Броня и розовый лепесток / Of Armor in pink petals

После празднования дня рождения, время для Сакуры слилось в один нескончаемый поток. Дни сменяли друг-друга с головокружительной скоростью, унося с собой ее прежние сомнения и страхи. Она решила перестать сопротивляться неизбежному. Жизнь, словно река, несла ее своим течением, и девушка решила довериться её потоку. Вернется ли она в свое время или останется здесь навсегда — пусть будет так, как предначертано судьбой. Воспоминание о недавнем поцелуе с Тобирамой вызывали теплую волну в груди. Пусть это не совсем то, о чем она мечтала, планируя свою жизнь, но разве не в этом прелесть настоящего чуда? Принять эту мысль было нелегко. Сакура провела множество бессонных ночей, размышляя о своем прошлом, настоящем и возможном будущем. Но с каждым днем она всё яснее понимала: нельзя вечно жить на распутье, цепляясь за прошлое и страшась будущего. Глубоко вздохнув, Сакура ощутила, как тяжесть сомнений покидает ее плечи. Она решила жить здесь и сейчас, наслаждаясь каждым мгновением и каждым новым открытием. Будущее все еще оставалось неизвестным, но теперь эта неизвестность не пугала, а манила своими возможностями. Кошмары не перестали преследовать её по ночам. Образ, некогда любимой наставницы, словно хотел донести до неё что-то важное. Каждый раз сцена разворачивалась с пугающей точностью, звуки битвы, и неумолимо приближающийся финал. Но в момент, когда проигрывались последние моменты сражения, ей приходилось отворачиваться. Страх сковывал тело, парализуя волю. Голос Цунаде, пропитанный горечью и разочарованием, эхом отдавался в ее голове: Ты должна досмотреть до конца, Сакура. Только так ты сможешь понять… Но каждый раз девушка отступала, не в силах преодолеть внутренний барьер. Пробуждения были мучительными. Каждое утро Сакура садилась в постели, дрожа всем телом. Холодный пот покрывал ее кожу, а сердце билось с такой силой, словно готово было выпрыгнуть из груди. Вопросы роились в ее голове, не давая покоя. Какую истину пыталась донести до нее Цунаде через эти сны? Что такого важного она могла узнать об этой битве, чего еще не знала? Если не брать во внимание тревожные сны, то жизнь складывалась вполне благополучно. Коноха, словно магнит, притягивала внимание других кланов, жаждущих стать её частью. Воздух в деревне буквально звенел от ожидания перемен и новых возможностей. Переговоры с кланом Нара прошли на удивление гладко. Их острый ум и стратегическое мышление оказались схожими с целью основателей, что позволило им быстро найти общий язык. А вот ситуация с кланами Яманака и Акимичи оказалась куда более сложной. Мадара и Хаширама, казалось, увязли в бесконечных дискуссиях и уступках. Сакура не раз замечала, как Хаширама, выходя с очередных переговоров, устало массировал виски, а в глазах Мадары плескалось едва сдерживаемое раздражение. В конце концов, лидеру Сенджу пришлось призвать на помощь своего младшего брата. Девушка не могла не восхищаться его способностью находить компромиссы там, где, казалось, их не могло быть. Однако успехи Тобирамы имели свою цену. Сакура с грустью осознавала, что теперь видит его гораздо реже. Наблюдая за тем, как он берет на себя все больше обязанностей Хаширамы, Сакура не могла не провести параллель со своим опытом работы с Цунаде. Воспоминания о том, как она сама не раз оказывалась на месте младшего Сенджу, когда Шизуне не было рядом, вызвали у нее едва заметную улыбку. Несмотря на плотный график, Тобирама каким-то чудом всегда находил способ увидеться с Сакурой в течение дня. Он старался провожать ее на работу и вечером появлялся у дверей больницы, готовый сопроводить её домой, внимательно слушая её рассказы о прошедшем дне. Особенно Сакура ценила те редкие дни, когда Тобирама приносил ей обед. Он садился рядом, и они разговаривали, наслаждаясь минутами уединения. Но его часто вызывали лидеры кланов, и одарив её извиняющимся взглядом, ему приходилось оставлять её одну. В такие моменты девушка мысленно проклинала Хашираму и его неспособность сохранять серьезность дольше минуты, когда дело касалось деревни. С момента своего дня рождения розоволосая куноичи пыталась разобраться в своих чувствах к Нидайме. Но как понять, что между ними происходит, если у них нет возможности провести вместе больше десяти минут? Жизнь, казалось, подбрасывала ей новые варианты будущего, о которых она раньше и не задумывалась. Но чтобы разобраться в них, ей нужно было время — время наедине с беловолосым шиноби, без постоянных прерываний и спешки. Однажды Тобирама, с ноткой усталости в голосе, попросил Сакуру помочь найти его брата. Хаширама имел привычку исчезать днем, как раз когда нужно было принимать важные решения. Когда-нибудь ей придется проучить лидера Сенджу за то, что он такой лентяй. Бесконечные переговоры подрывали душевное спокойствие каждого, но особенно это отражалось на Тобираме. Сакура наблюдала, как день за днем напряжение всё глубже въедалось в черты его лица. Складка между бровями мужчины красноречиво говорила о множестве забот, а в красных глазах, обрамленных темными кругами от недосыпа, читалась борьба между волей и накопившейся усталостью. Девушка знала, что построить деревню задача не из легких, но одно дело — знать об этом из книг, и совсем другое — видеть, какой путь изматывает людей, ставших ей по настоящему близкими. Наблюдая за их усилиями, Сакура начала по новому ценить то, что имела в детстве.

