когда разговор был окончен, она вывела его на крыльцо дома. Он уже собирался уходить, но, оглянувшись, остановился. Она улыбнулась ему, и он вернулся к ней. Остановившись напротив нее он обхватил ее руками и, вопреки здравому смыслу, поцеловал в макушку. — Я рад, что тебе лучше. — Услышав ее хихиканье, он заглянул в ее яркие глаза. — Неженка! — Мадара сделал шаг назад и приподнял бровь. — Если ты кому-нибудь расскажешь, я буду отрицать это. — Улыбнувшись ей, он спустился обратно по лестнице. — Спокойной ночи. Сакура еще несколько минут стояла возле входной двери, наблюдая за его удаляющейся спиной. Он был хорошим человеком. Кто бы мог подумать, что Учиха способен проявлять столько эмоций? Для нее это было в новинку, но она оценила это. Ее попаданчество в прошлое уже не казалось таким тяжелым, когда она думала о людях, которые ее окружали.

***

Несколько теней наблюдали за тем, как Сакура возвращалась в свой дом. Увидев, как она общалась утром с Тобирамой и теперь с Мадарой, тени придумали план. Улыбнувшись, они ушли.

***

Она бежала. Было так темно. Она слышала голос Цунаде и на мгновение подумала, что это ее воображение, пока не увидела вдалеке ее светлые волосы. Перед ней в пустоте бежала Хокаге. — Сенсей, это Вы? — В ее груди затеплилась надежда. Цунаде стояла перед ней и смотрела на нее с грустным выражением в теплых медового цвета глазах. Подойдя к ней, она нежно коснулась щеки Сакуры, и юная куноичи не смогла сдержать слез, которые свободно потекли из ее глаз. — Я сделала это ради тебя, ради нас, пожалуйста, не ненавидь меня… — Я не понимаю… — Больше она ничего не могла сказать. Ее тело упало, и она снова открыла глаза — она была в слишком знакомом месте. Звуки битвы привлекли ее внимание, и она вновь стояла на поле боя. Она вновь переживала последний момент войны. Она видела, как сражаются Наруто и Саске, а рядом с ними стоит она сама. Встряхнув головой, Сакура расширила глаза. Почему я вижу себя? Что это? Она видела последние мгновения войны, как будто была зрителем. Зная, что произойдет дальше, Сакура отвела взгляд. — Не отворачивайся, Сакура, ты поймешь… Сакура закрыла глаза и покачала головой. — Нет, я должна проснуться… ПРОСНИСЬ! Сакура села прямо на кровати, не в силах сдержать дрожь в теле. Все было так реально. Голос наставницы, ее прикосновения… Поднеся руку к лицу, Сакура коснулась мокрых щек и снова разрыдалась. Что это было? Ее обычные военные сны не казались такими реальными… Встав с кровати на трясущихся ногах, она медленно прошла на кухню и сварила себе кофе. Прислонившись к стойке, она выдохнула. Она просто скучала по ней, возможно, именно поэтому сон был таким ярким… Собравшись с мыслями, девушка быстро оделась и отправилась на работу, хотя на улице было еще очень темно. Она точно не смогла бы заново уснуть.

