Entirely Out of Spite

Аяксу нравится думать, что дела у него идут прекрасно. Он быстро осваивает игровую механику нового мира, выясняет, как эффективнее прокачивать характеристики и постепенно завоевывает людскую симпатию. Он на пути к тому, чтобы стать наикрутейшим смертным во всем Тейвате. Отлично. Но, время от времени, его будто электрическим разрядом прошибает от осознания реальности происходящего. Этот мир, историей, культурой и неизведанными местами, внезапно оказался гораздо ярче и многограннее оригинальной игры. Аякса поражает, что мир вокруг него наполнен настоящими, живыми людьми. Вслед за осознанием приходит уже знакомое, чувство тревоги, скручивающие все внутренности в клубок. Но он учится игнорировать неприятное ощущение. Просто часть адаптации к новой жизни. Ничего особенного. Плевать. Куда важнее то, что он движется вперед. Ему следует не высовываться и продолжать исполнять план по сохранению статуса Предвестника, чтобы не боятся быть забитым насмерть в тёмном переулке предприимчивыми местными жителями или собственными соратниками после неизбежного освобождения Осиала (ведь иначе Система автоматически оштафует его на 30 000 баллов и это игра мнгновеснно будет окончена, спасибо). Кстати говоря, ему действительно стоит продумать план побега после заварушки с Осиалом. Так что да, Аякс слишком занят, чтобы отвлекаться и размышлять, что это дурацкое ощущение в груди значит и почему возникло. (Честно говоря, он не уверен, что вообще хочет знать. Как говорится, меньше знаешь — крепче спишь.) Но вот какое дело. Чем сильнее он старается игнорировать различия между окружающим миром и оригинальным Genshin Impact, тем больше их замечает. И они повсюду.

___________________________

— Господин Чжун Ли, это потрясающе! — Аякс смеется, прислонившись к невысокой деревянной ограде, установленной вокруг обзорной площадки, чтобы никто случайно не свалился в пропасть. Не то чтобы его заботила безопасность, он слишком занят, наблюдая за красочной картиной, раскинувшейся под ним. Ряды ярких прилавков с уличной едой и всевозможными безделушками тянутся вдоль набережной, насколько хватает глаз. К причалу швартуется величественный корабль размером с дом, который только что вошел в гавань. Аякс с восторгом наблюдает за тем, как медленно огромное судно скользит к пристани, вставая на свое место, как недостающая часть головоломки, прежде чем бросить тяжелый якорь с громким всплеском. Гавань Ли Юэ известна как сердце торговли Тейвата. Прочитав игровое описание локации, Аякс принял его как данность, не особо задумываясь, что оно означает. Но окунувшись в шум и суету повседневной жизни, слушая крикливых торговцев и матросов, ощущая ласку тёплого океанского бриза, Аякс думает, что начинает понимать значение этих слов. (То, как гавань бурлит жизнью, энергией и возможностями, и близко не похоже на игру, которая остаётся лишь бледным подобием реальности. Тревога снова поднимает свою уродливую голову, и на секунду Аякс чувствует разрыв связи с окружающим миром, как будто он сбой в матрице.) Позади раздается глубокий бархатистый смех, Аякс отбрасывает свои переживания, поворачиваясь и беззаботно улыбаясь Чжун Ли. — Пройдемся по набережной? — предлагает Чжун Ли. — Здесь еще многое стоит посмотреть. Прогулка по набережной превращается в повод для второго завтрака. Аякс, конечно же, не сдерживается, его голодные студенческие годы все еще свежи в памяти. Стоит ему завидеть что-то интересное и съедобное на вид, он интересуется из чего оно приготовлено и без раздумий покупает. После относительно короткой прогулки он обзаводится целой охапкой сладостей, часть из которых вручает Чжун Ли. Их роли заметно поменялись по сравнению с вчерашней экскурсией по рынку. Теперь Аякс скупает все подряд, а Чжун Ли наблюдает за ним с явным весельем. (Все в этой еде, от аромата и внешнего вида до текстуры и вкуса, кажется неправдоподобно настоящим. Ощущение выпадения из реальности возвращается, но Аякс игнорирует его, предпочитая наблюдать за Чжун Ли.) — Я слышал о нем и всегда хотел попробовать, — говорит Аякс, держа в руках палочку с ярко-красным боярышником в карамели. Он откусывает кусочек, его глаза расширяются от сочетания терпкой мякоти с хрустящей сахарной глазурью. — Вкусно! — Глядя на ваш энтузиазм, можно было бы предположить, что вы не ели несколько дней, — замечает Чжун Ли, его губы изгибаются в лукавой улыбке. Выглядит преступно великолепно. — Но я рад, что еда приносит вам столько удовольствия. Не забудьте о конфетах «борода дракона». — О, господин Чжун Ли, не смейтесь надо мной! Еда — моя слабость, ничего не поделаешь! — Аякс с энтузиазмом откусывает кусочек новой сладости. И вообще, он много работал последние пару недель. Он