꧁☬Падший Ангел☬꧂ 🦋

Во время свадебной процессии Сяо Чжань не ощущал чувства радости и праздничного настроения, он сидел в своем роскошном жёлтом паланкине, хмурясь, иногда смотрел через щёлочку занавески на сумеречное небо, он чувствовал, как медленно движется его паланкин навстречу к своей будущей судьбе под звон колокольчиков, тем временем стремительно всё вокруг темнело и тонуло во мраке наступающей ночи, но вскоре мрак рассеялся под светом сотни тысяч фонарей, запущенных в небо, люди загадывали свои желания в свадебную ночь императора Сяо, вокруг вмиг стало шумно, звуки барабанов и музыки потонули в людских голосах, дорогу паланкина императора осыпают лепестками красных роз, цвет богатства и изобилия, но сам император не слышал этих голосов, ни шума праздника, он был мысленно далёк от реальности, молодой император всё ещё грезил о своей потерянной любви, слёзы незаметно скатываются тонкой солёной струйкой по его щекам. «Ибо мой прекрасный ангелочек, я виноват, что тебя больше нет рядом со мною», — сказал Сяо Чжань про себя и тихо заплакал. Тем временем звуки музыки и веселья доносились по всей местной округе и даже до самых глубин отдалённых бамбуковых лесов, и поэтому о свадьбе услышал даже Ибо, который в сумерках вышел из хижины с жёнушкой прогуляться. Фрея жаловалась на то, что ей скучно и она хотела издали посмотреть на праздник, но Ван Ибо ещё не подозревает, что идёт на свадьбу своего врага. «Любимый, посмотри, сколько фонарей в небе, как красиво», — восхитилась красотой Фрея, указывая пальцем на множество красных фонарей, которые улетают в небо. Ибо поднял взгляд в небо на китайские фонарики желания, они выглядели словно огненный дождь, отражаясь в ровной чистой глади реки. Ибо не заметил, как он со своей женой оказались у реки и выбрались из леса, музыка и весёлые песни заглушают остальные звуки. Ибо подбежал и полез в реку, он заметил движущийся жёлтый свадебный паланкин вдали. Фрея полезла за мужем следом в речку, они побежали ближе к берегу, по ту сторону все ещё шумно шла свадебная процессия, люди не заметили присутствие чужаков, примкнувших к ним, и были заняты весельем, император Сяо три дня раздавал сладости по всем провинциям и столице, бесплатно от своего имени, ночь скрывала лица раздающих на площадях и улицах столицы Юаня людей. Ибо с Фрей растворились в шумной толпе людей, чтобы купить фонари желания. Желаете пустить фонарики в небо и пожелать императору и будущей императрице счастья и долголетия? спросила полная женщина, что продавала фонари бесплатно, когда Ибо подошёл к лавке с подвешенными красно-жёлтыми фонарями с изображением розового лотоса сквозь кричащую толпу за бесплатными фонарями и сладостями. Да желаем ответить, хотелось бы Фрее вместо мужа, она стояла рядом, и чтобы не потеряться в толпе людей девушка держала мужа под руку. Она, не понимая, просто кивнула головой, чтобы женщина-торговка поняла её. А Ибо, услышав про императора, поник, он ушёл в мысли, почему-то захотелось спрятаться и не слышать и не видеть никого вокруг себя, юноша чувствовал себя странно, ему вдруг стало грустно. Почему так больно, не пойму, отчего это чувство, мне должно быть абсолютно всё равно, но почему я не равнодушен, спрашивает Ибо себя. Лисёнок, ты в порядке? обратилась к нему вдруг Фрея и вывела его из мыслей. — Да, в порядке! тихо ответил Ибо. Фрея тем временем уже держала красный фонарик в руках. Давай запустим его вместе в небо и загадаем наши с тобой желания, говорит Фрея. Ибо вместо ответа просто смотрит на фонарик в её руках и кивает. Любимый, ты уверен, что всё хорошо выглядишь, так словно что-то не так, поинтересовалась Фрея взглянув в печальные глаза юноши. Всё в порядке, не беспокойся, просто ответил парень твёрдо, взглянув на свою жёнушку, . Ибо отлично понимал, что Сяо Чжань так прощался с ним, Сяо Чжань забыл о нём и начинал новую жизнь, в которой больше нет места для него, юноши сейчас на самом деле хотелось громко и позорно взреветь от боли и стыда, что не мог отпустить прошлое никак, сердце словно вонзилось сотни тысяч осколков. Лисёночек мой, почему ты такой грустный? Не грусти, мой ангел, а то ты разбиваешь мне сердечко, сказала Фрея, вложив фонарик в руки мужа, а сама ущипнула его за обе пухлые щёки. Ибо посмотрел в голубые глаза Фреи напротив себя на её улыбку, и парень улыбнулся, решив, что ему не стоит держаться больше за то, чего и не было никогда, ведь он сам так захотел, когда отчаянно убегал от Сяо Чжаня, они стояли посреди оживлённой улицы среди кричащей толпы, под звуки музыки фонарей становились всё больше и больше в небе, а гул голосов на фоне превратился в один единый звук, Ибо застыл в моменте, глядя в её голубые глаза. Внезапно Фрея дёрнула его руку и тянет к площади, где стояла толпа людей, которые запускали свои фонари желания. Ибо побежали запускать наш фонарь, крикнула воодушевленная Фрея атмосферой праздника. Ибо следует за ней, его лицо снова засияло, он вдруг понял, что его счастье рядом и другого ему не надо. Ибо со смехом бежит за Фреей, они встречаются на середине площади, где муж и жена запускают в небо зажжённый фонарь. Будь счастлив с ней, Сяо Чжань, я отпускаю тебя, сказал шёпотом Ибо, так чтобы его не услышала рядом стоявшая Фрея, хотя в этом гуле голосов и так было бы сложно услышать, если даже вслух сказать. Любимый, ты успел загадать желание? спросила Фрея. Ибо улыбнулся и сказал: «Да». Я тоже, шепчет девушка над ушком Ибо, ластясь: «Я люблю тебя», прошептала она очень близко. Паланкин Чжаня достигает площади и проходит мимо Ибо случайно, Сяо Чжань со скуки просто дёрнул занавески паланкина и заметил через щёлочку очень знакомые глаза. Ибо в этот самый момент, обернувшись, стоял на площади и смотрел на паланкин императора, они встретились только глазами случайно, когда юноша обернулся, и Сяо Чжань узнал глаза своего любимого ангела, он увидел и узнал их среди сотни тысяч пар глаз людей, что в этот момент встречали его паланкин с радостными криками: «Долгой жизни и счастья императору Сяо!» На лице Ибо застыла маска безразличия, а его длинную струящуюся одежду встревожил порыв ветра, и скрыла ему пол лица, оставляя только глаза. Юноша стоял оцепеневшим, пока паланкин императора не отдалился от него, рядом стоявшая Фрея говорила ему что-то, но он её не слышал, поглощённый моментом, в котором все смешалось воедино: и страх, и боль от пережитого унижения в прошлом. — Стойте, остановите паланкин! Крикнул Сяо Чжань носильщикам, Сяо Чжань велел опустить паланкин вниз и вышел на улицу перед кучей народом он остервенением стал осматривается по сторонам и в толпе людей начинает искать родные любимые глаза, Ваше Величество! — Ваше величество кричат люди со всех сторон окружая его вмиг, — Оттеснить толпу крикнул Сюэ Ян сопровождающий императорский паланкин Людей оттолкнула стража, Ваше величество вы в порядке? тут же спросил подошедший Сюэ Ян глядя на то каким диким взглядом Сяо Чжань обводит всех вокруг себя, — Нет Сюэ Ян я кажется видел призрака, сказал Сяо Чжань его сердце билось учащённо Чжань не мог понять чего он так испугался, он же вроде как должен был обрадоваться у него есть надежда что Ван Ибо вдруг всё же жив и тот кого он видел взаправду был Ибо, Ван Ибо тем временем успел убежать, Сяо Чжань ещё немного постоял на улице глотнул ночной свежий воздух а потом поднял взгляд к небу где горели сотни тысяч фонарей желаний, Сяо Чжань шепнул, Если мне не показалось — Я, найду тебя! -Знаю что ты в тайне тоскуешь обо мне как и я хочешь чтобы я нашёл тебя, я найду тебя, обещаю, а если ты попытаешься убежать от меня то я не отпущу и не оставлю тебя мой вечно недовольный ангелочек, Сюэ Ян мне полегчало мы можем идти дальше тихо произнёс Сяо Чжань всё ещё при этом глядя на небо в огнях Ваше величество вы точно в порядке на всякий случай переспросил Сюэ Ян посмотрев на грусть императора, Сяо Чжань молча кивнул — а затем сел в паланкин и шепнул про себя — Жить чтобы любить и дальше он прослезился когда наконец шторы паланкина задвинули Ибо смотрел из далека прячась где то в темноте как Сяо Чжань в роскошном красном свадебном наряде с золотой вышивкой садится обратно в паланкин а затем как желтый свадебный императорский паланкин отдалялся растворяясь в ночи под шум толпы людей которые последовали за свадебной процессией, Ибо почему то расплакался провожая взглядом Чжаня слёзы скатились с щёк сами по себе он прикрыл рот рукой чтобы не издавать лишних звуков и