Справедливость побеждает всё

В путь они выдвигаются ранним утром, с необыкновенным упорством заставив Паймон подняться с кровати и попрощавшись с хозяйкой гостиницы. Теперь походный рюкзак Итера ломился от необходимых в путешествии мелких и более важных вещей, начиная от слизи слайма и заканчивая кусками звездного блеска с резервными запасами моры; меч же, без надобности не маячивший в руке, был остро заточен у деревенского кузнеца. Пару часов назад перед тем, как уйти, Итер обнаружил записку, написанную ровным каллиграфическим почерком, на столе в съемной комнате – очевидно, от Странника, потому что его в деревне утром уже не было: "Слушай, я не знаю, какие грандиозные планы есть на Фонтейн у моих бывших коллег, но они отправляются туда явно не с самыми благородными целями. Так что, если вдруг встретишь женщину с короткими белыми волосами и похожую на Катерину девушку рядом с ней, остерегайся обеих по возможности. Они – не твой уровень, просто знай это. Я буду наблюдать за тобой издалека. Пока." Он оставил сообщение без подписи, но Итер ни минуты не сомневался в авторе. Паймон было решено в содержимое записки не посвящать. Нэкомата выглядела вполне выспавшейся. Она довольно шагала рядом, подпрыгивая изредка, и вращала в руке палку с заостренным наконечником – похоже, временная замена мечу. Слабо верилось, что она была воином или способной на сражения, потому что слишком легкая одежда на инадзумский манер больше походила для служения в храме. – Кстати, Нэкомата, – протянула Паймон, зевнув. Время было ещё раннее – около четырех часов. – Ты из Инадзумы? Твой Глаз бога очень похож на те, которые мы с Путешественником видели там. Итер скосил взгляд на сверкающий в солнечных лучах камешек. – Ага, – она кивнула. – Я приехала с Сейрая. Знаешь же островок с нэко? Ну, святилище Асасэ. Вообще, я сначала хотела посетить Академию: уж слишком много шума в последнее время развели о ней, хотя я и живу в относительной изоляции… А потом кто-то рассказал мне про потрясающие руины в Пустыне. Я не могла не отправиться туда! – Ты про гробницу царя Дешрета? – воскликнула Паймон удивлённо. – Наверно, – Нэкомата лишь пожала плечами. Ее импровизированное оружие растворилось за спиной. – Не помню название, но эта пирамида была просто гигантских размеров! Даже резиденция сёгуна не так огромна. – Ой-й, Паймон доводилось там побывать! Внутри гробница выглядит еще величественнее. Итер слушал их разговор мельком, особо не обращая внимания на обсуждения пирамид, песков и жителей Пустыни. Удивительно, как Паймон не надоело болтать об этом уже с восьмым по счёту человеком на пути от города Сумеру. Предыдущие её собеседники не особо показывали желания и заинтересованность, но Паймон это, на самом деле, не останавливало. Неспешным шагом они пересекли границу долины Ченьюй. Итер поднял голову к небу – там сгущались тучи над Фонтейном впереди, и казалось, что дождь прямо таки завис над землями Гидро Архонта, не двигаясь дальше. Затянувшийся небосвод не давал возможности увидеть, как при ясной погоде, Селестию. "Как иронично" – промелькнуло в голове Итера, пока он морально готовился к промокшей до нитки одежде. На небольшой возвышенности, куда они забрались, покинув долину; открывался вид на множество рек и равнин. Плотная стена ливня обволакивала туманом небольшие островки среди огромного и широкого русла воды, имеющего притоки со всех четырех сторон света. Где-то там, через несколько мостов и водопадов, должно быть, возвышаются заводы Фонтейна и тот самый продвинутый город Тейвата. Хотя Итер и считал, что Снежная с её исследованиями не уступает гидро-региону в технологическом