***

Утреннее солнце едва озарило улицы Конохи, когда Тобирама постучал в дверь Сакуры, намереваясь прогуляться с ней до работы. Девушка появилась почти мгновенно, небрежно прикрыв за собой дверь. Сенджу заметил, что она снова не заперла её, и едва удержался от замечания. Опыт научил его, что лучше не затевать с ней спор по этому поводу, зная, что она все равно не намерена менять свою привычку не запирать дверь на ключ. Они шли рядом, их руки случайно соприкасались, вызывая у мужчины уже ставшее привычным, волнение. Он ценил комфортную тишину между ними, находя в ней успокоение. Сакура в этом плане была полной противоположностью его брата. Он наслаждался её компанией и с удовольствием беседовал с ней на разные темы в свободное время. Все чаще хотелось быть рядом с ней. Он старался не придавать этому большого значения, но после недавнего поцелуя это становилось всё труднее. Что-то изменилось, и Тобирама не мог это игнорировать. Рациональная часть его ума пыталась убедить, что Сакура просто приятное разнообразие по сравнению с вечными спорами Хаширамы и Мадары. Но глубоко внутри он понимал, что дело не только в этом. Её присутствие пробуждало в нём чувства, которые он давно считал похороненными под грузом обязанностей. Мысли о предстоящем дне, наполненном бесконечными переговорами, заставили Тобираму нахмуриться. Он не смог сдержать тихий вздох, который тут же привлёк внимание Сакуры. Она повернулась к нему и спросила: — Тобирама, ты в порядке? — Голос Сакуры вырвал его из глубин размышлений. Он остановился, встретившись с её внимательным взглядом. В его глазах мелькнуло что-то похожее на сожаление, смешанное с усталостью. Сакура, не колеблясь, положила руку на его предплечье в знак поддержки. Сенджу глубоко вздохнул, собираясь с мыслями: — Я просто хочу извиниться. Я знаю, что последние две недели был не самым приятным собеседником. — Он потер переносицу и сделал паузу, пытаясь прогнать накопившуюся усталость. — Эти бесконечные переговоры с кланами Яманака и Акимичи. Не говоря о способностях моего брата всё усложнять… Подумать только, планировать свадьбу посреди всего этого! На ее губах появилась улыбка. Она догадывалась, что его это беспокоит, но он впервые упомянул об этом и решил поделиться с ней. И как же он ошибался. Даже при своем сумасшедшем графике он выкраивал время, чтобы увидеться с ней. Для неё это было более чем достаточно. Попытавшись встретиться с ним взглядом, она тихонько рассмеялась. — Знаешь, иногда мне кажется, что Хаширама живет в каком-то своем мире, где проблемы решаются сами собой, а жизнь — это один большой праздник. — Он покачал головой, но в его голосе, несмотря на усталость, слышалась нотка теплоты. — Не пойми меня неправильно, я рад за него и Мито. Но сейчас… — Сейчас нужно сосредоточиться на создании прочного фундамента для деревни — закончила Сакура, понимающе кивая. — Именно! — Тобирама посмотрел на неё с удивлением и благодарностью. Сакура подняла руку и с забавным видом слегка коснулась красной отметины на его щеке. — А на счет извинений, я вижу тебя почти каждый день, я не могу жаловаться. — Она пожала плечами и с небольшой ухмылкой опустила руку на бок. — Только знай, что я не забыла про обещанный тобой ужин… Тобирама на мгновение замер, его взгляд следовал за удаляющейся фигурой девушки. В голове промелькнуло смутное воспоминание о каком-то обещании. Заметив его замешательство, Сакура обернулась, и их глаза встретились. Что-то щелкнуло в памяти Тобирамы, и он решительно направился к ней, сокращая расстояние между ними быстрыми шагами. Без слов, словно повинуясь какому-то внутреннему импульсу, он взял её руку в свою и продолжил идти в сторону госпиталя. Румянец мгновенно окрасил щеки Сакуры. С момента её дня рождения они часто ходили вместе, но это был первый раз, когда он взял её за руку. Воспоминание о поцелуе вспыхнуло в её памяти. Они так и не обсудили это… Но сейчас, суматоха вокруг строительства деревни, тяжелые переговоры, свадьба одного из лидеров, ей казалось, что было не время для таких разговоров. А