заслуживает того, чтобы себя побаловать. — Кроме того, виноват мой быстрый метаболизм. Я всегда голоден! Примерно через час я, вероятно, снова проголодаюсь. Неудивительно, что ровно через час они идут в небольшую пельменную неподалеку от горы Тигра. — Довольны, господин Чайлд? — спрашивает Чжун Ли, когда пустые тарелки убирают со стола. — Чрезвычайно, — со вздохом отвечает Аякс, похлопывая себя по животу. Он немного округлился из-за еды, но спасибо Тарталье за отличную форму, пресс все еще чувствуется! — Итак, что у нас дальше по списку? — Терраса Юйцзин. Она находится довольно далеко от порта, но оттуда открывается фантастический вид на океан. Аякс был там во время встречи с Цисин, не самый подходящий момент приглядываться к пейзажам, поэтому предложение получше осмотреть террасу звучит неплохо. — Показывайте дорогу! Вдали от порта, укрытая среди утесов горы Тяньхэн, терраса Юйцзин разительно отличается от остальной части города. Здесь заметно спокойнее: величественные здания окружены причудливыми садами, ухоженные газоны, цветники и декоративные водоёмы раскинулись вдоль извилистых каменных дорожек, ведущих вверх, к павильону Лунного моря. Безупречная чистота и порядок подчеркивают красоту этого места. Публика, прогуливающаяся по дорожкам, наряжена в изысканные шелка, заметно отличающиеся от одежды простых торговцев и матросов. Что-то подсказывает Аяксу, что терраса Юйцзин — самая богатая часть города, и те, кто может позволить себе жить здесь, являются влиятельными людьми в Ли Юэ. Он проходит мимо очередной группы юных дам, увешанных жемчугом и золотом с головы до ног, стараясь не глазеть на очевидную демонстрацию богатства. Аякс чувствует себя не в своей тарелке, но не может отрицать, что терраса Юйцзин великолепна. Безупречная гармония, созданная сочетанием архитектуры с живой природой никого не оставит равнодушным. Со смотровой площадки, как и обещал Чжун Ли, открывается захватывающий вид на порт и город, и ради этого одного стоило сюда прийти. — Потрясающе, весь город как на ладони, — выдыхает Аякс. Бескрайняя, ярко-голубая гладь океана сливается с небом, лишь на линии горизонта виднеются паруса нескольких кораблей. На северо-западе Аякс видит что-то похожее на скалы, острыми клыками выступающими из воды. — Что это там? — Указывает он в их сторону. — О, это каменный лес Гуюнь, — отвечает Чжун Ли. — Согласно легенде, именно здесь Властелин Камня победил чудовищного морского бога, Осиала, во время Войны Архонтов три тысячи лет назад. Видите скалы необычной формы? Говорят, что они образовались из копий Властелина Камня, которые он обрушил на Осиала. Гео Архонт запечатал врага глубоко в бездне океана, где он и заключен по сей день. (В оригинальной игре никогда не упоминалась предыстория Осиала, он был просто древним богом, которого Тарталья выпустил из заточения, чтобы выманить Гео Архонта. В этом мире Осиал не просто персонаж, появившийся из воздуха, у него есть своя история. Еще одно доказательство того, что мир вокруг жив и материален, и на долю секунды Аякс опять чувствует как реальность подергивается рябью.) И уже привычно игнорирует это. — Почему Осиала запечатали? Что такого он натворил? — спрашивает юноша. — Война архонтов была неспокойным временем, — Чжун Ли опирается на каменное ограждение, его взгляд прикован к выступающим скалам Каменного леса Гуюнь. — Множество богов боролось за власть и территории. Тогда Властелин Камня основал гавань Ли Юэ как убежище для своего народа. С годами город процветал всё больше, а его жители укреплялись в вере в своего Архонта, от чего его сила и могущество только росли. Другие боги с завистью смотрели на происходящее. Территории, подвластные им, не могли сравниться с богатством Ли Юэ, и это разжигало их алчность. Что же до Осиала, он полагал, что имеет особые права на гавань, считая, что Властелин Камня вторгся на его территорию, построив город на берегу моря. — Получается, что зависть и борьба за власть привели к заключению Осиала. — Аякс морщится и качает головой. — Похоже на обычные политические игры власть имущих. Думаю, в этом смысле боги не так уж отличаются от людей. Чжун Ли усмехается. — Полагаю, вы правы, Чайлд. Несмотря на то, что богов почитают как великих существ с безграничной мощью, в чем то они весьма схожи с людьми. Они так же ощущают гнев и зависть, им не чуждо и чувство гордости. А теперь, — обрывает он сам себя, и отворачивается от океана, — как насчет небольшого перерыва на чай? Я знаю чудесное место, где подают самые ароматные чаи. Буквально за углом отсюда. (Позади себя Аякс слышит довольный галдеж туристов, смешанный с криками чаек, пролетающих над головой. Вокруг него все до боли реально.) Аякс улыбается. — Чай звучит отлично. Ведите!

