yuán fèn (судьбоносная встреча)

Я вышел из оцепенения и как можно спокойнее спросил, не единым мускулом не высказав своего замешательства и ошеломления: — Его жену и дочь тоже оставить на тебя? — Сюэ Ян задумчиво наклонил голову и с некой растерянностью разглядывал меня, словно не понимая, что я такое. Затем неспешно кивнул. Я повторил его кивок. — Дочь Ли Цзевана виновата, это мне известно. Я лично видел, как она привела сюда детей, — я нахмурился. — Но, позволь мне узнать, что делала его жена? Сюэ Ян внимательно выслушал меня. Пристально смотря мне в глаза, он медленно распахнул одежду и повернулся ко мне спиной. Неподалёку раздался поражённый вздох Юньфэна. На спине Сюэ Яна было вырезано одно единственное слово: «Ублюдок». Видно, что сделано это было не так давно, так как рана открылась и запачкала недавно надетое верхнее ханьфу кровью. Направив потемневший взгляд на молчавшую все это время женщину, я спросил: — Почему ты это сделала? Женщина взорвалась, яростно крича: — Он это заслужил! Мелкое отродье! Кто позволил ему родиться столь смазливым на лицо!? Из-за этого блядского выродка у моего мужа встал на него, а не на меня! — затем она безуспешно попыталась кинуться на меня. — Ты тоже мелкий ублюдок, только посмотри на свою внешность! Почему Небеса столь несправедливы ко мне? Почему они наделяют такой красотой мерзких выродков вроде тебя, а не меня? Вы, мерзк… Не дав ей продолжить, Сюэ Ян молниеносно приблизился к ней и сжал горло женщины. Та забулькала и отчаянно попыталась вырваться, но безуспешно. Раздался хруст и женщина навсегда замолкла. Сюэ Ян перевёл взгляд чёрных глаз на дочку Ли Цзевана. Та дико заверещала и принялась вырываться из верёвок, крича: — Не-е-ет! Пощадите, я не сделала ничего плохого! Сюэ Ян холодно усмехнулся, расширив глаза, отчего женщина закричала ещё сильнее: — Ты пощадила детей, слёзно умоляющих прекратить над ними насилие и вызволить их отсюда? — затем хрипло прошептал. — Ты этого не сделала. Я наблюдал, как Сюэ Ян на мгновение остановился, смотря на свои пустые руки, затем оглянулся на веер, до сих пор находящийся в глазнице Ли Цзевана. Недолго думая, он приблизился к женщине и… со всей силой вцепился зубами ей в горло! Та захрипела, безуспешно пытаясь выбраться. Спустя некоторое время она безвольно опустила руки и прекратила дышать, смотря остекленевшими глазами в никуда. — Сюэ Ян, — аккуратно позвал я загнано дышащего мальчика. Он медленно повернулся ко мне. Вся его челюсть была окрашена кровью. Я, недолго думая, отрезал часть своего рукава и протянул ему, говоря: — Приведи себя в порядок. Отчего получил ещё один рассеянный взгляд, пристально разглядывающий меня. Мальчик медленно подошёл ко мне, словно дикое животное, впервые видящее человека, и взял протянутую ткань, вытираясь. Я перевёл взгляд на безмолвно наблюдающих за нами мужчин. Затем повернул голову на хрипы все ещё живого Ли Цзевана. — Хун, Юньфэн. От тел и улик надо избавиться. Затем я посмотрел на Сюэ Яна и поинтересовался: — Этот ублюдок все еще дышит. Какую участь ты для него уготовишь? Мальчик нахмурил брови, затем спросил, наклонив голову: — Вы исполните любое мое желание? Я серьезно кивнул. — Тогда я хочу, чтобы он на своей шкуре почувствовал, каково это, когда в тебя вбиваются огромным членом, разрывающим все твоё нутро и доставляющее невыносимую боль… Я на миг прикрыл глаза, чувствуя, как сдавило у меня грудную клетку от осознания того, через что прошёл Сюэ Ян. — Я исполню его пожелание, — произнёс Юньфэн, гневно сверкая глазами в сторону заскулившего Ли Цзевана и думая, как скоро прибудет нужный человек. Я согласно кивнул, заметив взгляд Юньфэна. — Отлично. Юньфэн, займись этим. Хун, — мужчина вопросительно посмотрел на меня, ждав указаний. — Возьми Сюэ Яна и проведи его в мою комнату на постоялом дворе. Действуй аккуратно, вас не должны заметить в таком виде. Вдруг кто-то вцепился в мой рукав. Оглянувшись, я заметил Сюэ Яна, напряжённо смотрящего на Хуна. Я мысленно хлопнул себя по лбу. Вот дурак! Как Сюэ Ян может довериться незнакомому взрослому мужчине? Я мягко накрыл сжатые пальцы мальчика. Тот перевёл слегка растерянный взгляд на наши руки, затем посмотрел на меня, заглядывая мне в глаза. — Сюэ Ян, Хун мой подчинённый, он не причинит тебе вреда. Ты сможешь пойти с ним, пожалуйста? Мальчик медленно покачал головой в отрицании и сильнее вцепился в меня. Я перевёл беспомощный взгляд на Хуна и Юньфэна. — Молодой господин, вам больше нечего здесь делать, — сказал Юньфэн. — Вы можете вместе с мальчишкой и Хуном возвращаться на постоялый двор, я закончу остальное сам. Мне оставалось лишь кивнуть. Бросив последний взгляд на Юньфэна, мы покинули комнату.