развитии, все познаётся в сравнении, и ему только предстояло наблюдать за Фонтейном от третьего лица. Путешественник надеялся, что его не втянут в революцию или государственный переворот снова. Надежда эта, на самом деле, горела слабым огоньком, который готов был затухнуть от пробирающего насквозь холода дождя. На воде от капель ливня оставались крупные пузыри, как предвестники затяжных осадков. Итер поморщился. Мало того, что он уже успел промокнуть, так ещё и дождь заканчиваться явно не спешил. – Ой, прости! – пролепетала Нэкомата, когда они укрылись под кроной широколиственного дерева. – Я забыла предупредить, что в Фонтейне часто идут дожди и… ну, обычно несколько дней. Итер тяжело вздохнул, оглядывая отряхивающую свой белый комбинезон Паймон. Нэкомата тоже немало досталось – два её хвоста намокли, а короткий топ и юбка неприятно прилипли к телу. – Ну, я уже заметил, – он выжал кончик своей косы. – Надо посмотреть, где ближайший населенный пункт… Путешественник осторожно выудил из кармана сложенную вчетверо карту Фонтейна. Не хватало ещё, чтобы старый пергамент промок вместе с одеждой, но бумага, вроде как, выстояла под напором ливня. – Думаю, будет лучше отправиться сразу в Петрикор, – сказала Нэкомата. – Это столица. Там мы быстро найдем гостиницу, а ты, эм, отправишься искать то, что тебе нужно? – Уф! – Паймон громко и показательно вздохнула. – То воды нет, то ее слишком много! Что за издевательство? Прямо как на Татарасуне! Паймон промокла насквозь. Она недовольно ворчала себе под нос, пытаясь отжать одежду и волосы, которые липли к лицу, лезли в рот и мешали смотреть перед собой. Такие погодные условия не радовали никого из них. Нэкомата неловко улыбалась, придумывая, как побыстрее найти зонт. – Было бы неплохо, – согласился Итер. По сырой траве и вязкой земле идти было тяжелее обычного. Ноги то и дело проваливались, застревали. Только Паймон было хорошо, а Итер и Нэкомата плелись на своих двоих за ней. Ветра не было – лишь изредка короткое его дуновение косило капли дождя. Чем дальше они шли, тем ниже становились деревья, под которыми можно было укрыться. Со временем из многолетних дубов с толстым стволом они превратились в тонкие кусты с хлипкой кроной и мелкими листочками, растущие на холмах и возвышенностях. Вдоль русла реки тянулась тонкая грунтовая тропинка, по которой можно идти было только друг за другом. Её развезло от затяжного ливня вместе с землёй, так что смысла в её существовании было немного. Петрикор путники настигли только когда вымокли полностью – с головы до пят, а из одежды и волос можно было бы выжать обильное количество воды. Высокие здания с крупными механизмами, лифтами снаружи и внутри, небольшие торговые ряды, где первым делом в глаза бросались зонты, окружали центральную площадь города. Итер поднял голову, разглядывая строения – разве могут у такой благополучной на вид страны быть проблемы? Тем не менее, Инадзума тоже не бедный регион, однако с сёгуном они не чай пили. В эвтюмии с Эи – тоже, и никто не исключал возможность, что Гидро Архонт не будет рад путникам. Фонтейн прежде всего создавал впечатление необычайно технологически развитого государства. У жителей, которые мелькали рядом, казалось, было все: от изысканной одежды до механизмов, которые Итер в других регионах не видел. – Фонтейн – государство новейших технологий, – поясняет Паймон. – Здесь есть все! Помнишь ту фотокамеру? И машину для игрушек! Все эти мудреные приборы для упрощения быта были сделаны здесь. И рок-н-ролл! Как думаешь, мы встретим здесь Дворжака? – Дворжак? Это ваш знакомый? – спросила Нэкомата. За то время, пока они торчали