yuán fèn (судьбоносная встреча)

Утро наступило внезапно, словно кто-то щёлкнул переключателем. Но вот что приятно – спать совсем не хотелось. Я чувствовал себя невероятно бодро. Подойдя к небольшому зеркалу, решил заплести тугую косу, для того, чтобы мне не мешали волосы. Закрепив ее чёрной лентой, я переоделся, выбрав неприметное ханьфу без всяких рисунков. Не нужно привлекать внимание дорогой одеждой. Переодевшись, решил спуститься позавтракать и узнать про результаты ночной вылазки Хуна и Юньфэна. Спускаясь по лестнице, я заметил, что мужчины уже сидели за столом. Юньфэн пытался подавить зевок из-за бессонной ночи, а Хун, низко склонившись, что-то сосредоточенно писал. — Хун, Юньфэн, доброго утра. Юньфэн ярко улыбнулся, а Хун отвлёкся от бумаги, рассеяно кивнув. — Что ты пишешь? — поинтересовавшись, я подошёл к Хуну и посмотрел на листок. — Ого… — я потерял дар речи. Хун нарисовал подробный план поместья, где были отмечены и подписаны большинство помещений. Внимательно изучив получившуюся схему, я заметил подозрительное место, находившееся в самой дальней комнате в поместье. Она не была подписана. — Что это за помещение? — Я не уверен, — поморщился Хун, признавая свой промах. — Но у меня есть предположение. Слово взял Юньфэн: — Мы не смогли незамеченно пробраться внутрь, так как у двери стоят охранники, — он сдул прядь волос с лица. — Да не простые, а заклинатели. Понаблюдав какое-то время за дверью, я услышал… — Юньфэн напрягся, смотря на брата. — Тихий плач, — напряжённо продолжил Хун. — А также детские крики. Я сжал кулаки. Перед глазами слегка потемнело и я немедленно опустился на стул, растерев лицо. Мужчины обеспокоено переглянулись между собой и Юньфэн подвинул ко мне чашку. — Выпейте, молодой господин, это успокаивающий чай из трав и мёда. Нам всем он сейчас не помешает. Отпив сладковатый чай, я медленно вздохнул и выдохнул, приходя в себя. — Продолжайте, я в порядке. — Охранники стоят там явно не для красоты, — размышлял Хун. — Вероятно, в той комнате Ли Цзеван и держит похищенных детей. Изучив поместье, мы пришли к выводу, что Ли Цзеван не очень обеспокоен своей безопасностью. Видимо, долгая жизнь в спокойствии затуманила ему разум. Это объясняет небольшое количество охраны. Всего мы насчитали троих около входа, двое у дальней комнаты, также по одному человеку около комнат членов семьи Ли: самого Ли Цзевана, его жены и дочери. — Сколько лет дочке Ли Цзевана? — Двадцать пять, — недоуменно ответил Юньфэн. Затем его глаза расширились и он шокировано произнёс. — Молодой господин, не думаете же вы, что это она та самая женщина, уводящая детей? Рядом также нахмурился Хун. — Я беру в расчёт все возможные варианты событий, — ответил я, задумавшись. — Это могла быть либо дочь, либо сама жена Ли Цзевана. — Если ваши слова верны, я полностью разочаруюсь в людях! — воскликнул Юньфэнь, в неверии качая головой. — Никогда не знаешь, что человек скрывает за своей внешностью, — мудро изрёк Хун. — Было бы намного проще, если бы люди внешне выглядели так же, как выглядит их душа, — подхватил я, подмигивая Хуну. Юньфэн беспомощно посмотрел на нас и недовольно произнёс: — Спелись! Мы улыбнулись, немного разгоняя напряжённую атмосферу. — Каков наш план действий? — поинтересовался я у мужчин. — Как мы проникнем внутрь, минуя охрану? Хун посмотрел на Юньфэна, кивая ему. — Перед тем, как покинуть Безночный город, один из подчинённых вашего отца, работающий над изготовлением ядов и отрав, дал нам один порошок, имеющий интересные свойства. Вдохнув его, человек погружается в иллюзию, которая показывает ему его сокровенные мечты и желания, — мужчина растянул губы в хитрой улыбке. — Думаю, нет нужды продолжать дальше. — Мы выведем из строя охрану, — продолжил Хун. — Путь будет открыт. Сработает эффект неожиданности, ведь никто не ожидает нашего проникновения. Но нужно действовать тихо и аккуратно, ведь, поняв, что что-то не так, остальные поднимут панику и начнётся суматоха, что нам не на руку. — Хун говорит верно, — снова взял слово Юньфэн. — Нам необходимо не привлекать лишнего внимания. Также мы должны никого не упустить из поместья, иначе он приведёт подкрепление и задействует простых жителей, сделав нас злодеями, гнусно напавших на бедного Главу Ли и его семью. Я задумчиво кивнул, размышляя над планом. — Охрану мы не убьём. Они лишь исполняют свою работу. Но вы же понимаете, что это ничтожество Ли Цзевана мы не должны отпустить живым? — спокойно поинтересовался я, подняв взгляд на мужчин. Хун и Юньфэн нервно сглотнули под холодным взглядом алых и пустых глаз. От молодого господина исходила аура, как у Главы Вэнь, заставлявшая людей испытывать дичайший ужас и желание убраться подальше. Было странно бояться ребёнка, но ребёнок перед ними был необычный. Вэнь Кай воспитывался самим Верховным Заклинателем и суровым Главой Вэнь Жоханем. Понятно, откуда у него столь подавляющая аура в раннем возрасте. — Понимаем, — хором произнесли они, поёжившись. Я какое-то время внимательно смотрел на них, затем моргнул и перевёл взгляд на чай. Послышался облегчённый вздох Юньфэна. Подняв бровь, я посмотрел на него. — Молодой господин такой пугающий! — как ребёнок воскликнул он, поддаваясь вперёд. — Не даром вы являетесь сыном Главы Вэнь! — А что, были подозрения, что я не его сын? — поднял я уже вторую бровь. Рядом сидящий Хун вздохнул и слегка стукнул брата по голове. — Не обращайте на него внимания, — устало произнёс мужчина. — Он не умеет следить за своим языком. Я молча кивнул и мы стали обсуждать детали плана.