не заплакать позорно в голос, юноша прослезился, и шепнул вслед — Ты разрушил мою жизнь, так почему я всё ещё храню к тебе в своём сердце чувства любви и жалости, Фрея побежала следом за Ибо и нашла его стоящего у уже пустой лавки со сладостями, которые люди разобрали пять минут назад Она не стала выдавать себя сразу так как заметила что Ибо плакал, пытаясь скрыть ревущий голос наружу, его голос и плечи дрожали она медленно подошла сзади и обняла своего любимого уткнувшись лицом ему в крылья Лисёночек не расстраивайся всё наладится вот увидишь мы будем с тобой счастливы, только забудь о прошлом прошу и не плачь пожалуйста произнесла девушка с заминкой поднимая взгляд на Ибо — Вовсе я не плачу, ответил Ибо ему стыдно за свои слёзы и свою слабость он успокаивает свой расстроенный голос и смахивает с глаз слёзы, это просто, дым от уличной еды, обжег глаза, — Хорошо милый мой пусть будет так, говорит Фрея, они ещё так простояли в обнимку замерев в пустой ночной тишине Ибо поднял глаза к небу и посмотрел на всё ещё горящие фонари в небе, — Давай уедем с тобой в Гусу сказал Ибо, Фрея ничего не ответила только лишь кивнула головой всё ещё обнимая его сзади Паланкин с невестой тем временем ожидал появления паланкина жениха, — Долго Они ещё будут в пути? спросил Нехваисан у отца, недовольно смотря вдаль они стояли с отцом у украшенного порога своего дома фонарями, ворота имения Не сегодня открыты для всех гостей, — Потерпи немного сынок скоро прибудут, отвечает Не Минцзюэ мать невесты и родственники, слуги и гости все в ожидании паланкина императора и вдруг вдалеке послышался шум музыки, и бой барабанов — А вот и жених прибывает, радостно провозгласил отец невесты, Не Мейсян тем временем сидела в своём свадебном красном паланкике всё зажатая и скованная, чем больше приближался паланкин к дому Не, тем больше лицо Чжаня мрачнело его желание скрепить союз с этой девушкой таяло как снег под утренним лучами солнца Как только паланкин прибывает к дому музыка становится громче, барабаны бьёт сильнее а потом ударили в большой гонг, и объявили — Его величество император Сяо прибыл, к дому заклинателей Не! Объявил Сюэ Ян паланкин опустили Сяо Чжань вышел из своего императорского паланкина, торжественно одетый в красное ханьфу и медленно подошёл к красному паланкину невесты, он пытался скрыть свои эмоции и чувства нежелания Сяо Чжань понимал что он снова разрушит чью-то жизнь, когда он подошёл к паланкину своей невесты то из-за красной занавески паланкина показалась изящная женская рука невеста подаёт ему свою руку он взял её за руку и она торжественно вышла из своего свадебного паланкина одетая, в красное шёлковое ханьфу расшитое золотыми нитями, лицо невесты скрывает красная вуаль, её длинные волосы собраны в красивую причёску со шпильками но часть её длинных чёрных волос спадает до пояса словно водопад выбиваясь из-под вуали от девушки веет ярким ароматом жасмина, Сяо Чжань усадил свою невесту в свой свадебный большой паланкин, а после и сам сел рядом, свадебная процессия продолжается и направляется по городским улицам, к храму чтобы дать свадебные обеты, дорогу молодых осыпают лепестками красных роз и розовых роз семья невесты, Сяо Чжань сидел как непреступная, молчаливая статуя а Мейсян тихонько поглядывала через красную вуаль на его красивый профиль, её сердце беспокойно колотится в предверии новой жизни во дворце Сяо которое ожидало её впереди Тем временем в школе учителей Ланей творился хаос Лань Ван Цзи привез раненых и истощённых голодом, эльфов к себе в школу на телеге, Вей Ин помогал другу распределять, раненых и больных или просто истощённых по комнатам школы Лань Сычжуй и Лань Цзынъи помогали тащить больных на носилках, Лань Цижэнь в этот момент находился в крайнем бешенстве он был недоволен тем что школу заполонили какие то чужеземцы и требовал от Лань Ван Цзи чтобы он немедленно прогнал чужаков — Во что ты превратил мою школу Ван Цзи! Это тебе не госпиталь сейчас же выведи всех за пределы моей школы крикнул вне себя Ци Жень — Дядя они нуждаются в нашей помощи к тому же они вовсе не чужие как ты выразился они наши родственные кланы Ван с севера поясняет Ван Цзи, наблюдая за каждым больным которых уносят на его глазах — Где Лань Сичень когда он сейчас мне нужен, раскричался старик Лань хватаясь за голову глядя на творящийся беспредел в его школе на адептов которые сновали туда сюда с носилками на которых лежали больные, — женщин и девушек которые были истощённы голодом также, отправили в женскую половину школы под надзором старшей Лань Йи Ци Жень кинул ещё один гневный взгляд на всех и ушёл к себе в дзянщи недовольным, он нервно расхаживает по комнате, поглаживая бороду — Ненасытный клан Лан Лин Цзинь, я не позволю ни вам, овладеть моей землёй, ни этим пришедшим с севера, Ах глупый мой племянник который стал пешкой в чужой игре, — Я этого Ван Ибо даже близко не подпушу к воротам моей школы, пусть только попробует явится, отродье чужеземца, который сгубил судьбу моей племянницы, говорит сам собой старик лань Когда больных распределили, Лань Ван Цзи с Вей Усянем, Рафаэлям Луной и Эльзой усаживаются за столик в саду на земле — Благодарю вас за помощь господин Лань Ван Цзи, вы нам очень помогли, заговорил Рафаэль первым, — Это мой долг помочь ближнему, думаю на моём месте любой также поступил ответил Лань Ван Цзи — Кстати за мать госпожи Фреи не переживайте её уложили в одну из комнат для женщин, эту половину в школе посещают только женщины- Позже вас туда отведут, зачем то обратился Вей Усянь к двум сидящим девушкам толи Вей усянь ревновал толи не мог видеть больше рядом с Ван Цзи женщин, Раф с недоумением посмотрел на Вей Усяня ему почему то показался тон Вей Усяня резким и недоброжелательным но несмотря на то он остался сдержаннее — Господин Вей, благодарю за вашу заботу об госпоже Виндзор ответил Раф вместо девушек, Рафаэль сам не подозревая ревновал сестру и свою девушку к незнакомому парню и ответил прежде чем обе девушки успели что то ответить На стол принесли угощения, голодная Луна и Эльза ели густой суп с мятой и рисом из кефира, А Раф не спешил есть даже не смотря на сильный голод этот суп из кефира поэтому следом подают просто варёный рис в мисках, Рафу пришлось попробовать рис и он поднёс палочками рис кое как ко рту нехотя сперва но после на удивление ему понравился вкус варёного риса и он съел всю миску, Покормив гостей Лань Ванцзи велел их отправить в дъянши для отдыха и короткого дневного сна, Луна, и Эльза держались вместе, шли позади Рафаэля они вышли из сада и направились по тропинке мощённой камнем — Господин Лань можем ли мы свами поговорить наедине? спросил Раф у строгого на вид Лань Ванцзи, когда они направлялись к комнатам для дневного сна — Да конечно я готов выслушать вас отвечает Ванцзи взглянув на Рафа — Пожалуйста не сердитесь, на меня и мой народ, я попытаюсь найти Ибо, он искал вас но эльфы были уставший и возмущалися они не поверили Ибо, — Лань Чжань ты кажется уже забыл про то что женщинам запрещено находиться на территории мужской половины школы, сказал возмущённо Вей Усянь глядя на обеих девушек что шли за ними, неспешно, позади они уже почти оказались во дворе мужской половины школы, и тут Ванцзи обратил внимание на них, — Девушки вам в другую сторону, в самый конец сада, сказал Вей Усянь нетерпеливым тоном, –Вей Ин будь вежливей пожалуйста попросил Ван Цзи друга, посмотрев на тихо стоявших девушек в испачкавшися, и обгорелых местах кафтанах — Прошу прощения за доставленные нами неудобства, попросил прощения за сестру и девушку Раф — Ну что вы какие неудобства поспешил смягчить обстановку Вей ин я могу отвести девушек, в женскую половину школы до двери, предложил Вей Ин — Если Вам не сложно, можете проводить нас заговорила Луна немного резким тоном она вышла из-за спины брата, и встала напротив Вей Усяня чтобы показать Вей Усяню кто тут главный Вей Ин ей не нравился он показался ей немного скользким типом и женоненавистником, — Конечно же Леди ответил Вей Ин слащавым голосом, — Раз проблема решена господин Вей то мы готовы последовать за вами прошу проводите нас, сказала Луна, с серьёзным лицом указав в сторону калитки ведущую в сад — Только после дам! Пропустил девушек вперёд себя Вей Усянь с улыбкой, только девушки собрались покинуть территорию школы предназначенной только для мужчин как на На женские голоса, во дворе мужской обители, вышел из свой комнаты старик Лань только ни это