Глава 2: Гости
9 апреля 2023 г., 15:00
***
После того как Алекс поднялся по лестнице, Камилла повернулась к Генри и сказала: — Не могу поверить, что твой сын так поступил. — Почему, когда Алекс делает что-то запрещённое, он внезапно становится «моим ребенком», а когда делает что-то впечатляющее, он становится «твоим ребенком»? — усмехаясь поинтересовался Генри. — Хм-ф… После десяти лет брака иногда кажется, что ты меня совсем не знаешь, — заметила Камилла. — Да куда уж мне, — пробормотал себе под нос Генри. Как раз когда Камилла готовилась ответить, в столовой внезапно с хлопком появился маленький эльф с большими зелёными глазами и поникшими ушами, одетый в белую тогу с гербом семьи Фоули — ястребом, окружённым звездами. — Мать хозяина Генри прибыла и ждёт в холле, — пропищала эльфийка высоким голосом. — Спасибо за сообщение, Лола, — ответил Генри. — Твоя мать должна была прийти только в полдень, — со вздохом сказала Камилла, когда эльф с хлопком исчез. — Я знаю, — отозвался Генри, — но ей, наверное, не терпелось увидеть Алекса в его день рождения. Она уже намекала, что хотела бы проводить с ним больше времени и заняться его начальным образованием. С тех пор как Пожиратели смерти убили моего отца во время войны, ей стало одиноко в доме, и к тому же мой брат так занят на своём корабле, что редко навещает её. — Я знаю, знаю. Но если она думает, что обучение Алекса займёт у неё много времени, то она недооценивает его интеллект. Он уже читает, умеет писать и знает цифры. Он всё схватывает так быстро, что это почти неестественно. — Даже если ей не придётся многому его учить, Алексу будет полезно погостить у неё. Наверху, в своей комнате, Алекс и не подозревал, что его родители решают, как он проведёт следующие несколько месяцев.***
Через некоторое время я вновь спустился в гостиную, где застал бабушку, пьющую чай в компании родителей. Я с трудом смог оторвать взгляд от огромной бордовой бабушкиной шляпы с изображением ястреба, который, казалось, пристально смотрел на меня. «Не смотри на меня так, большая глупая птица, — думал я, — не я вплёл тебя в это чудовище». После того как я поприветствовал бабушку, родители усадили меня за стол и продолжили обсуждать последние события. Когда скука стала невыносимой, из массивного чёрного шкафа высотой более девяти футов послышался громкий стук. Через мгновение дверца шкафа внезапно открылась, и комнату наполнил солёный запах океана. В комнату вошёл высокий мужчина с волосами цвета воронова крыла в длинном чёрном плаще. За ним следовала египтянка с длинными ниспадающими тёмными волосами, одетая в чёрное платье без рукавов. На руках у нее были браслеты в виде золотых змей. — Мы не опоздали на вечеринку? — пророкотал мужчина. — Джон, Нефрет, я так рада, что вы смогли прийти, а где маленький Омар? — Камилла поднялась им навстречу с улыбкой на лице. — Омар не смог приехать, — ответила Нефрет, покачав головой. — Мой отец взял его с собой в путешествие в Южную Америку, и они ещё не вернулись домой. — А где же маленький волшебник? Недавно в Штатах я узнал об одном интересном обычае. Он связан с тем, что на именинника объявляется охота, — перебил Джон и демонстративно обвёл взглядом комнату. — Тебе никогда не поймать меня живым, старый пират! — закричал я и, улыбаясь, выбежал из комнаты. — Он только что назвал меня старым? — Джон недоверчиво посмотрел на брата, а затем выхватил свою палочку и пустился в погоню, крича при этом: — Этого я не потерплю: называть лихого молодого пирата-волшебника стариком! Когда я, проскочив гостиную и столовую, выбежал на кухню, дядя Джон догнал меня, и я бросился к лестнице, ведущей в подвал. — О нет, не удерёшь, сопляк! — выкрикнул дядя Джон. Он взмахнул своей палочкой, и я внезапно взмыл в воздух. С довольным выражением лица он вернулся в гостиную, а я парил позади него. Оказавшись в гостиной, я умоляюще посмотрел на папу, чтобы он вмешался. Блеск в его глазах ясно показал мне, что настало время расплаты за мою утреннюю попытку перевести на него стрелки, и он не будет вмешиваться. Пока я беспомощно парил перед остальными членами моей семьи, дядя Джон размышлял вслух: — Какое же заклинание больше всего подойдёт для нашего именинника? — Есть заклинание щекотки, а я точно знаю, что Алекс очень боится щекотки, — вступил в разговор папа со зловещими искорками в глазах. Я бросил на отца смертельный взгляд, обещающий расплату за это жестокое