***

Было почти пять часов вечера, когда Мито тихо скользнула в ее кабинет, держа руки перед собой. Сакура подняла голову от кипы бумаг на столе, и Мито не понравился ее внешний вид. Судя по темным кругам под глазами, она явно не выспалась. — Ты пойдешь со мной. — Мито, я не могу. У меня много работы. — Время, проведенное с Тобирамой, повлияло на твою память? Ты же согласилась поужинать со мной сегодня. Вспомнив утро, когда она согласилась, Сакура откинулась на спинку стула, запрокинула голову назад и вздохнула. Она ущипнула себя за переносицу и простонала. — Да. Прости, я совсем забыла. — Потирая глаза, Сакура развела руки в стороны. — Я знаю, я в курсе, поэтому я здесь, и ты идешь со мной. Ты выглядишь ужасно. — Взглянув на Мито, Сакура снова вздохнула. — Но… — Мито закатила глаза и схватила Сакуру за руку, чтобы поднять ее на ноги. — Ама позаботится обо всем в твое отсутствие. Это будет короткий ужин. Если хочешь, можешь вернуться после. А теперь пойдем со мной, тебе нужно переодеться. Сакура снова застонала и последовала за Узумаки. Она знала, что бесполезно пытаться добиться своего. У неё было такое же выражение лица, как у Ино, когда она хотела, чтобы все было так, как она задумала. Взгляд, который говорил: Тебе лучше пойти со мной, иначе… Ее уставшее тело с трудом поспевало за быстрыми шагами Мито, но она шла за ней, не жалуясь. Куноичи знала, что так быстрее отделается. Когда они добрались до ее дома, Сакура вошла внутрь и с удивлением увидела, что для нее уже приготовлена ванна. Сакура приподняла бровь и посмотрела на рыжеволосую женщину, в ответ получив лишь пожатие плечами. — Мне нужно прислушаться к Тобираме и почаще запирать дверь… — На губах Мито появилась улыбка. — Давай, перестань ворчать и приведи себя в порядок. Я принесла тебе кое-что. Сакура забралась в ванну и откинулась назад, расслабляясь под теплыми струями воды, снимающими напряжение с мышц. Она намылилась душистым мылом, ополоснула тело и вымыла волосы. Закончив, она вышла из ванны и накинула халат. Едва она открыла дверь в спальню, как в комнату вошла Мито, держа в руках кимоно. Глаза Сакуры расширились. — Нет. Никакого кимоно. — Да, кимоно, и у тебя есть пять минут, чтобы переодеться, иначе я сама тебе помогу. Сакура в недоумении уставилась на Мито, и началось соревнование взглядов. Устав, Сакура хихикнула. Мито была хуже, чем Ино. Выпроводив Узумаки из спальни, Сакура начала одевать кимоно, улыбаясь его цвету. Изумрудно-зеленое с розовыми цветочными узорами. Очень красивое. Казалось, оно было сшито специально для нее. От этой мысли она нахмурилась. Будучи слишком уставшей, чтобы думать об этом и дальше, она повернулась и охнула, увидев себя в зеркале. — Уже пять… — Мито вошла в спальню, и замерла с открытым ртом, увидев перед собой такую красоту. — Сакура, ты выглядишь великолепно! Покраснев от комплимента, Сакура улыбнулась. У нее никогда не было ничего настолько красивого. Вырез подчеркивал изгиб ее талии, а цвет заставлял глаза сиять. Она выглядела и чувствовала себя красивой женщиной. Не то чтобы она не чувствовала себя таковой вообще никогда, но пребывание в кругу мужчин иногда заставляло ее забывать о своей женственности… Интересно, оценит ли это Тобирама? Перестань думать о нем. Смутившись еще больше, Сакура посмотрела на Мито. Рыжеволосая девушка поняла, о чем она думает, и рассмеялась. Озорно улыбаясь, Мито похлопала по кровати, на которой сидела. Узумаки хотелось дополнить эту красоту легким макияжем. — Нет. Я и так согласилась надеть кимоно, но ты ни за что не намажешь на меня эту штуку. — Сакура скрестила руки и отвернулась. Мито взяла ее за руку и потянула к себе. — Клянусь, я просто нанесу немного черной пасты на твои ресницы, чтобы они казались длиннее. Вот и всё. Черная паста, эквивалент туши для ресниц в ее время, догадалась она. Кивнув головой, она позволила Узумаки сделать свою работу. Когда она снова посмотрела в зеркало, у неё пропал дар речи. Мито подчеркнула её цвет глаз и теперь изумруд казался более глубоким, а цвет кимоно идеально сочетался с её зрачками. Будущая Сенджу взяла её за руку и улыбнулась, глядя на труды своих работ. — А теперь пойдем. Я проголодалась, да и ужин уже почти готов.