мысленно пронеслось в уме у Вей Усяня он ударил себя по лбу прикрывая глаза, Лань Ванцзи как не кстати с братом этой девицы куда-то делись, –наверное вошли в библиотеку следом сразу же подумал Вей Усянь, посмотрев на дерево магнолии, старик Лань тем временем чудом ещё не заметили двух девушек во дворе школы, но стоило одной из них снова заговорить, на этот раз Эльза заговорила её голос был нежным тихим по сравнению с звониким и громким голосом Луны, она тихонько спросила обращаясь к Луне — А где же Раф? При этом она смотрела на старика Ланя этот мужчина с гордой осанкой и козлиной бородой ей показался очень строгим, но к несчастью именно тихий голос Эльзы и выдал всех включая и Вей Усяня Лань Цижень смотрел неодобрительно и холодно на девушек и начал свою гневную очередную тираду, В нынешние времена женщины совсем стыд потеряли! –Позор! Сказал сперва Ци Жень глядя на молодых светловолосых девушек в длинных белых платьях а потом демонстративно отвёл взгляд, и посмотрел на Вей Ина продолжил ругаться громко –Зачем ты привёл этих женщин на мужскую территорию школы бессовестный! Луна и Эльза ничего не понимая переглянулись между собой, — Я их не приводил дядюшка Ци Жень и они уже уходят поспешно добавляя Вей Усянь толкает девушек вперёд себя к калитке в сад где в конце сада и находилась школа для женщин — Ну чего встали обе быстрее шагайте вышел из себя Вей Ин немного — У вас совсем отсутствует манеры уважения господин Вей или вы говорите только так с женщинами? спросила Луна поворачиваясь к Вей Усяню, — Вы правы госпожа я обращаюсь так только с женщинами, сказал Вей Ин чтобы она отстала но зря он это сделал потому что вопреки ожиданиям Усяня результат его стараний оказался ни тем вместо того чтобы отстать Луна ещё сильнее разозлилась и сказала — Никуда я не пойду! — Мы с Эльзой подождём брата — Как же с вами иногда так сложно сказал в пол голоса Вей Усянь имея ввиду всех женщин в общем, а старик Лань тем временем выжидательно смотрит за происходящим, — Боже! сказал Вей Усянь закатив глаза к небу, — Почему вы ещё здесь! накричал вдруг Ци Жень на девушек потеряв наконец терпение — Что этот мужчина хочет нам сказать? спросила Эльза у Вей Усяня — Этот мужчина старший учитель Лань он сказал вам Леди чтобы вы немедленно покинули территорию этого двора ответил Вей Усянь обращаясь сразу к обоим девушкам — Вот ещё! — Никуда я не пойду! Упёрлась Луна, Вей Усянь пытается выпроводить Луну из двора взяв её за руку — Ну хватит уже идёмте! просит Вей Усянь но Луна не в какую не соглашается даже начала кричать –Не прикайся ко мне грубиян На крики девушки и ругательства Ци Женя из комнаты вышел Лань Сичень он сегодня спал до обеда, обычно Сичень никогда такого себе не позволял в последнее время он был каким-то отстранённым от дел школы и всецело погружён в себя, и по этой причине Лань Сичень ничего не знал ещё об эльфах которых привёл с собой Ван Цзи и Усянь, — Что такое отец? спросил Сичень выходя из комнаты во двор беспокойный — Ты что всё это время был здесь? спросил старик возмущённо глянув на своего слегка сонного сына — Посмотри что эти бесстыжие вытворяют махнул рукой в сторону Вей Ина и девиц старик Лань, Лань Сичень конечно же посмотрел на красивых девушек во дворе школы, а особенно на ту строптивую с белыми волосами с лёгким пепельным отливом, и зелёными как изумруды дерзкими глазами, что спорила с господином Вейем и отказывалась покидать школьный дворик, ученики давно заметили этот переполох и смотрели тайно из окон школы на этот устроенный шум они смеялись над стариком Ланем и девушками, которых не удавалось никак прогнать Вей Усяню Ну потом встретившись взглядами с Лань Сиченем Луна всё же сдалась упорству Вей Усяня и направилась по тропинке к садовой калитке вместе с Эльзой, при этом всё время оборачиваюсь назад поглядывая на стоявшего во дворе Лань Сиченя — Всё терпение лопнуло моё больше никогда не буду связываться с девушками сказал себе под нос Вей Усянь, Лань Сичень тоже проводил взглядом девушку до калитки, а после направился в библиотеку чтобы поговорить с кузеном и узнать как обстоят дела в целом Он вошёл в библиотеку Ван Цзи заваривал чай для своего гостя, –Добрый день брат проходи! сказал Ван Цзи привычным тихим голосом когда замечает в открытом проёме двери двери кузена — Добрый отвечает Лань Сичень глядя на сидевшего на полу парня эльфа с белыми волосами и дорогом кафтане расшитое золотыми нитями но одежда была помята и испачканная при этом эта неаккуратность не вяжется с красивыми чертами лица парня, — Знакомься это брат Ван Ибо Рафаэль Лиадон сказал Ванцзи ставя чайный сервиз на стол — Рад знакомству! — Я кузен Ван Цзи Лань Сичень ответил Лань Сичень сидевшему Рафаэлю на циновке, — Я тоже рад знакомству с вами господин Сечень ответил Раф к сожалению мне не довелось познакомиться с вами раньше и Ван Ибо никогда не рассказывал мне о вас я слышал от него только о господине Лань Ван Цзи добавил Раф после — Ну наверное случая не представился у Ван Ибо ответил на это Лань Сичень немножко обидевшись на этот факт что юноша позабыл о нём сразу же после возвращения к себе — А где сам Ван Ибо я что-то его не вижу спросил Лань Сичень следом, — К сожалению мы его ещё не нашли ответил Ван Цзи, он не стал рассказывать брату что на самом деле его прогнали из общины эльфы, как раз до прихода Сиченя, Ван Цзи Раф обсуждали свои планы поиска Ван Ибо — Ох уж этот проказник Ван Ибо всегда глаз до глаз нужен до него сказал шутя Лань Сичень — Да это уж точно вы выразились господин Сичень ответил засмеявшись живой смех принца Рафаэля дошёл до соседнего дома где располагалась комната старика Ланя, Ци Жень находящийся итак на взводе начал нервничать ещё сильнее и метаться по комнате, какая неслыханная дерзость что за громкий смех, сказал Ци Жень и перестав ходить взад и вперёд швырнул на стол свою указку а потом сел за стол на полу думая что он точно сойдёт с ума Ци Женю хотелось сейчас ворваться к этому незнакомцу и прогнать его, старшего учителя останавливает только правила приличия — Прошу прощения за мой громкий голос, если это как-то противоречит вашим законам школы он у меня от природы такой, извинился Рафаэль за свой смех словно догадавшись о сдержанности и строгих правилах клана Лань, но не смотря на живой задор Рафаэль выглядит немножко усталым даже до чая не дотронулся, — Господин Лиадон вы наверняка устали если хотите можете немного отдохнуть прилечь в одой из комнат, — Если это не затруднит никого то я бы не отказался отдохнуть немножко, ответил Рафаэль вежливо, –О чём речь какие затруднения, отвечает Сичень, –Сейчас я попрошу Сяо Синьчечя вас проводить до спальной комнаты сказал Сичень, –Сяо Синьчень! позвал Лань Сичень своего сына который находился в соседнем доме напротив библиотеки Ну Синьчень не отозвался, намеренно он сидел и проверял работу младших классов на наличие ошибок парень уже не был учеником а был одним из младших учителей школы, но он по-прежнему оставался легкомысленным повесой не смотря на свой статус учителя, — Сяо Синьчень! снова позвал его отец но и в этот раз молодой человек проигнорировал голос отца прекрасно доносившиеся до него, –Несносный мальчишка никогда меня не слушал! — Прошу меня извинить сказал Лань Сичень почувствовав себя неловко за своего сына в присутствие гостя он уже собрался встать и пойти за своим сыном сам но Ванцзи придержал его за руку и заставил обратно сесть а после позвал племянника строго — Сяо Синьчень! –голос второго господина Ланя звучал сурово и требовательно заставив Сяо Синьченя появиться сразу же после того как услышал дядю –Дядя Лань вы звали меня? спросил юноша появившись в проёме библиотеки внезапно –Да звал! — Проводи гостя в комнату для дневного сна! сказал Ванцзи и посмотрел на парня с укором Сяо Синьчень замялся под этим строгим нетерпишем ослушания взглядом младшего дяди, –Конечно дядя Лань отвечает робко Сяо Синьчень словно его заколдовали все в комнате в эту секунду замолчали между ними возникло ощущение скованности — Идёмте господин! обратился он к Рафу — Да уже иду поспешно ответил Рафаэль он впервые видел характер Ван Цзи что по не воле у юноши возникло желание по быстрее покинуть комнату — Молодые люди покинули вместе библиотеку и уже снаружи во дворе напряжение и скованность пропала они молча шли к повельону сна во дворе цвела магнолия окутывая воздух своим волшебным ароматом, — А ваш дядя Ван Цзи с учениками всегда так строг? спросил вдруг Рафаэль