пока, признаться, ей было приятно ощущать его сильную руку, бережно сжимающую её ладонь. Удивленные взгляды жителей деревни скользили по ним, но девушка обнаружила, что её это почти не беспокоит. Ну, может быть, самую малость, но это чувство быстро растворялось в ощущении правильности происходящего. Когда они подошли к госпиталю, Тобирама не спешил отпускать её руку. Его взгляд, задумчивый и глубокий, остановился на лице Сакуры. Она заметила, что он расправил плечи и его алые глаза блеснули, словно он принял какое-то решение и остался доволен им. Он наклонил голову и белые пряди упали ему на лоб. — Давай поужинаем сегодня вечером. — Харуно замерла, широко раскрыв глаза. Он казался таким напряженным, поэтому она хотела лишь немного отвлечь его, напомнив об ужине. Но она не собиралась подталкивать его к этому прямо сейчас. — Но ты… — Перебив её, он опустил взгляд на их руки. — Ты права. Я забыл о своем предложении, но даже учитывая всё происходящее, я думаю, нам обоим будет полезно насладиться хоть одним спокойным вечером. Разглядев решительность в его взгляде, она улыбнулась и кивнула, понимая, что спорить с ним бесполезно. Его глаза потеплели, и мужчина поднес её руку к губах для быстрого поцелуя. Спустя пару секунд он сложил дзюцу перемещения и исчез, вероятно, отправившись по делам брата. Все еще находясь возле входа в госпиталь, Сакура улыбалась. Тобирама не любил показывать свои эмоции, но с ней начал вести себя иначе. Это много значило для неё. Медленно выдохнув, Сакура вошла в больницу. Сегодня определенно будет хороший день!

***

Мысль об ужине с Сакурой витала в голове Сенджу первые пару дней, но он был так занят, что не оставалось ни сил, ни времени на это. А потом это попросту вылетело из головы. Однако теперь, когда она сама заговорила об этом, он понял — надо действовать. Она заслуживала большего, чем просто ежедневные прогулки до и после работы. Она была особенной, и он покажет ей это. Сегодня он намеревался закончить с делами пораньше, чтобы успеть закупиться всем необходимым для ужина. Непременно он захватит бутылку хорошего саке, и ухмыляясь подумал о том, что Сакура оценит этот жест. Ей не помешает выпить чашечку после тяжелого рабочего дня. С едва заметной улыбкой на лице Тобирама погрузился в работу, стараясь уладить как можно больше дел, чтобы обеспечить им спокойный вечер. Кроме того, ему предстояло еще разобраться с некоторыми вопросами связанных со свадьбой брата и Узумаки. Идея Хаширамы организовать свадьбу в разгар важных переговоров всё еще казалась Тобираме не самой удачной, но он не мог не поддержать брата в этот важный момент. Странно, но сегодня он не видел ни Хашираму, ни Мадару, что было интересно, учитывая гору работы, требующей их внимания. Пожав плечами, он продолжил свою работу. Когда последняя бумага была подписана, Тобирама встал, потягиваясь и чувствуя, как затекли мышцы от долгого сидения. Золотистые лучи заходящего солнца, пробивающиеся сквозь окно, напомнили ему, что скоро конец рабочего дня Сакуры. Улыбка непроизвольно озарила его лицо при мысли о предстоящем вечере. Повернувшись к выходу, Тобирама неожиданно столкнулся с Мито. Будущая невеста его брата, очевидно спешившая по своим делам, едва не потеряла равновесие от столкновения. Он инстинктивно подхватил её за плечи, помогая устоять на ногах. Осознав, что продолжает улыбаться, Сенджу постарался вернуть себе привычное выражение лица. — Вот уж не думала, что забота о делах брата сделает тебя таким счастливым… Или причина кроется в чем-то другом? — Просто хороший день. Извини, но у меня есть дела. — Кивнув ей, он продолжил свой путь. — Собираешься на встречу с Сакурой? — Мито хитро прищурилась. Тобирама замер и почувствовал, как румянец окрашивает его скулы. — Сегодня я ходила в госпиталь, навестить Сакуру, и до меня дошли некоторые слухи. Но не волнуйся, я никому ничего не скажу, пока вы сами не захотите поделиться со всеми. Еще раз кивнув ей, Сенджу ушел. Ему совсем не хотелось обсуждать их отношения с кем бы то ни было, к тому же ему еще нужно было спланировать ужин.