предательство. Чувствуя, что дядя Джон готов действовать, я попытался попросить пощады у мамы. — Ну, это иностранная традиция, — усмехнулась она, — а ты знаешь, что я люблю узнавать о других культурах. Дядя Джон с улыбкой Чеширского кота направил на меня свою палочку и произнёс: — Риктусемпра. Из его палочки вырвалась серебристая вспышка света и ударила в меня. Не имея возможности двигаться в воздухе, я безудержно смеялся, пока заклинание щекотало всё моё тело. Через несколько минут у меня по лицу потекли слёзы, я хаотично задёргался, а затем закричал: — Хватит! — и почувствовал, как энергия переполнила меня изнутри и вырвалась наружу. Внезапно действие заклинания щекотки закончилось, как и заклинания, удерживающего меня в воздухе, и я с грохотом рухнул на пол. Переведя дыхание, я поднялся и с достоинством отряхнулся. Оглядев комнату, я побрёл искать убежища у бабушки. Я забрался к ней на колени, и её руки обхватили меня, защищая. Я посмотрел на свою потерявшую дар речи семью и высунул язык. — Какой впечатляющий стихийный выброс! — восхищённо сказал дядя Джон. — Скоро появится ещё один сильный волшебник Фоули. Мама умилилась похвале дяди, записав мой всплеск магии на свой счёт, и похвасталась: — Это ещё ничего, ведь буквально на днях мой сын сварил зелье без чьей-либо помощи. — Полагаю, Алекс — наш сын, — вмешался Генри, пытаясь напомнить Камилле, что тоже имеет отношение к моим подвигам. — Хм, — Камилла быстро повернулась, взмахнув волосами, и с вызовом бросила: — О, и кто в этом доме главный зельевар? Как только он начнёт зачаровывать предметы и взрывать вещи, сможешь приписать это себе. Мой отец заметно сдулся от её слов, уступив в битве. Я наблюдал за их перепалкой, на моих губах заиграла улыбка, и я подумал: «Кому нужен телевизор, когда в семье так весело?» Когда мама перестала дразнить папу, Нефрет спросила, тщательно выговаривая английские слова: — Когда Алекс пойдёт в школу? — Надеюсь, скоро, — оживился я, не скрывая своего нетерпения. — Не скоро, — покачал головой отец. — Хогвартс не принимает учеников младше одиннадцати лет. Он должен поступить в тысяча девятьсот восемьдесят девятом году; если бы он родился на три дня раньше, то смог бы поступить в восемьдесят восьмом. Когда я услышал, что пройдёт почти семь лет, а не шесть до поступления в Хогвартс, я с обидой посмотрел на маму. Мама увидела моё выражение лица и рассмеялась: — Не смотри на меня так; ты должен был родиться двадцать пятого августа. Это ты решил не торопиться, так что обижайся на себя. — Не волнуйся, малыш, — сказал дядя Джон, ощутив моё возмущение. — Время пролетит быстрее, чем ты думаешь. У меня есть кое-что, что тебя отвлечёт. Я жадно уставился на дядю Джона, пока он расстегивал свой кожаный плащ и демонстративно засовывал руку во внутренний карман. Его рука, как по волшебству, скрылась в маленьком кармане по самое плечо, и я рассмеялся. — Я помню, что положил его сюда, — заявил дядя. — А, вот оно, — и вытащил нечто, похожее на чёрный камень размером с половину футбольного мяча. — Угадай, что это, — потребовал он, бросив мне камень. Я его поймал и сразу заметил, что он тёплый. Рассмотрев камень поближе, я увидел на его поверхности странные геометрические узоры. — Для чего этот камень? — спросил я. — Это не камень, это яйцо ламассу — вмешалась тетя Нефрет. Она протянула мне книгу и сказала: — Я думаю, она тебе пригодится. Я прочитал название на обложке: «Фантастические твари и места их обитания». Под обложкой нашлось много изображений волшебных существ, которые перемещались по книге, как им вздумается. — Это безопасно? — с тревогой спросила мама. — Конечно, — ответил дядя Джон. — Ламассу привязывается к тому, кого увидит первым, и считает его своим родственником. Они становятся опасными, только если что-то угрожает их семье. — Это законно? — прищурившись, резко спросил папа. — Конечно, — вскинулся дядя Джон и как можно более невинно продолжил: — Я бы никогда не нарушил ни одного из тех строгих и ненужных законов, которые Министерство навязывает волшебному миру. — Джо-о-он, — строго и недоверчиво протянул папа. Дядя Джон достал документ и, размахивая им, как белым флагом, сказал: — Хорошо, вот разрешение на ввоз ламассу в страну. Это было нелегко, но Амос Диггори — мой старый друг, он работает в Департаменте регулирования и контроля магических зверей. — Значит, я могу оставить яйцо себе? — с улыбкой спросил я. Мои родители молча переглянулись. С