Недолго, но счастливо

Недели две-три. Может меньше. Ви жила уже две недели. Впрочем, Джонни тоже никуда не делся. Он всё ещё здесь — скованный в стенах разума и тела, и всё такой же озлобленный на весь мир. План выстроен. Арасака должна быть стёрта, нет — выжжена с лица Найт-сити. Гнойник уже созрел, стоит только надавить и гной хлынет на улицы города. Было ли это влиянием конструкта или нет, но решение было принято. И принято единогласно. Да, Ви должна это сделать. Ведь если ей и так со дня на день помирать, то пусть гимном финала её жизни будет запил «Самураев». Скоро в «Посмертии» появится новый коктейль. Это точно будет кислый шот с водкой и клюквенным сиропом и приторным кофейным ликёром. Осталось только поджечь. Лезть на рожон без предварительной подготовки было сродни самоубийством. Иронично — будто бы сама идея налёта на Арасака-тауэр не является таковой. Там, в далёком 2023-ем у Джонни была слаженная команда и, конечно, бомба. Да не простая, а сочная ядерная боеголовка. А у Ви есть Джонни. И есть план. В свободное от клиентов время Вик практически всегда делал одно и то же: сидел за столом и калибровал свою перчатку. По сути, это был его главный инструмент — годы всё же брали своё, и руки иногда подрагивали. А параллельно с полезным занимался любимым делом — пересматривал боксёрские матчи. И когда наёмница влетела с двух ног в его подвал, то даже ухом не повёл. — Я хочу, чтобы ты установил мне сандевистан. Сейчас. В клинике повисла тишина. Только от одного упоминания сандевистана лицо рипера невольно скривилось в недовольной гримасе. Обладателей такого импланта можно по пальцам пересчитать. А тех, кто не впал в киберпсихоз и не был нейтрализован Макс-Так — втрое меньше. Кому попало Виктор никогда его не устанавливал, хотя хотели многие. Как совсем начинающие наёмники с самых задроченных районов, так и те, кто вот-вот и уже «в высшей лиге». Ви была где-то посередине. — Ви, — бой замер. Взгляд исподлобья нацелился на гостью, — Что бы ты не задумала, но это явно дерьмовая идея. — У меня есть план. — Только не пропиздись, Ви. А то хер он тебе поставит, — Джонни не мог не вставить свои пять копеек и здесь. Ведь чем дольше они находились вместе, тем чаще девушка стала замечать своего невидимого зрителя. Вот и сейчас он стоял в уголке. С тлеющей сигаретой, зажатой в серебряных пальцах, — Впрочем, тебя бы устроил и такой вариант. Он конечно крутой мужик, но знать ему об этом необязательно. Во всяком случае, пока. В ответ последовал едва заметный кивок. Виктор уловил чуть заметный жест — значит, в помещении они не одни. — Ладно. Только не говори мне потом, что я не предупреждал, — колёсики кресла заскрипели. Одним лёгким движением рипер из одного угла комнаты переместился в другой, прямиком к операционному столу, — Проходи, ложись. Инструменты лежали с педантичной аккуратностью рядом, на столике чуть поодаль. Вик полировал их до блеска, каждый вечер замачивал в дезрастворе и осматривал каждый раз до и после операций. Здесь отвёртка соседствовала со скальпелем, а паяльник — с медицинским клеем. Вот уж действительно лаборатория доктора Виктора. А Ви — монстр. Хоть и совсем не походила на его, по крайней мере, если не всматриваться. Из нагрудного кармана Виктор достал помпу. Шприц не выглядел новым: краска по краям слезла, а спусковой механизм со скрипом молил дока наконец выкинуть его в мусорку. «Surge» не был наркотиком в классическом понимании — он не вызывал эйфорию или галлюцинации, как-то же «Стекло» — но рипер пользовался им с незавидной регулярностью. Следы на руках давно переросли в громадные