Печальной стала твоя роль

— Ты уверена? — Я столкнулась с ними двумя на Среднем Пляже час назад! — О чём тут думать? Казнить! — Реально что-то нужно делать, Мэтт! То, что никто из них не несёт наказание… Люди это видят, они не понимают, почему так. Да, черт возьми! Мы сами не понимаем, что происходит! — Я знаю, знаю! — Мэтт задумался. — Хорошо. Завтра проведём собрание. Решим, что с ними делать. — К чему вообще эти церемонии? У нас есть законы. Люди, нарушившие их, всегда несли наказание. Почему этот случай — исключение? — скрипучий голос мужчины выделялся из толпы возмущённых. — А за что мужика наказываем? Насколько я вижу, это баба постоянно пытается его убить. — Ну не просто же так она пытается его убить, не задумывались? — продолжал отбиваться от солдат Мэтт. — Хорошо, казним обоих! — Вам лишь бы казнить… — тихо произнёс мужчина, наливая себе кофе. — Слушай, Мэттью, — один из солдат подошёл ближе к мужчине и продолжил, — если ты с ними не поступишь согласно закону, то твои люди придут за тобой. — Я понимаю, Алекс, но и ты пойми: ситуация неординарная. — Моего понимания не хватит, друг. Посмотри на этих людей. Ты казнил их близких за меньшее. — Хорошо! — воскликнул Мэтт. — Наш лидер положил глаз на ту медсестричку ещё в первый день. Поэтому он так не хочет её убивать. Может, трахнешь её уже и успокоишься? А, босс? — продолжал мужчина из толпы. — Всем заткнуться! — крикнул Мэтт. — Завтра мы казним Эбигейл Андерсон за попытку убийства Цикады и сокрытие потенциально опасной информации. Сделаем это утром, поэтому никто никому ничего не рассказывает. Андерсон не знает об этом и не должна узнать до завтрашнего утра. На сегодня всё.       Солдаты стали расходиться с удовлетворёнными лицами. Мэтт сел на край стола и пытался допить остатки кофе. К нему подошёл Алекс и присел рядом. — Она не плохой человек, — произнёс мужчина и посмотрел на друга. — Я знаю, — кивнул Алекс. — А вот люди здесь всё-таки паршивые.

***

— Мэтт? — Тебя завтра утром казнят.       Эбби замолчала и уставилась на мужчину. — Тебе нужно уезжать с острова. Немедленно.       Девушка пыталась осознать сказанное, но в голове всё путалось. Она отправилась собирать вещи. — Если я останусь, ты меня казнишь? — не могла поверить Эбби. — Я не смогу поступить иначе.       Мужчина с сожалением наблюдал, как девушка сорвалась с места и в спешке собирала всё необходимое. — Ты же знаешь, что я защищалась. Это самооборона, Мэтт! — Я знаю, Эбби. — В чём тогда проблема? — Местные не поймут. До тебя здесь были более жёсткие законы. И лидеры. — Что будет с тобой?       Мужчина удивлённо посмотрел на Андерсон. — Ты должен меня казнить завтра утром. Я уйду, а что будет с тобой? — Я буду в порядке. Скажу правду, что ты сбежала. Что кто-то проговорился тебе об этом. — Кому, кроме тебя, мне проговариваться? — усмехнулась девушка. — Готова? — Да. Думаю, да. — Эбби быстро осмотрелась вокруг. — Что происходит? — вышел к ним сонный Лев. — Обойди остров со стороны, у казарм. Там я оставил тебе лодку. Ты сядешь в неё, отплывёшь на Юг, потом на Восток. Будешь на континенте до рассвета. — Ты со мной, Лев? — Да. — Тогда собери всё, что нужно. Мы уходим сейчас.       Эбби приготовила вещи, хотела уже отправиться помочь Леву, но Мэтт потянул её к себе. Он обнял её крепко, и она в ответ прижалась к нему, слёзы катились по её щекам. Он внимательно смотрел на её лицо, вытирая слёзы, убирая прядь волос, и неожиданно подарил быстрый поцелуй в губы. — Мне очень жаль, Эбби, — произнёс он тихо, с дрожью в голосе. — Мне тоже... — не открывая глаз, ответила она.       Ветер усиливался к рассвету.       Пока Лев осторожно выводил лодку в залив, Эбби в последний раз оглянулась на тёмный, ещё спящий остров. Казармы, залитые мягким светом фонарей, медпункт, где осталась её смена, аккуратно развешанное бельё на верёвках между домами. В этом всём — их жизнь. Новая. Ставшая привычной. Всё, что они успели создать здесь.       Эбби смотрела, как вода разрезается под носом лодки, и не смогла сдержать слёзы. — Ты уверен? — тихо спросила она, когда Лев бросил последний взгляд назад. — У тебя ведь... могла быть другая жизнь. Без меня. — Не совсем, — коротко ответил он. — Запрыгивай. Быстрее.