_________________________

Это не прекращается. Появляется всё больше глупых несостыковок. Они преследуют его. Куда бы ни пошел, что бы не делал, он замечает каждую мелочь — как срываются голоса торговцев после целого дня зазываний покупателей; как нещадно палит солнце, заставляя пот струйками течь по лицам прохожих; как океанский бриз треплет волосы и одежду, превращая их в спутанный беспорядок. Как мир вокруг него живет и дышит. С каждой новой отмеченной деталью, беспокойство нарастает, закручиваясь в безумный вихрь, превращая и без того запутанные эмоции в полный хаос. «Мне это не нравится, — Аякс слышит тихий шепот в своей голове. — Все кажется слишком реальным. Это перебор, мне это не нравится.» Но почему? Почему его так беспокоит мысль о том, что мир вокруг него настоящий? — Господин, — окликает его Екатерина, немного нахмурившись. — Все в порядке? Вы какой-то молчаливый. — Ох, нет, прости, все хорошо. Я просто задумался. — Аякс усмехается. — Обо мне не стоит беспокоиться! Я в полном порядке. (Он не в порядке) (Аякс чувствует, что его внутренний щит идёт трещинами, но продолжает двигаться вперед.)

____________________

Как по волшебству, два месяца пролетают в мгновение ока. Два восхитительных месяца адского графика — всё ради эффективного роста статистики. Да, каждую свободную минуту он тратит на тренировки, и что с того? Аякс твердо убежден, ничто не дается легко. А еще он упрямый придурок, одержимый идеей достичь 90-го уровня к моменту появления главного героя и в этот срок нужно уложиться любой ценой. (Бонусом к усиленным нагрузкам идет усталость. А когда он вымотан, у тревожности нет шансов добраться до него.) Между тем, отношения с окружающими постепенно улучшаются. Новобранцы перестают вздрагивать при его появлении. Многие даже задерживаются, чтобы поздороваться и поболтать (в основном о том, как улучшить свои боевые навыки, но Аякс только рад помочь). Импровизированная тренировка продолжает приносить плоды. Что касается его коллег, шпионов Синьоры, нельзя сказать, что они теперь лучшие друзья, но их поведение стало намного более доброжелательным. Два месяца упорных приветствий, прощаний и пожеланий хорошего дня ослабили их защиту настолько, что они даже улыбаются при встрече с Чайлдом. Екатерина по-прежнему время от времени бросает на него настороженные взгляды, но это происходит все реже и реже, количество С-баллов неуклонно падает, так что Аякс совершенно спокоен. По-настоящему его волнуют только отношения с Чжун Ли. Похоже, после случайной встречи в книжном магазине и последующих прогулок, они оба используют любую возможность для совместного времяпрепровождения. Тщательный осмотр гавани Ли Юэ влечет за собой посещение всё большего количества ресторанов, магазинов, спектаклей и опер. Аякс не жалуется. Каждый раз, когда Чжун Ли что-то рассказывает, показатель Интеллекта растёт, а его внутренний фанат вне себя от радости. Чжун Ли составляет ему прекрасную компанию, и Аякс на седьмом небе от счастья. (Рассказы Чжун Ли успокаивают. Звук его голоса заглушает и растворяет тревожные мысли.) Однако чем больше он проводит времени с Чжун Ли, тем больше замечает различий между реальной и игровой версиями. Мелкие делали — морщинки в уголках глаз, когда тот улыбается, то, как он дует на чай прежде чем сделать первый глоток, или как его плечи виновато напрягаются, когда он понимает, что снова забыл мору. (И все эти мелочи, несущественные пустяки кричат о реальности происходящего. Реально, реально, реально…) К счастью, Аяксу есть чем отвлечь себя от навязчивых мыслей, дел у него — непаханное поле. Например, музыка. Странно, но после нескольких, сыгранных на пробу, песен, позаимствованных из прошлой жизни, его занятия перестали приносить баллы навыков. Когда он спрашивает Систему, какого черта происходит, она с назиданием сообщает: «Музыка — это не просто извлечение звуков из инструмента, мелодия должна идти от сердца.» — Что ты имеешь в виду? — возмущается Аякс. — Я вкладываю сердце в игру! Душу вкладываю, железяка ты бесчувственная! Система невозмутимо молчит, а Аяксу остается лишь ворчать себе под нос. В конечном итоге, чисто из вредности, Аякс заставляет Фатуи доставить ему рояль из Фонтейна. Если ему будут начислять баллы только за владение новым инструментом, то знаете что? Он освоит их все! Подавись, Система! И хотя Система не отвечает на его колкости, Аякс отчетливо ощущает молчаливое неодобрение. Но, пускай и с неохотой, баллы за игру на рояле ему начисляют, и Аякс расценивает это как свою маленькую победу. На самом деле удивительно, что ему удалось заработать хоть какие-то баллы. Слишком много времени прошло с тех пор, как он в последний раз играл на фортепиано, некогда его любимом инструменте. Игра умиротворяла и расслабляла, а родители, приходя в его комнату, весело смеясь, танцевали под сочиненные им мелодии. После их развода Аякс больше никогда не садился за фортепиано, предпочитая другие инструменты. С готовкой дела обстоят намного хуже. На каждое удавшееся блюдо приходится по три абсолютных провала, плюс несколько испорченных кастрюль, и это при том, что он следует каждой тупой букве в этих дурацких кулинарных книгах. Когда ему, наконец, удается приготовить первый идеальный суп из