шрамы, всегда свежие и никогда не заживающие до конца. Три шрама на его не закрашенном предплечье были молчаливыми свидетелями сотни часов без сна и покоя. Оно и понятно, ведь Виктор Вектор не был обычным мясником по типу Фингерса, он именно тот, который мёртвого из земли достанет, подлатает и ещё рассрочку оформит. Настоящий мастер своего дела. Помпа для Ви — с обезболивающим — док достал из герметичного кейса Trauma Team. Чистейший состав, одноразовая упаковка и даже с целым индикатором. Другими словами — сделано для богачей. Для тех, у кого имеется пожизненная платиновая страховка в Травме. — Вик, — девушка лежала на животе. Верхнюю одежду пришлось снять заранее и оставить на диване, пока мужчина доставал лекарства. К удивлению Ви, но в этот момент Сильверхэнд промолчал. Видимо… боялся? — Да? — Тебе уже приходилось устанавливать сандевистан? — девушка хотела было повернуться к нему, но в момент передумала. — Конечно, — с врачебным спокойствием ответил тот. — А можешь рассказать про всякие… побочки? Ну, чтоб я знала, чего ожидать. Голос звучал неуверенно, чуть приглушённо. — Не знаю, — невозмутимость в голосе заставила сглотнуть, — Онемение конечностей, потеря чувствительности, частичный паралич нижних конечностей. Откуда мне знать? Я же просто доктор. Так, сейчас придётся потерпеть. Горячая ладонь легла на спину Ви. Немного надавив пальцами, док тщательно пересчитывал позвонки своей пациентки. Однако делал он это совсем не для эстетического удовольствия, совсем нет — он искал место, куда нужно поставить укол. Одно движение — быстрое, но аккуратное — игла входит в спину Ви. Раствор стремительно распределяется по кровеносной системе. Мышцы расслабляются, тело теряет чувствительность. Если бы не синтетические лёгкие и сердце, то прямо сейчас наёмница начала задыхаться. На экране монитора изменились жизненные показатели — резко возрос пульс. — Как себя чувствуешь, малыш? — Пойдёт. В ход пошёл скальпель. Самое важное — это отключить любые мысли и двигаться согласно инструкции. Это не просто установка очередного импланта, даже не близко к установке оптики или дополнительной флешки памяти. Малейший просчёт, и человек может остаться калекой, которому потребуется ещё с дюжину вмешательств только для того, чтобы вновь подняться на ноги. Найт-сити не прощает слабости. Если ты слабый — ты ненужный. Свет неоновых вывесок и рекламных баннеров ослеплял молодые умы, мечтающих прорваться из гетто в «Высшую лигу». Виктор часто работал с совсем ещё подростками, которые, как только им удавалось дожить до двадцати лет, тут же бежали к рипердокам для того, чтобы поскорее обвешаться десятком самопальных имплантов, купленных в каком-то загажнике с окраин Маленького Китая. Когда Вик только покинул ряды «Травмы» ему часто приходилось работать с такими клиентами. Но Найт-сити жесток к детским мечтам. Он разбивал их розовые очки стёклами внутрь, ломая их обладателя. Многие не могли смириться с первым же провалом, кто-то отправился в тюрьму, а кто-то, кто пожалел деньги на нормальные компоненты, ловил киберпсихоз, и с ним уже разбирались ряды Макс-Так. Джонни всё это время молчал. Ходил туда-сюда, поглядывал за плечо дока, курил одну ненастоящую сигарету за другой. Было видно, как тот по-настоящему волнуется за свою подопечную. — Просто пиздец, Ви, — Сильверхэнд не сводил взгляд со вскрытой спины Ви. Он стряхнул голографический пепел на пол, — Выглядишь как пиздец. Тебя будто освежевали. — Не знала, что ты стал таким нежным, — Валери не могла сдержать ухмылку, — У Вика золотые руки, он из любого говна конфетку сделает. — Вот