внутри небольшого кафе, что первым попался на пути, её густые светлые волосы успели подсохнуть и теперь распушились еще больше. Нэкомата дергала пряди, спадающие на грудь, одну за другой, отвлекая себя от чего-то. В помещении в разы теплее и уютнее, чем на улице. Итер только потом понял, что забыл спросить, не замерзла ли девушка часом, потому что холодный ливень пробрал его до самых костей, и мокрая одежда поверх не делала лучше. – Ага, – Паймон кивнула. – Мы встретились с ним на Фестивале Морских Фонарей в Ли Юэ. Он музыкант из Фонтейна. – О, Фестиваль… – Нэкомата призадумалась. – Я никогда не была в Ли Юэ, но часто слышала от торговцев из гавани, что там очень красиво. Совсем не так, как в Инадзуме и на ее пустынных островах. Эх, на Сайрая в окружении болтливых кошек бывает так одиноко… – Паймон помнит одну. Э, кажется, её звали… в общем, не помню, но эта заносчивая нэко явно не радушна к путешественникам! – Ага. Они бывают достаточно грубыми. Вне зависимости от настроения. Может вам покажется странным, но эти кошки – те ещё личности с тонкой душевной организацией. Нэкомата пожала плечами. Для неё общение с нэко было обычным делом. – Вот как, – отвечает Итер, напоминая о своем присутствии. – Помню удивление Паймон, когда настоятельница храма заговорила. Путешественник попытался сдержать смешок, но Паймон всё равно не пропустила это мимо ушей. – Эй! Неправда! Это просто было… ну, – она прервалась, – это было необычно! Не каждый день видишь говорящую кошку, да? – Ну вообще-то… Нэкомата хочет добавить, что очень даже каждый день, но недовольное лицо Паймон её останавливает. Есть отчего-то совсем не хочется, а пить – тем более. Для полноты счастья сейчас Итеру хватило бы просохнуть, а затем только разузнать, как можно встретиться с Гидро Архонтом. По крайней мере, существует ли такая возможность, а его практика подсказывала, что так просто на блюдце ему ничего не поднесут и для горстки информации потребуется как минимум спасти регион от какого-нибудь кризиса или устранить угрозу, которую по удивительным причинам никто не может уничтожить без его помощи. Как было с Двалином в Мондштате и указом Сакоку в Инадзуме. Теперь один только Ли Юэ кажется цветочками – там от Итера требовалось всего лишь помочь жителям с Осиалом и одолеть Чайльда, что не стало большой проблемой. Итер вздохнул и вытянулся на мягком диване, расслабляя ноги после пути. Может, было бы неплохо заказать чашку горячего чая. Дверь в кафе хлопнула. Путешественник невзначай скосил взгляд на вошедшего, пока Паймон и Нэкомата увлеченно обсуждали что-то своё – похоже, они очень быстро поладили и компаньону компания жрицы оказалась в разы приятнее, чем общество Странника – и с интересом подметил, что одежда посетителя отличается от обычного наряда жителей Фонтейна. Шляпа с перьями на голове, длинный плащ с рукавами, отдельные части доспеха поверх чёрных перчаток – все это сильно выделяло женщину от остальных. Во всяком случае, Итер не разглядел её лица и достаточно быстро отвлекся на меню, где соблазнительно был нарисован стакан с чаем. Согреться хотелось поскорее, а моры у него предостаточно. – Паймон, Нэкомата, – окликнул их Итер, – чай будете? После такой экстремальной прогулки под ливнем вы, должно быть, замёрзли. Паймон мигом переключила своё внимание на меню, будто не ела несколько суток, хотя последний раз перекусила буквально пару часов назад. – Да, Паймон не против! – она потянула руки к буклету. – Так, что тут есть ещё… Эй, что ты так на меня смотришь? Она подняла взгляд на мученическое выражение лица Итера. – После тяжелого пути полагается поесть! – она сердито