Что значат чёрные розы?

— Вилли, кажется, все девушки в Академии взяли твои розы. Солнце уже приближалось к горизонту, окрашивая небо и океан во все оттенки красного, розового и оранжевого цветов. Уроки наконец-то закончились, и во внутреннем дворике остался только этот загадочный юноша со своим прилавком. — Я так этому рад! Все они обязательно будут счастливы, вот увидишь! А ты, Утэна-сама, какую розу возьмёшь? — Нет, я не… Я просто не знаю… — Добрый вечер. — сзади послышался мягкий женский голос, — Я — Канаэ Оотори, дочь председателя Академии. Будьте любезны, я бы хотела приобрести у вас чёрную розу. Канаэ подошла к витрине и мило улыбнулась Вилли, тот в ответ легко поклонился. Утэна отвела взгляд. Рядом с Канаэ она всегда чувствовала себя неуютно. Она ведь такая красивая, утонченная, всегда с идеальной прической и в элегантной, дорогой одежде. Утэна машинально потерла лиловый синяк на бедре, полученный пару дней назад на баскетболе, и заправила за ухо непослушную прядь. Нет, она никогда не станет такой, как Канаэ. И все-таки… — Вилли! Пожалуй и я возьму розу. Белую. Юноша обернулся к ней и улыбнулся пожалуй самой своей очаровательной улыбкой. — Конечно, Утэна-сама Он достал две белые коробочки и протянул их Канаэ и Утэне. — Вот ваши розы, юные леди. Счастливого Дня Святого Валентина! — Спасибо. — она посмотрела вслед удаляющейся Канаэ, — Вилли, а на Белый день ты придёшь в Академию? — Как знать, Утэна-сама, как знать. — Тогда до свидания, величайший кондитер на Земле! — она помахала ему рукой и сжимая в руках гладкую коробочку с её белой розой, направилась в сторону Башни. Сегодня Акио-сан обещал рассказать ей о квазарах. Интересно, что это — квазар? Такое необычное слово. Но как только Утэна вышла из внутреннего дворика и повернула за угол, она услышала чьи-то всхлипывания. Озираясь, она пыталась понять, откуда идет звук. Что могло случиться и кто… — Вакаба! Вакаба, что случилось? Та сидела на земле, прислонившись спиной к колонне и безутешно плакала. В руках она сжимала закрытую белую коробочку, перевязанную красной лентой. Утэна осторожно опустилась на землю рядом с подругой и взяла её за руку. — Кто тебя обидел? — Мой… мой принц… — Вакаба говорила тихо, шмыгая носом и размазывая слёзы по лицу, — он не принял мою розу. Я его всегда любила, а он… а он не принял меня, — и она опять разрыдалась. — А твой принц — это Сайондзи, да? Вакаба молча кивнула, и Утэна обняла её за плечи. Вообще-то она думала, что подруга уже выбросила его из головы, она уже очень давно ничего не говорила о Сайондзи. А оказывается, она всё это время его любила — Знаешь… наверно, его сердце уже занято другим… человеком. Даже если это очень больно, тебе стоит попытаться забыть о нём. Может быть, где-то рядом есть другой человек, который любит тебя и которого ты тоже смогла бы полюбить? — Вакаба, почему ты плачешь? Какое же странное совпадение, что Тацуя появился перед ними именно в этот момент. А может, и не совпадение. Может быть, это колдовство Святого Валентина? Ну, или кого-нибудь ещё? Поднявшись на ноги, Утэна дёрнула парня за рукав и прошипела ему на ухо: «Только попробуй разбить ей сердце, понял? А не то вызову тебя на дуэль». Тацуя бросил на неё испуганный взгляд и махнул головой, а потом присел рядом с Вакабой. Ну вот и хорошо, думала Утэна, направляясь к Башне. Им есть о чём поговорить, и чем чёрт не шутит, может быть Вакаба отдаст свою розу этому мальчишке. — У них всё будет хорошо, поверь. — прошептала она себе под нос и широко улыбнулась. Она была так увлечена своими мыслями, что и не заметила, как навстречу ей из лифта выбежала расстроенная чем-то Канаэ. Колокольчик