***

День Сакуры выдался, мягко говоря, изнурительным. Казалось, всё шло наперекосяк: бесконечный поток пациентов с травмами, горы бумажной работы, грубые посетители. Дети решили потренироваться на деревьях и сломали руку или ногу. Вишенкой на торте стала экстренная операция, из-за которой она задержалась на работе на два часа дольше обычного. Выйдя из госпиталя, Сакура машинально повернулась к месту, где обычно ждал Тобирама. Его отсутствие кольнуло разочарованием. Харуно вздохнула и устало потерла лицо. Она не могла винить его, вероятно, он устал и не стал дожидаться ее. К тому же, девушка знала, что он не самый терпеливый человек… По пути домой мысли Сакуры вернулись к неприятному эпизоду с пациентом из клана Учиха. Его навязчивые вопросы о её семейном положении и непристойные намёки вызвали волну раздражения. Когда она ответила, что это не его дело, мужчина надулся и проворчал что-то о том, что эти проклятые Сенджу держат женщин при себе. Затем он начал говорить о том, что она узнает каким бывает настоящий мужчина, если даст ему шанс. Ситуацию усугубило то, что он попытался коснуться её бедра. Будучи и без того не в лучшем настроении, она потеряла терпение и чуть не сломала ему руку. Под конец дня она встретилась с Изуной и рассказала об инциденте с Учихой. Он разозлился и пообещал, что разберется с этим. Хотя часть её хотела обратиться напрямую к Мадаре, Сакура понимала, что у лидера клана сейчас хватает забот и без этого. Но, ради всего святого, кто-то должен был научить этого мужчину, как обращаться с женщинами! Погружённая в размышления, Сакура не заметила, как оказалась у своего дома. Внезапный порыв ветра заставил её обернуться, и её сердце подпрыгнуло: Тобирама стоял позади неё, держа пакеты с продуктами. Усталость моментально отступила, сменившись теплом и радостью. Он не просто не забыл о ней — он принёс ужин к ней домой. Тобирама, заметив её измождённый вид, шагнул вперёд. Увидев, как засветилось лицо Сакуры, он почувствовал укол вины за своё опоздание. — Прости, меня задержали на рынке. — Начал он, стараясь объяснить причину опоздания. Он не стал вдаваться в подробности о внезапном появлении Хаширамы и его бесконечных вопросах о работе. Тобирама был благодарен брату за понимание, когда он намекнул на свои планы на вечер. — Я подумал, что после тяжёлого дня тебе не захочется никуда выходить. — Добавил он мягко, поднимая пакеты. — Надеюсь, ты не против домашнего ужина? — Это самая лучшая идея, которую я слышала за весь день. — Ответила она с искренней улыбкой, открывая дверь и приглашая Тобираму внутрь. Сакуре было очень любопытно, что же находится в этих пакетах, но, почувствовав запах антисептика на своей одежде, она решила пойти и переодеться. — Я скоро вернусь, мне нужно переодеться. Кивнув, Сенджу стал распаковывать покупки.

***

Как только за ней закрылась дверь спальни, на лице Тобирамы появилась торжествующая ухмылка. Он знал, что она устала, и был уверен, что она предпочтет остаться дома. Ужин, что он собирался приготовить, был довольно простым. У него была курица, рис и овощи, но секрет вкусного и простого ужина заключался в соусе. Добравшись до кухни, он достал из кухонного шкафа все необходимое и заправил курицу, приправив её. Затем выложил её на сковороду, моментально наполнившую кухню дразнящим ароматом. Взяв острый нож, он принялся за овощи, нарезая их с отточенной точностью и ритмичностью. Когда Сакура наконец вышла из спальни, он обернулся к ней, приподняв бровь. Он молча ждал, пока она справится с удивлением. Она указала рукой на наполовину приготовленное блюдо. — Я и не знала, что ты умеешь готовить. — Произнесла она с ноткой восхищения в голосе. — А ты никогда не спрашивала. — Ответил Сенджу с легкой усмешкой. Она пожала плечами признавая правоту его слов. Взгляд Тобирамы скользнул по её фигуре, отмечая, что на ней снова были его брюки, слегка великоватые, но от этого не менее привлекательные, и рубашка без рукавов, мягко облегающая изгибы её тела. Воспоминания о тех же изгибах, увиденных несколько недель назад, вспыхнули в его сознании, заставляя сердце биться чаще. Он поспешил вернуться к готовке, пытаясь прогнать соблазнительные образы в своей голове. Сакура продолжила наблюдать за тем, как ловко он орудует приборами. Она подошла ближе и ловким прыжком устроилась на кухонном блоке. Глядя на него через плечо, Сакура ощущала, как ей повезло. Этот мужчина был гораздо многогранен, чем просто легендарная фигура, чье лицо было высечено на скале в её временном измерении. Здесь и сейчас она видела его настоящего…