у Сяо Синьченя некоторое время спустя пока они шли к комнатам сна, — Я не учиник! грубо вырвалось у Сяо Синьченя и они снова замолчали, Раф смотрел как ученики школы сажают деревья в саду те что во дворе помогали ученикам по старше ухаживать за больными, приносили им лекарства и всё необходимое младшие классы бегали и играли во дворе Рафу не терпелось просто молча идти он не привык так много хранить молчание и он снова заговорил с парнем с черной как смоль длинной чёлкой, с высоким хвостиком завязанной на макушке белой лентой и белым как снег лицом — А ты всегда такой немногословный? — Прошу прощения? — А ты всегда такой болтливый? спросил Сяо Синьчень в ответ с сарказмом глядя на парня с белыми волосами и зелёными глазами с едва заметными веснушками на лице — Я нет что ты я обычно не люблю много говорить! отвечает Раф с улыбкой — Что то не похоже! ответил Сяосиньчень, мрачно Тем временем Вей Усянь проводил девушек до конца сада к стене школы для женщин, Луна и Эльза неспеша шли и смотрели на цветущие деревья, вишни акации, сирени, — Как здесь красиво! воскликнула Эльза а потом она вдруг увидела бегущие по зеленной траве белые комочки — Смотри Луна какие милые сказала Эльза и побежала за кроликами, — Да они очень милые! ответила Луна глядя на прыгающих белых комочков в траве, но близко не подходила как Эльза, Эльза в этот момент уже успела поймать одного из проворных пушистиков и сидя в траве гладила его по спинке и ушам — Ну всё дамы на этом наша встреча закончилась сказал Усянь с таким радостным тоном что Луна сказала — Мы тоже рады с вами попрощаться — Но как мы войдём тут же нет дверей заметила Луна — Очень просто! — Предъявите жетоны из белого нефрита нефрит засияет и после этого появиться дверь а после скажите женщине настоятельнице что вы гости второго господина Ланя ответил Усянь на вопрос девушки и вручил ей два нефритовых жетона Лань Ванцзи дождался, пока шаги Синьчэня и Рафаэля стихнут в коридоре, и плотно закрыл двери библиотеки. Атмосфера мгновенно стала тяжелой. — Брат, — Ванцзи посмотрел на Сичэня с той редкой прямотой, которая выдавала его крайнее волнение. — Народ эльфов на грани гибели. Им не нужно много — лишь кусок земли в восточных лесах Гусу, чтобы построить деревню и укрыться. Я готов взять на себя ответственность за их поведение. Сичэнь тяжело вздохнул, потирая переносицу. — Ванцзи, ты же знаешь дядю Цижэня. Отец непреклонен. Он считает, что эльфы — это «нестабильный элемент», а ты, помогая им, становишься пешкой в игре свергнутого короля. Он боится, что Сяо Чжань выставит это как акт войны против него. В этот момент дверь бесцеремонно распахнулась, и в комнату, едва не запутавшись в собственных одеждах, ввалился Вэй Усянь. — Ой, я помешал? Я просто искал, где тут спрятан «Тяньцзы Сяо» , — он замер, увидев серьезные лица братьев. Сичэнь вдруг мягко улыбнулся, глядя на него. — Господин Вэй… или мне стоит называть вас Мо Сюаньюй? Хотя, признаться, второй вариант звучит совсем непривычно. Я рад снова видеть вас в Облачных Глубинах. Вэй Ин застыл, округлив глаза: — Э-э… Глава Ордена Лань, вы… Лань Чжань тебе рассказал?! Предательство! — Ванцзи не проронил ни слова, — рассмеялся Сичэнь. — Просто за последние тринадцать лет никто не осмеливался называть Второго господина Ланя по имени так… часто и с таким энтузиазмом. Это была не самая сложная загадка в моей жизни. Вэй Ин тут же расплылся в улыбке и, облокотившись на плечо Ванцзи (от чего тот лишь едва заметно вздрогнул, но не отодвинулся), добавил: — Ну, раз маски сорваны, Лань Чжань, давай уговорим твоего брата! Сичэнь-гэ, если ты не поможешь с землями для эльфов, я подговорю твоего сына Синьчэня перекрасить все нефритовые жетоны в розовый цвет. Сичэнь, представив эту картину, содрогнулся: — Хорошо-хорошо, я попробую еще раз поговорить с отцом. Хуже розовых жетонов может быть только гнев Цижэня, но я рискну. В Покоях Лань Цижэня Воздух казалось, застыл. Лань Цижэнь сидел на жестком коврике, и его борода едва заметно подрагивала от негодования. — Ты просишь за народ эльфов? — голос старика был подобен грому. — Сичэнь, ты Глава Ордена, а не приют для бездомных духов! Ванцзи уже окончательно потерял себя, не собирается жениться, теперь еще и ты хочешь стать пешкой в игре свергнутого Ибо? — Отец, — почтительно, но твердо перебил Сичэнь. — Мы называем себя праведными заклинателями. Как мы можем закрыть ворота перед теми, кто умирает от голода и преследований? Ибо — мой племянник. В его жилах течет кровь нашей семьи. — В его жилах течет неотения и проклятие вечной юности! — отрезал Цижэнь, ударив ладонью по столу. — Сяо Чжань не остановится. Если ты выделишь им земли, ты подставишь под удар каждого адепта Гусу Лань. Я не позволю строить здесь деревню «чужаков». Пусть уходят туда, откуда пришли. — Они не могут уйти, — тихо ответил Сичэнь. — Им некуда возвращаться. Если мы им не поможем, мы ничем не лучше тех, кто их прогнал. Цижэнь лишь отвернулся, давая понять, что разговор окончен. Но Сичэнь уже тогда принял решение: если нельзя действовать открыто, он будет действовать мудро. … После тяжелого разговора с отцом, который закончился лишь взаимными упреками, Сичэнь вышел в сад, чтобы успокоить мысли за чашкой чая. Он сел в беседке, глядя на отражение луны в чаше. Он прекрасно знал, что за кустами затаив дыхание, сидят две девушки. Одна из них — Луна — во все глаза подглядывала за ним, пораженная его спокойствием и красотой, даже не подозревая, что Глава Ордена слышит каждый ее шорох. — Знаете, — вдруг произнес Сичэнь в пустоту, не поворачивая головы, — чай гораздо вкуснее, когда его пьешь в компании, а не когда за тобой подсматривают из колючих кустов. Луна, Эльза, выходите. Там, где вы сидите, полно садовых пауков, а они не очень жалуют незваных гостей. Из кустов донеслось приглушенное «Ой!» и тихий шепот Луны: «Я же говорила, он нас видит… и какой он красивый, даже когда сердится!» Сичэнь медленно поставил чашку на плетённый стол и, всё так же не оборачиваясь к кустам, добавил с легкой, почти обреченной усмешкой: — До сих пор не могу поверить, что стал соучастником в вашей игре. Если об этом узнает мой отец или… не дай бог ваш младший брат, — Облачные Глубины превратятся в поле битвы Кусты зашуршали, и Луна, неловко запутавшись в длинном подоле, буквально вывалилась на тропинку. Эльза попыталась её придержать, но в итоге обе девушки оказались перед Главой Ордена. Луна, раскрасневшаяся то ли от жары, то ли от смущения, поправила растрепанные белые волосы и выпалила: — А ваш брат, между прочим, очень занудныдным выглядит И вообще, Сичэнь-гэ… ой, простите, Глава Ордена… — она запнулась, встретившись с его мягким взглядом, и добавила уже тише: — вы такой аккуратный и пьёте этот ароматный напиток так красиво, будто это какой-то ритуал. Сичэнь лишь покачал головой. В его мыслях всё еще стоял тяжелый разговор, состоявшийся час назад в покоях отца. Девушки до этого так и не смогли пройти через магический барьер школы поэтому сидели спрятавшись в кустах до недавнего момента — Надеюсь, — произнес он, — что ваше умение прятаться в кустах лучше, чем ваше умение хранить секреты. Раз уж вы здесь, присаживайтесь. Расскажите мне, как вам удалось сбежать от Сяо Чжаня и при этом не потерять этот… боевой задор. Луна и Эльза встали с земли и присели за столик под цветущей голубой сиренью Лань Сичень улыбнулся девушкам Луна раскраснелась окончательно и тихо сказала — Не смущайте меня господин Лань я обычно так не делаю это проделки Эльзы, Эльза кинула на Луну недовольный взгляд, — Ладно ладно больше никаких вопросов ответил Сичень улыбаясь на серьёзный вид Эльзы а после чего предложил чаю обеим девушкам и разливает по пиалам молча ..... Сичэнь шел по торговым рядам, спрятав лицо под бамбуковой шляпой. Ему нужно было купить редкие травы и мази для эльфов — лечить их в Облачных Глубинах официально было нельзя из-за запрета отца. В толпе мелькнули знакомые белые одежды с вышитыми золотыми узорами — он сразу узнал в юноше своего сына, Сяо Синчэня. «Опять сбежал с занятий?» — вздохнул Сичэнь, собираясь подойти и отчитать его, но замер. Рядом с сыном стоял Сун Лань. Но они не вели себя как наставник и ученик. Синчэнь, обычно такой колючий и дерзкий в Гусу, сейчас буквально светился. Он что-то оживленно рассказывал, жестикулируя, а потом вдруг споткнулся о неровный камень мостовой. Сун Лань среагировал мгновенно. Он не просто поддержал его за локоть — он притянул Синчэня