***

— Хун, прикажи принести бадью, — я посмотрел на кровоточащую спину Сюэ Яна и спросил. — У нас есть какая-нибудь целебная мазь или травы? Мужчина вышел из моей комнаты и вернулся спустя пол сгоревшей палочки благовоний, протягивая мне баночку. — Вот, это мазь, которая поможет остановить кровь и ослабить боль. Я кивнул и взял баночку с мазью, глазами прося Хуна выйти. Тот кивнул и скрылся за дверью. Я ласково обратился к Сюэ Яну: — Будь добр, ляг на живот. Мне нужно обработать твою спину, иначе ты можешь занести инфекцию. Тот некоторое время пристально разглядывал меня, склонив голову к плечу. Затем кивнул и исполнил мою просьбу. Меня немного напрягла его покорность. Я аккуратно опустил ханьфу и стал бережно наносить мазь. — А что такое «инфекция»? — хрипло поинтересовался мальчик, спустя несколько минут. Я немного растерялся, затем попытался объяснить ему значение понятным языком: — Это когда к тебе внутрь попадают плохие и опасные микробы, заражая твой организм, после чего ты заболеваешь. Ты же знаешь, что такое микробы? — неуверенно поинтересовался я. — Нет… — пробормотал Сюэ Ян. Я попытался сформулировать ещё одно определение. — Это очень маленькие организмы, которые мы не можем разглядеть. Они находятся вокруг нас. Понятно? Сюэ Ян с любопытством поглядывал на меня, сверкая глазами. На мой вопрос он послушно кивнул. Я улыбнулся и продолжил обрабатывать его раны. — Как вас зовут? — спустя ещё пары минут неуверенно спросил мальчик. — Обращайся ко мне менее формально, — попросил я его. — У нас с тобой не такая уж большая разница в возрасте. Мое имя Вэнь Кай. — Вэнь Кай… — тихо повторил мальчик, запечатывая это имя в сердце. — Ты не презираешь меня? — вдруг спросил он. Я недоуменно моргнул. — Почему я должен тебя презирать? Сюэ Ян повернул ко мне своё лицо и расширил глаза, будто старался напугать меня. — Ну как же? Я же ублюдок. Мерзкий выблядок! Грязь под ногами таких, как вы! — под конец речи из него стал вырываться неконтролируемый смех. Я не выдержал накатившего на ребёнка приступа безумия и бережно обнял его. Мальчик замер, затем инстинктивно попытался вырваться из объятий, но не смог из-за моей крепкой хватки. В бешенстве зарычав, он со всей силой укусил меня за руку, да так, что пошла кровь. Я поморщился, но продолжал удерживать его, успокаивающе гладя по голове. Вскоре ребёнок затих и перестал вырываться. Психика его явно была нестабильна. — Ты такой же человек как и все остальные, — тихо произнёс я, продолжая поглаживать его по макушке. — Ничем не хуже них. Выбрось эти слова из головы, они не относятся к тебе… Сюэ Ян заворожённо смотрел в алые глаза напротив и чувствовал, будто попал под гипноз, слушая неторопливую речь Вэнь Кая. Постепенно хаос в его голове улёгся и наступил покой. Он обратил внимание на все продолжавшего что-то говорить Кая. Узнав тот, что его гениальную речь пропустили мимо ушей, вышел бы из себя. — … Ты не должен проецировать на других людей… — Что значит «проецировать»? — недоуменно прервал мою речь Сюэ Ян. Я запнулся и мысленно стукнул себя по лбу. Я совсем забываю, что передо мной сидит совсем ещё ребёнок, к тому же выросший на улице. — Это значит приписывать другому человеку чувства, мысли или намерения, которые на самом деле принадлежат тебе. Понятно? Мальчик кивнул. А я потерял мысль из-за того, что меня перебили. — Кхм. Так к чему я веду, не все люди такие же, как Ли Цзеван. В мире есть добрые и сострадающие люди, полные добродетели. — Такие как ты? — с интересом произнёс мальчик. Я невольно засмеялся и промолчал. У него сложилось обо мне хорошее мнение, стоит этим дорожить. Спустя несколько минут в дверь постучали. Сюэ Ян враждебно подобрался, словно охотничий пёс. Я успокаивающе сжал его плечо и спросил: — Кто? Раздался размеренный голос: — Молодой господин, я принёс бадью. Это был Хун. Открыв дверь, он затащил внутрь комнаты наполненную горячей водой бадью. В воздухе разнесся запах трав. На мой вопросительный взгляд, Хун пояснил: — Я смог раздобыть немного целебных трав. — Ты просто золото! — воскликнул я. Хун мельком улыбнулся, затем покинул нас, тихо прикрыв дверь. Я обратился к притихшему Сюэ Яну: — Ты можешь искупаться, только не делай резких движений, иначе рана вновь откроется, а нам этого не надо, — проинструктировав мальчика, я поднялся и направился к двери. Позади послышался торопливый топот, затем меня схватили за рукав. — Куда ты? — хрипло и напряжённо произнёс Сюэ Ян. Я успокаивающе объяснил: — Я спущусь вниз и принесу нам еды, меня не будет всего несколько минут. За это время ты как раз залезешь в бадью. Не думаю, что ты хочешь делать это при мне. Мальчик какое-то время напряжённо вглядывался мне в глаза. Затем кивнул и опустил рукав, идя к бадье. Я вышел из комнаты, аккуратно прикрыв дверь, и вздрогнул от испуга, столкнувшись с Хуном, стоящим неподалёку. — Что ты здесь делаешь? — Присматриваю за вами, молодой господин. Неизвестно, что этот ребёнок может сделать с вами, он явно нестабилен. Я кивнул. Хун напряжённо поджал губы, обеспокоено говоря: — Молодой господин, вы ранены. Ранен?… Я проследил за его взглядом и увидел кровоточащий укус на руке. — Пустяки, — покачал я головой. — Пройдёт само. Хун вздохнул и произнёс голосом, не допускающим никаких возражений: — Пойдёмте ко мне в комнату, я перевяжу и обработаю укус. Мне оставалось лишь молча пойти за ним.