***

Тобирама продолжил готовить, чувствуя на себе ее изучающий взгляд, и он бы солгал, если бы сказал, что ему это не нравилось. В этот момент он чувствовал себя, словно он наконец-то вернулся домой. Такое чужое, давно позабытое чувство. Это было трудно объяснить… В животе Сакуры громко заурчало, и он остановил свой взгляд на ней. Увидев её смущение, он не смог удержаться от легкой усмешки. — Это не смешно. У меня был очень тяжелый день и я почти ничего не ела… Чем ты заправил курицу? Пахнет очень вкусно — Он пожал плечами и повернулся к ней всем телом. — Некоторыми специями. Она выгнула бровь, но он не стал отвечать на её вопрос. Вместо этого предпочел наслаждаться тем, как поджались её губы, когда она надулась. С легкой улыбкой на губах Тобирама пошел к пакетам с покупками, лежавшим на столе в гостиной. Достав из них бутылку саке, вернулся на кухню и достав со шкафа чашку, налил в неё немного прозрачного алкоголя. Он приблизился к Сакуре, которая все еще сидела на кухонном блоке и остановился перед ней. Когда он шагнул вперед, она почувствовала, как его ноги соприкоснулись со внутренней стороной её бедер. Это прикосновение распространилось по венам Сенджу подобно опасному, но манящему пламени. Он сглотнул, пытаясь сохранить самообладание, но ее близость уже начала затуманивать его разум. Он был высоким. Учитывая то, что она сидела на столешнице гарнитура, он все равно был выше её на голову. Ей пришлось наклониться назад, чтобы получше рассмотреть его. Она шумно выдохнула оказавшись под пристальным взглядом его багровых глаз. Не сводя с неё взгляда, он протянул ей чашку, и она улыбнулась, почувствовав знакомый аромат. Сакура поднесла чашку к губам и сделала глоток. Его глаза неотрывно следили за каждым её движением и задержались на её губах… Она думала, что вот сейчас он отвернется и вернется к готовке, но он так и остался стоять, возвышаясь над ней, подавляя её своим близким присутствием. Не то чтобы она возражала. Это было… волнующе. Сделав второй глоток, она подняла на него глаза. — Ты не будешь? — Тобирама молча покачал головой, будучи не уверенным в своем голосе. Испугался, что он выдаст его с потрохами. А она тем временем поднесла чашку еще ближе. — Совсем нет? Ты выглядишь так, словно нуждаешься в нем куда больше, чем я. Он наклонился к ней еще ближе, и она почувствовала тепло, исходящее от его рельефной груди, а прядь белых волос защекотала ее лоб. Она затаила дыхание, когда он взял чашку из её рук и сделал глоток, не сводя с неё глаз. От того, как он это сделал, у неё свело между ног. Горящие багровые глаза оставляли на её коже отпечатки пламени. Она замерла, чувствуя как густо краснеет. Как такое простое действие смогло пробудить в ней такие чувства? Мужчина вернул чашку в её руки, не забыв прикоснуться к её маленькой ладошке. Он смотрел на неё хитро прищурившись, а на его губах красовалась усмешка. Заправив прядь розовых волос ей за ухо, он сделал шаг назад и вернулся к плите. Сакура выдохнула и, широко раскрыв глаза, уставилась на его спину… На его широкие плечи и мускулистую фигуру. Он не должен так на меня влиять, подумала она, но жар, разливающийся по телу, говорил об обратном. Сделав несколько глубоких вдохов, чтобы успокоить бешено колотящееся сердце, она мягко соскользнула со столешницы. Пытаясь отвлечься, она начала доставать тарелки с верхних полок. Поставив их рядом с Тобирамой, она не заметила его внимательного взгляда, скользнувшего по её лицу. Наблюдая за ней краем глаза, Сенджу улыбнулся про себя. Румянец все еще окрашивал её щеки, и он точно знал, где блуждали её мысли… Потому что сам думал о том же, что и она. В моменте было бы так просто наклониться и поцеловать её, но Тобирама сдержался, наслаждаясь её реакцией на его близость. Она так отзывалась даже на его мимолетные прикосновения, и он получил ответ на некоторые вопросы, которые давно его мучили. Привлекал ли он её? Хочет ли она развивать связь образовавшуюся между ними? Он хотел убедиться, что тот поцелуй на её дне рождении не был просто минутной слабостью, о которой она сожалела. И сейчас, глядя на её раскрасневшиеся щеки, он понял — она ни о чем не жалеет. Как и он сам. Тобирама ловко вынул золотистую курицу из сковороды, источавшую аппетитный аромат. Он аккуратно разложил еду по тарелкам, добавив гарнир из овощей и риса, создавая настоящее произведение кулинарного искусства. Быстро заварив ароматный зеленый чай, он принес все на стол, поставив тарелку перед Сакурой. Глаза Сакуры расширились при виде красочного блюда. — Итадакимасу! — Произнесла она с благодарностью, и взяла палочки. Первый же кусочек курицы взорвался во рту симфонией вкусов — сочное мясо, пропитанное пряными специями, таяло на языке. Девушка невольно закрыла глаза, наслаждаясь каждым оттенком вкуса. Из ее уст вырвался тихий стон удовольствия. — Это невероятно вкусно! — Выдохнула она, открыв глаза. Тобирама на секунду замер. Выражение чистого удовольствия на лице Сакуры, её закрытые глаза и этот стон, пробудили в нем не совсем невинные помыслы. Он попытался