морепродуктов, Аякс чуть не плачет от радости. Он с гордостью сообщает Чжун Ли о своих успехах во время их обеда в «Народном выборе», но тот, почему-то, не выглядит особо воодушевленным. — Вот как. Мои поздравления. — говорит Чжун Ли, делая глоток чая, предварительно подув на него. Очаровательно. — Спасибо, но почему от этих слов вы как будто содрогнулись внутри? — поддразнивает Аякс. Он без особого успеха пытается ухватить палочками кусок острой курицы с блюда в центре стола. Чжун Ли, уже некоторое время наблюдающий за его мучениями, берет ложку и с легким раздражением перекладывает курицу в тарелку Аякса. — Попробуйте держать палочки чуть ниже, господин Чайлд, еще немного. Вот так. — Временно обезопасив столовые приборы от издевательств, Чжун Ли продолжает, — Я не хотел вас обидеть, моя реакция ни в коем случае не отражает мое мнение о вашем достижении. Просто я не самый большой любитель морепродуктов. — Не самый большой любитель морепродуктов? — недоверчиво хмурится Аякс. — Каждый раз, когда мы едим в «Народном выборе», вы заказываете тушеного черного окуня! На обед и на ужин. Единственная причина, по которой Чжун Ли не заказывает окуня на завтрак, вероятно, заключается в том, по утрам его не подают. — Я не возражаю против морепродуктов, если они тщательно измельчены, — уточняет Чжун Ли. — К сожалению, суп, который вы упоминали, готовится иначе. (Чжун Ли испытывает к чему-то неприязнь? В оригинальной игре подобного не упоминалось. Но в этом живом, настоящем мире, Чжун Ли реальный человек, так что всё логично, верно?) — Мне казалось, что вам нравятся разнообразные блюда. Почему морепродукты стали исключением? Чжун Ли морщится, и это выражение лица настолько забавно контрастирует с его привычной элегантностью, что Аякс не может удержаться от смеха. — Не люблю всё извивающееся и резко пахнущее. Назовем это неприятным воспоминанием из прошлого. (Что за неприятное воспоминание из прошлого? Его тоже не должно быть.) — Вы не любите морепродукты, а какие у вас любимые блюда? Кроме рагу из черного окуня. — Полагаю, есть несколько любимых блюд. Например, «Искушение Адепта». Классический рецепт включает перепелиные яйца, побеги бамбука, гребешки, морские огурцы, морские ушки, акулий плавник, рыбий пузырь, курицу, ветчину Цзиньхуа, свиные сухожилия, женьшень, грибы и таро. Ингредиенты долго томятся в бульоне, чтобы ароматы гармонично смешались. Настоящая услада для чувств. Легенда гласит, что блюдо настолько вкусное, что даже Адепты испытывают искушение вернуться в мир людей, чтобы еще раз попробовать его. «Обновление статуса: Интеллект +1», — раздается механический голос Системы, в то время как Аякс судорожно пытается вспомнить, что представляют собой половина ингредиентов, перечисленных Чжун Ли. — Еще в числе моих любимых — свиной суп с побегами бамбука, приготовленный на медленном огне. Он готовится из лучшей ветчины по стандартам кухни павильона Лунного моря. Свежее мясо доставляют прямиком из Спрингвейла, а бамбуковые побеги собирают в деревне Цинцэ. При приготовлении ингредиенты медленно нагревают, а затем томят на медленном огне не меньше двух часов, но чем больше, тем лучше. Результат окупает все затраты времени идеальным сочетанием тонких вкусов в молочно-белом бульоне. Это блюдо лучше всего подавать зимой, когда собранные побеги бамбука самые нежные и сладкие. «Обновление статуса: Интеллект +1». — Не удивительно, что вкус господина Чжун Ли в еде такой же взыскательный, как и в искусстве, — с улыбкой замечает Аякс. — И мне тут пришло в голову, что я мог бы попробовать приготовить одно из ваших любимых блюд, но пока мои кулинарные таланты оставляют желать лучшего. — Вы… хотите что-то приготовить для меня? — Чжун Ли в замешательстве наклоняет голову. Ноты удивления в его голосе настолько очаровательны, что заставляют Аякса кивать еще более энергично. — Конечно! Но только тогда, когда научусь делать что-то, что не стыдно будет подать на стол. Кроме того, я всегда готовлю слишком много для одного, так почему бы мне не поделиться с другом? Чжун Ли мягко усмехается. — Вы слишком добры, господин Чайлд. Мне не хотелось бы вас утруждать. — Ничего подобного, ведь я сам предложил. — настаивает Аякс. — Вы даже окажете мне услугу, мотивируя меня научиться готовить новое блюдо, к тому же вы поможете мне его съесть, не так ли? — Он наклоняется немного ближе и мягко, поддразнивающе шепчет: — Интересно посмотреть, на что я способен? — Раз вы так настаиваете, — слегка растерянно соглашается Чжун Ли. — Говоря о моих предпочтениях, то я давно не ел «Сельскую усладу». Аякс понятия не имеет, что это такое (блюда не было в оригинальной игре). Тем не менее, собрав волю в кулак, заявляет: — «Сельская услада», отлично. Как только я доведу ее до совершенства, приглашу вас на ужин. Чжун Ли прикрывает улыбку ладонью, в уголках его глаз снова появляются маленькие морщинки. Он выглядит расслабленным и удивительно молодым. — Ваша уверенность достойна восхищения, с нетерпением жду результатов. «Разблокирован новый побочный квест: приготовьте и подайте Чун Ли идеальное блюдо «Сельская услада». Награда: 10 БИ.» Аякс с радостью берется за его выполнение. (Что угодно, лишь бы не думать.) Паутина трещин на его щите неумолимо расползается.

