Перерождение в волшебном мире

      Я в отчаянии разглядывал стены своей спальни. Со дня моего возвращения из школы прошёл месяц, точнее, двадцать девять дней. Я считал эти дни, потому что почти всё время провёл взаперти в своей комнате.       Возвращаясь домой, я знал, что мама сердита на меня, ожидал от неё выволочки и даже готовился защищаться. Но, как оказалось, меня подстерегали неприятности просто эпических масштабов.       Безусловно, маме не понравилось, что сын рисковал жизнью из-за какого-то кольца, Директор Дамблдор в своём послании родителям, видимо, не стал утаивать такую незначительную деталь, как моё попадание под обвал, который я сам же и устроил, чтобы избавиться от гренделя. Излишне говорить, что маме это совсем не показалось забавным.       Мне запретили в течение месяца выходить из дома, навещать друзей и летать над поместьем. Похоже, мама мне не доверяла, потому что заколдовала окна моей спальни, чтобы я не смог улизнуть.       В первую неделю я и не думал возражать против такого наказания, напротив, я радовался, что могу спокойно оттачивать заклинания в тишине своей комнаты. Когда мама обнаружила, что предпринятые ею меры не дают нужного эффекта, она конфисковала мою палочку и книги, не оставив мне другого занятия, кроме как в отчаянии пялиться на стены спальни.       Единственное, что мне осталось — это приступить к развитию окклюменции. Для очищения сознания следовало заняться медитациями, но много времени я этому уделять не мог, иначе рисковал потерять рассудок. Мне так и не удалось хоть немного подобраться к тому состоянию, что описывалось в книге, но я и раньше понимал, что это будет долгий процесс.       К счастью, завтра моё заточение закончится, и я снова буду свободен.       На следующий день мама неохотно вернула мне волшебную палочку и книги. Я планировал наведаться к Седрику, но вместо этого пришлось присматривать за Сашей и Ребеккой, пока родители отправились навестить дядю.       Я хотел пойти с ними, но папа мне почему-то категорически отказал.       — Покажи нам какое-нибудь заклинание, — по-детски капризно потребовала Ребекка, теребя меня за руку, отвлекая тем самым от размышлений.       Я обернулся и посмотрел на близняшек, которым недавно исполнилось шесть. Ребекка смотрела на меня так, словно бросала мне вызов, Саша, напротив, состроила умильно-очаровательную мордочку, чтобы я не смог ей отказать. После моего возвращения домой Саша повсюду таскала Афину на руках, будто считала, что ламассу не умеет передвигаться самостоятельно.       — Хотите увидеть фокус? — ухмыльнулся я, доставая палочку.       Сестрички нетерпеливо закивали, а я потрепал Ребекку по голове и произнёс: «Аурантиум Далсис».       Сразу же чёрные волосы Ребекки перекрасились в яркий оранжевый цвет, а Саша чуть не уронила Афину, громко ахнув от удивления.              Ребекка, желая увидеть, что я сделал, кинулась к зеркалу.       — Что ты наделал?! — завопила она, вцепившись в свои волосы, и, свирепо глядя на меня, потребовала: — Верни всё обратно.       — А что не так? — удивлённо-наигранно спросил я, улыбаясь как Чеширский кот. — Ты же сама просила показать какое-нибудь заклинание. — Не переставая улыбаться, я повернулся к Саше: — Ты тоже хочешь посмотреть, как я колдую?       Саша быстро покачала головой, выставив перед собой Афину в качестве щита, опасаясь направленной на неё палочки.       — Это навсегда? — со страхом спросила Ребекка, рассматривая своё отражение в зеркале.       — Конечно нет, — покачал головой я. — Я бы не стал так с тобой поступать.       — И когда это пройдёт? — вздохнув с облегчением, поинтересовалась сестрёнка.       — Подстрижёшься, и у тебя отрастут чёрные волосы, — злорадно выдал я.       — Нет, — тут же захныкала Ребекка. — Я не хочу стричься.       