проглотить кусок, но поперхнулся, тихо откашлявшись, чтобы не привлекать внимания. До конца ужина Тобирама не мог оторвать взгляд от ее губ. Мягкие, слегка припухшие от горячей еды, они притягивали его внимание, когда она нежно обхватывала палочки или когда по ним скользил кончик языка, слизывающий капельку соуса. Жар, не имеющий ничего общего с острыми специями, разливался по его телу. Стремясь отвлечься от опасных мыслей, Тобирама сделал глоток чая и поймал взгляд Сакуры. — Расскажи мне больше о себе. — Попросил он. Харуно, уже поднося ко рту очередной кусочек курицы, замерла: — Обо мне? — Переспросила она удивленно, возвращая еду в тарелку. — Да вроде особо и нечего рассказывать… Ничего такого, чего бы вы уже не знали. Я ниндзя-медик, была в команде с двумя сильнейшими шиноби, прошла войну… Тобирама потянулся к ее тарелке, взял кусочек курицы и аккуратно разрезал его. — Нет, я хочу узнать о тебе как о человеке. О твоей семье… Почему ты вообще решила стать целительницей? Сакура на мгновение замолчала, изучая его взглядом. Затем, осознав искренность его интереса, она немного расслабилась и улыбнулась, готовая поделиться своей историей.​​​​​​​​​​​​​​​​ — Знаешь, никто никогда не задавал мне такой вопрос. Обычно меня спрашивали, какого это быть в команде с Наруто и Саске, какого это иметь такую наставницу как Цунаде… Тобирама нахмурился, понимая, что люди часто не замечали личных достижений Сакуры за тенью ее знаменитых товарищей. Он хотел сменить тему, чтобы не причинять ей дискомфорт, но Сакура удивила его. — Итак, с чего бы мне начать… Она в общих чертах рассказала ему о своей семье, о том, откуда они родом, как она росла с ними и о том, что ее родители сначала были против ее решения, стать куноичи, но в конце концов свыклись и даже поддержали. Она поведала о первой серьезной миссии их команды, осторожно избегая деталей, которые могли бы выдать ее происхождение из будущего. Она уже говорила с ним о Саске, когда только пришла в лагерь Сенджу, но в этот раз постаралась объяснить ему, что это была детская влюбленность и то, какой глупой она была. Она рассказала, как Саске покинул деревню став нукенином, как Наруто ушел тренироваться на долгие два года, как Какаши отстранился, перестав её тренировать… О том, как пыталась убить Саске самостоятельно и что потерпела неудачу. Тобирама вспомнил их разговор случившийся несколько месяцев назад и понял, что именно тот товарищ по команде, в которого она была влюблена, сказал ей, что она слабая и раздражающая. Теперь зная всё, что с ней произошло, кусочки головоломки складывались в единое целое, и его восхищение Сакурой росло с каждым её словом. Она была сильной. Такой сильной. — Наверное, можно сказать, что я стала такой, какая я есть, благодаря ему. — Неожиданно сказала Сакура. Тобирама напрягся, но Сакура, заметив его реакцию, мягко коснулась его руки. — Я не приписываю ему заслугу в том, кем я стала. — Пояснила она. — Просто если бы он не ушел, возможно, я бы никогда не стремилась стать сильнее. — Ее изумрудные глаза встретились с его взглядом, полные решимости и уверенности. Откинувшись назад, она выдохнула и наклонила голову. — Я так устала быть в их тени — Продолжила Сакура. — Это дало мне стимул доказать, что я могу быть им равной. — Она рассмеялась. — Тренировки у Цунаде были очень сложными, но если можно было бы повернуть время вспять, я бы повторила их не задумываясь. Сакура замолчала, глядя на свои руки, а Сенджу гадал, о чем она думает сейчас. — Знаешь, я рада, что стала той, кто я есть сейчас. После войны я наконец-то почувствовала, что достигла их уровня. Хотя теперь это уже не имеет большого значения, ведь они оба погибли… — Ее голос дрогнул, но она продолжила: — Отвечая на твой вопрос, я делаю то, что делаю сейчас, потому что мне нравится думать, что я что-то меняю. Спасая жизни, я сохраняю семьи, позволяю детям расти вместе с родителями… Тобирама заметил, как в ее изумрудных глазах отразились сильные эмоции. — Война заставила меня взглянуть на вещи иначе. — Продолжила Сакура. — Мы слишком часто принимаем все как должное. Для меня это был тревожный звонок. Я поняла, что нет ничего ценнее жизни, независимо от того, чья это жизнь. Тобирама был поражен. Понимание того, откуда она пришла и почему так трепетно относится к спасению жизней, было больше, чем он когда-либо мог ожидать. Видеть, как она сохраняет надежду для всех, даже после всего пережитого, было поистине вдохновляюще. Он был удивлен легкости, с которой она открылась ему — не Мадаре, а ему, Тобираме Сенджу. Это доверие наполняло его теплом. После продолжительного молчания Тобирамы Сакура почувствовала неловкость. Она не хотела вываливать на него всё так, тем более сегодня. Но он смотрел на неё с такой нежностью и теплотой в глазах, что это вызывало у неё ответную