____________________________

Одним из несомненных плюсов его кулинарных приключений и прогулок с Чжун Ли стала возможность лично пообщаться со всеми торговцами в лавках и магазинах гавани Ли Юэ. К этому времени он успел сделать покупки везде, дорогущие кисти для каллиграфии, вазы и украшения из ювелирных мастерских, чередуются с постоянными заменами наборов кухонной утвари из хозяйственных лавок (дань его кулинарным экспериментам). Это означает, что торговцы прекрасно осведомлены о его щедрости. (Хотя знать не должны. Ведь это лишь неигровые персонажи с прописанными репликами и характером. Они не могут быть настоящими людьми, и все же…) Стоит ему переступить через порог продуктовой лавки, в тот же момент рядом оказывается улыбающаяся хозяйка. — Господин дипломат! — говорит она, излучая радушие. — Так рада снова вас видеть! Как ваши дела? Как суп из морепродуктов? Надеюсь, вышел на славу? — Все отлично, госпожа Ли! Спасибо что спросили. Суп получился идеальным, и все благодаря вашему совету. Бульон из крабовых панцирей придал ему насыщенный вкус и это было именно то, чего не хватало! — О, ну еще бы! Рада что у вас все получилось! Что дальше будете пробовать? — Хочу замахнуться на «Сельскую усладу». Что посоветуете? Женщина оживляется. — Конечно, все для моего любимого покупателя! Аякс заходит в парочку лавок, собирая ингредиенты, необходимые для приготовления пробной версии, переходя от одного места к другому. Похоже, все вокруг уже в курсе аяксовых кулинарных экспериментов и щедро заваливают его советами. — Не забудьте сначала нагреть масло, потом добавьте чеснок, имбирь, зеленый лук и специи, а затем уже остальные ингредиенты. Это добавит вкусу глубины! — Обязательно сначала ошпарьте овощи кипятком, прежде чем отправить их в вок! Корень лотоса нужно нарезать одинаковыми тонкими ломтиками, чтобы они готовились равномерно. — Главный секрет приготовления идеальной «Сельской услады» — хорошее вино для подливы! Чтобы вкус был ярче, нужно ароматное темное рисовое вино. Вот, вот, господин дипломат, у меня как раз есть подходящая бутылка. Для вас со скидкой! (Как неигровые персонажи, они не должны давать никаких советов, но, конечно же, в этом безумном, реалистичном мире они ведут себя как обычные живые люди.) — Я возьму, — улыбаясь говорит Аякс. — Спасибо за помощь! Мне уже столько всего насоветовали, что мне не терпится начать готовить. Торговец рассмеялся. — Ах, юношеский задор! Когда я был таким же молодым как вы, энергии у меня было хоть отбавляй. А сейчас едва ли я мог подниматься с постели каждое утро, если бы не нужда зарабатывать на жизнь! (У неигровых персонажей не должно быть прошлого…) — Давно бы уже продал свою лавку и на вырученные деньги вышел на пенсию, как я постоянно твержу, — ворчит жена торговца с другого конца прилавка. Она упаковывает вино и передает его Аяксу. — Не обращайте на него внимания, господин дипломат. Он только и делает, что жалуется любому, кто готов его слушать. Чем старше, тем ворчливее. (Она не должна уметь подшучивать.) — В любом случае, я рада, что вы прикладываете столько усилий, чтобы овладеть тонкостями местной кухни. — продолжает женщина, довольно улыбаясь. — Надеюсь, тот, на кого вы пытаетесь произвести впечатление, оценит ваши старания! — Ах, пожалуйста, не слушайте мою жену, господин дипломат, — тут же встревает муж, неодобрительно глядя на супругу. — Вечно она лезет не в свое дело. — Ничего подобного! Я же не сказала, на кого именно он пытается произвести впечатление. Это может быть кто угодно. Семья, например! Его родители или братья с сестрами наверняка будут в восторге от того, чему он научился! (Родители? Братья и сестры? В том мире где они существуют, в реальном мире, он давно и по-настоящему уме…) Над ним как будто смыкается толща ледяной воды, он не может дышать от ужасного осознания, которое только что накатило на него, выбив из легких весь воздух. Это… поэтому он так себя чувствует? — …господин дипломат? Не потому ли, что весь этот мир, яркий и реальный, постоянно напоминает ему, что он часть его, и наслаждается жизнью во всей ее красе. Хотя и не должен, ведь возможность испытывать все это означает, что он жив. А это не правда. — Господин дипломат? Боже мой, я что-то не то сказала? Это не правда, ведь на самом деле он уже много… — Мне очень жаль, — ему кажется, что он говорит, но он еле шепчет, будто в легких закончился воздух. Должно быть, от ощущения, что его сердце и лёгкие сжимают, словно тисками. — Я только что вспомнил, что… мне нужно… Фразу он так и не заканчивает, прежде чем развернуться и со всех ног рвануть в гостиницу. Он не останавливается и не сбавляет темп, когда споткнувшись обо что-то, едва не растягивается плашмя. Лишь благодаря необыкновенной ловкости, его телу удается удержать вертикальное положение. Аякс врывается внутрь через парадный вход и поднимается вверх по лестнице, перепрыгивая через ступени. Он сохраняет скорость до самого верхнего этажа, останавливаясь только у входной двери своего номера. Трясущимися руками вытаскивает ключи, вставляет