надулась. – Ну, правда! Паймон не одна же будет, в конце-концов. Да? Она с немой надеждой глянула на Нэкомату. – Ага, Паймон права, – Нэкомата кивнула. – Я тоже очень проголодалась. Ты разве не хочешь есть, Итер? – Не особо, на самом деле, – он пожал плечами. – Ну, ничего, совсем необязательно составлять нам компанию. Так, у меня где-то был мешочек моры… Она полезла в небольшую походную сумку за деньгами, пока Паймон разглядывала, что можно съесть сытного, вроде той картошки, которую подавали в кафе в долине Ченьюй. – И та-а-к, – протянула Паймон, – Паймон будет кассуле*! Выглядит очень вкусно. – Как скажешь. – Итер согласился, скорбя об огромной сумме моры, потраченной на еду. –А ты, Нэкомата? Девушка с постукиванием монеток выложила на стол мешочек с морой и инадзумским символом. – Настоятельница немного проспонсировала мое путешествие, – пояснила она, хихикнув. – Я буду андуйет**. Помнится, одна из нэко рассказывала, что кухня Фонтейна пусть и необычна, но некоторые блюда действительно заслуживают внимания. Не волнуйся, я сама заплачу. – Хорошо, – коротко ответил Итер. Собрав пожелания Паймон воедино из её лепета, он поднялся с приятного мягкого дивана и направился к стойке. Паймон перелетела через стол, чтобы заглянуть в меню у Нэкоматы в руках и оценить взглядом гурмана то "необычное" блюдо, которое она выбрала. Паймон внимательно читала описание и составляющие ингредиенты с таким увлечением, будто за время путешествия стала специалистом в готовке. – Э-э-э… – протянула она, – колбаса из кишков кабана? Это звучит не лучше, чем желе из слайма… – Ну, мне нравится такое желе. Смешно трясётся на столе, а если его делают из Пиро слайма, то даже греть не нужно, – рассказывает Нэкомата в ответ, как самый обычный рецепт. – Из гидро слайма желе получается очень… – Не-не, не надо говорить Паймон об этом! – она протестующе замахала руками, сморщившись. – Аппетит пропадет! Нэкомата только посмеялась на вопли Паймон. Итер у стойки быстро делает заказ, задерживаясь, потому что еду придётся забирать самостоятельно, но ему пообещали, что процесс готовки много времени не займет. Путешественник подумал, что удобно, однако, иметь столько технологий, которые позволяют не заморачиваться с приготовлением блюда вручную, и Паймон такую установку явно бы оценила и захотела забрать себе. Итер поворачивает голову в сторону столика, за которым сидела женщина, привлекающая его внимание своим необычным внешним видом. Её там не оказалось, и путешественник с сомнением нахмурился – он точно не слышал, как хлопала дверь, а она вряд ли могла бы уйти бесшумно. – Эй, – окликают Итера монотонным голосом сзади. – Я тебя знаю. Путешественник поворачивается и с удивлением натыкается на человека, которого искал буквально пару секунд назад. Два жёлтых, будто стеклянных, глаза пилят его взглядом, рассматривая с ног до головы. – Прошу прощения? – неловко отзывается Итер, стараясь выглядеть дружелюбно. – Ты тот самый герой Мондштата, так? – в голове путешественника все сразу встаёт на свои места – наряд женщины отличается, потому что она не из Фонтейна, и до этого, на самом деле, можно было догадаться гораздо быстрее. – Ну да. А мы знакомы? – Нет, – она как ни в чем не бывало качает головой. – Но я тебя знаю. – Может, ну… представитесь? Женщина смотрит на него сверху вниз – не только в прямом смысле, потому что она гораздо выше Итера – и путешественник чувствует себя не в своей тарелке. – А. Точно. Я капитан разведки при магистре Ордо Фавониус. Ты знаешь Варку? – она чуть наклоняется, заставляя Итера отодвинуться. – Я не знаком с ним лично, но слышал от Джинн… то есть, от действующего