к себе, бережно приобнимая за талию, и так и оставил руку там, словно это было самым естественным жестом в мире. Сын же, вместо того чтобы отстраниться, как он делал это со всеми в клане Лань, доверчиво прижался к плечу Сун Ланя и тихо рассмеялся, глядя ему прямо в глаза. В этом взгляде было столько нежности и безмолвного обожания, что Сичэнь невольно вспомнил своего брата Ванцзи, когда тот смотрит на Вэй Ина. Это был взгляд человека, нашедшего свой дом в другом. Сичэнь почувствовал, как земля уходит из-под ног. В голове вспыхнули воспоминания о собрании кланов, где он впервые узнал, что Цин Су живет с Гуань Яо. Тогда он думал, что Сун Лань — просто старый друг семьи, который привез мальчика в Гусу. Но сейчас, глядя, как Сун Лань поправляет прядь волос на лице Синчэня, Сичэнь понял всё. Между ними не было родства. Между ними была та самая связь, которую в Гусу называли «сопряжением душ», но которая для аскетичного клана выглядела бы… крайне неоднозначно. Сичэнь вышел из тени, не в силах больше прятаться. — Сяо Синчэнь? Господин Сун? — голос Главы Ордена прозвучал глухо. Юноша вздрогнул и резко отпрянул, лицо его мгновенно залила краска — не то от стыда, не то от ярости за прерванный момент. Сун Лань же, напротив, остался невозмутим. Он медленно убрал руку, но не отошел ни на шаг, закрывая Синчэня собой, словно самое дорогое сокровище. — Глава Ордена Лань, — Сун Лань поклонился, но в его глазах Сичэнь прочитал вызов. — Кажется, пришло время для честного разговора, который вы так долго откладывали. настоящие чувства сына. Сичень ничего не ответил на вызов Сун Ланя и молча притянул к себе сына, а после они быстрым шагом покинули рынок Сяо Синьчень молча тащился за отцом по шумному рынку, наконец оказавшись у постоялого двора Дверь в комнату захлопнулась с глухим стуком, отрезая шум рынка. Сичэнь не просто завел сына внутрь — он втащил его за рукав, и, когда Синчэнь оказался на кровати после резкого толчка, в воздухе повисло тяжелое, давящее напряжение. — Я люблю его! — выпалил Синчэнь, тяжело дыша. Его пальцы вцепились в покрывало, а в глазах горел вызов, смешанный со страхом. Сичэнь замер. Обычно мягкие черты его лица словно превратились в камень. Он не кричал, но его взгляд был настолько ледяным и строгим, что Синчэнь осекся на полуслове, чувствуя, как слова застревают в горле. Глава Ордена медленно сложил руки за спиной, это движение было пугающе контролируемым. — Любишь? — голос Сичэня прозвучал тихо, в этой тишине Синчэнь услышал больше угрозы, чем в криках деда Цижэня. — Ты говоришь о любви, нарушая правила своего Ордена, сбегая с занятий и выставляя напоказ чувства, которые… Сичэнь на мгновение замолчал, подбирая слова. Он подошел к окну и резко задернул шторы, погружая комнату в полумрак. — Ты хоть понимаешь, Синчэнь, в каком положении мы все сейчас находимся? Твоя мать живет в Ланьлине с Гуань Яо, твое существование для неё это ошибка прошлого. Мой отец и твой дед ищут в тебе любую тень «дурной крови», чтобы окончательно разочароваться. А ты… ты решаешь, что сейчас лучшее время для прогулок за руку с тем, кого я считал твоим наставником? Синчэнь хотел что-то возразить, вскинул голову, но Сичэнь резко обернулся: — Молчи. Ты не в Ланьлине, где тебе прощали любую прихоть ради спокойствия Цин Су. Ты в Гусу. И если об этом узнает дядя, Сун Ланю не просто запретят вход в Облачные Глубины. Его обвинят в том, что он воспользовался твоей неопытностью. Синчэнь сжал кулаки так, что костяшки побелели. — Он единственный, кто был рядом, когда матери не было до меня дела! Вы бросили меня там, в Золотом городе, среди этих фальшивых улыбок! Сун Лань научил меня сражаться, он научил меня… жить. Сичэнь смотрел на сына и чувствовал, как внутри всё разрывается между долгом главы Ордена и болью отца, который пропустил годы взросления своего ребенка. Но сейчас на кону была не только репутация сына, но и жизни эльфов, которых он прятал. — Сейчас ты останешься здесь, — отчеканил Сичэнь. — Я закончу дела в городе, и мы вернемся. И если я еще раз увижу, что ты ищешь встречи с ним без моего ведома… я лично прослежу, чтобы Сун Лань покинул эти земли навсегда. Он направился к выходу, но у самой двери остановился, не оборачиваясь. — И убери этот взгляд, Синчэнь. Он слишком напоминает мне твоего дядю Ванцзи. Но у Ванцзи хватило сил защитить свою любовь. А есть ли эти силы у тебя? **** Свадебный паланкин Сяо Чжаня, украшенный золотом и ярким жёлтым шелком, медленно скрылся за поворотом, оставляя после себя лишь запах благовоний и горькое эхо торжества. Ибо долго смотрел вслед, его карие глаза отражали свет угасающих факелов процессии. В этот момент он окончательно отпустил свое прошлое связанное с Чженем то что до сих пор его удерживало, Теперь он был просто Ибо — муж, защитник, беглец. Они вернулись медленной поступью к той самой заброшенной хижине в бамбуковом лесу под покровом ночи Ночь была прохладной, но костер давал необходимое тепло. Среди старого хлама в углу хижины Ибо нашел пипу — китайскую лютню. Струны были пыльными, но целыми. Он бережно очистил инструмент и сел на землю рядом с Фрейей. — Это напомнило мне об одном старом замке, который я видел в скитаниях по землям, — тихо сказал Ибо, перебирая струны. — Там пели балладу о любви, которая сильнее времени сказал Ибо посмотрев на в голубые глаза в которых отражаясь плещатся языки пламени Фрея мягко улыбнулась и коснулась губами губ своего любимого лисёнка Он начал играть. Мелодия была непривычной для этих мест — тягучей, печальной и благородной, как та самая «Баллада о любви» сэра Джона. Звуки пипы под его пальцами превратились в голос рыцаря, поющего своей миледи. Присядь рядом со мной, все Прекрасные лорды и леди, И я расскажу вам историю О юном Джоне Генри. Он встретил прекрасную девушку Одним ярким майским утром, Когда отправился на охоту В графство Мидсомер. И бледная была кожа Девы Мидсомер, Голубые были ее глаза, Голубые, как море. И на ее светлой голове Лежала гирлянда цветов. Сладкими были розы Округа Мидсомер. Но молодые люди не сбиваются с пути. Эта девушка уведет тебя прочь. моя любимая, мой свет в этой тьме…» — казалось, шептали струны. Фрейя положила голову ему на плечо, прикрыв глаза. Тихий треск костра вторил музыке. В этом моменте не было Императора, не было войн и преследований. Был только вечно юный принц с ангельским сердцем и его верная спутница. — Ты моя Леди, — прошептал Ибо, закончив играть. — Единственная, ради кого я готов оставаться на этой земле. Рассвет застал их уже на пути к Цайи. Им нужны были припасы. тыква и рис закончились а овощи при разрезе оказались гнилыми внутри когда Фрея хотела приготовить завтрак у очага находившися снаружи хижины, рядом с очагом тлел тот самый вчерашний костёр Ибо поглубже натянул капюшон, скрывая свои белокурые волосы, а Фрейя прикрыла лицо своим капюшоном от дорожного плаща Ибо который был на ней с самого начала и этот свадебный наряд который выглядел сейчас ужасно перепачканный в пыли обгоревший по краям подола. До Цаи Ибо и Фрея добираются пешком, и наконец в полдень они оказались на рынке Рынок гудел. В воздухе висело напряжение после вчерашней свадьбы. слух прошёл даже до Уаи Именно здесь, среди рядов с сушеной рыбой и травами, пара встретилась случайно с Лань Сиченем Глава Ордена шел, глядя себе под ноги. Его лицо было бледным, а в глазах застыла обида. Слова Синчэня — «Если бы я не пожелал вернуться, ты бы обо мне и не вспомнил» — жгли его изнутри сильнее любого яда. Он чувствовал себя запертым в собственных правилах, как в клетке. Сичэнь поднял взгляд когда почувствовал приятный знакомый аромат Сандала среди рядов с рыбой и Лань Сичень невольно подумал что это его кузен он поднял взгляд и наткнулся на пару путников. Интуиция заклинателя сработала мгновенно. Несмотря на простую одежду, в осанке юноши он узнал ту самую грацию, которую невозможно скрыть. — Ибо? — Сичэнь произнес это почти одними губами. Ибо замер. Его рука инстинктивно легла на пояс, где был скрыт меч, но, узнав Сичэня, он расслабился. В глазах Главы Ланя не было угрозы — там была только глубокая человеческая усталость и тень узнавания. — Глава Ордена, — Ибо слегка склонил голову. — Я, не ожидал увидеть вас здесь Сичэнь посмотрел на Ибо, потом на Фрейю, и вдруг его собственные проблемы с сыном показались ему частью чего-то более масштабного. — Пойдемте со мной, — быстро сказал Сичэнь. — Город небезопасен. У меня есть комната в постоялом дворе. Мой