реакцию. Она и подумать не могла, что он может быть таким. Когда-то она надеялась, что Саске будет смотреть на нее именно так. Сейчас же на неё смотрел так сам Нидайме. Она нервно рассмеялась. Вероятно она в самом деле загрузила его. — Прости, если я слишком много болтаю, это довольно длинная и запутанная история… — Вовсе нет. Спасибо, что поделилась. Я действительно это ценю. — Он улыбнулся ей, собрал посуду и направился на кухню, чтобы дать Сакуре время перевести дух. Он понял, что после такого эмоционального рассказа ей нужно время. Поэтому он принялся мыть посуду. К его удивлению, Сакура последовала за ним и начала вытирать вымытые тарелки. Их локти несколько раз соприкоснулись, и она снова встретилась с его глазами, чтобы увидеть то же тепло. Улыбаясь ему, она игриво толкнула его бедром. Его приятный бархатистый смех разнесся по комнате. И этот звук удивительным образом отозвался в ее груди. Закончив с посудой, Сакура повернулась к нему. — Теперь твоя очередь. Что сделало тебя… тобой? Тобирама снова рассмеялся, скрестив руки на груди и опершись о стойку. — Ты можешь быть более конкретной? — Как ты стал тем, кто ты есть? Какова твоя история? — Уточнила Сакура, вытирая руки. — Моя история не сильно отличается от историй других жителей этой деревни. — Ответил он с легкой ухмылкой. Сакура приподняла бровь, явно не удовлетворенная таким ответом. — Тобирама, я рассказала тебе свою историю, а ты должен рассказать мне свою. — Она решила сыграть на его чувстве долга: — Джентльмен поделится своей историей после… Ее слова замерли на губах, когда она увидела, как изменилось выражение его лица. Тобирама смотрел на нее серьезно, но в его глазах появился опасный блеск, а на губах играла хищная ухмылка. Он медленно двинулся к ней, и Сакура отступила назад, пока не уперлась поясницей в прилавок. Он положил руки на стойку по обе стороны от её тела, заключая девушку в ловушку. Сенджу наклонился к ней, она почувствовала его теплое дыхание на своем лице и увидела различные оттенки красного в его радужной оболочке. — Не знаю, как мне относиться к тому, что ты критикуешь мои манеры с тех пор, как мы познакомились… — От его низкого голоса по ее позвоночнику пробежала дрожь, и он заметил мурашки на открытых участках ее кожи. Воздух между ними словно электризовался. Девушка поняла, что её тянет к нему. Склонившись ближе, он приблизил свои губы к ее уху, и она ощутила легкое прикосновение его дыхания к своему плечу. Ее сердце готово было выпрыгнуть из груди. — Я джентльмен, и ты сразу заметишь, когда это изменится. — Его губы коснулись пульсирующей точки на ее шее, и она закрыла глаза полностью отдаваясь ощущениям. Она не могла понять, размеренно ли она дышала или нет, но её сердце колотилось просто бешено. Его слова обеспокоили её. Что он имел ввиду? Ты знаешь, что он имел в виду, Сакура… Сейчас ей хотелось, чтобы он поцеловал её, как в день её рождения, но он медленно отстранился и сделал шаг назад, оставив её перевести дыхание, но продолжая смотреть на неё горящими глазами. Тобирама понял, что его слова попали в точку, стоило ему посмотреть на неё. В глубине ее изумрудных глаз он рассмотрел: смесь желания и нежности, и его тело моментально отреагировало. Он мысленно выругался, осознавая, что чем больше он дразнит её, тем больше изводит себя. Взяв её за руку, он прошел к задней части дома. Они сели на ступеньки заднего крыльца. Сакура все еще была немного ошеломлена произошедшим и молча следовала за ним. — Я могу рассказать тебе основные моменты. — Нарушил тишину Тобирама. — Что? О! Да, конечно, я бы хотела послушать. — Сакура моргнула, возвращаясь в реальность. Она устроилась поудобнее рядом с ним, положив локоть на колено и подперев голову рукой. Он начал рассказ о своем детстве, о смерти братьев, о характере отца и его суровом воспитании, о постоянной войне, о том, как он убил своего первого противника, когда ему было всего шесть лет, о том, как он узнал о встречах Хаширамы и Мадары, о том, как отец умер, а Хаширама занял место лидера. Затем он рассказал о некоторых дзюцу, над которыми работал, и это вызвало у неё улыбку, поскольку она уже знала некоторые из них и то, как их будут преподавать в будущей академии ниндзя. Внезапно ее осенило, и она бросила на него вопросительный взгляд. — Как поживает ваша мать? Вы не упоминали о ней… Взгляд Тобирамы стал отстраненным, словно он погрузился в воспоминания. Младший Сенджу никогда не говорил о своей матери, потому что даже спустя столько лет он скучал по ней. Он знал, что его отец должен был относиться к ней лучше, но вместо этого он решил сосредоточится на глупой войне. Эта тема вынуждала его чувствовать себя уязвимым. Они с Хаширамой негласно договорились не касаться этой темы. Но после откровенности Сакуры он чувствовал, что должен ответить. И, что