магистра, что он в экспедиции. – Славно. Теперь у тебя нет вопросов, что я здесь делаю? – Ну на самом деле… – Ладно, я объясню, – женщина всеми силами старается скрыть раздражение, но недовольство просачивается через её голос. – При действующем магистре есть свой отряд разведки. При Варке – свой. Я капитан отряда при Варке и нахожусь в экспедиции вместе с ним, но мой отряд рассредоточен. Кто-то с магистром, кто-то под командованием старших офицеров. В Фонтейне у меня были особые планы. Но есть вещи, которые им мешают. – Особые планы? – переспрашивает Итер. – Какие? – Это засекречено. И мне нужно закончить с делами как можно скорее. Опять же, есть вещи, которые этому мешают. И необходима помощь со стороны. Путешественник смотрел на женщину с полным непониманием в глазах. Все, что он выяснил из её речи – работа, экспедиция, планы, которые строго секретны, история про два отряда разведки и магистра. А вот что требуется от самого Итера… – Так, эм, – он решил на время сменить тему диалога. Того гляди, само прояснится, что хотят от него, – как мне вас называть? – Коммандер, – сухо ответила она. – Ясно… Коммандер испытующе смотрела на Итера в упор. Её должность – или звание, Путешественник мало в этом понимал – звучало чуть ли не важнее магистра, и оттого складывалось ощущение, что разговор продолжить Итер просто обязан. – В связи с обстоятельствами мне пришлось присоединиться к фракции Света. У них есть идея, как устранить помехи, которые мешают моим планам, – поясняет Коммандер. – И в чем заключаются эти "помехи"? – Власть Фонтейна и Верховный Суд, – лаконично отвечает она. – В их числе Фокалорс, судья Навилетт и придворные. Они составляют фракцию Тьмы. Надеюсь, ты понял. – А Фокалорс это?... – Гидро Архонт. Итер потупил взгляд с ощущением, как рушится его слабенькая надежда на спокойные пару дней в Фонтейне и легкую информацию о том, как ему найти сестру. Коммандер его замешательства не разделяла и ждала определённого ответа. – Во фракции Света я не последний человек. Мне поручено привлечь к общей цели как можно больше людей, – вдруг аккуратно начинает подводить она, хотя до этого оставалась достаточно прямолинейной. – Пойдешь добровольцем? Итеру кажется, или он слышит эту фразу в новой формулировке уже пятый раз? Похоже, в Тейвате работало не только правило трёх. Конечно, с одной стороны ему необходимо согласиться, чтобы не казаться эгоистом. С другой – если они свергнут власть Архонта, кто поможет ему с поиском сестры? – А почему вы хотите устроить революцию? – спрашивает Итер. – Для этого есть веские причины? Коммандер хмурится. – В Фонтейне не первый год энергетический кризис. И судебная система оставляет желать лучшего, – начинает перечислять она. – Помимо всего прочего… – лицо Коммандера мрачнеет вновь, – люди недовольны новым Архонтом. Фокалорс допускает много ошибок в своем правлении. Итер приподнимает брови. – Предыдущий Гидро Архонт погиб, и с тех пор у власти стоит Фокалорс, – заканчивает женщина. – Это причины, по которым фракция Света нацелена на революцию. Я лишь преследую перспективу закончить экспедицию. Пока в Фонтейне происходит то, что происходит, моя миссия не может завершиться. Тебе понятно? Путешественника манера общения Коммандера ставит в неловкое положение. Она говорит монотонным, серым голосом, совсем без интонации, а на лице кроме лёгкого отблеска раздражения ничего не отражается. И доводы, которые она приводит, уговаривая его вступить в сопротивление, не выглядят надёжными. – Коммандер, послушайте… – он выставляет руки вперед в защитном жесте, – я недавно дошел сюда и под ливнем промок насквозь. Сложно так сходу согласиться