Печальной стала твоя роль

      — Не знаю, чем закончится то, во что я влипла, поэтому оставлю тебе письмо.       Он появился, словно призрак. Я даже подумать не могла, что он мог выжить. Не могу в это поверить. Но знаешь, я рада, что он жив. Рада, что жертв в той мясорубке, в которой мы жили, на одну меньше. И я поняла, что, сколько бы ты ни пытался убежать от прошлого, оно всё равно настигнет тебя.       Эбби сидела за обеденным столом, держа в одной руке карандаш, а в другой лист бумаги. Письмо, которое она должна написать, было очень важным — как для того, кто его прочитает, так и для неё самой.       — Я бы очень хотела, чтобы ты был счастлив, но не затуманен этим. Ты молодец, ты всегда понимаешь, что я имею ввиду. Мне искренне жаль, что наша, казалось бы, спокойная жизнь, добытая сквозь страдания и жертвы, снова нестабильна. Мне кажется, пока я рядом, у тебя не будет уверенности в завтрашнем дне. Это так несправедливо. Как и наш мир.       Я думала, что смогу уберечь нас, но у меня не выходит. Лев. Если тебе легче жить отдельно — хорошо. Но мне важно знать, что у тебя всё в порядке. Не лишай меня этого, пожалуйста.       Подписала бы это письмо свистом…       Эбби.       Завершив письмо, Андерсон положила его в рюкзак и отправилась в медпункт, где ей, как обычно, предстояло принять смену от медсестры на сутки.       Расположившись на рабочем месте, Эбби достала письмо и перечитывала его несколько раз, то и дело порываясь что-то добавить или исправить. Пациентов было не много и все они были в удовлетворительном состоянии. Девушка решила сделать обход, чтобы отвлечься от мыслей с пользой. — Почему я должен здесь находиться? Я себя хорошо чувствую! Отпустите меня домой! — Я тоже! — И я в полном здравии!       Андерсон не успела войти в палату, как на неё обрушилось негодование мужчин. — Соблюдайте, пожалуйста, тишину, ребят! Мы с вами хорошо понимаем, что, вернувшись домой сейчас, вы завтра же окажетесь в патруле или начнёте тягать ящики. А вам всё ещё категорически запрещено это делать.       Недовольное сопение наполнило палату. — Всего неделька, и вы в строю! — подбодрила их девушка.       Обойдя палаты, она сообщила коллеге на посту, что выйдет подышать свежим воздухом. Оказавшись снаружи, Эбби вдохнула вечерний бриз полной грудью. — Эбби! — раздался голос позади. — Нужно передать Мэтту список лекарств, которые у нас заканчиваются, чтобы их доставили завтра утром. Сходишь? — Мы же на дежурстве. Да и ты знаешь, что мне запрещено появляться на той стороне острова. Обычно это делают ребята из… — Эбби! — перебила её девушка. — Я вижу, что тебя что-то беспокоит. Лезть к тебе в душу я не собираюсь, но могу помочь тем, что прикрою тебя, пока ты проветриваешься. Мэтт сегодня у причала на Среднем Пляже, по прямой туда и обратно — полчаса. — Ты уверена? — вздохнула Андерсон. — Абсолютно. — улыбнулась девушка. — Спасибо.       Быстро дойдя до причала, Эбби заметила мужчину. — Привет! Мэтт здесь? — Прямо за твоей спиной. — Боже! — испугалась девушка, выдохнула и протянула список. — Вот. У нас заканчиваются лекарства, перчатки и было бы здорово, если бы привезли спирт. — Спирта почти не осталось, используйте алкоголь. — в приказном тоне ответил мужчина, вырвав список из рук Эбби. — Когда следующая вылазка? Я бы могла помочь.       Мэтт сердито посмотрел на девушку. — Что? У меня побольше опыта, чем у дюжины твоих ребят! — Ты нужна мне здесь! Если хочешь помочь — следуй моим приказам.       Эбби свела брови, стиснула челюсти и, прикрыв глаза, ответила: — Окей. — Вот и отлично. — мужчина уже повернулся, чтобы уйти. — Ты обещал отнестись с пониманием. — остановила его девушка. — У тебя ко мне какие-то претензии, Андерсон? Ты подвергла опасности весь остров. — Пфф. Да брось, он же калека, что он сделает? — Я спрашивал тебя, знакомы ли вы. Опасен он или нет — решаешь не ты.       Эбби тяжело выдохнула. — Если бы я мог, я бы вас обоих вышвырнул с острова. Но это тоже риск для моих людей. — Что будет с ним? — А что он сделал? Он всего лишь калека, который ничего не помнит из своей прошлой жизни и которого одна блондинка почему-то постоянно пытается убить. — Мэтт развернулся и отправился прочь. — Чёрт… — Эбби закрыла руками лицо и вновь тяжело выдохнула.       На обратном пути девушка услышала детский смех. Она повернулась в сторону шума и увидела Лева с Мией, стоящих в нескольких метрах. Эбби захотелось подойти к ним, но запрет пересекать ту сторону острова и непредсказуемая реакция Лева останавливали. Однако ей нужно было передать мальчику письмо.