уж надеюсь на это, — Джонни затушил окурок о подошву, после небрежно растёр его об пол. Настала очередь дрели. Тончайшее сверло вошло в позвонок. Запах просверленный кости ударил в нос. Как на приёме у стоматолога. — Ви, как успехи с энграммой? — Виктор прервал молчание. Небольшая беседа, впрочем, и правда не повредит, — Ты говорила мне, что с тобой связался бывший телохранитель Сабуро. Как там его? — Горо, да. — Он может тебе помочь? — Не знаю. Он, конечно, предложил помощь, даже дал наводку на инженера, который занимался разработкой чипа, — девушка на секунду задумалась, — Он сказал, что сможет помочь мне, только если я помогу ему. Услуга за услугу, так скажем. А я… я так заебалась быть на побегушках, Вик. И работать на корпов мне вообще не упёрлось. — А Бестия? Она знает, что Джонни вернулся? Виктор водрузил имплант на спину. Осталось только надёжно закрепить его, буквально спаяв хром с плотью, и операцию можно будет завершать. — Да, мы встретились с ней в «Посмертии». Поначалу она, разумеется, мне не поверила, но нам удалось договориться, — Ви вздохнула. Если так подумать, то за эти две недели она только и занимается тем, что ищет спасение. Мечется из угла в угол, как крыса в лабиринте. Ви уже и успела забыть, когда в последний раз разговаривала с кем-то по душам, — Бестия сказала, что поможет в поиске инженера. Операция была завершена. Жизненные показатели стабильны, а это значит, что всё прошло более, чем хорошо. — Поначалу может немного кружиться голова и подташнивать, не переживай. Главное — не используй его слишком часто, — Виктор, как только закончил, стал раскладывать инструменты по местам. Что-то отправится в мусорку, что-то — на дезинфекцию и стерилизацию, — Я… Ви, я волнуюсь за тебя. И Мисти тоже. Девушка приподнялась с кресла, свесив ноги с края кресла. Будучи обнажённой выше пояса, она не спешила как-то прикрыться. Мышечный релаксант больше не действовал, однако чувствительность в теле вернуться ещё не успела. Мужчина подал наёмнице её майку, отводя взгляд куда-то в сторону. Ему не хотелось её смущать, а она особо не придавала этой ситуации значение. — Вик, — Валери потянулась к риперу. Она осторожно провела ладонью по его щеке, лёгким прикосновением поворачивая его лицо к себе, — Спасибо тебе. Ты так много для меня делаешь, правда. Я ценю это. Спасибо. Ви наклонилась к Виктору, чтобы поцеловать его. Прикосновение было практически невесомым, нежным. И всё же этот лёгкий жест был красноречивее любых слов. — У меня есть план. Обещаю тебе, всё будет в порядке. Ложь. Как бы горько ни было это признавать, однако наёмница прекрасно понимала, к чему всё идёт. Арасака-тауэр была бездонной пропастью, где не видно ни конца, ни края. Никаких гарантий, никаких ожиданий. Но сейчас она не могла об этом рассказать. Не хотела, чтобы Вик стал смотреть на неё по-другому. Как тогда, когда он только узнал про чип — как на трупа. Прямо здесь и сейчас — в этой подвальной клинике, сидя полуголой на медицинском кресле и глядя ему в глаза — она чувствовала себя как никогда живой. Вектор осторожно взял её ладонь в свою. — Я тебе верю, — мужчина мягко поцеловал внутреннюю сторону ладони наёмницы. Выдохнув, Вик закрыл глаза. Ложь. Виктор не был тем человеком, которого можно было так просто обмануть. За свою долгую жизнь Виктор многому успел научиться, распознавание лжи — один из таких навыков. Он совсем не был зол на Ви за ложь, не разочарован и даже не расстроен. Он понимает, чем всё закончится, но не мог отказать ей в том, чтобы провести эти — такие драгоценные, учитывая все обстоятельства — минуты вместе.