удивительно, он хотел этого. Чтобы сохранить память о ней… и потому что он рассказывал это именно Сакуре. Тобирама почувствовал, как внутри него рушится стена. — Моя мать была удивительной женщиной. — Наконец произнес он. — Красивая, заботливая и мудрая. Она всегда помогала всем и всегда поддерживала моего отца, даже когда он вел себя неразумно. Именно ей принадлежала идея заключить союз с Учихами. — Что с ней случилось? — Тихо спросила Сакура. Тобирама нахмурился. — Она умерла, когда мы были совсем маленькими. Ее здоровье всегда было хрупким. Он помолчал, затем добавил: — Я бы хотел, чтобы она увидела, чего мы добились… Чего ты помогла нам добиться. — На его губах появилась едва заметная улыбка. — Ты бы ей точно понравилась. Щеки Сакуры залил румянец. Это было неожиданно. — Почему? — Удивленно спросила она. — Потому что ты не боишься меня отчитывать. — Усмехнулся Тобирама. Сакура игриво толкнула его и он охнул, словно ему причинили боль. Она рассмеялась, и Тобирама, улыбаясь, протянул руку, заправляя прядь ее розовых волос за ухо. Смех Сакуры стих, но в глазах осталось веселье. — Кто-то же должен это делать. — Поддразнила она. Тобирама посмотрел на нее с нечитаемым выражением и хмыкнул. Сакура откинулась назад, глядя на звезды, и глубоко вздохнула. Она чувствовала себя расслабленно и умиротворенно. — Спасибо тебе за это. За ужин и всё остальное… Я очень ценю это. — Не за что. — Ответил Тобирама, любуясь её профилем в лунном свете. Они сидели в уютной тишине, наслаждаясь компанией друг друга и красотой ночного неба.​​​​​​​​​​​​​​​​ Он был замечательным, и она поражалась тому, каким человеком он смог стать, несмотря на всё, что ему пришлось пережить. Неосознанно Сакура начала выводить большим пальцем круги на его запястье. Он не был тактильным, но с ней всё ощущалось по другому. Наступило лето, но ночи все еще оставались прохладными. Сакура вздрогнула от порыва ветра. Отпустив ее руку, Тобирама обхватил ее за плечи, притягивая ближе к себе. Сакура с удовольствием прижалась к нему. Улыбаясь, она подняла на него взгляд, и в ее глазах засияли звезды. Видя ее умиротворенной и счастливой, Тобирама хотел только одного — чтобы время остановилось. Приблизив голову, он уперся лбом в ее лоб, губы находились на расстоянии дюйма друг от друга. Закрыв глаза, она затаила дыхание, когда его рука коснулась кожи на ее талии, где задралась рубашка. Сократив расстояние, Тобирама нежно прикоснулся губами к ее губам. Этот поцелуй не имел ничего общего с тем, который они разделили несколько недель назад. Он был мягким и неторопливым. Ее рука нашла его шею, и она наслаждалась ощущением его теплого тела рядом с собой. Через мгновение он отстранился, смотря ей в глаза, и с едва заметной нежностью поцеловал ромб на ее лбу, прежде чем снова прижать к себе. Сегодняшний вечер оказался далеко не таким, как она ожидала. Ужин был потрясающим. Она чувствовала заботу. Он был внимателен к ней, когда она рассказывала о себе, интересовался тем, что делает ее такой, какая она есть сейчас, и даже флиртовал с ней, но не переходил границ. Она не могла и дальше отрицать, что он нравился ей как мужчина. Его появление в её жизни ощущалось глотком свежего воздуха после столь долгого пребывания под водой. Всего один ужин, а они уже так сблизились. Они пролежали так некоторое время, и в какой-то момент Тобирама увидел, как она опустила голову ему на плечо, и почувствовал ее медленное и ровное дыхание. Она заснула. Взяв ее за плечо, он осторожно разбудил ее. — Сакура, я думаю, мне пора идти. Усталые глаза посмотрели на него, и она кивнула. Она медленно поднялась на ноги и потянулась, когда он встал рядом с ней. Положив руку ей на спину, он помог ей вернуться в дом. Она проводила его до входной двери и, признаться, не хотела, чтобы он уходил… Взяв ее лицо в свои руки, он наклонился и поцеловал ее в губы. — Увидимся завтра утром. - Кивнув, она проводила его взглядом, пока он не сложил знакомые печати и не исчез в темноте ночи.

***

Закрыв за собой дверь, Сакура мечтательно улыбнулась. За все время пребывания в этом временном пространстве, она и подумать не могла, что окажется здесь, в своей деревне, и будет симпатизировать Нидайме. В последнее время он вел себя с ней совершенно иначе. Он проверял ее способность сопротивляться его близости… и это было захватывающе. Нет, это было безумием, но почему-то ей это нравилось. Ужин прошел замечательно, и девушка удивилась, как сильно он открылся ей. Она тоже была честна с ним, когда рассказывала о своем прошлом. Но не полностью… Мысли об этом вызывали лёгкое беспокойство. Ей придётся рассказать ему всю правду о своём прошлом. Но не сейчас… С учётом всего происходящего, казалось, что сейчас не самое подходящее время. Да и будет ли вообще когда-нибудь подходящее время для этого?..