***

      Солнечный луч уверенно пробежался по воде и осветил весь пляж. Отсутствие чаек и привычного пения птиц, создавали тревожную тишину, и только морской прибой, волнами, смело бился о берег, создавая ритмичный шум жизни.       Томми проснулся от шума за дверью. Соседние двери выбивали и обыскивали комнаты жильцов. Дошла очередь и до него. Он не стал подниматься и встретил незваных гостей, сидя на кровати. — Что происходит? — У тебя её нет? — Кого? — Андерсон. Извини, старик, мы должны всё проверить. — Буду только рад. — Пусто! — крикнул солдат и покинул комнату Миллера. Через несколько минут к нему забежал Кристофер. — Тебя уже обыскали? — Да. Почему её так ищут? — Казнить её хотят, прикинь! Мне кажется, она уже удрала с острова. — Если пацана тоже нет, то точно удрали. — Здесь что-то зреет… Будь наготове, друг!

***

— Его надо казнить. Сомнений нет, это он отпустил ту шлюху. — Откуда ты можешь знать? — Прости, Алекс? — Просто ты так уверен в этом. — А кто ещё? Может быть, ты? — Пфф… — А что? Мы же здесь всех подозреваем, так? — Мы устраиваем балаган, вместо реальных действий. — Вот и я об этом. Завтра казним Мэттью Уайта. — Нельзя так. — А помогать сумасшедшей девке убегать от правосудия, можно? — мужчина говорил громко, обращаясь больше к солдатам, чем к собеседнику. — Кто-то сомневается, что наш лидер, — он бросил взгляд в сторону и продолжил, — подготовил всё для Андерсон и позволил ей сбежать? Кто сомневается, пусть поднимет руку и выскажется.       Тишина наполнила помещение. — Нет? Для всех очевидно, кроме тебя, Алекс. Не в подельниках ли ты был?       Мужчина вздохнул и посмотрел на нового лидера. — Ну вот и славно! Движется новый уклад нашего небольшого общества, джентльмены. Я даже думаю ввести парочку новых законов. Например, что думает наш советник Алекс Рохнер о том, чтобы позволить жертвам самим принимать решение о судьбе их обидчиков. — Я думаю, что это называется «самосуд». — Всё верно! — Тогда влетит и нам, Пино. — тихо произнёс Алекс. — Мы были исполнителями приказов. На наших руках кровь.       Пино ненадолго застыл взглядом на мужчине, но потом воскликнул: — Вот почему ты останешься моей правой рукой! Ха! А что вы думаете о том, чтобы избавиться от груза в виде слабых и жалких приспособленцев, инвалидов и женщин, отказывающихся рожать? Мы с вами прибыли сюда, чтобы построить сильное общество! Сильное общество не может опираться на слабые головы! — Что ты задумал, Пино? — Мы проведём зачистку среди нашего населения! Я обещаю, что ни один солдат не останется без женщины! Обещаю, что больше ни один грамм ресурсов, которые достаются нам невероятным трудом, не будет распределён людям, которые никак не задействованы в обществе! — Да! — раздался возглас из толпы. — И я так же обещаю вам, мои братья, — Пино осмотрел каждого солдата в толпе, — что Мэттью Уайт, человек, который убил ваших близких по надуманным причинам, человек, который нарушает собственные законы, будет завтра казнён!       Толпа стала скандировать: — «Смерть предателю! Смерть убийце!». — Схватить Мэттью Уайта! Не дайте ему покинуть остров! Смерть предателю! Смерть убийце!