***

Дождавшись наступления заката, мы незаметно двинулись в указанное мальчиком место. Хун помог мне забраться на крышу заброшенного постоялого двора и мы притаились, выжидая женщину. Она не заставила себя долго ждать. Приведя с собой толпу детей, она останавливалась напротив каждого ребёнка и внимательно рассматривала их, вертя во все стороны. Рядом тихо вздохнул Юньфэн. Женщина оказалась дочкой Ли Цзевана. Спустя некоторое время женщина наконец выбрала двух детей и, взяв их за руки, куда-то повела. Юньфэн и Хун, аккуратно взявший меня на руки, незаметно двинулись за ней следом. В итоге, как мы и предполагали, женщина привела нас к поместью Ли. Как только она зашла внутрь, Юньфэн достал мешочек. Дождавшись порыва ветра, он удачно распылил порошок, направив прямо на трёх охранников, стоявших около входа. Мы наблюдали за тем, как, вдохнув порошок, закачался первый мужчина. Двое других увидели, что с их приятелем что-то не так и двинулись к нему. Но едва они сделали два шага, как подкосились и упали, словно мешки на землю. Вэнь Хун спрятал бессознательные тела в кусты, чтобы их никто не заметил и затем мы разделились. Юньфэн отправился обезвреживать охрану возле покоев Ли Цзевана и его жены, а мы отправились вслед за дочерью Ли, которая направлялась к охраняемой комнате. Спрятавшись за углом, мы обнаружили, что женщина уже зашла внутрь вместе с детьми. Хун повторил трюк с порошком, и спустя минуту двое охранников стали заваливаться. Мужчина ринулся вперёд, поймав их, дабы они не наделали шума, и тихо перенёс подальше от двери. Вскоре вернулся Юньфэн. — Охрана обезврежена. Ли Цзевана и его жены в покоях я не обнаружил. Видимо, они внутри этой комнаты вместе с дочерью. — сообщил он. Братья молча переглянулись, как будто разговаривая без слов. — Молодой господин, отойдите подальше, — тихо прошептал Юньфэн. Я молча исполнил его просьбу, наблюдая, как мужчины подняли ноги и со всей силы ударили в дверь, выбивая ее из петель. Я зажмурился из-за грохота, а когда открыл глаза, мужчин уже не было на месте. Не став медлить, я также ворвался внутрь комнаты и тут же оцепенел от открывшейся передо мной картины. Я не обращал внимания на гневно кричащего Ли Цзевана, которого повалил и связал Хун вместе с его женой и отчаянно сопротивляющейся дочерью. Не обращал внимания на двоих плачущих детей, которых успокаивал Юньфэн. Все мое внимание было приковано к большой кровати, стоявшей в центре комнаты, и лежащем на ней мальчике моего возраста. Руки и ноги его были крепко привязаны к изголовью кровати, растянув его в форму звезды. Он был полностью раздет, по всему телу были ужасные синяки и раны с засохшей кровью, будто кто-то водил по его телу ножом. Я на негнущихся ногах приблизился к нему и столкнулся с его горящими угольно-чëрными глазами настолько тёмными, что, казалось, они поглощали свет. Мальчик пристально смотрел на меня, не отрываясь. В его глазах плескалась чистая ненависть и скрытый страх. Увидев, что я хочу к нему прикоснуться, он яростно забился, натирая себе верёвками руки и ноги. — Тише, тише, — я аккуратно, дабы его не напугать, поднял перед собою руки, показывая, что не держу ничего, что может причинить ему вред. — Теперь все будет хорошо, — произнёс я, едва шевеля губами. Но мальчик услышал, отчаянно заглядывая мне в глаза. — Я вытащу тебя отсюда, — пообещал я. Мальчик какое-то время напряжённо изучал меня, ища подвох, затем немного расслабился, перестав вырываться и причинять себе боль. Я достал спрятанный кинжал и показал его мальчику. — Сейчас я разрежу веревки, хорошо? Я не причиню тебе вреда, — я дождался слабого кивка и аккуратно разрезал веревки, освобождая ноги и руки мальчика. Он тут же сел, сложив ноги в коленях и прикрывая свою наготу. Я быстро снял с себя верхние одеяния и протянул