свергать власть государства, где толком не был. Коммандер не выглядит довольной его доводами, но в жёлтых глазах на миг пробегает огонёк сомнения. – Ты прав, – она соглашается. – Есть время подумать. Как насмотришься достаточно – найди меня здесь же. Коммандер будто растворяется в воздухе прежде, чем Итер успевает что-либо ответить, оставляя его при этом совершенно без выбора. А что, если он не придёт? Путешественник не страдал гордыней, но со временем понял, что верить каждому встречному – гиблое дело, и умело стоял на своём. Помощь всем подряд всё равно не способствует поискам сестры, но, видимо, это необходимо, чтобы выжить в Тейвате с хорошей репутацией. Хотя перечисленные проблемы Фонтейна звучали вполне реалистично. Паймон с довольным лицом уплетала кассуле*. Кусочек мяса, различные овощи и грибочки в ароматном бульоне пахли так вкусно, что слюнки сами невольно текли. Итер покосился на буклет меню, изучая кухню Фонтейна. Любое блюдо здесь в нескольких словах описывалось нарочно красочно, чтобы аппетит появлялся даже на полный желудок. Отличный маркетинговый ход, с одной стороны, с другой – очень подло, потому что времени засиживаться в кафе у Путешественника нет, и визит в резиденцию Гидро Архонта, которую он приглядел для себя, пробегая под ливнем, ждать не будет. Паймон пришлось поторопить. Дождь на улице лил без остановки. Одежда за время, пока путники отдыхали, успела просохнуть, а тучи до сих пор сгущались, опуская на город сумерки раньше, чем они наступили бы в любом другом месте в Тейвате. Фонари на высоких столбах загораться не спешили. По кругу площади они стояли в ровный ряд друг за другом, венчаясь чёрными искусными абажурами, которые закрывали лампы от внешних повреждений и придавали соответствующий эстетический вид фонарям. Итер стоял на крыльце, задрав голову к небу. При таком раскладе до резиденции они сухими не доберутся, и Нэкомату тащить с собой не хотелось. У неё тоже есть свои дела, к тому же, кто знает, сколько времени займёт поиски оружейного мастера в Петрикоре? А столица – город немаленький, и каждый здесь чем-то отчаянно старается выделиться, даже если брать в счёт тех же перекочевавших по собственным делам в разные уголки Тейвата жителей. Воздух на улице холодный, такой неприятный, что почти режет нос. Может, сказывалось наступление сумерек, или дожди здесь идут, на самом деле, совсем не тёплые. Но у Итера ещё предостаточно времени. На завтра откладывать все свои дела не хочется. – Нэкомата, – окликает он, – ты отправишься к кузнечному мастеру за копьём? Жрица отвлекается от разглядывания клумбы под козырьком крыльца с коротким мычанием. – М-м, ага, скорее всего, – она кивнула. – А тебе что-то нужно было? Если что, я могу проводить тебя до нужного места или… – Не стоит. Я разберусь. Да и картой меня снабдили. Итер повертел головой по сторонам. – Кстати, а где Паймон? – Полетела за зонтом, – Нэкомата пожала плечами. – Вернётся в ближайшее время, наверно. Она как-то странно повернулась к Путешественнику, сложив руки на груди и приподнявшись на носках. – В общем… – начала жрица, – я пойду. Удачи тебе! Дорога выдалась не такой скучной. Спасибо ещё раз, что позволил переночевать в тёплой кровати. Если будет нужна моя помощь, можешь найти меня в мастерской кузнеца Бодуэна! Он хорошо известен в Петрикоре, так что проблем разузнать о кузнице не составит проблем. – Хорошо. Буду иметь в виду. До скорого, Нэкомата. Итер учтиво помахал ей вслед, когда жрица прыжками через лужицы на тротуаре удалялась в сторону узкой улочки. Ему оставалось лишь дождаться Паймон с обещанным зонтом и можно будет смело выдвигаться в путь