У неё на глаза навернулись слёзы, увидев которые, я решил, что немного переборщил с шуткой и поспешил её успокоить:       — Я пошутил. Действие заклинания закончится через десять минут.       Слёзы исчезли подозрительно быстро. Кажется, Ребекка научилась делать вид, что вот-вот заплачет, когда хотела заставить кого-то чувствовать себя виноватым. Интересно, все младшие сёстры развивают в себе это умение, чтобы манипулировать старшими братьями? Если да, то мне придётся улучшить навыки сопротивления манипуляциям.       Остаток дня я развлекал сестричек, демонстрируя выученные заклинания. Начал я с того, что заставил стулья танцевать, а закончил левитацией самих близняшек.       Когда вечером вся семья собралась за столом, ко мне обратился отец:       — Алекс, прибери после ужина в библиотеке.       Я с недоумением посмотрел на него. Меня никогда раньше не просили убрать в комнате. Чёрт возьми, да если кто-то из нас попытается это сделать, Лола, наш домашний эльф, закатит истерику, думая, что она недостаточно хорошо справилась с работой.       Зайдя в семейную библиотеку, я с сомнением огляделся. В помещении, как обычно, царила безупречная чистота. Я вздохнул, услышав слабое сопение, доносящееся из-за двери.       — Заходи, Лола, — позвал я.       Крошечная эльфийка выглянула из-за угла, из её больших глаз текли крупные слёзы.       — Я не справилась с уборкой в библиотеке? — спросила она, судорожно всхлипывая.       Я знал, что должен быть осторожен: одно неверное слово — и она может попытаться наказать себя.       — Нет, Лола, — медленно ответил я, тщательно подбирая слова, — посмотри, как здесь чисто. Только ты можешь так безупречно навести порядок.       — Но… мастер Генри сказал, что… — продолжала давиться слезами Лола, — что… вам нужно прибрать в библиотеке, а ведь это обязанность Лолы.       Я злился на отца за устроенный спектакль, пока мне в голову не пришла интересная мысль.       — Да, именно так он и сказал, — протянул я, словно размышляя вслух.       «Отец ничего не делает без причины, — думал я, с подозрением разглядывая библиотеку. — Он знал, что его слова расстроят Лолу, но всё равно дал мне поручение. Значит, он хотел, чтобы я здесь что-то нашёл, а Лола должна мне в этом помочь».       — Лола, — позвал я.       — Да, мастер Алекс? — отозвалась домовушка, печально опустив уши.       — Думаю, отец отправил меня сюда, чтобы я здесь что-то отыскал. В этой комнате что-нибудь лежит не на своём месте?       Лола внимательно осмотрела комнату, и наконец её взгляд остановился на дальней полке. Она указала в ту сторону и застонала:       — О, нет! Книга лежит не на своём месте. — Она попыталась ударить себя по голове, причитая: — Плохая Лола! Плохая Лола!       Я быстро схватил её за руки и постарался успокоить:       — Ты не сделала ничего плохого, Лола. Ты просто очень помогла мне.       — Лола всё сделала хорошо? — спросила она, перестав пытаться разбить себе голову.       — Конечно, — улыбнулся я. — Мне очень нужна была эта книга, а ты её нашла. Ты лучший домашний эльф на свете, намного лучше тех, что в Хогвартсе.       Слезы печали сменились слезами радости, и Лола с гордостью заявила:       — Для меня большая честь быть полезной мастеру Алексу.       Она выскочила из библиотеки, без сомнения, убежав выполнять другие обязанности по дому. И я, конечно, не стал ей мешать. Этот урок я усвоил много лет назад: домовые эльфы очень странные существа, но они счастливы, когда делают свою работу.       Я подошёл к полке, на которую указала Лола, и начал просматривать названия книг. И одно из них привлекло моё внимание. Отец всегда расставлял книги по порядку: сначала по категориям, а затем по алфавиту, — но сейчас на полке, посвященной чарам, стояла книга, которая отличалась от остальных. В ней описывались странные существа, что водились далеко на востоке, такие как Созерцатели, Иллитиды, разумные Миноги и некоторые другие.       