***

       Прогулка до комплекса Сенджу прошла в полной тишине, что заставило её слегка напрячься. Улица была пуста и это выглядело странно. Но, поразмыслив, она поняла, что постоянно находится в госпитале, поэтому никогда не видела улицу в это время суток… Подойдя к комплексу, Мито пропустила Сакуру вперед, и когда она открыла дверь, то пожалела, что не осталась дома. Ее глаза расширились, когда около сотни человек закричали: — С ДНЕМ РОЖДЕНИЯ! Сакура замерла, не зная, как реагировать. Натянув на лицо фальшивую улыбку, она стала благодарить всех, кто приветствовал её и поздравлял. Она была так увлечена своим сном и всем остальным, что напрочь забыла о своем дне рождения. Весь последний месяц это было единственное, что занимало её мысли, а со вчерашнего дня она совсем забыла о нем. Слишком повышенное внимание к ней вызывало чувство клаустрофобии. Рядом с ней прошел слуга с подносом, на котором были чашки с саке. Облегченно вздохнув, она взяла одну и одним движением опрокинула в себя. Заметив белую вспышку в конце комнаты, Сакура повернула голову в ту сторону. Она встретилась взглядом с Тобирамой, улыбнулась ему и продолжила отвечать на вопросы и благодарить людей. Тобирама не любил праздновать дни рождения, и, выслушав ее вчера вечером, он понял, что большой праздник — это не то, чего она хотела. Однако никто не прислушался к его словам, когда он высказал свои опасения. Он пытался отговорить брата от этой идеи, сразу после того, как покинул ее дом, но его реакция была следующей: — Брат, ты слишком много волнуешься, всем нравятся вечеринки-сюрпризы на день рождения. По ее обеспокоенному взгляду и морщинке между бровями он понял, что ей не по себе, а он не дурак. Он прекрасно понимал, что улыбка на ее лице была фальшивой. Он наблюдал, как она переходит от одного человека к другому, разговаривает и берет саке, когда мимо проходят слуги, и не мог не пожалеть её. Она рассказала Мадаре о своем дне рождения, вероятно, надеясь, что тот оставит это в тайне, и вот она здесь, в окружении слишком большого количества людей, желающей быть где угодно, только не здесь… ** После часа благодарностей и разговоров ни о чем она выдохлась. Оглядевшись по сторонам, она признала, что видеть оба клана вместе, разговаривающих и смеющихся, было очень приятно. По крайней мере, ей удалось добиться чего-то значительного. Но сейчас ей действительно хотелось вернуться в свой дом и просто уснуть. Она находилась слишком далеко от входной двери. Возможно, она могла бы пойти на балкон и улизнуть… Харуно начала было идти к другой двери, чтобы подышать свежим воздухом, но Хаширама перехватил ее за руку и потащил на середину комнаты. — Пришло время подарков! — Сакура покачала головой. — Нет, в этом нет необходимости, я… — Хаширама рассмеялся и сжал ее руку. — Ерунда, это же твой день рождения. Она сжала челюсти и попыталась сохранить спокойствие, делая глубокие вдохи. И тут началось. Каждый представитель кланов Учиха и Сенджу принес ей подарок. Подарки были самыми разными: от свитков до сушеных трав и украшений, сделанных мастерами. Наконец, спустя, казалось, целую вечность, Хаширама принес ей свой подарок — маленькое растение для дома, Мито — медицинский свиток от своего клана, Мадара и Изуна — катану с гравированной рукояткой, а Тобирама… Тобирама все еще стоял в углу комнаты и не двигался. Она не хотела никаких подарков, но должна была признать, что немного разочарована, ведь она ожидала, что он… Чего ожидала? Она не знала. После того как всех поблагодарила, празднование продолжилось, и никто уже не обращал внимание на нее. Сакура подождала немного и, решив, что люди выпили достаточно, чтобы не заметить ее ухода, выскользнула вон. В это время года сад Сенджу был просто великолепен: весь сад был усеян цветами. Самыми разными. Вдохнув их аромат, она продолжила прогулку, пока не нашла большое дерево и не запрыгнула на одну из его ветвей. Она уселась поудобнее, позволяя холодному ночному ветерку ласкать ее теплое лицо. Девушка была благодарна