до связи с Гидро Архонтом. *** Резиденция в самом сердце города венчалась зеркальным символом Фонтейна и синими покатыми крышами. Именно это здание выделялось на фоне других высокотехнологичных строений Петрикора своими белокаменными стенами, нарочно официальными золотистыми табличками на входе и дубовыми двустворчатыми дверьми с огромными и тяжёлыми ручками. Резиденция производило впечатление показательно официальной приёмной Гидро Архонта, но надежда на то, что она действительно будет там не так уж и велика, как Итеру хотелось бы. Количество ступеней до входа слишком велико – сравнимо с подъёмом до хижины Бубу – и Итер невольно задумывается, зачем потребовалось строить резиденцию на возвышенности. Показывать власть Архонта над подданными, конечно, не все любят, но Фокалорс хотя бы по слухам о ней явно отличилась. Паймон волочит за ним зонт, пока они поднимаются по лестнице, – поднимается тут только Итер – и с кряхтением отпускает его, добравшись до широкого козырька. Дождь не прекратился даже теперь, после заката где-то за облаками. Он барабанил по покатым металлическим крышам и заглушал шум возни за тяжёлой дубовой дверью. Итер бегло пробегается по надписи на позолоченной табличке рядом с главным входом, не особо обращая внимания на текст. Он поднимает руку и со скрипом отпирает дверь, – приходится приложить немало усилий для этого – прошмыгивая внутрь вслед за Паймон. Внутри резиденция выделяется особой роскошью и красными ковровыми дорожками по всем продолжительным коридорам здания. Помещение освещают многоуровневые люстры и небольшие настенные светильники в аккуратных расписных торшерах, пол устлан блестящим паркетом, на котором не видно ни пятнышка грязи или трещины в дереве, на высоких белых стенах с золотистыми узорами развешены огромные холсты живописных картин, в основном представляющих пейзажи Фонтейна и фрески Архонта. Лицо Фокалорс не отображается нигде: либо только половина головы изображена на картине, либо она показывает нечто абстрактное, непременно связанное с ней. Изнутри резиденция производит должное впечатление государства, где красота и элегантность ценятся превыше всего. В главном коридоре нет ни души, хотя место выглядит оживленным. – Э-эй, здесь кто-нибудь есть? – прокричала Паймон, слушая своё эхо в ответ. И тишина. – Итер, как думаешь, – она оставила свою затею, – может, это смена караула? Или мы пришли слишком поздно? На улице уже темнеет… – Вряд ли дело в этом, – путешественник покачал головой. – Резиденция должна охраняться круглые сутки, и здесь точно кто-то есть. Паймон призадумалась. Она слетала в конец коридора, чтобы осведомиться, что на развилке между проходами в правую и левую части здания никого нет, и вернулась обратно, пожав плечами. – Уф, – Паймон вздохнула. – Тут слишком пусто! Паймон становится не по себе. Вдоль широких стен над дверьми висели такие же позолоченные таблички, как на входе, но с другими надписями: "приёмная такого-то присяжного", "приёмная регионального судьи", "приёмная такого-то придворного" и так далее. Таких кабинетов в резиденции было предостаточно, но самого главного – приёмной Фокалорс – нигде не видать, хотя и было очень вероятно, что она находилась в глубине здания. – Да ладно тебе, Паймон. Действительно, время позднее. Итер поднял взгляд на часы над центральным входом – стрелка перевалила за девять вечера, а через окно было видно, что на улице уже стемнело. – Кстати, Итер, а что за девушка подходила к тебе в том кафе? – вдруг спросила Паймон, своим громким голосом разрезая тишину. – Э-э-э… ничего особенного. Меня просто попытались втянуть в шайку революционеров. Путешественник