ребёнку. — Возьми, прикройся, — увидев, что мальчик недоверчиво, словно дикий зверёк, смотрит на мои протянутые руки, я сам аккуратно накинул на него одежду, скрывая наготу. Он какое-то время не шевелился, затем все же укутался в данную ему одежду. Я наконец обратил внимание на кричавших Ли Цзевана и его дочь. — Отец! Что это за люди!? — визгливо кричала женщина, испугано переводя взгляд с Хуна на Юньфэна. — Кто вы такие, ублюдки!? Как посмели вы врываться ко мне домой!? Да вы хоть знаете, кто я такой? Немедленно развяжите меня и я, так уж и быть, пощажу вас! — надрывался красный мужчина. Я громко хмыкнул, привлекая его внимание. — Неужели у Главы Ли такая плохая память, что он меня забыл? — снимая шляпу, едко произнёс я. Глаза мужчины расширились и он испуганно закричал: — Господин Вэнь!? — лицо его приняло подобострастное выражение. — Ах, произошло огромное недоразумение! Подняв бровь, я медленно начал подходить к мужчине. Тот пытался убежать, но веревки не давали ему пошевелиться. — Недоразумение? — ласково переспросил я. Ли Цзеван закивал, словно курица, клюющая рис, и зачастил, беспокоясь о своей шкуре: — Верно! Недоразумение! Виновата… она! — закричал мужчина, кивая на свою дочь. Та чуть не упала в обморок от заявления отца и пораженно воскликнула: — Я!? Да это ты приказывал мне приводить к тебе самых симпатичных детей для твоих развлечений! — Что ты несёшь, дура!? Это ты, ты приводила сюда детей, а я пытался остановить тебя, — он перевёл дикий взгляд на меня. — Молодой господин Вэнь, прошу, поверьте мне, во всем виновата моя дурная дочь, я неправильно ее воспитал, вот в чем моя единственная беда! Не выдержав криков мужа, его перебила жена: — Заткнись! Ты бесполезно сотрясаешь воздух! Этим людям наверняка уже известно о том, что все мы виноваты. Они лишь глумятся над нами. Открой свои глаза! Разве ты не видишь презрительных взглядов, направленных на тебя? Ли Цзеван завертел головой, пристально смотря на нас. Увидев подтверждение слов жены, он начал изо всех сил вырываться из верёвок. Юньфэн пнул его, говоря: — Тц, что за блядский выр… — Язык, — одернул своего брата Хун. Я подошёл к Ли Цзевану и некоторое время рассматривал его, дивясь тому, какое чудовище может скрываться за человеческим лицом. — Избавьтесь от них, — приказал я Хуну и Юньфэну. Вдруг позади раздался хриплый голос, заставивший меня вздрогнуть от неожиданности: — Подождите. Я обернулся и заметил мальчика. Тот поднялся с кровати и подошёл ко мне так тихо, что я не обратил внимания. Мальчик пристально посмотрел мне в глаза, на секунду замерев, а затем произнёс: — Позвольте мне. Нет нужды уточнять, о чем именно он просил. Я смотрел ему в глаза и с сожалением понимал, что он никогда не забудет произошедшее с ним в этой комнате. Чтобы хоть как-то пойти вперёд, он должен лично отомстить за себя ублюдку, разрушившему ему жизнь. Кого-то это мне напоминает… — Дайте свой веер, — внезапно попросил меня мальчик. Я недоуменно моргнул. Веер? Отцепив его от пояса, я молча выполнил его просьбу. Он взял веер в руки, неторопливо сложил, затем подошёл к Ли Цзевану…        И со всего маху воткнул рукоять в глазницу похотливой мрази! Кровь брызнула фонтаном во все стороны и попала на лицо мальчишке. Я пораженно отошёл, а он искривил губы в счастливом оскале и медленно провёл языком по губам, слизывая кровь. Плечи его затряслись и я услышал тихий смех, постепенно нарастающий. У меня что-то щелкнуло в голове и я с особым вниманием вгляделся в мальчишку. Чёрные волнистые волосы чуть выше плеч, лисьи глаза, в которых плещется безумие, длинный и аккуратный нос, тонкие губы, искривлённые в зверином оскале… Не может быть… — Скажи, как тебя зовут? Мальчик медленно повернулся ко мне и произнёс два слова, заставившие мое сердце на мгновение остановиться: — Сюэ Ян.