Пленник

Когда Кэнди и Элайджа ушли, я попробовал слезть с моего ложа и подняться на ровные ноги, но тело не слушалось меня, точно и не принадлежало мне. Чертыхнувшись про себя, я всё же умудрился - нет, не встать, а буквально свалиться с кровати, благо пол был застелен мягким персидским ковром. И всё же падал я, вслух поминая всех святых, слишком громко, поскольку на звук тут же вбежали два эльфа-домовика. Оба - в одинаковых костюмчиках и футболках с изображением Доби. Судя по всему, бывший слуга Малфоев был их кумиром. - Приказываю вам... - прохрипел я, но снова закашлялся и не смог закончить начатую фразу. Существа с большими ушами, длинными носами и похожими на лопухи ушами не сдвинулись с места, лишь стоя наблюдали за моими тщетными попытками встать. Наконец, один из домовиков пропищал: - Мы - свободные эльфы и требуем к себе уважения. Ничьих приказов мы не выполняем, только просьбы. - Вежливые просьбы, - добавил второй. - Люди нам не хозяева, а друзья. А вы - враг, Пожиратель Смерти. Мы знаем вас, мистер Долохов. И не станем вам помогать. Сказав это, они всё же продолжали стоять, как вкопанные, с неподдельным интересом наблюдая за моим ерзаньем по ковру. Уходить или аппарировать эльфы явно не собирались. Меня же переполняла злость на этих обнаглевших домовиков, которые смотрели на беспомощного человека, как на какую-то диковинку в зоопарке. Превозмогая боль и загнав куда подальше свою человеческую гордость, я снова обратился к ним, поскольку кроме нас троих в комнате никого не было: - Пожалуйста... - Это простое слово далось мне с трудом: просить у эльфа я считал противоестественным, но другого выхода у меня не было: - ...помогите мне встать. Эльфы переглянулись, зачем-то кивнули друг другу своими огромными, как арбузы, головами, и в следующий миг я уже стоял на ногах, поддердиваемый их не по размерам сильными, вытянутыми вверх руками. Туловище моё всё ещё тряслось, но я уже мог ощутить подошвами ног ворсинки ковра. "Значит, не парализован", - мелькнула мысль. Стоять так долго мне было невмоготу и один из эльфов, видимо, понял это. Оставив меня на попечение своего товарища, ставшего для меня живой опорой, домовик подбежал к деревьянному буфету с такими же резным узором - цветочным орнаментом - как и на дверях, открыл стеклянные створки, что-то долго искал там, звеня пузырьками и банками, после чего вернулся, держа в руках синий флакончик с каким-то зельем. - Выпейте, мистер Долохов, - пропищало уродливое существо, - это прибавит вам сил и уймёт боль. Странно было ощущать на себе заботу бывших домашних рабов, которых я всегда презирал за их покорность своим хозяевам. Но эти двое эльфов разговаривали со мной, как равные с равным, в их больших, выпуклых глазах не было привычного смирения и желания угодить человеку. "Если бы они хотели меня отравить, то нашли бы другой способ, - подумал я, глотая горькую настойку на травах. - Даже если бы и так... Что мне, собственно, терять? Я и так уже потерял - свой мир и всех, кого любил". Эльф не солгал: через несколько минут я почувствовал, как энергия живым огнём растекается по моему телу, а боль уходит. Поддерживаемый своими нежданными помощниками, я сделал несколько шагов по комнате, после чего вернулся обратно, к кровати. Моя попытка открыть дверь в соседнее помещение, где совсем недавно тренькал на фортепиано юный Элайджа Кресвелл, была немедленно пресечена: - Вам туда нельзя, мистер Долохов, - затараторили домовики в два голоса. - Мисс Кэнди запретила. - Значит, её приказы вы всё же выполняете? - криво улыбнулся я. - Это не приказ, а просьба, - вполне серьёзно ответил один из эльфов. - Мисс Кэнди освободила нас из рабства ещё до принятия "Закона о равноправии", и мы ей служим из благодарности. - Она платит нам деньги за работу и кормит, - добавил его приятель. Меня передёрнуло. "Платить эльфам?". Сама эта мысль казалась мне идиотской. Но в новом мире - новые порядки. Позже я узнал, что упомянутый Закон, принятый парламентом магической Британии, ставшей демократической республикой (раньше такого органа вообще не существовало - только Министерство магии, да и сама страна была другой), эльфы-домовики получили полную свободу, а их бывшие хозяева обязаны были выплатить каждому из них денежную компенсацию. Теперь нанять этих существ можно было лишь по трудовому договору, как работников или служащих, с указанием суммы заработной платы и перечня обязанностей. Я уселся, а не лёг на кровать, и попросил у эльфов: - Принесите мне что-нибудь почитать. Хотя бы "Ежедневный Пророк". Домовики снова переглянулись. Потом один