за праздник и за то, что они хлопотали ради нее, но она не хотела этого с самого начала. Откинув голову на кору, она вздохнула и посмотрела на звезды. Розоволосая расслабилась, как вдруг она услышала чьи-то шаги и обернулась на незваного гостя. Тобирама смотрел на нее снизу, и луна осветила его лицо, делая еще более красивым. На нем было черное кимоно с темно-синими вставками. Хаппури на нем не было, а пряди белых волос спадали на лоб, придавая ему мальчишеский вид. Его бледная кожа имела мраморный оттенок. Ее сердце учащенно забилось, когда она увидела его нежный взгляд и небольшую улыбку на губах. — Могу я присоединиться к тебе? — Не в силах что-либо ответить, она просто кивнула и переместилась на ветку рядом. Через секунду он оказался рядом с ней, совсем близко. Она чувствовала тепло, исходящее от его тела. Стараясь не реагировать на его близость, Сакура продолжала смотреть на звезды. — Ошеломлена? Услышав его вопрос, она усмехнулась. — Да, можно сказать и так. Неужели это так очевидно? — Его глаза не отрывались от ее зеленых, и он незаметно кивнул. — Это было неожиданно. — Она опустила взгляд на свои сцепленные на бедрах руки. — Я говорил им, что лучше собраться небольшой компанией, но ты же знаешь, какой мой брат. — Их глаза снова встретились, и Сакура улыбнулась ему. Ее сердце забилось быстрее от мысли, что он знает ее лучше, чем она думала. Удивительный мужчина. — Я знаю, твоего брата не остановить, как только он возьмется за какое-либо дело. — С ее губ сорвался полусмех. — Не пойми меня неправильно, я ценю этот жест, просто я не была… готова к чему-то подобному. Но я рада, что кланы ладят друг с другом. Он тихонько усмехнулся и улыбнулся ей. Улыбнулся по-настоящему, так, что у нее подкосились ноги. Хорошо, что она сидела. Как она могла дважды за два дня оказаться причиной его улыбки? Прочистив горло, она улыбнулась в ответ, и у него перехватило дыхание. Быстро придя в себя, он перевел взгляд на ночное небо. Даже в такой ситуации она думала о единстве кланов, а не о собственном благополучии. Сакуре было любопытно, почему он здесь с ней… — Почему ты покинул праздник? Уже надоело? — Он покачал головой. — Вообще-то я искал тебя. — Ее сердце учащенно забилось. Он искал ее? Она вытерла вспотевшие ладони о кимоно и попыталась сглотнуть комок в горле. Эти слова не должны были подействовать на нее так, но уже подействовали. Потянувшись к карману своего кимоно, он достал небольшой сверток и, взяв ее руку, осторожно вложил его в её ладонь. Дрожащий вздох вырвался из ее губ, когда она почувствовала его мозолистые руки на своих. В конце концов, он принес ей подарок. Он просто ждал уединения, чтобы вручить его ей… Глядя ему в глаза, она не могла пошевелиться, загипнотизированная. В реальность ее вернуло то, когда он протянул руку и заправил прядь волос за ухо, слегка коснувшись ее щеки. Ее тело предательский дрогнуло и она на долю секунды отпрянула от его прикосновения, а его сердце почти остановилось. Осознав, что делает, она повторно прочистила горло и улыбнулась, отстраняясь от него. Улыбка появилась в уголках ее губ, когда она увидела, как тщательно был упакован пакет. — Тебе не нужно было… — Я должен был, а теперь открывай. Послушавшись его, она открыла упаковку и сняла крышку с маленькой коробочки. Ойкнула, когда увидела, что находится внутри. Это было ожерелье. Тонкая серебряная цепочка была так уникальна. На ней лежал кулон: камень в форме розово-красного цветка сакуры с изумрудно-зелеными узорами на обратной стороне. Она взяла его в руки и поднесла к глазам. Он был маленьким, но таким красивым. Она несколько раз посмотрела на подарок, потом на Тобираму, не зная, что сказать. — Я… Оно восхитительное. — Счастье, озарившее ее лицо, гулко отозвалось теплом в его сердце. Своими руками он взял у нее ожерелье и пересел позади нее на ветку, поднес его ей на шею и застегнул. — Красивая… — Шепот вырвался прежде, чем он успел остановить себя. Поднеся руку к цветку, она покраснела. Она смотрела на него, не в силах