***

      Томми прогуливался вдоль пляжа вместе с Кристофером. — Вот смотрю я на тебя и думаю: ты бессмертный, скажи? Как тебе удаётся выживать при смертельных обстоятельствах? — Это называется удача, и она не вечная. — В здешних патрулях так кормят! М-м-м… — начал дразнить Крис. — Вкуснее, чем в Джексоне? — Знаешь… Пожалуй, да. — мужчина улыбнулся и задумался ненадолго. — Слушай, я тут подумал. Не то, чтобы я… А чёрт. Сложно это всё. — Ты хочешь здесь остаться. — закончил за него Томми. — Честно, да. Это не означает, что я тебя бросаю или как-то предаю. Я всё ещё в твоей команде. Слышишь? — он положил свою руку Миллеру на плечо, заставив его обернуться. — И как ты это планируешь совместить? — хмыкнул Томми. — Не знаю. — Крис махнул рукой. — Я не знаю.       Они подошли ближе к воде и сели на песок. Пляж был наполнен криками чаек и шумом прибоя. Друзья смотрели вдаль, щурясь от лучей заходящего солнца. — Ты такой тупица. — начал Миллер. — Не, ну это факт. — подыграл ему Кристофер. — Ты заслуживаешь быть счастливым. Я больше не хочу, чтобы ты чувствовал какой-то долг передо мной. Ты мне ничего не должен. Скорее, я тебе задолжал. — Томми улыбнулся и взглянул на друга. — Оставайся.       Крис удивлённо посмотрел на Томми. — Ты обещал мне помочь добраться до неё. Мы здесь. Я больше не в праве тебя о чём-то просить. — После короткой паузы он продолжил. — Ты самый преданный друг, что когда-либо был в моей жизни! Просто знай, что я это очень ценю!       Кристофер заметил, что Томми прослезился и сам еле сдерживал слезы. Он согласно кивал в ответ ему. — Я понял. — улыбнулся Крис. — Ты тоже хочешь здесь остаться. — Я не знаю, чего я хочу… — вздохнул Миллер. — Может быть… Мы нашли наш свет?       Мужчины продолжили смотреть на закат, пока не услышали детский смех и крики. Они увидели двух подростков, играющих в песке. — Дети… — произнёс Крис. — Когда-нибудь хотел своих? — Если и задумывался, то сразу же отгонял эту мысль. — Томми тяжело вздохнул. — Но что-то близкое к отцовским чувствам я испытывал. Не могу сказать, что это прекрасно.       Мужчины одновременно усмехнулись. Продолжая наблюдать за подростками, Томми заметил шрамы на лице у одного из них. — Меня подводит мой единственный глаз или это… — Да, это он. — ответил Кристофер и посмотрел на Томми. — О чём думаешь? — Они всего лишь дети. — Миллер посмотрел на друга, его глаза немного заблестели, и он сразу отвёл взгляд на зарево заката.       Солнце зашло. Подростки ещё какое-то время купались в заливе, но, почувствовав прохладный вечерний бриз, вышли на пляж и укутались в тёплые пледы. Они сидели, обнявшись, и о чём-то разговаривали. Мальчишка явно пытался впечатлить девочку, и у него получалось — она заливалась смехом, который разносился по всему пляжу. — Завязывайте! — послышался хриплый женский голос сзади. — Завтра сляжете с температурой, сколько можно сидеть здесь? — женщина отчитывала подростков за легкомыслие. — Скоро придём! — крикнул мальчик.       Но женщину этот ответ не устроил. Она подошла к парочке и сорвала с них плед. — Вы уходите домой сейчас же! А ты, Лев! Не смей открывать свой рот! — Я… Извините. — мальчик старался избежать конфликта. — Знаешь, мне это надоело! Почему я должна идти тебе навстречу? Убирайся! Хватит! — она оттолкнула его и взяла за руку девочку. — Мам, хватит! Прекрати! Я всего лишь хочу провести время с Левом! Что в этом плохого? — Дома я тебе объясню! Но то, что я узнала… — женщина разъярённо посмотрела на Лева. — Пошли!       Лев, не понимая, что происходит, смотрел то на Мию, то на её мать. — Нет! Говори здесь! — настаивала девочка. — Ты этого не хочешь, я тебя уверяю! Пошли уже! — она схватила за майку свою дочь и потянула её. Майка немного порвалась. — Эй! Отпусти её! — заступился Лев и оттолкнул женщину.       Обратившие внимание на шум Томми и Кристофер поспешили вмешаться. — Всё хорошо? — спросил Томми.       Лев уставился на мужчину, медленно пятясь назад и прикрывая собой Мию. — Что ты лезешь?! — переключилась на Миллера женщина. — Пытаюсь понять, почему орёшь на детей. — Не лезь в мою семью, Коломбо!       Томми начал злиться, это заметил Кристофер и решил встать между ним и женщиной. — Ребят, мы же не хотим усугубить конфликт? Да ещё и на глазах у детей. — Они и не такое видели. — настаивал Миллер. — Приятель, — Крис подошёл ближе к Томми и тихо стал отговаривать его, — ты не хочешь этого. Немного мудрости, м?       Миллер сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться. Женщина вновь вцепилась в свою дочь и на этот раз у неё получилось вырвать её из рук Лева. Мия заплакала, а её мать направилась в сторону мальчика и дала сильную пощёчину, от которой тот едва ли не свалился с ног. — Эй! — оттолкнул её Томми, — Ты что делаешь? — Что происходит? — подбежала Эбби. Она уставилась сперва на женщину, которая встретила её недружелюбным взглядом, затем на Миллера и Лева, стоящих напротив неё. — Держи своё существо подальше от моей дочери! — произнесла женщина, подойдя к Эбби с холодным и злым взглядом. — Что ты сейчас сказала? — Эбби сжала кулаки, готовая в любую секунду накинуться на неё. Горячая волна ярости охватила её, но она заставила себя сдержаться.       Женщина схватила за руку дочь и быстрым шагом отправилась в город. Лев подошёл к Томми и, долго не осмеливаясь посмотреть ему в глаза, произнёс: — Мне жаль. — Он поднял взгляд, но быстро опустил его вновь. После чего сорвался с места и побежал в город. Миллер понимающе посмотрел ему в след. — Не смей к нему приближаться! Никогда! — Эбби ткнула указательным пальцем в грудь мужчине, на что получила лёгкий удар по лицу. — Воу! Полегче! — вмешался Крис. — Если нас увидят, нам конец. Проваливай! — обратился он к девушке. — Так и будешь меня ненавидеть? Желать мне смерти? Пользоваться мной? — повернулась она к Томми.       Кристофер поочередно смотрел на Эбби и Томми, пытаясь понять, что происходит. — Я хочу, чтобы ты не знала, когда я приду к тебе. Хочу забрать у тебя всё, и я это уже делаю.       От уверенного и леденящего взгляда Миллера, Эбби растеряла все аргументы. Усталость и головная боль от всего происходящего отразились на её теле, она вздохнула, опустила голову и закрыла глаза. Её сознание медленно растворялось в шагах мужчин, которые сливались с шумом морского прибоя.