сын… — он горько усмехнулся, — он тоже там. Под замком. Кажется, нам всем есть что обсудить. Они шли по узким переулкам Цайи, стараясь держаться в тени. Сичэнь шел чуть впереди, его белые одежды казались серыми в пыльном свете полудня. Он молчал, но его мысли были заняты встречей. — Твоя мать, Ван Фэй… — вдруг тихо произнес Сичэнь, не оборачиваясь. — Когда она ушла из Гусу, в Облачных Глубинах словно стало меньше света. Твои белокурые волосы, Ибо… ты так похож на отца, но взгляд у тебя — матери. Такой же непокорный. Ибо поправил капюшон, чтобы случайный порыв ветра не обнажил его светлые пряди. Фрея тем временем молчала она была сильно уставшей — Моя мать всегда говорила, что в Гусу слишком много правил и слишком мало места для тех, кто рожден свободным. Наверное, поэтому я здесь — Сичэнь горько усмехнулся. Эти слова эхом отозвались на дерзость его собственного сына. — Возможно, она была права. Мой сын Синчэнь сейчас доказывает мне это каждую минуту. У двери постоялого двора Сичэнь открывает дверь ключом, а Синчэнь внутри уже готов взорваться от негодования! Он поднялись на второй этаж. Сичэнь достал второй тяжелый ключ, и в тишине коридора звук проворачиваемого замка прозвучал особенно резко. Сичень толкнул дверь. Сяо Синчэнь сидел у окна, подперев голову рукой. Увидев отца, он вскочил, собираясь выплеснуть новую порцию гнева, но замер. Из-за спины Сичэня вышел Ибо, бережно поддерживая Фрейю. Солнечный луч из окна упал на голову Ибо, и его белокурые волосы на мгновение засияли переливаясь Юноша забыл о своей ярости. Он смотрел на Ибо застыв на мгновение — Отец? — голос Синчэня дрогнул. — Это… это же Ван Ибо? неверяще спросил Синьчень отца — Да а это его невеста мы теперь в ответе, за них Синчэнь, — Пока императорские фонари догорают в небе, мы должны решить, как спасти тех, кто еще жив.— тихо прошептал Сичэнь, сыну запирая дверь изнутри. Когда Фрея легла на кровать у неё кружилась голова поэтому у неё не было сил на разговор Ибо сел рядышком с лежавшей девушкой и повернулся к Синчэню. — Я помню всё ещё как мы резвились той ночью с Лань Сычжуем и Лань Цзынъи, опьянев устроили догонялки — произнес Ибо, и его голос был спокойным и глубоким но немного насмешлевым —. Вижу, ты так и не научился ходить протоптанными тропами. Синчэнь невольно улыбнулся, и поддержал разговор –Да уж как это можно было забыть ведь из-за нас наказание от старика Ланя получил наш дядюшка Ванцзи закончил свою речь Синьчень и парни рассмеялись и напряжение в комнате немного спало.Лань Сичень не может оставить своих внезапно появившихся гостей, за которыми, возможно, до сих пор охотятся, солдаты империи Сяо а ему нужно было купить лекарственные травы и мази для тех ещё эльфов, что находятся в Гусу. Сяо Синьчень сидел на циновке в этой же комнате обиженным всё ещё на своего отца — Сынок сходи на рынок купи мази и травы! сказал он сыну передавая список лекарств что он достаёт из рукава ханьфу, Синьченю не хотелось отвечать на просьбу отца он недовольно посмотрел на Сиченя но при Ван Ибо ему как-то стало стыдно проявлять свой характер и неуважение по отношению к отцу Синьчень встал с циновки и взяв список из рук отца вышел из комнаты, по поручению Ван Ибо всё также сидел на краю кровати рядом со своей лежавшей от усталости женой, у которой кружилась голова постоянно. — У неё возникло обезвоживание из-за голода и стресса, вы пешком добирались от Юаня до Цаи? — спросил, Лань Сичень глядя на уставшую пару, он подошёл ближе к Фрее девушка находилась в полуживом состоянии Ибо кивнул головой молча, Сичень ощупал рукой пульс девушки, вдруг в возникшей короткой тишине между ними раздался тихий голос Фреи, она сквозь закрытые веки тихо простонала: «Любимый, ты где?» — Я здесь, милая! Я рядом, не волнуйся! — шепнул Ибо, наклонившись успокаивающе убирая с лица длинные светлые пряди волос девушки, а после приподнявшись сев заговорил с Сиченем — Что мне теперь делать двоюродный дядя! Я запутался Что я могу сделать для неё она ищет защиты и спокойствия рядом со мной — А Я всего лишь свергнутый король у которого даже нет и гроша за душой я даже не могу ей обеспечить нормальный кров и еду а для Фреи я всё равно последний оплот мира и спокойствия —Боюсь Я не выдержу этого скитания больше признался Ибо Сиченю и прикрыл лицо руками опуская голову на колени, — Ибо не время сейчас опускать руки, Ты должен быть сильнее, сказал Лань Сичень, и похлопал парня по плечу а после сказал — Для начала ей и тебе нужно немного отдохнуть и поесть чтобы набраться сил, В тот момент когда они разговаривали Лань Сичень уже успел обдумать свой дальнейший план действий, — Подожди меня здесь немного, а после мы вместе вернёмся в Гусу сказав так Сичень вышел из комнаты и спустился вниз по деревянной лестнице, в нижних комнатах когда они с Сяосиньченем пришли сюда в не было никого а сейчас сюда понемногу прибывали путники уставшие с дороги мужчины сидели, на плетенных циновках за низкими столами ели рис и овощные блюда такие как суп или густое рагу и пили кто чай кто вино, а потом шумно разговаривали между собой обсуждая свои проблемы или же делились своими историями из жизни, иногда громко смеясь над шутками друг друга, постоялый двор в Цайи назывался Приют Летящего Журавля» владелец этого дома Вень Бин сын Вень Чжао из некогда существовавшего Клана Ци Шань Вень Бин стоял одетый в шёлковой коричневой шапочке и полусобранными волосами одетый в ярко голубое ханьфу расшитым серебром с узорами журавлей он больше не носил бордово красную одежду с изображением солнца как это было раньше парень выглядел всё тем же худощавым и болезненно бледным челка его выглядывала из-под шапочки скрывая большой лоб он как раз разговаривал с одним из постояльцев насчёт комнаты, и Сиченю повезло не пришлось искать хозяина по всему дому, честно говоря Лань Сичень его не сразу узнал — Господин Вень Бин позвал молодого человека Лань Сичень когда разговор с постояльцем был окончен и проблема мужчины была решена, — О господин Лань чем могу быть полезен? спросил парень удивлённый встречей с первым нефритом в своем скромном обителе, — Вень Бин мне нужно две миски горячего овощного супа, для моих гостей заклинателей они прибыли из далека, и два тёплых одеяла из шерсти желательно, сказал Лань Сичень, передав мешок с пятидесятью серебряными монетами — будет сделано! господин Лань но вот с шерстяными одеялами будет немного сложно, так как у нас в поднебесной обычно работают с шёлковой тканью вы же знаете, но всё равно я постараюсь договориться специально для вас с одним человеком с западного рынка он как раз привозит различные виды тканей сказал Вень Бин — Благодарю! — Но мне бы хотелось достать их сегодня же поскольку мои гости хотели приобрести одеяло из шерсти не позднее сегодня — Конечно понимаю, сейчас же всё улажу не переживайте, через десять минут всё будет заверил Вень Бин Лань Сиченя и позвал своего младшего помощника который был на два года моложе самого Вень Бина Ша Цзи Лун! — Да господин Вень прибежал тут же молодой юноша лет семнадцать тоже в голубом ханьфу как на Вень Бине — Сейчас же достань для одного из наших гостей два шерстяных одеяла с западного рынка, — Слушаюсь хозяин ответил юноша и побежал исполнять поручение, Договорившись с хозяином постоялого двора Лань Сичень возвращается в комнату поднимаясь по лестнице наверх, верхние комнаты обычно заселялись богатые люди, и именитые заклинатели Тем временем Сяосиньчень шёл по шумному рынку, озираясь по сторонам, прячась он сперва хотел пойти к Сун Лань несмотря на строгий запрет отца, но в этот момент он наткнулся на нужный прилавок с лекарственными травами и мазями, торговал за этой лавочкой, молодой мужчина средних лет с редкой бородкой и усами, он был приезжим лекарем из Корё который знал толк в травах и лекарствах, его Звали Ан Чи но люди привыкли называть его мастером Ан Чи у мужчины была взрослая уже дочь Аро которая помогала ему, то с делами аптеки то с практикой акупунктуры, когда отец был занят, — Чем могу помочь? спросил мужчина глядя на молодого парня улыбаясь в белом ханьфу перед собой Сяосиньчень посмотрел сперва на прилавок с сушёными травами а потом взглянул на мужчину из-под своей густой свисающий на бок чёлки — У вас есть такие травы? и мази спросил в ответ Сяосиньчень своим тихим голосом — Дайте-ка взглянуть попросил Анчи за прилавком листочек с записями, — Сяосиньчень передал лист бумаги мужчине лекарю Анчи посмотрел на список а