задумался, стоит ли рассказывать компаньону, что ему успели нашептать якобы "по секрету". – Революция? Ого, а Паймон думала, что в Фонтейне всё спокойно! – она удивилась. – А как эту девушку зовут? Что она сказала? – Она представилась как Коммандер, – сказал Итер. – А ещё… она из Мондштата и руководит разведкой. – Подожди, разведкой? Разве не Эола капитан того отряда? – Коммандер капитан отряда разведки при магистре Варке. А Эола, видимо, капитан отряда разведки при действующем магистре Джинн, – разъяснил Путешественник, передавая то, что ему сказала женщина. – Вот как, – кивнула Паймон. – А в чём причина такого… приглашения? Итер пожал плечами. – Это я и хочу узнать, – он прервался. – А вообще, Коммандер сказала, что в Фонтейне энергетический кризис, бесчинство суда, странные законы Архонта и… – Вы что, из фракции Света? Дверь под табличкой "приёмная придворной Сутин" распахнулась с невольным грохотом. Женщина, резко прервавшая их диалог, выглядела достаточно недовольной, чтобы вызвать у Итера вопросы. Что он уже успел натворить? – Э-э, вообще-то, мы просто путешественники… – пролепетала Паймон, стушевавшись. – Путешественники? Тогда что вы здесь делаете? – она скептически изогнула бровь. Сутин – как догадался Итер – нахмурившись стояла, рассматривая его с Паймон суровым взглядом, и даже пуговицы на её рубашке выглядели угрожающе. – Мы ищем Гидро Архонта Фокалорс, – коротко пояснил Итер, принимая мирный вид. – Это же её резиденция? Сутин верить не спешила. Она чуть двинула ногой через разрез пышной юбки – взгляд Итера скользнул на острие высокого каблука. "Да им убить можно!" – пронеслось у Путешественника в голове. – Да, – ответила она. – Но вы не можете попасть к Фокалорс. – Почему это? – рассердилась Паймон. – Мы прошли такой огромный путь от Сумеру! У вас ведь даже нет причин! – Вы упоминали Коммандера в своем разговоре, – Сутин наклонилась к итеровскому лбу, чтобы заглянуть Путешественнику в глаза. Он покачнулся на месте. – Если вы с ней заодно, то, конечно, я не пущу вас никуда. – Паймон совсем ничего не понимает! – она замахала ногами в воздухе. – Что у вас в Фонтейне происходит? То революционеры, то это… – Вот именно, что революционеры, – Сутин раздражается, но старательно скрывает это. – Коммандер извне лезет в дела страны и помогает Юэлин с планом свергнуть правительство и Верховный Суд. Логично, что фракции Света и Тьмы, мягко говоря, не в ладах. – Можете поверить, Сутин, но мы не с ними заодно, – Итер качает головой. – Ни с одной из фракций. Я просто ищу свою сестру, и для этого мне нужно встретиться с Гидро Архонтом. Сутин заметно смущается, а её излишняя гордость почти сходит на нет. Путешественник надеется, что ему удалось достаточно убедить придворную в своей невиновности. – Вы в любом случае не можете попасть к Фокалорс. – Да почему?! – злится Паймон. – Таков закон, – отговаривается Сутин. – Никто не знает, где сейчас Фокалорс, потому что она никогда не показывается людям. Если повезёт, то увидеть Гидро Архонта можно только на суде. Придворная выключает свет в кабинете и захлопывает за собой дверь, звеня ключами в руке. – А теперь на выход. Резиденция закрывается. Сутин своим суровым видом подбадривает Итера и Паймон активнее шагать к двери, покидая здание вслед за ней. Дождь на улице на большое удивление Путешественника прекратился, и только влажные клумбы с мокрыми дорожками напоминали о многочасовом ливне. Сутин удаляется восвояси, не попрощавшись, и Итер видит только, как колышутся её пышная юбка с разрезом и широкие рукава рубашки при ходьбе, а на поясе, туго стягивающем талию, блестит в темноте Гидро Глаз бога.