***

Я тихо вошёл в комнату, неся поднос с едой. — Сюэ Ян, я принёс… — не договорив, я замер, смотря на мальчика. Тот заснул, сидя в бадье. Этот ребёнок слишком многое пережил… Поставив поднос с едой на стол, я аккуратно приблизился к спящему мальчику. Потрогав воду, понял, что она ещё тёплая, значит он не простудится. Едва я отошёл от него, как вдруг ребёнок дико закричал, расплёскивая воду из-за резких движений. Я испуганно вздрогнул и подбежал к нему, крепко обнимая, не обращая внимание на то, что намочил свою одежду и шепча: — Сюэ Ян, тише, тише, это всего лишь сон, сейчас ты в безопасности… Ребёнок распахнул глаза и с сильным страхом и растерянностью вглядывался в мои. — Я совсем один, — зашептал он, крепко стискивая ткань моего ханьфу. — Мне некуда идти. Я не хочу вновь выживать на улице, не хочу, не хочу… — лихорадочно зашептал он, покачиваясь из стороны в сторону. — Ты не вернёшься больше на улицу, — взяв его за подбородок, строго сказал я, вырывая его из истерики. — Сюэ Ян, хочешь пойти со мной? — спонтанно предложил я, думая лишь о том, какое будущее его ждёт, если я его брошу. Перед глазами пронеслись кадры, как ему раздавят палец, как он погрузится в пучину ненависти, а в конце трагично умрет, полный сожаления и вины. Нет, я не позволю этому произойти ни в коем случае! Я вышел из своих мыслей и перевёл взгляд на Сюэ Яна, пристально, с огоньком надежды вглядывающегося в мои глаза. Я повторил свой вопрос: — Ты хочешь пойти со мной и стать частью одного из именитых Орденов, Ордена Цишань Вэнь? Сюэ Ян расширил свои чёрные глаза и тихо прошептал: — Хочу, — затем подобрался и громко повторил. — Хочу! Я кивнул и произнёс: — Тогда отныне имя твоё Вэнь Ян и ты являешься частью моего ордена. Не разочаруй меня. У ребёнка заблестели глаза и горячие слёзы покатились по его щекам, оставляя мокрый след. Он торжественно кивнул и произнёс: — Я не подведу тебя, ты не разочаруешься во мне, гэгэ!