их в замок, поворачивает, и вваливается вперед, в благословенную прохладу своей комнаты, захлопывая за собой дверь. Тишина окутывает его успокаивающими объятиями, и он позволяет слабости взять над собой верх. Он сползает по стене, пока не оказывается на полу, прислонившись спиной к холодной деревянной двери. Дыши. Просто дыши, Аякс. Ты справишься. У тебя все получится. Ему требуется несколько минут, чтобы взять себя в руки, и медленно, очень медленно он приходит в себя в тишине своего номера. Снаружи доносится приглушенная беспечная болтовня покупателей, прогуливающихся по торговой площади Фейюнь. Аякс цепляется за чей-то веселый и беззаботный смех, чужую радость, как утопающий за соломинку и старается восстановить дыхание. Вдох. Выдох. Ты справишься. У тебя все получится. Блядство. Блядство. Почему он не может просто отключить свой тупой мозг? Почему, как он не старается, эти мысли не получается заткнуть. Почему он не может… («В вашем первоначальном мире произошёл несчастный случай, ставший для вас смертельным. Однако из-за большого количества незавершённых дел, ваша душа была перенесена в этот мир, чтобы вы могли осуществить их.») Аяксу хочется истерически смеяться. Он не может поверить, что из всего чертова множества вещей он сломался именно на реальности игрового мира. Господи Иисусе, неудивительно, что его так размотало, ведь он буквально добивал себя каждый раз, когда открывал глаза! Ощущение жизни пугает, когда в глубине души знаешь, что давно и безнадежно мертв. Аякс сворачивается в клубок, подтягивая колени к груди и обхватывая их руками. Мертв. Он, блять, мертв. Канул в Лету. И как бы он это ни отрицал, как бы ни притворялся живым здесь, это не изменит того факта, что путь его прежней жизни окончен. Он больше туда не вернется. Аякс, представитель поколения Z, перестал существовать два гребаных месяца назад, и никто в этом мире не знает об этом, кроме него и Системы. И причина, по которой он застрял здесь, в том, что: «В вашем первоначальном мире произошёл несчастный случай, ставший для вас смертельным. Однако из-за большого количества незавершённых дел, ваша душа была перенесена в этот мир, чтобы вы могли осуществить их.» Аякс давится захлебывающимся смехом. Осуществить, что осуществить? Как их осуществить, если Аякс понятия не имеет, о чем вообще речь и что для этого нужно? (Какая дурацкая шутка. Он и в прошлой то жизни не знал, к чему стремиться, так откуда ему знать, что искать сейчас?) Но какая разница, что он мёртв в реальном мире? Там у него ничего не осталось. Ему должно быть все равно. Ему все равно. Вот только. Я даже не успел попрощаться. Смехом он практически захлебывается, глаза жжет, грудь распирает от давления, как грозящую взорваться скороварку. Из всего, о чем можно сожалеть, Аякс сожалеет лишь о невозможности попрощаться с людьми, которым на него плевать. Настолько он сломлен. Мир вокруг теряет четкость, превращаясь в пелену цветных пятен и размытых контуров. Он яростно вытирает глаза рукавом. Все болит — сердце, грудь, голова — боль пульсирует в такт бешеному сердцебиению. Но, несмотря на все это, его упрямый внутренний голос все еще упорствует: Я просто… я хотел попрощаться, даже если никто не будет скучать по мне. Я просто хотел попрощаться. Кристально чистый звук фортепианной ноты звенит в воздухе, рассекая накатывающую на сознание тьму, как горячий нож масло. Хаос утихает, оставляя после себя полнейшую тишину, как порыв ветра, взметнувший листья, оставляет их плавно опускаться на землю. Аякс приходит в себя. Он сидит за роялем, левая рука лежит на клавишах. Как он здесь очутился? Безмолвные белые клавиши смотрят на него. Не отдавая себе отчета, он поднимает правую руку и касается клавиатуры. Вторая нота разливается в воздухе, как звенящий колокольчик, пока не истаивает, ​​как будто ее никогда и не было. Так мимолетно и так ласково. Он всегда любил фортепиано за то, как успокаивающе действовала на него музыка. И он до сих пор помнит, как впервые сел за инструмент. Аяксу четыре года, он сидит на коленях у отца за фортепиано в гостиной, откуда-то из соседних комнат доносится нежное пение матери. — Смотри, сынок. Вот как надо держать пальцы, — говорит отец, демонстрируя правильную постановку руки на клавишах фортепиано. — Попробуй нажать несколько одновременно. Немного сильнее. Вот так, правильно. Чистые ноты звучат громко, но приятно. Маленький Аякс хихикает. — Умница! У тебя отлично получается! А теперь попробуй нажать две ноты вместе. — Серьезно, ты уже учишь Яшу играть? А тебе не кажется, что немного рановато? — Мама! — восторженно пищит Аякс, когда мать, словно в танце, входит в комнату и целует его в пушистую макушку. — Папа учит меня играть на фортепиано! — Да, любовь моя, и у тебя чудесно получается! — говорит она со смехом, целуя мужа в губы. — Для такого никогда не рано! — Отец касается пальцами клавиш, наигрывая вступление Salut d'Amour. — Может быть наш Яша будущий великий музыкант. Как думаешь, Яшка? — Главное, чтобы ему это нравилось. Хорошая музыка должна идти от сердца.