***

— Ребята, вы уже слышали? — догнала мужчин девушка. — О чём именно? — ответил Кристофер. — Мэтта собираются казнить! Я не понимаю, что происходит! — Николь тяжело дышала от спешки, её голос был полон тревоги. — Думаю, нам нужно сваливать с острова, — обратился Томми к мужчине. — Думаю, ты прав, — Кристофер посмотрел на Николь, взял её за обе руки и произнёс: — Мне не всё равно на тебя. Пожалуйста, давай вместе уплывём с острова?       Николь обняла обеими руками лицо мужчины и всмотрелась в полные надежды глаза. — Я слишком долго шла сюда. Прошла через ад вместе с сестрой, чтобы добраться до этого острова. Мы успели прожить здесь очень хорошую жизнь. Моя сестра приболела, ей будет тяжело покидать остров, я бы даже сказала, что это невозможно. Я не смогу оставить её. Да и если и есть смысл бороться за что-то, то это именно это место. Прости. — девушка со слезами поцеловала Кристофера.       Миллер понял, что является свидетелем прощания, поэтому решил не вмешиваться. Он уже было направился обратно к себе, как Кристофер окликнул его. — Друг, я остаюсь!       Томми закрыл глаза и тяжело выдохнул. — Ты сам говорил, что у меня ничего больше нет. Но теперь… — он посмотрел на Николь и продолжил, — теперь у меня есть за что сражаться.       Томми опустил голову и едва заметно кивнул. Кристофер подошёл к другу и крепко обнял его. У обоих заблестели глаза. — Надеюсь, ты найдёшь свой покой, друг. И всё будет хорошо. Я люблю тебя. — Сжимая друга в своих объятиях, произнёс Крис.       Раздался громкий взрыв. Томми заметил происходящее издалека. Он понял — это точка невозврата. — Чёрт... — он закрыл глаза и обернулся к Кристоферу. — Это оно? — спросил тот, уже без тени наивности. — Это начало, — отозвался Миллер.