дышать, думать или даже двигаться. Он находился так близко, а его тело было таким надежным. Она чувствовала его сильные бедра по обе стороны от себя. До нее донесся его запах, от которого ей стало труднее дышать. Расслабляющий аромат сосны и дождя. Он продолжал смотреть на нее, а она была не в силах отвести взгляд. Медленно он протянул руку и коснулся её подбородка, а вторую обвил вокруг ее талии, притягивая ближе к себе. Он был так нежен, что она растворилась в его объятиях. Его загипнотизировал её образ сидящей здесь, похожей на богиню в своем зеленом кимоно, ее кожа, обрамляемая лунным светом, эти глубокие зеленые глаза… Погладив ее губы большим пальцем, Тобирама наклонился вперед. Завороженная, Сакура не могла пошевелиться. Неужели все это происходит на самом деле? И почему это было так правильно? Это. Они вдруг оказались так близко. Он знал, что ему, вероятно, следует остановиться. Что-то подсказывало ему, но его тело просто тянулось к ней… С того самого утра, когда они проснулись вместе, он испытывал желание обнять ее, прикоснуться к ее коже… Может, она не хотела этого, может, ее не тянуло к нему? Она почувствовала его теплое дыхание так близко к своим губам и, потерявшись в этом моменте, закрыла глаза. Приняв это за знак согласия, Тобирама придвинулся ближе и едва успел прикоснуться губами к ее губам, как Хаширама с криком выскочил из дома. — ТООБИИИИ! Где ты?! — Едва слышно зарычав, Тобирама откинулся назад и прочистил горло. Сакура открыла глаза, слегка разочарованная и немного удивленная тем, что произошло. Видеть ее разочарование так явно, сопроводилось ощущением, словно его ударили под дых. Сакура сидела, не зная, что делать. Желание болезненно сжималось внизу её живота. Куноичи не знала, что ее одолевает, но когда она увидела, что он смотрит на нее с пламенным огнем в глазах, она послала все сомнение к чертям. Хоть раз она сделает то, чего хочет сама. Она слишком долго жила ради счастья других. Хоть раз в жизни она будет эгоисткой. — Он может подождать… Не оставляя времени на раздумья, она потянулась к нему, впиваясь губами в его губы в обжигающем поцелуе. Сначала он замер, но в ее поцелуе было так много огня, что его собственное пламя возгорелось еще сильнее, и он забыл о брате. Ее губы были мягкими и сладкими. Он почувствовал вкус сакэ, которое она пила недавно, и это опьяняло. Она поступила чертовски смело, и он должен был признать, что не ожидал этого… Но ему это очееень понравилось. Почувствовав, как она проводит рукой по его волосам, он притянул ее ближе и откинул ее голову назад, чтобы углубить поцелуй. Даже прижимая ее тело к своему, Тобирама чувствовал, что они никогда не смогут быть достаточно близки. Ему было так мало ее. Его губы опустились вниз и он проложил на её шее след из жгучих поцелуев. Из ее уст вырвался протяжный стон, и она напряглась, смутившись от самой себя. Тобирама поднял голову и мазнул по ней томным взглядом алых глаз. А затем снова поцеловал ее губы. — ТОБИРАМАААААА! Услышав приближающийся голос брата, Тобирама отпрянул и посмотрел на нее. Она выглядела прекрасно: вздымающаяся грудь, яркие глаза и припухшие губы. Она выглядела такой… манящей. То, как она смотрела на него, очевидно желая большего, заставило его наклониться для очередного поцелуя, но шаги рядом остановили его. С разочарованным стоном он оглянулся и увидел, что к ним приближается брат. Посмотрев на нее полными тепла глазами, он взял ее руку и поднес к своим губам. — С днем рождения, Сакура! — Сакура вздрогнула от его глубокого, хриплого голоса. Отпустив ее руку, он бросил на нее последний светящийся взгляд, после чего исчез и вновь появился в саду рядом с братом. Сакура поднесла руки к губам, и на ее лице появилась безмолвная улыбка. Она не могла поверить в то, что только что сделала. Она поцеловала его. Его глаза, когда он отстранился, пробудили в ней что-то первобытное… Прислонившись спиной к дереву, она вздохнула. Может быть, ей стоит перестать плыть против течения и посмотреть, куда ее приведет река?