из них с хлопком аппарировал, а через минуту вернулся со свежим выпуском газеты, которая теперь стала намного толще в объёме, с цветными, а не чёрно-белыми, как раньше, колдографиями. Пока я листал новую версию старого издания, эльфы исчезли. Впрочем, мне их помощь была пока не нужна, самочувствие моё значительно улушилось. Первым делом я посмотрел на дату и мне снова тало не по себе: "3 сентября 2003 года". Значит, я провалялся в постели более пяти лет! Передовая статья гласила: "У героя войны Гарри Поттера и его жены Джинни, в девичестве Уизли, родился сын!". Из неё же я узнал имя мальчика: Джеймс Сириус. Ну да, конечно: в честь отца и крёстного, этот очкарик не был оригинален в своём выборе. Возмужавший, но с таким же мальчишеским выражением лица, Гарри, одетый в алую мантию мракоборца, красовался на первой полосе вместе с друзьями - Роном Уизли, Нэвиллом Долгопупсом и каким-то улыбающимся мулатом, колдография Джинни была помещена отдельно (к молодой маме врачи из св. Мунго никого не впускали, снимок был сделан раньше). Меня удивило, что не было фото Гермионы Грейнджер - смышлённой грязнокровки из "гриффиндорского трио". Не смотря на низкосортное маггловское происхождение, эта девчонка, ещё находясь в подземной тюрьме Малфой-мэнора, поразила меня своими неординарными способностями, умом и отвагой, которые, как я раньше считал, присущи только чистокровным волшебникам. Однажды ей даже удалось парализовать меня... При всей моей ненависти к магглам и их отпрыскам, я всегда умел ценить сильных врагов, а она была именно такой. Отсутствие грязнокровки Грейнджер на колдографиях в "Пророке" было для меня загадкой. Закралось подозрение, что она погибла в той последней войне. Следующая статья была посвящена началу нового учебного года в Хогвартсе. Ещё одним открытием для меня стало то обстоятельство, что в списке факультетов отсутствовал Слизерин: его место и зелено-серебристые цвета перешли к "Аль-Мансур", созданному специально для учеников-мусульман. Новый факультет получил своё название в честь нынешнего министра магии, который посетил Школу 1 сентября. В этом высоком чернокожем мужчине я без труда узнал бывшего мракоборца и члена "Ордена Феникса" Кингсли Бруствера. Только теперь у него было другое, мусульманское имя. Другие статьи в "Ежедневном Пророке" касались деятельности магического парламента, где большинство мест принадлежало депутатам Дамблдоровской партии (кто бы сомневался?!) и правительства Британской демократической республики. Среди новшеств, которые меня шокировали, была легализация однополых браков и уголовное преследование за пропаганду идей чмстоты крови. В колонке аврората сообщалось об аресте Теодора Нотта, у которого при обыске обнаружили запрещенную книгу "Альтернативная история двух магических войн". Почти половину газеты занимала реклама всевозможных товаров и услуг, не только волшебных, но и вполне маггловских. Отложив на столик это красочное издание с движущимися картинками, я задумался. Новый мир, построенный победителями, был явно не для меня. Но жизнь продолжается и зачем-то Высшие Силы сохранили её мне. Вопрос только: зачем? Мои размышления прервал хлопок аппарации. Я оглянулся и увидел эльфийку в розовом платье со значком с изображением Доби. Меня уже не удивляло, что для домовиков он стал символом свободы. - Сэр, - пропищало существо, - ваш ужин. Мисс Кэнди просила принести его вам. На тележке стояла кружка с черным, ароматно пахнущим, чаем, бутерброды с маслом, аккуратно нарезанные куски мяса и розетка с абрикосовым вареньем. Вспомнив о новых манерах, я поблагодарил эльфийку, которая в ответ изобразила на своем уродливом лице подобие улыбки, а потом спросил её о Кэнди. - Мисс Лайт вернется позже, но если вам что-то нужно, можете позвать меня, Минни, или Робби с Тобби. Назовите имя и мы вас улышим. Комната снабжена микрофоном... "Подслушивающим устройством, - тут же сообразил я. - Думаю, есть и подглядывающие камеры, как у магглов. Очень удобно, чтобы следить за мной...". То, что я нахожусь под домашним арестом, было и так ясно. Но мотивы мисс Лайт оставались для меня загадкой. Её объяснения насчёт благодарности за спасение от оборотней во время нашего патрулирования в Хогсмиде, были не очень убедительными. В конце концов, ничто не мешало ей сдать меня своему начальству сейчас, когда я вышел из комы. Такая перспектива была хоть и неприятной, но не пугающей. Допросы в аврорате и ужасы Азкабана я уже однажды пережил, а после поцелуя дементора наступал лишь вечный покой. Жизнь в этом дивном новом мире казалась намного хуже и страшнее.