покорностью в голосе мама ответила: — Да, но заботиться о нём будешь ты; мы не станем тебе помогать. — Не волнуйтесь, вам и не придётся, — поспешил заверить я, всё так же широко улыбаясь. Некоторое время я молча наблюдал за яйцом, ожидая, что из него вот-вот кто-то вылупится, а затем спросил у дяди Джона: — Оно не могло испортиться? — Ламассу вылупляются только ночью, когда нет лунного света, — ответил он. Сейчас мне как никогда не хватало информации из Интернета, которая раньше была у меня под рукой. Как люди получали ответы на неожиданные вопросы до появления интернета? — Тебе повезло, что сегодня вечером будет новолуние, — утешила меня бабушка. — Может быть, пока отнесёшь яйцо в свою комнату? — предложил папа. Я встал и поспешил наверх. Войдя в свою комнату, я осторожно положил яйцо на подушку и, убедившись, что оно не скатится с кровати, вернулся в гостиную. Там меня ждали ещё несколько подарков. Я посмотрел на родителей, они одобрительно кивнули, и я набросился на нарядную горку, как это умеют только дети. Решив идти от меньшего к большему, я схватил самый маленький подарок. Под упаковкой нашёлся маленький блокнот в синем кожаном переплёте, с моим именем, отпечатанным в верхней части обложки. Когда я поднял глаза, папа объяснил: — На нём чары, скрывающие его содержимое, так что никто не сможет прочитать, что ты напишешь. — Спасибо, пап, — я подбежал к нему, обнял и прошептал: — Это пригодится, чтобы хранить секреты от кого-то любопытного, — при этом я старательно не смотрел в сторону мамы. — Эй, я бы никогда не стала читать твой дневник, — возмущённо ответила мама и тут же сменила тему: — Давай, открывай мой. Она направила свою палочку на подарок размером с книгу и взмахнула ею в мою сторону. Подарок в красной упаковке полетел в меня, я быстро поднял руку и поймал его, прежде чем он снёс мне голову. Подарок, казалось, дрожал в моей руке, как будто не мог дождаться, пока я его разверну. Я бросил недовольный взгляд на маму за то, что она чуть не лишила меня головы, и сорвал упаковку. У меня в руках оказалась книга «Основы зельеварения». — Это рукописная книга, — ласково объяснила мама. — Мне удалось уговорить кого-то особенного написать её. Николаса Фламеля. Я не мог выразить словами, как много для меня значит, что автор книги — Николас Фламель. Я с восторгом листал страницы, исписанные одним из самых известных волшебников в мире. Фламелю было более шестисот лет, и считалось, что он обрёл бессмертие благодаря созданию философского камня. Громкий свист вывел меня из задумчивости. — Как ты уговорила его написать эту книгу для Алекса? — воскликнул дядя Джон. — Я не раз говорила, что мы родственники, но никто мне не верил, — с раздражением ответила мама. Все засмеялись над недовольным выражением её лица. Я отложил книгу и потянулся за последним подарком — длинной прямоугольной коробкой. Когда я снял крышку и обнаружил внутри длинную метлу, заговорила бабушка: — Это семейная традиция Фоули — получать метлу на свой пятый день рождения. — Это «Нимбус»? — с нетерпением спросил я, смутно припоминая несколько различных моделей мётел из книг о Гарри Поттере. — Нет! — одновременно прозвучали сердитые голоса папы и дяди Джона. — Ты не сказал ему, — с обвинением набросился на папу дядя Джон. — Ему всего пять лет, ему не нужно знать, — резко ответил папа. — Что знать? — вмешался я. Дядя Джон и папа, казалось, спорили без слов, а затем дядя Джон сдался, вскинул руки и крикнул: — Ладно, пусть остаётся в неведении. После нескольких минут неловкого молчания бабушка ответила мне: — Нет, милый, это «Синяя муха», — и повернулась к маме, чтобы успокоить ее: — Это самая безопасная метла из всех существующих. Она не такая быстрая, как гоночные мётлы, на ней десятки заклинаний для обеспечения безопасности. Я вскочил и обнял бабушку: — Большое спасибо, — а затем повернулся и побежал к папе с горящими глазами: — Пойдёмте летать. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста… — Не знаю, — ответил с ухмылкой папа, — скоро к тебе на праздник должны прийти ещё гости. Я собрал всю свою прелесть, на которую только был способен, и умоляюще посмотрел на него щенячьими глазами. — Пожалуйста, я буду хорошим; мы не надолго, пожалуйста. — Хорошо, — согласился он. — Бери свою метлу и выходи. Проведём для тебя первый урок. Я выскочил из дома, предвкушая свой первый полёт. Однако вскоре я понял, что редко всё бывает гладко.***