привычно звякнул и перед ней открылись узорные двери лифта. Последние лучи заходящего солнца заполняли обсерваторию зыбким, изменчивым светом. — Добрый вечер, Утэна, проходи. — Добрый вечер, Акио-сан! Она подошла к одному из белых диванов и села. На низком столике уже стояли две чашки, вазочка с печеньями и чайник, из его изогнутого носика поднимался пар. — Утэна, скажи, — Акио стоял у проектора и что-то настраивал на небольшой приборной панели, — не происходило ли сегодня в Академии ничего необычного? — Да, — она начала рассказывать, разливая чай по чашкам, — сегодня утром в Академии появился загадочный юноша, Вилли. Он предлагал всем девушкам розы из белого или чёрного шоколада, в подарок для… нуу… Чёрная роза для того, кого любишь, — Утэна взглянула на свою коробочку, погладила пальцами глянцевую поверхность, — а белую можно подарить другу, или брату, или… — А в честь чего такие подарки? — Ну как же, — она слегка смутилась, — сегодня ведь День Всех Влюблённых. — Правда? — он наконец закончил свои манипуляции с проектором и опустил ставни, после чего подошел к дивану и сел рядом с Утэной. По округлым сводам потолка над ними медленно поплыло изображение сияющей багрянцем туманности, чем-то похожей на огромное сердце. — Вот, — она протянула Акио свой подарок, — это белая роза. Она на самом деле ничего не значит, ну, то есть… Вилли сказал, что она может значить все, что угодно. Например дружбу или благодарность, или ещё что-то. Ничего серьезного, но… — Напомни, что значит чёрная роза? — Вилли говорил что-то про вечную любовь. Но при чем тут чёрные роза, это же бе… Она ахнула и замолчала. В раскрывшейся коробочке на ладони Акио, мерцая золотистыми блёстками на лепестках, лежала роза. Чёрная. Не может быть. — Нет-нет. Она должна быть белой. Я брала белую розу! — Она определенно чёрная. — уголки его губ приподнялись в весьма ехидной улыбке, глаза сощурились, а зрачки расширились так, что почти полностью поглотили зелень радужек. И это было очень, очень опасно. В животе Утэны что-то сжалось почти болезненно, и ей показалось, что вокруг неё Башня рассыпается на кирпичики и обрушивается куда-то в бездну. Это какая-то чудовищная ошибка. Она не имела в виду ничего такого. Чёрная роза. Нет-нет-нет, этого не может быть. Ведь Акио-сан помолвлен, у него есть Канаэ, это просто не… Канаэ. Ну конечно, Канаэ. Кажется, только сейчас Утэна заметила, что на столике стояла ещё одна раскрытая глянцевая коробочка с лежащей в ней белой розой. — Это роза Канаэ! Наверно, Вилли перепутал их. Мы брали розы одновременно, и он просто перепутал! — она с облегчением выпалила это и рассмеялась. В конце концов, это всего лишь шоколад! — Хорошо, — Акио тепло улыбнулся ей, поставил коробочку с чёрной розой на стол и взял одну из чашек — положить тебе лимон в чай? --------------- По широкой пустой аллее, освещённой фонарями, шёл юноша в чёрном цилиндре и фиолетовом мундире. Ночь уже опустилась на Академию, и все студенты мирно спали в своих постелях, грезя о вечной любви и прочих глупостях. Юноша улыбнулся, снял с головы свой цилиндр, покрутил его в руках и подбросил в воздух. Цилиндр подлетел высоко, будто в нём не было никакого веса, и растворился в воздухе. Жемчужно-серые перчатки с его рук отправились вслед за цилиндром. Свежий бриз с океана растрепал его волосы, длинные, змеящиеся кудри рассыпались по плечам. Жёлтый свет фонаря бликанул на стёклах круглых очков, маленькие смуглые ладони расправили складки форменной юбки и подтянули узел галстука. Безмятежно улыбаясь, ведьма шла по ночной аллее к Восточным спальням. Определенно, в этот вечер она была весьма довольна собой.