после развернул его другой стороной, — Сейчас секундочку подождите попросил Анчи Сяосиньченя и позвал свою дочь — Аро! — Да пап! Отзывалась молодая девушка и появилась за прилавком пройдя путь от другого прилавка к прилавку где стоял её отец — Аро скажи пожалуйста что тут написано я просто стиль письма китайских иероглифов не узнаю сказал мужчина сощурившись пытаясь понять что написано на бумажке, он конечно же хорошо знал китайский язык но конкретный случай его впервые озадачил, — Папа так ведь это не китайские иероглифы! Воскликнула Аро! — А что же тогда? Спросил отец у дочери не понимая — Это название трав, на латыни ответила Аро и прочитала список, на бумаге были такие травы и меласса, мазь из календулы лён посевной алоэ вера, шалфей одуванчик, фрукты и овощи а также кокосовая вода, перечная мята, имбирь зелёный чай, ромашка Вода с лимоном или лаймом, огуречная вода, мёд, Аро прочитав и сверив глазами прошлась по списку ещё раз после перевела свой взгляд полный подозрения на парня в белом ханьфу, спросила — Вы будете всё это покупать из списка? — Да конечно! Ответил Сяосиньчень глядя на девушку серьёзно — Хорошо! Ждите! ответила Аро и достав плетёную корзинку из-за прилавка закидывает всё по списку в корзину травы были завернуты в бумагу а мази в баночке, овощи и фрукты отдельно лежали в корзине, — Прошу! с вас сто пятьдесят юаней сказала Аро передав корзинку через прилавок Синьченю её этим временем занялся другими подощедшими клиентами — Благодарю! — Ответил коротко Синьчень и передал деньги за лекарства, После того как Сяосиньчень купил лекарства, он с корзиной в руках медленно направился по рядам дальше рассматривая шёлковые расписные ткани среди кричащих торговок и споривших покупательниц, он шёл скрываясь за весящими шелками, стараясь не попасться на глаза никому из возможных знакомых ему людей, вдруг его кто-то окликнул сзади это был очень знакомый голос — Сяосиньчень! крикнул ему кто-то, Сяосиньчень узнал голос он испуганно обернулся и увидел неподалёку стояли Цзинь Нань и Дзинь Лин — Только этого мне недоставало сказал себе Сяосиньчень тихо, он подумал не обращая внимания пройти но его снова позвали — Сяосиньчень! — Ты думал что мы тебя не узнаем? с усмешкой сказал Цзинь Нань и добавил после — Сын неудачника! — Моя мать правильно считает что твой отец это самая большая ошибка в её жизни! Сяосиньчень остановишься замер среди рядов рынка молча пока терпел насмешки у себя за спиной сжимая всё сильнее кулаки а после резко подорвался с места и подошёл уверенно к Цзин Наню и Цзинь Лину, Сяосиньчень посмотрел прямо в глаза Цзинь Наня поравнявшись и бесстрашно сказал — Осторожнее Цзинь Нань с заявлениями, и убавь своё высокомерие а то вдруг богатства и слава это не бесконечные блага, в один день можно потерять всё а человечность никогда, дал ответ с достоинством Синьчень, — Что это с тобой как только уехал трактаты мудрости семьи Ланей тебе в мозг ударили, ? сказал Цзинь Нань и оба парня рассмеялись над Сяосиньченем — Цзинь Нань полегче это ведь всё-таки твой братец старший говорит с сарказмом рядом стоявший Цзинь Лин, со своей собакой Феей которая лаяла на Сяосиньченя не переставая и пыталась вырваться всё время с поводка — Что это с тобой происходит Цзинь Лин когда это я считал его братом? — На тебя не хватает твоего дяди — Какого дяди? Переспросил Цзин Лин непонимающе Ну тот который всё время грозился переломать тебе ноги, — А Дядя Чен! говорили что его казнил сам император Сяо Чжань за то что дядя Чен надругался прямо перед свадьбой над его наложницей! Сказал Цзинь Лин усмехнувшись — А я вот слышал другое что якобы наложница скрывавщаяся за вуалью на самом деле оказалась парнем — Фу Цзинь Нань ты что это такое вообще несёшь чтобы мой дядя польстился на парня это тебе не Мо Сюань Юй — Как ты сказал звали того принца? переспросил вдруг Сяосиньчень удивлённо прервав их цепочку разговора с Цзинь Нанем и те перестав, говорить между собой и посмотрели странно на Сяосиньченя — Ну ты даёшь разве не знал что наш нынешний император Сяо Чжань тоже был когда-то всего лишь принцем — Это история стара как мир преувеличил тут же Цзин Лин добавив после, и парни оба взглянули на ушедшего в себя Сяосиньченя на короткое мгновение, — Синьчень что с тобой ты в порядке? спросил вдруг обеспокоенно Цзинь Лин помахав рукой перед лицом Синьченя — Сяосиньчень прикусил губу до боли опуская взгляд — Да не обращай внимания Он всего лишь никто без статуса и имени который бегает по поручению своего отца неудачника рассмеялся глядя на корзинку в руках у Синьченя Цзин Нань и добавил куда там ему до тебя ты почти родственник императора, — Ещё раз скажешь про моего отца хоть слово и я не ручаюсь за себя крикнул Сяосиньчень бросив корзину на землю со стуком и резко хватая того за грудки –Убери свои грязные руки! Крикнул Цзин Нань отталкивая Сяосиньченя, от себя Цзин Нань положил руку на ножны меча он собирался вытащить меч из ножн, Но в этот момент к ним подошёл Цзинь Гуань Яо который стал случайным свидетелем стычки своего сына с сыном Сиченя — Эй эй ребята вы чего творите вы же братья! Успокоил Гуань Яо парней он разнял парней и сам встал посреди них, — Дядя Яо это всё Синьчень начал первым! сразу же заступился Цзин Лин за кузена Наня, Сяосиньчень смотрел на Наня с открытой злостью он перевёл взгляд на Цзин Лина, тот сразу же после умолк Но Гуань Яо отлично знал непростой характер своего сына и конечно же спросил сразу же с него — Цзинь Нань уймись и скажи что это между вами произошло? потребовал ответа от сына Гуань Яо ударив по руке сына которая лежала всё ещё на мече, — Ничего отец слышал же что Цзин Лин сказал ответил юноша всё ещё прожигая взглядом ненависти своего брата по матери, После этого Гуань Яо взглянул на Синьченя который тоже не двигался с места напряжения между юношами оставалась осязаемая, — Как твои дела Сяосиньчень? — Как поживает твой отец? спросил Гуань Яо чтобы сменить тему и снизить напряжение между ними — Хорошо Дядя Яо, — Отец тоже хорошо вот пришёл на рынок по его поручению, ответил Сяосиньчень отстранившись на пару шагов от Гуань Яо и его сына, добавил после Но мне уже пора идти! — Увидимся в Лан Лине на следующем турнире, бросил он семье Дзинь и уходит, — Какой то он странный стал раньше бывало разговаривали без умолку сказал Гуань Яо посмотрев вслед уходившему Синьченю с корзиной в руках — Вот вот дядя Яо я тоже самое заметил поддержал Дзин Лин старшего дядю — Ладно ребятки мне пора готовиться к поручению императора Сяо прослежу за въезд, иностранных граждан, сказал Гуань Яо и отошёл к солдатам своего клана, которые проверяли рынки и постоялые дворы в Цайи, — Эй фея ты куда убегаешь сказал Цзин Лин пытаясь удержать своего пса на поводке, — Только взгляни на себя! — Ходишь везде со своим псом хватит уже его таскать везде с собой, разгневанно вывалил своё недовольство Цзинь Нань на Цзин Лина, — Эй убавь-ка свой тон перед тобой вообще-то сын главы клана Ланьлинцзинь с гордостью заявил о себе Цзин Лин, — Да что ты! — А почему тогда ты не смог поставить на место этого выскочку Синьченя, — Цзин Нань да хватит уже враждовать с ним ведь у тебя с ним одна мать хоть отцы и разные, сказал Цзин Лин — Не смей об этом упоминать при мне он мне не брат ясно тебе сказал с ненавистью в тоне Цзинь Нань Сяосиньчень всё ещё шёл впечатлением от того что он услышал от Цзин Лина опустив голову смотря себе под ноги он медленно направлялся обратно в постоялый двор который находился неподалёку от рынка, — Значит правда всё-таки то что говорил Цзинъи тогда на турнире про Ван Ибо было не выдумкой, сказал Синьчень про себя, и перед взром Синьченя восстал мигом момент Когда речь шла об обрезаном рукаве Лан Цзынъи сказал перед всеми Цзин Лином и Сычжуем А что вы удивляетесь разве сам Ван Ибо не из того же теста и Сяосиньчень счёл тогда это выдуманным обвинением со стороны Цзынъи чтобы унизить Ибо в глазах всех из-за стремления быть лидером в их окружении, но оказалось всё куда хуже Сяосиньчень вспоминает следом другой инцидент в школе когда Сяо Чжань подслушав в траве в саду их разговор с друзьями, случайно, устроил после этого огромный скандал на ровном месте в школе, когда узнал что они его друзья оставили Ибо в лесу одного, и как стучался отчаянно в дверь в комнату тем дождливым днем умолял Ибо открыть ему дверь и какой, — Теперь для Сяосиньченя стало всё ясно, он наконец понял в какой опасности находился он и его отец укрывая беглого