***

      Вернувшись в свой одинокий дом, Эбби по привычке направилась к кухне, чтобы приготовить ужин. Но когда еда была готова, девушка поняла, что не может есть. Она хотела отправиться спать, но увидела в дверном проёме Лева. — Эй… — Что делаешь? — Приготовила ужин, но не заметила, что не голодна. — на лице Эбби появилась лёгкая улыбка, но в её глазах всё же оставалась тень печали. — Не думаю, что тот мужик опасен для меня. — Лев подошёл и сел за стол, скрестив руки на груди. — Я не была бы так уверена в этом… — Андерсон обратила внимание на закрытую позу мальчика и добавила: — Думаю, тебя он не тронет. — И мама Мии… Я и с ней разберусь. — Да… — её голос стал тише, и она немного отвела взгляд.       Лев заметил, что Эбби не собирается с ним спорить и давать советы, поэтому стал чувствовать себя более расслабленно. — Та девочка, Мия. У вас с ней всё серьёзно? — Нет. Не знаю. — Лев растерялся. — Нам просто нравится проводить время вместе. — Она тебе нравится. — Эбби улыбнулась, но тут же заметила, как серьёзен его взгляд. Лев не был готов открыться. — Ты должна была поговорить с Мэттом! И мы бы сейчас не переживали за собственные жизни!       Андерсон тяжело вздохнула и подошла ближе. Она наклонилась в сторону Лева, протянула к нему руки, ожидая того же в ответ. — Если цена твоего счастья — моя жизнь, то так тому и быть.       Лев немного замер, затем, после короткой паузы, протянул свои руки в ответ. — У меня никого кроме тебя не осталось. — он прослезился.       Эбби тоже едва сдерживала слёзы. — И у меня только ты, Лев. Только ты…