____________________________

Аякс играет всю ночь. Он играет все, что может вспомнить — обрывки классических произведений, популярные песни, услышанные по радио, перескакивая с одной мелодии на другую, позволяя им течь непрерывным потоком. Он играет, играет и играет, пока комната не озаряется первыми лучами солнца, и стены не заливает расплавленным золотом, утренним цветом Ли Юэ. И только когда солнце достигает зенита, он наконец останавливается. Аякс тихо сидит, прислушиваясь к доносящимся снаружи звукам города. Он слышит громкие крики уличных зазывал, нахваливающих свои товары, слышит беспечную болтовню покупателей, смех детей, лай собак. Ли Юэ живет привычной, радостной, повседневной жизнью. На этот раз это осознание не сдавливает его сердце. Может он слишком устал, но в любом случае, благодарен за абсолютный покой, воцарившийся в его сознании. (Он не в порядке, нет, но, по крайней мере, сейчас он может продолжать притворяться.)

____________________________

Утром понедельника Аякс чувствует себя достаточно хорошо, чтобы выйти на работу. Он натягивает обычную беззаботную маску, здоровается с Владом на входе, приветствует других сотрудников и мчится в свой кабинет, чтобы приступить к работе. Даже если сотрудники Банка Северного Королевства и замечают, что он непривычно тихий, с опухшими глазами и выглядит более уставшим, чем обычно, они достаточно тактичны, чтобы не акцентировать на этом внимание. В любом случае, Аякс рад, что к нему не лезут с расспросами. Он не уверен, что мог бы объяснить, если бы кто-то поинтересовался. В четверг в дверь его кабинета стучат. — Господин Чайлд? — Из-за двери слышен приглушенный голос Андрея. — Вы не заняты? — Нет, конечно, заходите. Чем могу помочь этим чудесным утром? — Вы спрашивали о сроках выплат по кредитам наших клиентов, я подготовил свежие данные, — отвечает Андрей, протягивая небольшую стопку бумаг и устраиваясь в кресле для посетителей перед столом Аякса. — Здесь данные обо всех клиентах, включая их местонахождение, суммы задолженности и сроки погашения. Большинство из них, по-видимому, различные группировки Похитителей сокровищ. — Это означает, что они разбросаны по всему Ли Юэ небольшими лагерями, — заключает Аякс. — Понадобится много людей, чтобы стрясти с них долги. Возможно, даже больше, чем он готов отправить единовременно. Нельзя оставлять Банк без защиты. А что, если… Есть один вариант. — Тебе не кажется, — говорит Аякс после паузы, — что пришло время мне лично напомнить, что по счетам нужно платить? Что думаешь? — Если вы решили сами занятся взысканием долгов, я не в праве вас останавливать. — Андрей отвечает так же вежливо, как в день их первой встречи, но уже не бледнеет от страха. Он просто задумчиво хмурит брови. — Я с радостью буду передать новые дела другим сотрудникам во время вашего отсутствия. Но могу ли я высказать мое личное мнение по этому поводу? Личное мнение? Аякс сцепляет руки на столе. — Конечно, продолжай. — Мне кажется, вам стоит уехать из города на некоторое время. И я имею ввиду не сбор долгов, а полноценный отдых. Мы с сотрудниками видим, как много вы работаете, и… если честно, мы начинаем немного волноваться. Вы выглядите измученным. Хм. Похоже, его срыв не прошел незамеченным. — Я в порядке, Андрей… — Нет, это не так. При всем моем уважении. — говорит Андрей, укоряюще глядя на него, и Аякс сдерживает смех. Это больше похоже на выговор от заботливого дядюшки, чем на строгого управляющего банком, которого он, вероятно, пытается изобразить. Тем не менее, Аякс солгал бы, если бы сказал, что не тронут заботой. — Ни для кого не секрет, насколько вы загружены — продолжает Андрей. — Вы встаете еще до рассвета на тренировку, после чего целый день работаете в банке, а затем снова тренируетесь. Вдобавок к этому, вы выполняете обязанности Предвестника, присматриваете за новобранцами и их успехами и проводите встречи с деловыми партнерами и Цисин. Ваше усердие достойно восхищения, особенно учитывая то, что этого графика вы придерживаетесь несколько месяцев подряд. Хорошо, может он немного и переусердствовал в стремлении как можно быстрее прокачать характеристики, но помощь ему не требуется. — Я подумаю о том, чтобы взять отпуск, ладно? — предлагает Аякс, но этого явно недостаточно. Еще сильнее нахмурившись, Андрей тянется к стопке бумаг, которые принес в кабинет и вытягивает из нее три листа. — Господин Чайлд, вам уже предоставлен двухнедельный отпуск. Но если вам так хочется, вы можете навестить этих троих в любое удобное время. Аякс просматривает бумаги и усмехается. — Все три лагеря расположены в двух шагах от постоялого двора Ваншу. Да я за полдня управлюсь! Да еще две недели отдыха? Две недели без баллов Интеллекта? Так не пойдет! — Я полагаю, это дает вам дополнительное пространство для маневра. В любом случае, вы на две недели в отпуске. Пожалуйста, проводите свободное время так, как пожелаете, но не забывайте отдыхать, желательно подальше от города. — При этих словах Андрей бросает на Аякса очень многозначительный взгляд. Аякс пытается протестовать или, по крайней мере, выторговать себе сокращение отпуска, но Андрей и слышать об этом не желает и при первой же возможности, извинившись, сбегает из кабинета. Тогда Аякс пробует найти союзника в лице Екатерины. Она должна поддержать его требование об уменьшении отпуска, иначе ей самой придется больше работать, выполняя его обязанности. — Знаете, я впервые сталкиваюсь с тем, чтобы кто-то просил уменьшить его отпуск, — саркастически тянет Екатерина, явно не впечатленная его доводами, и Аякс понимает, что битва проиграна. — Увидимся через две недели. Пожалуйста, наслаждайтесь отдыхом. Вот почему, несколько дней спустя, обиженного на весь мир Аякса можно обнаружить бесцельно слоняющимся по Тростниковым островам. Как и предполагалось, сбор долгов длился в общей сложности три часа, оставляя ему все остальное время, чтобы заняться… чем-нибудь. Тростниковые острова покрыты золотым ковром полевых цветов и высокой травы и окружены кристально-голубой, прозрачной водой с белыми песчаными отмелями. При дуновении ветра заросли тростников гнутся, переливаясь и мерцая на солнце как чешуя карпов кои. И Аякс обязательно оценил бы окружающую красоту, если бы его не бесило отсутствие внятной цели. — Отлично, просто замечательно, — фыркает Аякс. Он плюхается на выступающий из земли камень, скрещивая руки и надувшись ещё сильнее, когда свежий ветерок треплет его волосы. — И как прикажете мне расслабиться, когда единственное, о чем я могу думать, это как нагнать упущенный прогресс прокачки Интеллекта? Это не совсем так. Баллы Интеллекта — не единственное, о чем он думает. Потому что окружающая его природа вновь напоминает, насколько реален мир вокруг. Как и то, как он живет в этом мире, и то как он сюда попал. («В вашем первоначальном мире произошёл несчастный случай, ставший для вас смертельным…») А ну хватит! — рявкает он вслух. — Сейчас же прекрати думать об этом! Снова сорваться, да еще и попасться кому-нибудь на глаза — нет, уж, спасибо! Черт, не то чтобы он не пытался остаться в гавани Ли Юэ. Он пытался договориться об отсрочке, но его подчиненные выступили против него единым фронтом, буквально вытесняя Аякса из города. — Мы слышали, что вам дали отпуск, и забронировали для вас роскошный номер на постоялом дворе Ваншу! — радостно светясь, докладывает одна из его лейтенантов, после того, как Аякс был (со всем уважением) спроважен Екатериной. — Со всеми удобствами и фантастическим видом на окресности Ли Юэ! Развлекайтесь, босс! — Это нарушение субординации, — ворчит Аякс, но никто не выглядит даже отдаленно испуганным. И с каких это пор все перестали называть его «господин Предвестник»? Что за неуважение? — Знаете, я вообще-то ваш начальник! — Мы прекрасно это осознаём, босс. — Лейтенант имеет наглость закатить глаза. — Пожалуйста, наслаждайтесь свободным временем и помните, что если вы попытаетесь вернуться в гавань Ли Юэ, подчиненные выставят вас обратно. И вот он здесь, сидит и дуется на нагретом солнцем камне. Возможно, все не так уж плохо, как кажется. У него две недели отпуска. Две недели для усиленных тренировок на пределе возможностей. К тому же, он захватил с собой гитару, так что можно будет получить баллы за музыку. Кроме того, если он правильно помнит, кухней Ваншу заправляет довольно талантливый шеф-повар. Вероятно, можно будет уговорить его провести для Аякса мастер-класс по приготовлению «Сельской услады», чтобы улучшить кулинарный навыки и выполнить побочный квест. Вот это продуктивность! Теперь, когда у него есть план действий, Аякс чувствует себя намного лучше. Он встает с нагретого камня и отряхивается. — Ладно, для начала, — говорит он, с хрустом разминая кулаки, — найдем-ка ближайший лагерь хиличурлов.