наложника Ван Ибо с со своей женой, — выходит Ван Ибо та самая таинственная наложница Сяо Чжаня, ради которой он убил своего кузена Чжо Чена, дядю Дзин Лина по матери, сопоставил у себя в голове Сяосиньчень выходит у Ибо с нынешним императором Сяо Чжанем были отношения, такие же как у меня как с Сун Ланем, сопоставив все факты в голове Сяосиньчень не тратя время больше бежит в постоялый двор Приют летающего журавля, В постоялом дворе всё также было шумно, до Ибо доносились голоса и громкий смех постояльцев с нижних комнат, Юноша прилёг на кровати рядом со своей женой пока Лань Сичень ходил узнать насчёт, одеял и мисок супа что то с заказом возникла задержка, они лежали обнявшись девушка не двигалась она лежала прижавшись к теплу Ибо кровать была выполнена из дерева груши и окрашена в коричневый цвет, одно крыло Ибо накрывала словно одеялом Фрею другое было зажато самим телом юноши, Ибо только недавно прикрыл глаза думая немного поспать, как в комнату ворвался Сяосиньчень устроив шум хлопая дверью и бросая на пол корзину из рук Ибо открыл глаза — Я всё знаю! — Ты беглый наложник императора Сяо Чжаня! выпалил Сяосиньчень только как оказался внутри комнаты Ибо приподнявшись сел на кровати, — Сяосиньчень послушай пожалуйста Это не . Но Сяосиньчень резко прервал Ибо на полуслове, не дав договорить, сказал — Не надо мне ничего говорить или отрицать, Ты хоть понимаешь в какой опасности мы с отцом находимся из-за тебя — Сейчас же собирайся и уходи со своей женой потребовал Сяосиньчень — — Да конечно сейчас ответил Ибо послушно, ему было стыдно за своё положение беглеца заставляющее беспокоить других он начал будить свою жену — Фрея! — Любимая проснись нам нужно идти! Говорит юноша своей жёнушки но девушка не просыпается Сяосиньчень тем временем стоял ожидая над душой, Но в этот момент в комнату вернулся Лань Сичень с двумя мисками супа и одеялами — Что такое Ван Ибо куда вы это? Спросил Синьчень удивлённо глядя на то как Ибо куда-то собирается с девушкой на руках, — Отец это я попросил его уйти — Пусть уходят не останавливай их говорит Сяосиньчень — Что значит ты попросил их уйти? переспросил Лань Сичень непонимающе у сына — Я знаю причину по которой Сяо Чжань так рьяно охотится за Ван Ибо — Он прав дядя Лань я забыл что не имею права подвергать опасности вас и вашу семью сказал Ибо посмотрев на отца и сына Лань Сичень смотрит в это лицо хранящее вечную юность и невинную припухлость щёк в эти обиженные глаза которые так и хотели заплакать ведь у юноши не было никого кроме дяди Ван Цзи по материнской линии к которому он и пришёл с последней надеждой обрести кров несмотря на то что у юноши была жена он всё ещё был неопытным выросшим только недавно парнишкой на плечи которого легла непосильная для его лет ноща и тяжелая судьба, юноша стоял раздавлено с хрупкой девушкой на руках которая крепко спала — Сяосиньчень идём со мной! сказал Лань Сичень и они выходят в коридор чтобы поговорить наедине оказавшись в коридоре Лань Сичень сказал сыну — Синьчень у него нет никого кроме нас ты должен понять, — Мы являемся кланом Ван с востока мы его прямые родственники по матери кланы Ван с востока и клыны Ван с севера всегда поддерживали друг друга и сейчас мы его не бросим в беде даже если нам угрожает опасность ты понял меня! сказал сыну Сичень требовательно а после зашёл обратно с ним в комнату — Мы с Сяосиньченем договорились, мы едем завтра все вместе в Гусу и не надо ничего говорить остановил Лань Сичень Ван Ибо когда он хотел что либо возразить, — А сейчас мы сядем и все вместе поедим я ещё две миски риса заказал сказал Сичень и в этот момент в дверь постучали а за дверью раздался голос молодого парня — Господин Лань я принес вам две миски риса, — Оставьте за дверью пожалуйста! ответил Сичень Ша Цзи Луну, Ночью тень ангела в покоях императора сновала незримо в воображении Сяо Чжаня. В спальне императора воздух был тяжелым от аромата сандала, который тонкими струйками поднимался от бронзовых курильниц. Огромные красные свечи «дракон и феникс» плакали воском, отбрасывая на стены дрожащие, тени. Не Мэйсян сидела на краю постели, едва дыша. Сквозь плотный шелк алой вуали мир казался ей размытым и багряным. Сердце девушки колотилось о рёбра: она была воспитана в строгости клана Не, и эта близость с императором, которого она видела лишь издалека, пугала её до дрожи. Когда шаги Сяо Чжаня затихли совсем рядом, она невольно сжала пальцами края своих расшитых рукавов. Чжань протянул руку. Его пальцы коснулись края вуали, и на мгновение он замер. В его памяти всплыл тот самый момент на площади: занавеска паланкина, шум толпы и — взгляд. Тот невозможный, призрачный взгляд карих глаз, обрамленных длинными ресницами. Он медленно поднял шелк. Мэйсян подняла на него глаза, полные надежды и немого обожания, но Сяо Чжань смотрел сквозь неё. Для него Мейсян пока было чуждым его воспаленный разум накладывал черты Ибо на неё. Когда он коснулся её плеч, снимая тяжелое верхнее одеяние, его движения были обманчиво нежными. Но в мыслях он видел не благородную деву, а Ван Ибо — хрупкого полукровку с кожей словно дорогой хрупкий фарфор. Каждое прикосновение к теплой коже Мэйсян отзывалось в его сознании воспоминанием об изгибах тела ангела. Сяо Чжань склонился к её шее, вдыхая аромат благовоний, но его нутро требовало другого запаха — запаха дождя чистоты белого пиона, который всегда исходил от Ибо. Закрыв глаза, император окончательно отдался своему безумию вдохнув аромат жасмина с черных волос Мейсян — Ибо… — это имя не сорвалось с его губ, но оно заполнило всё его существо, пульсируя в висках. Когда он целовал свою жену, он представлял не податливые губы своего беглого наложника. Когда его руки скользили по её талии, он чувствовал под пальцами те самые шрамы от плетей, которые он сам когда-то оставил на теле юноши. Чжань утопал в этой грезе, превращая брачную ночь в ритуал любви своему потерянному идеалу. Он владел телом одной женщины, но его душа, полная ярости и тоски, металась в огне того самого лагеря, где, как он думал, сгорело его единственное сокровище. Мэйсян принимала его страсть за искреннее чувство, не зная, что в эту ночь она — лишь тень, призванная утолить голод императора по тому, кого он считал мертвым, но продолжал желать больше жизни. Пока в императорском дворце догорали свадебные свечи, в Цайи ночь дышала холодом. В маленькой комнате постоялого двора пахло не сандалом, а горькими травами и сыростью. Ван Ибо метался на кровати. Рядом на расстеленном одеяле, крепко спала Фрея. Она наконец пришла в себя после горячего супа, и её дыхание было ровным. Тело Ибо, измученное побоями в лагере Сяо, теперь горело в огне лихорадки. Каждое движение отзывалось тупой болью в спине, где старые раны от избиений воспалились и тянули кожу. Температура была настолько высокой, что его светлые волосы, обычно рассыпчатые и сияющие, теперь мокрыми прядями прилипли к лицу. — Жарко… как жарко… — едва слышно шептал он, кусая губы. В его бреду огонь из лагеря Шотландии всё еще преследовал его, опаляя крылья полукровки. Лань Сичень не отходил от него ни на шаг. Он сидел на краю постели, его светлые одежды были измяты, а на лице читалась глубокая усталость. Он раз за разом опускал тряпицу в таз с прохладной водой, отжимал её и осторожно прикладывал к горячему лбу племянника. — Потерпи, маленький А-Ибо, — тихо говорил Сичень, и в его голосе дрожала боль за сына покойной сестры Ванцзи — Мы скоро будем дома, в Гусу. Там тебе станет легче. Ибо не слышал его. В какой-то момент он резко вздрогнул и распахнул глаза — карие, затуманенные болезнью. Ему на мгновение показалось, что он снова видит лицо императора, склонившееся над ним. Страх ледяной волной прошел по позвоночнику, заставив юношу сжаться. — Нет… не надо… — прохрипел он, пытаясь отстраниться от невидимого преследователя. В это время, , Сяосиньчэнь тоже спал в углу на циновке. юноша забылся тяжелым сном . Он был слишком измотан событиями дня, чтобы выдержать ночное бдение вместе с отцом. Лань Сичень вздохнул, глядя на то, как Ибо снова проваливается в беспокойное забытье. Он чувствовал, что время уходит. Солдаты Гуань Яо рыщут по городу, и если они не покинут Цайи с первыми лучами солнца, этот невинный «ангел» с белокурыми волосами навсегда станет пленником золотой клетки императора Сяо. Сичень снова сменил повязку на лбу Ибо, молясь лишь о том, чтобы к утру юноша нашел в себе силы хотя бы просто стоять на ногах.