***

— Ну что? — Пино подошел так близко, что почти коснулся носом Мэтта. — Признаешься или будем судить бывшего лидера ОГЦ? — В чём ты меня обвиняешь, Пино? — ответил Мэтт, не отводя взгляд. — В серьёзном преступлении, друг мой, — Пино усмехнулся. — Хотя после таких поступков… Нет, ты мне не друг. — Что? Докажи мою вину. — Хорошо. Решил умереть с позором?       В помещение зашла девушка в медицинской форме. — Скажи, конфетка, что ты видела? — Я видела, как Мэтт заходил к Эбби, около полуночи. — Надо же! Сразу после нашей «тайной вечери»! И что же ты ей сказал? — Ты уверена, что видела меня, Катерина? — Мэтт пристально посмотрел на неё. — Да. Это был точно ты, — девушка не моргнула глазом. — Казнишь меня по свидетельству девушки, у которой брат был казнён моим приказом? Не самый объективный свидетель.       Пино не сразу отреагировал, лишь слегка нахмурился, осознавая, что замечание было метким. Он прошёл мимо, размышляя, но вскоре снова остановился перед Мэттом. — А откуда лодка за казармами? — Сам задаюсь этим вопросом, — Мэтт пожал плечами, его голос оставался спокойным. — Вы слишком близко общались, — Пино сказал это с ехидной улыбкой. — Не думаю, мы общались редко и по делу. То, что я был вежлив с Эбигейл… Так я вежлив со всеми. Как и подобает быть лидеру.       Пино наклонился к Мэтту так, что их лица оказались почти вровень. — Всё равно, ты не выйдешь отсюда живым, — сказал Пино с холодной решимостью. — За что? — мужчина не сводил с него глаз. — Ты знаешь за что. — Нет. Не знаю. — Мэтт пытался понять, всматриваясь в лицо полное ненависти к нему. — Дело ведь не в Эбигейл, так?       Пино выпрямился, на его лице было полное призрение к собеседнику. — Нажил ты себе здесь врагов, мужик.       Мужчина обошёл вокруг прикованного к стулу Мэтта, всматриваясь в него, он словно пытался найти хоть что-то, что свидетельствовало бы не в его пользу. Он заметил мокрые штаны и обувь лидера, но быстро понял, что этого недостаточно, чтобы обвинить его. — Как объяснишь слова следующего свидетеля? — Пино щёлкнул пальцами и в помещение вошёл пожилой мужчина. — Дорогой, Тодд, расскажи нам, что ты видел этой ночью, пока проверял лодки? — Я видел как Мэтт отвязывал одну лодку и уплывал куда-то, — старик ответил с выражением, скрывающим любые эмоции. — Ты поинтересовался у него, куда он собрался посреди ночи? — Нет, он меня не видел. Я не стал мешать. К тому же, он торопился. — Старик не взглянул на Мэтта, его взгляд был устремлен в пол. — Зачем ты лжёшь? Меня не было там! — воскликнул Мэтт, не в силах скрыть раздражение.       Пино снова подошёл к Мэтту, оперся руками на его колени и, наклонившись, прошептал: — "Я тебя видел. И мы оба знаем, что ты там был."       Мэтт сжался в кресле, но не сдавался. — Хорошо! Что я делал? Если ты видел меня, опиши подробно, старик! — крикнул в сторону свидетеля Мэтт. — Ты подошёл… с правой стороны стояла лодка, самая дальняя… Вот её ты и забрал. Прыгнул в неё и уплыл, огибая остров, — спокойной ответил Тодд.       Мэтт понимал, что свидетели лгали, но у него не было времени разбираться в их мотивах. Да и правда была не на его стороне. Но он чётко понимал, что его главным приоритетом сейчас было дать Эбби шанс на спасение.       Рассвет. На площади, где ещё недавно устраивали музыкальные вечера и сушили рыбу, у деревянного подиума уже собирались люди. Никто не говорил. Они просто стояли, прижимая к себе детей, сжимая ремни, оружие, кофейные кружки. Кто-то — со стиснутыми кулаками, кто-то — с опущенной головой. — Сколько можно тянуть? — донёсся чей-то шёпот. — Ага. Если бы это была не его баба, казнил бы сразу.       Пино вышел на "сцену", сопровождаемый двумя вооружёнными солдатами. Они вели Мэтта. Его руки были связаны, лицо — побито. Но шёл он прямо, не оступаясь, не моргая. Его взгляд искал кого-то в толпе. Но глаза предательски не фокусировались на лицах, из-за чего ему казалось будто все смотрели на него с ненавистью. — Братья, — начал Пино, — перед вами предатель. Он нарушил наши законы. Потерял наше доверие. Чуть было не уничтожил наш мир.       Мэтт медленно повернул голову в сторону Пино и усмехнулся. — А ты — построил новый?       Пино проигнорировал. — Он помог преступнице, покушавшейся на жизнь Цикады. Он скрыл её побег. Он поставил под угрозу нас всех. Казнь — единственное, что восстановит порядок. — Казнь! — выкрикнул кто-то сзади. — Смерть! — поддержал второй.       Но послышались и другие голоса. — Он спасал. Он не предавал. — Он был нам как отец. — Ты не имеешь права! Кто ты такой!       Толпа начала гудеть, тревожно и настойчиво. Женщина, стоявшая с ребёнком на руках, отвернулась от сцены. Молодой парень — выдернул из пояса нож. Один из солдат — уже перехватывал винтовку поудобнее.       Пино чувствовал, как теряет контроль на ситуацией. Он бросил взгляд на палача. — Выполняй.       Мэтт всё ещё смотрел вперёд. Ни на кого конкретно. Просто в пустоту. Он не молился. Не просил. Только стиснул зубы, когда верёвка коснулась его шеи. — Гори в аду, — тихо сказал Пино. Слишком тихо, чтобы его услышали.       Мэтт закрыл глаза.       Под ногами появилась пустота.       Кровь на помосте ещё не остыла, когда прозвучал первый выстрел.       Молодой парень в серой куртке, тот самый, что держал нож, открыл огонь по одному из солдат. Женщина закричала. Двое рванулись в сторону склада. Кто-то — схватился за ребёнка и побежал. — В укрытие! — закричал Алекс, но уже было поздно.       Началось.       Выстрелы. Крики. Люди, сражающиеся друг с другом, с теми, кто был ещё вчера соседом по общему столу. Солдаты Пино пытались взять контроль, но он ускользал, как песок сквозь пальцы.       Пино стоял, как статуя, на той самой "сцене", где только что умер его враг. Только сейчас он осознавал цену.

