moins par moins: les remarques

Этой зажигалкой я поджигала тысячи сигарет и сотни косяков, но почему-то именно в этот момент кажется, что моя старая побитая «Зиппо» является центральным элементом сотворения истории. Склонив голову, я смотрю на разноцветную зажигалку, представляя, как после щелчка кремневого колесика по тонкой трубке моментально поднимается бензин, поджигая фитиль сине-красным пламенем. Пламя вздымается вверх, я инстинктивно опускаю зажигалку ниже. В голове почему-то всплывает урок физики в шестом классе, на котором в ходе каких-то опытов учительница рассказывала, что горячее всего пламя всегда именно на самом верхнем его кончике. Нахуя я это помню и нахуя опускаю зажигалку? Как будто, блять, только самый горячий огонь способен поджечь сигарету. Кончик маленького язычка пламени касается сигареты Киры, табак начинает тлеть. Мои ледяные пальцы, прикрывающие огонь зажигалки от порывов ветра, гуляющих среди деревьев, случайно задевают щеку блондинки. Такая теплая. Я аккуратно отвожу руку в сторону, захлапывая зажигалку, хотя отчего-то хочется полностью прижать ладонь к ее щеке. А потом и вторую. Убираю руки в карманы. – Спасиб, – бормочет Кира, делая затяжку и отворачиваясь. От ветра? Или от меня? – Крутая зажигалка. – Дарю, – почему-то говорю я и бросаю зажигалку в карман ее пижамной рубашки. Ну пиздец. Эта зажигалка со мной уже пятый год. Я ее даже в руки никому не даю, какого черта? Блондинка хмурится и протягивает «Зиппо» обратно, отказываясь от подарка. – Бери, – настаиваю. – Теперь каждый раз, когда будешь курить, будешь думать обо мне. Ведь я о тебе, блять, думаю постоянно. Молча курим по второй сигарете. – Знаешь, какой у меня определяющий признак того, что рядом «мой» человек? Это когда комфортно молчать. Когда не надо придумывать, что сказать. Блять, сначала говорю, потом думаю. Пиздец. Лучше бы и дальше молчала. Но Кира улыбается и кивает. Интересно. Докуриваю сигарету и поднимаюсь на ноги. Заливая в себя добрую половину бокала, смотрю куда-то вдаль, но чувствую, что она смотрит на меня. Она смотрит. Не только сейчас – она всегда на меня смотрит. Она смутилась, когда я случайно дотронулась до ее щеки. Я сомневалась, но сейчас я уверена. Я ведь не одна это чувствую? Опускаю взгляд на Киру, тут же сталкиваясь с ее заинтересованным взглядом. Говорю же – она смотрит. Да пошло все к черту. – Мне нравится, когда ты смотришь на меня снизу вверх, – медленно говорю я, не разрывая зрительный контакт. Боже, как клишированно. Сдаешь позиции, Лерочка. Она на такое точно не поведется. Кира закашливается, подавившись сигаретным дымом. Улыбаюсь. Повелась. Приятно осознавать, что вся ее смелость и дерзость теряется, стоит мне сказать что-то, чего она не ожидает услышать. Забавно. Улыбается и опускает взгляд. Боже, ты такая горячая, когда смущаешься. Смущаюсь своих мыслей. Но лишь на долю секунды – большего позволить себе не могу. Перешагиваю через блондинку одной ногой. Ну же, давай, посмотри на меня. Она смотрит. Умница. Сейчас или никогда. Опускаюсь вниз. Сижу прямо на ее худощавых бедрах. Колени упираются в сухую грязную землю. Время будто остановилось. Голова кружится. Интересно, от выпитого несколькими минутами ранее залпом коктейля или от того, что я сижу на Кире Медведевой? – Что ты делаешь? – выводит меня из транса ее хриплый взволнованный голос. Не волнуйся, киса, я знаю, что я делаю. Уж поверь. Да ты и сама знаешь. Вместо этих слов эхом повторяю за ней: – Что я делаю? – Ты сидишь на мне. – Сижу, – киваю. – Мне остановиться? Блять, пожалуйста, скажи «нет». – Да, – хрипло выдавливает она из себя. Нет, милая моя, это точно не то, чего ты хочешь. Я же слышу, как ты дышишь. И чувствую, как твои руки уже начали изучать мое тело, медленно, но верно перемещаясь все выше и выше. – А твое дыхание говорит мне об обратном, – озвучиваю я свои мысли, прищуривая глаза. – И твои руки, кстати, тоже. Она опускает взгляд на свои руки, наконец понимая, что они хаотично блуждают по моим бедрам. А потом перемещает их на мою жопу и сжимает. Правильно. Хватит бороться. Удовлетворенно улыбаюсь краешком губ. Кира поднимает на меня взгляд и хищно усмехается: – Да, действительно. Мои руки говорят об обратном. А потом притягивает меня к себе за талию. Настолько резко и неожиданно, что я на мгновение теряю чувство равновесия, инстинктивно хватаясь ладонью правой руки за воздух. Левой рукой нахожу точку опоры, вцепляясь в ее плечо. Кира целует первой. Одними губами, но настойчиво и глубоко, периодически дразняще прикусывая мою нижнюю губу. Я отвечаю на поцелуй жадно и сумбурно, даже немного неумело, будто весь мой прошлый опыт, коего было далеко не мало, вмиг превратился в ничто, забылся, обесценился. Я хватаю блондинку за шею – сначала спереди, впиваясь большим и указательным пальцем в ее острые скулы, а затем медленно провожу ладонью по боковой стороне шеи, перемещая руку на затылок и запуская пальцы в волосы девушки, прижимая ее к себе сильнее и углубляя поцелуй. Кира вздрагивает от прикосновения моих ледяных пальцев. Я чувствую, как она слегка улыбается сквозь поцелуй и запускает руки мне под толстовку, мягко поглаживая меня по спине, а потом неожиданно раскрывает мои губы раздвоенным языком, тут же переплетая его с моим. Мои руки замирают, а тело расслабляется в объятьях барменши. Черт, она знает, что делает. Половинки сплита по-хозяйски обволакивают мой язык, а затем выныривают на поверхность, дразняще скользя по моим уже успевшим припухнуть губам. Я отвечаю лишь тихими постанываниями, периодически хищно прикусывая губы девушки. Та кусает в ответ – страстно и грубо, а потом аккуратно проводит по губе языком, слизывая выступающие капельки крови. Сколько времени? Вокруг совсем тихо – когда успела закончится тусовка? Нехотя отрываюсь от губ девушки, окидывая ее опьяненным взглядом. – Это… было… – Да, – соглашается Кира, стеклянным взглядом смотря вдаль. Слова кажутся излишними. Голова... кружится.