Всех этих существ объединяло одно: все они в той или иной форме владели легилименцией. Некоторые из них умели проникать в чужие мысли, другие могли наводить иллюзии. Часть из них была настолько опасна, что их следовало немедленно уничтожать при обнаружении, другим же позволяли обитать в местах удаленных от маггловских поселений.       Для изучения этих невероятных существ собралась небольшая группа учёных. Финансирование их исследований взяли на себя магические правительства нескольких восточных стран. Каждый из учёных, входящих в группу, являлся мастером в искусстве ментальной защиты и умел обращаться с этими коварными существами.       Следует сказать, что опытных легилиментов вообще очень мало. Ещё меньше тех, кто может влиять на человеческий разум. Оказывается, для тренировки мастера менталистики зачастую прибегают к помощи довольно безобидного существа — бородатого гриба. Это нечно среднее между живым существом и растением. Он использует легилименцию в качестве собственной защиты, создавая иллюзию, при которой люди его просто не видят.              Я очень удивился, узнав, что легилименция работает и таким образом. Меня захлестнула волна возбуждения: вот как я смогу узнать, добился ли прогресса в обучении окклюменции. Если я смогу увидеть это существо, значит, мои щиты на разуме действуют.       Наверное, отец нашёл в моём сундуке книги по окклюменции, которые я скопировал в Выручай-комнате. Его тоже когда-то допустили к Испытанию, так что он понял, что я не могу обратиться за помощью и начал действовать сам.       Видимо, это по наущению отца мама забрала все мои книги. Интересно, магический обет помешает мне попросить дядю достать бородатый гриб?       Выходя из библиотеки с книгой, я увидел отца в гостиной. Я молча обнял его, а он похлопал меня по спине и сказал:       — Я знаю, то, что тебе предстоит сделать, тяжело, но если кто-то и справится с этим, то только ты.       Я хотел сказать ему, что обязательно пройду Испытание и он ещё будет мной гордиться, но не смог этого сделать: о нём совершенно нельзя было упоминать. Разочарование так явно отразилось у меня на лице, что, я думаю, отец всё понял.       На следующий день я вознамерился навестить дядю, чтобы узнать, нет ли у него полезных связей на Востоке. Во время завтрака я наткнулся на небольшую статью в свежем «Ежедневном Пророке», написанную Ритой Скиттер: «Тень над компанией «Нимбус Рейсинг Брум». Будущее гонок на мётлах под угрозой! Ваш отважный репортёр узнала правду из первых рук. Сын Делвина Уитхорна, волшебного магната, захватившего рынок гоночных мётел, недавно был помещён в психиатрическое отделение больницы Святого Мунго. Информированный источник сообщил мне, что Майкла Уитхорна госпитализировали после его несвязных рассказов о призраках, преследующих его на каждом шагу. Пресс-секретарь Совета по делам призраков поведал, что Совет возмущён обвинением и полагает, что Майкл психически неуравновешен. Следует задаться вопросом, насколько хорошо Делвин Уитхорн следит за тем, чтобы будущий владелец такого крупного бизнеса был способен им управлять.»       Статья рассмешила меня. Похоже, маска, которую я надел на Майкла, привела к тому, что он поставил в неловкое положение своего отца. Бьюсь об заклад, что он недолго пробыл в больнице, целителям наверняка не составило труда определить, что нём проклятая маска.       Прихватив копию статьи, чтобы порадовать дядю, и получив разрешение родителей на визит, я направился к исчезательному шкафу. Несколько секунд — и под моими ногами уже поскрипывает палуба корабля. В нетерпении я бросился на поиски дяди: мне многое предстояло с ним обсудить.