***

      Идя сквозь толпу людей к лодкам, Томми заметил, что не ему одному пришла в голову мысль покинуть остров. Десятки людей отвязывали лодки и бросали в них вещи. Он схватил ближайшую к себе шлюпку, запрыгнул в неё и принялся грести, что есть силы, дабы отплыть от эпицентра зарождающегося хаоса.       Когда раздались первые выстрелы, Миллер был уже на достаточном расстоянии, чтобы передохнуть. Он окинул взглядом остров — тот выглядел спокойно: никаких взрывов, ничего не горит и не сверкает, только звук выстрелов и плеска бьющихся о волны деревянных скрипучих лодок. — Приятель! — раздалось слева, — Куда поплывёшь? В Санта-Барбару? — Да! — Могу тебя попросить передать одну вещь моим детям? Они уже должны быть ждать!       Томми задумчиво посмотрел на тощего седого мужчину в лодке. — Прошу! Вдруг я не доберусь… — А ты так уверен, что я доберусь? — Я старый… Ты помоложе… Вижу, что со зрением проблемы… Но я совсем… Задыхаюсь вот…       Миллер вздохнул, ещё раз взглянул на старика и согласно кивнул. — Вот рюкзак. Прошу… Я тебе доверяю… Они там совсем малые ещё… Подростки… Внуки мои… Родители их здесь… Нас отправили плыть в отдельных лодках… Там парнишка… Он шустрый… Молодец… Сможет тебе помочь, если… Если потребуется… Они будут... Они будут у большого утёса... Не пропустишь... — Хорошо, старик. Будем ждать тебя там! — Томми забрал рюкзак и стал отплывать от мужчины. Когда он решил вновь передохнуть, то заметил, что лодка того старика удаляется в сторону острова. — Вот чёрт…       Со стороны Бухты внезапно подплыла моторная лодка. — Эй, снайпер! Кажется, тебе не вернули твою игрушку! — крикнул солдат и забросил в шлюпку Томми оружие. — Благодарю! — с удивлением крикнул в ответ мужчина и проводил взглядом уплывающих в сторону острова солдат.

***

      Эбби почувствовала, как Лев начал тихо всхлипывать. Она встала, пересела к нему, и обняла за плечи. Волны стали чуть агрессивнее — будто почувствовали, что в них несут не только тела, но и вину, и страх, и цену свободы. — У нас получится, — прошептала она. — Мы начнём заново. Всё будет по-другому.       Лев вжался лицом в её куртку и кивнул. Он не знал, верит ли в это. Но ему очень этого хотелось.       Мия стояла у окна, сжимая в руках кусочек порванной майки. Слёзы застыли на её щеках. За спиной мать говорила что-то громкое, категоричное, жёсткое. Но девочка её уже не слышала. Она смотрела на горизонт, туда, где, быть может, скрылась лодка с тем, кто впервые сделал её счастливой.