____________________________

«Обновление статуса: Сила +10; Ловкость +10; Телосложение +10» «Обновление статуса: Сила +10; Ловкость +10; Телосложение +10» «Обновление статуса: Сила +10; Ловкость +10; Телосложение +10» Аякс утирает рукавом льющийся со лба пот. Сколько лагерей хиличурлов он сравнял с землей за те два дня, что находится здесь? Полсотни или больше? Такими темпами округа опустеет. С одной стороны, его боевые способности значительно улучшились, с другой — ему до смерти скучно. — Эй, Система! Сколько времени? «Сейчас 18:00» Аякс вздыхает и развоплощает гидроклинки. Легким движением ладони он собирает воду в большую сферу и оставляет ее парить в воздухе. Ещё одним движением направляет тонкую струйку воды на свои грязные руки, смывая с них запекшуюся кровь. Теперь он за собой убирает! — Рановато конечно, но на сегодня, пожалуй, хватит, — говорит Аякс Системе. — Если я не сбавлю обороты, хиличурлам грозит вымирание. «Вполне вероятно. Количество монстров на Тростниковых островах уменьшилось на 35%» — отвечает Система. — «Возможно, Пользователю стоит сменить тренировочную площадку» Рядом с системным окном высвечивается карта Тейвата. На нем есть курсор, обозначающий его местоположение и перечень локаций, в которых появляются монстры. — Хмм, куда бы пойти, куда бы податься — тянет Аякс, водя пальцем по карте, — В долину Гуйли? Или подальше, в деревню Миньюнь. Внезапно ощущение чужого пристального взгляда заставляет мышцы напрячься, по коже пробегает дрожь, а волосы на руках встают дыбом. Аякс сворачивает системные окна и оглядывается вокруг. Тишина. Вокруг никого, лишь бескрайние цветущие поля. Странно. Ощущение чужого взгляда не покидает. — Эй? — кричит он. — Есть тут кто-нибудь? Тишина в ответ. Как и ожидалось. Пожав плечами, Аякс отправляется обратно, на постоялый двор, присматриваясь к любым подозрительным фигурам, скрывающимся в тенях. Он никого не обнаружил, но отделаться от странного чувства, тем не менее, не получается. Эх. Хорошо. Аякс будет более чем счастлив разделаться с соглядатаем, если тот покажется на глаза. По крайней мере, хоть какое то развлечение.

____________________________

Третий день его вынужденного отпуска начинается как обычно. Аякс просыпается до рассвета, приводит себя в порядок, быстро готовит завтрак, берет снаряжение, еду и отправляется в путь. За пределами теплого света фонарей постоялого двора, царит кромешная тьма, сливающаяся на горизонте с темно-синим небом. Звезды и луна еще видны, но через пару часов они исчезнут, когда небо начнет светлеть. Аякс сбегает по деревянной лестнице и направляется на юг. Чем дальше он идет, тем сильнее сгущается окружающий его туман, а воздух становится заметно холоднее. Несмотря на то, что он прекрасно понимает, что значительно сильнее любого здешнего монстра, унять невольную дрожь не получается. Слишком жутко все выглядит. Просто… не обращай внимания, Аякс, — думает он про себя. Нужно просто слегка размяться на нескольких простеньких монстрах, чтобы отвлечься от этого кошмарного окружения. Ерунда. Его желание исполняется быстро и внезапно. В темноте он спотыкается о спящего на земле хиличурла, который вскакивает, размахивая дубиной и громкими негодующими воплями поднимает на ноги весь лагерь. Аякс материализует свои водяные клинки и готовится к атаке. Сражаться с ними не сложно. Аякс уворачивается от ударов, перетекая с одного места на другое, нанося удары только тогда, когда противник уязвим. Его движения плавные, как подвластный ему элемент, но каждый выпад, каждый взмах, каждый удар быстр и смертоносен. Ему нравится сравнивать свой боевой стиль со стремительным океанским приливом, поглощающем все на своем пути, и так же быстро отступающим. Враги падают под его натиском один за другим, одни с перерезанным горлом, другие — неспособны стоять от сокрущительных ударов по туловищу. Но с митачурлом с гигантским щитом справиться гораздо сложнее. Не в первый раз с тех пор, как он очнулся в этом мире, Аякс проклинает свой гидро Глаз Бога. Пиро — вот лучший элемент из всех возможных! Пиро! Он отпрыгивает назад, избегая мощного удара щитом, который отправил бы его в полет, не успей он увернуться. Аякс в прыжке уходит сторону, разворачивается, сводит клинки вместе, образуя копье, и наносит монстру удар в спину. Или, по крайней мере, собирается, но в этот момент чудовищный удар в корпус заставляет его кубарем покатиться по земле. Бок горит огнем, Аякс шипит от боли. Блядство, откуда ему прилетело? Он вскакивает, и еле успевает уклониться, когда второй митачурл со щитом замахивается на него. От резкого движения его накрывает волной боли. «Система,» — мысленно взывыл Аякс, — «накачай меня какой-нибудь лечебной едой! Быст…» — закончить он не успевает, из тумана вылетают два новых митачурла с топорами. Вашу мать, какого черта? Почему их так много? С этими митачурлами что-то не так. Их атаки более злобные, более свирепые. Ублюдок со щитом, который раскроил ему бок, бьет намного сильнее, чем другие твари, с которыми Аякс имел дело за последние два дня. «Система, я могу что-нибудь сделать, чтобы остановить их?» В ответ раздается мелодичный звонок: «Вы первого уровня Боевой Формы. Пользователь может использовать Глаз Порчи. Активировать Глаз Порчи сейчас?» Аякс уворачивается от удара топора и делает выпад, пронзая копьем грудь митачурла. Чтобы убить ублюдка этого недостаточно, но монстр рычит от боли. «Подожди, что еще за уровни? С каких пор у меня есть боевые формы?» «У Пользователя всегда были Боевые Формы. Нанося удары, Пользователь заполняет шкалу заряда Боевой Формы. Заполненная шкала позволяет использовать накопленную силу при необходимости. У персонажа Тартальи есть две Формы — Глаз Порчи и Форма Духа» «И ты говоришь мне об этом только сейчас?!» — Аякс уворачивается от атакующего митачурла, его бок разрывается от боли. Он описывает в воздухе дугу копьем, отбрасывая монстра назад. — «Система! Активируй Глаз Пор…» Зеленая молния врезается в землю, выбивая фонтан грязи и песка. Аякс вскидывает руки, защищая лицо, но за долю секунды успевает разглядеть невысокую гибкую фигуру, которая быстро выпрямляется и заносит копье для удара. Аякс не видит лица, только светящиеся ярко-зеленые глаза. Это выглядит странно знакомым. Затем таинственная фигура произносит: — Это дела Адептов, смертный. Держись от меня подальше, если хочешь жить. Ага, — думает Аякс, — Похоже, наш любимый Защитник Якша пожаловал.