Март
16 февраля 2023 г., 04:20
Примечания:
Тема - сложные отношения.
Наступил март, тёплый, долгожданный. Снег таял, птицы надрывались за окнами штаба. Звонкая капель практически оглушала. Именно тогда Эрвин вновь начал вести свой дневник:
1-е марта 833-го года.
Ни весточки от неё, ни слова. Я ждал, что она напишет мне, когда я уеду. Женское сердце тягостно переносит расставания. По крайней мере, я так считал. Быть может, мне стоило написать самому, однако же я могу навредить ей. Если её отец увидит, что Джейн пишет какой-то молодой офицер — так ещё и из Разведкорпуса! — то ей несдобровать. Отправит куда-нибудь в Сигансину, подальше от нежелательного жениха. Но ведь если всё оставлять так… Нет! Нельзя мучать столь чуткую душу и нежное сердце! Я люблю её всей душой. Экспедиция за Стены состоится завтра. Если мне суждено вернуться, то по прибытии обратно я увижусь с ней. О, это будет чудесное событие! Но все мои надежды обрываются, когда я думаю об Уильяме. Он совсем маленький, но и Джейн совсем юная. Она не готова стать матерью не своего ребёнка. Как же это тяжело! Я могу броситься едва ли не в пасть титану ради своих товарищей, но решиться сказать возлюбленной о том, что у меня есть сын, просто нет сил!4-е марта 833-го года.
Я в госпитале. У меня практически нет сил подняться с кровати, живот разодран, несколько рёбер сломано. Я ослаблен. Экспедиция не прошла бесследно: титан чуть не сожрал меня. Только сейчас я понял, что для меня важнее: она или сын. Уилл сегодня был у меня вместе с моей тётушкой. Он мал, но всё понимает. Сидел совсем тихо, жался ко мне. Джейн до сих пор нет. Я уверяю себя в том, что она просто ещё не знает, что я здесь. А если бы знала, то пришла бы?..9-е марта 833-го года.
Меня выписали, какое-то время я пробуду дома с сыном. Уилл счастлив, что его отец рядом.12-е марта 833-го года.
Сегодня Уилл снова заболел. У него не опускается температура, я не спал, проведя всю ночь у его кроватки, и ему полегчало. Дирк заглянул ко нам утром как раз таки весьма кстати, понянчился с ним, выписал какие-то лекарства, и я со спокойной душой отпустил своего товарища обратно, в штаб.13-е марта 833-го года.
Сегодня я не спал уже из-за своего дурного предчувствия. Уилл весел, носится по дому, постоянно спрашивает, почему я такой грустный. Да, взрослая жизнь такая… Ближе к обеду в дверь постучали, и, отправив Уилла в его комнату, я пошёл открывать. «Леди Блэквуд? — Она была одета в плотное пальто и укутана шарфом. Лица почти не было видно. У дома не было её экипажа. — Всё же вы пришли. Проходите. Я рад нашей встрече, — сказал я, позволяя ей войти. Она робко прошла в гостиную и, будто бы боясь чего-то, села на краешек дивана, стоявшего напротив шкафа с многочисленными книгами. — Могу я предложить вам выпить чаю?» «Не стоит, лейтенант Смит, — холодно произнесла она, пряча глаза. Я про себя отметил это новое обращение. — Я ненадолго. Вы что-то хотите сказать?» «Вы правы, леди Блэквуд. Около месяца назад мы встретились с вами в очередной раз на балу, где вы открыли мне душу, что, а я хочу это особенно подчеркнуть, противоречит всем правилам женского этикета. Я, в свою очередь, сказал вам ровно столько, сколько посчитал нужным, и совершенно ни о чём не жалею. Наша встреча была случайна, я заметил в вас искру нежности и сперва не посмел ей поверить. Однако вы пообещали мне написать, так как чувствовали что-то. Была ли это вынужденная мера или действительно искреннее чувство, знаете лишь вы, а я могу только догадываться. — Голос мой не дрожал, я был спокоен, хотел знать правду. — Вы можете начать говорить о манерах, о нравах, о том, что девушки не пишут первыми. Но они и не делают первый шаг так, как сделали это вы. Соответственно, вы испугались ответственности за свои слова и поступки. Но всё же вы здесь, леди Блэквуд. Разрешите мои сомнения». В этот миг сзади раздались тихие шажки, и в распахнутую дверь заглянул Уильям. Я шагнул к нему и поднял сына на руки. Джейн замерла. Смертельная бледность покрыла её щёки. «Ваш сын?» «Да. Уилл, подожди меня у себя в комнате пять минут. Мы закончим говорить, и я почитаю тебе. Хорошо? Всё, беги», — улыбнулся я ему и отпустил. Когда его светлая макушка скрылась из виду, Джейн заговорила: «Вы не сказали мне ни слова о том, что у вас есть ребёнок. Признаюсь, и я не до конца честна с вами. Сейчас мы можем всё исправить, и так будет лучше для нас обоих. Моя свадьба с генералом — дело решённое уже давно. Вы знаете это, догадываетесь в глубине души. Вы хороший человек, талантливый солдат. Но уж точно не мой супруг. Я не смогу быть верной вам, разобью ваше сердце, если оно, конечно, останется у вас через несколько лет, как говорят многие. Вам пророчат судьбу героя, командора Разведкорпуса, но я не готова ждать мужа из-за Стен. Я много думала, лейтенант, и всё поняла. Понимали это и вы. Но с моей стороны неосторожным шагом в вашу сторону было называть вас офицером с честью. Вы мне ничего до конца не рассказали! Вы обсуждаете меня с самовлюбленными… — Ей тяжело давалось каждое слово, а я не мог ничего возразить — просто стоял и слушал её, глядя на неё. А Джейн наоборот прятала глаза. — Майк и Дирк, ваши так называемые друзья, хуже баб-сплетниц! Они говорят неизвестно что про меня!» «Вы обвиняете меня, хотя сами не были честны. У моих поступков нет оправданий, но есть причины. Я вам верил, верил так, как не верит, наверное, даже ваш отец. Но он, очевидно, прав. Вам будет лучше терпеть измены неверного мужа в огромном доме, где вы будете хозяйкой. А я… а я останусь в Разведкорпусе до конца своих дней». — Возмущение и обида клокотали в моей груди. «Я вас приглашаю на свою свадьбу, лейтенант, чтобы вы смогли увидеть, насколько искренней может быть любовь со стороны женщины. Генерал будет рад вам, вы его прекрасно знаете. Вы обманули моё доверие, Эрвин Смит, и будете страдать…» «Ваши обвинения беспочвенны, леди Блэквуд. Вы сущий ребёнок. Я надеялся, что вы будете умнее, что вы способны создать семью, но вы не готовы жертвовать чем-либо ради неё. Вы не пришли ко мне в госпиталь, хотя знали, что я там. Это всё и объясняет. Я попрошу вас уйти». Она вспыхнула, вскочила на ноги и, явно не владея больше собой, замахнулась рукой, чтобы влепить мне пощёчину, но я остановил её, и Джейн выбежала за дверь, оставив после себя грусть и печаль, невероятную точку, заполнившую моё сердце. Деревья уже оживали, весна пришла, но принесла с собой новую порцию страданий, не способную, однако же, убить его сердце, если оно, конечно же, осталось после такого…
