Я любить тебя буду, можно?

Порко нервно разглядывал выбранных кандидатов, пока взгляд его не упал на девочку с черными взъерошенными волосами, заплетенными в неряшливый хвост. Порко с самого начала показалось, что она как будто живет на своей волне — рассеянно улыбается и как-то слишком дружелюбна ко всем кандидатам, которые чураются общества друг-друга, как огня. С завтрашнего дня для будущих военных начинались усиленные тренировки, а сегодня они подписывали кучу документов и согласий, подтверждающие их право стать частью программы «воины». Порко и Марсель собирались домой. Знакомиться тут было, откровенно, не с кем, разве что, только со странной девочкой с черными волосами, которая по крайней мере смотрела на них не так угрюмо, как все остальные. Словно прочитав его мысли, девочка сама подошла к ним с застенчивой улыбкой на лице: — Привет, — её голос был спокойным и дружелюбным. — Меня зовут Пик Фингер! А вас? — Я — Марсель, а его зовут Порко, — представился за них обоих старший Галлиард. — Приятно познакомиться! — Мне тоже очень приятно! Что на счет того, чтобы стать друзьями? — легко предложила Пик, словно они не были потенциальными конкурентами. — Если честно, меня пугают, что все кандидаты здесь такие… нелюдимые. Конечно, мы считаемся соперниками, но разве нам нельзя становится товарищами? — Почему мы? — хмуро поинтересовался Порко. — Тут полно других ребят… — Порко, — предостерегающе позвал его Марсель. — Конечно, мы не против подружиться. Не обращай внимания на моего брата, он порою слишком заносчивый и невыносимый… Пик расцвела в улыбке: — Правда? Я так рада! — до этого грустные глаза девочки лучезарно сверкнули. — А куда тебе идти? Мы могли бы проводить тебя, если ты не слишком далеко живешь… — Пару улиц и всё, — Пик рукой указала куда-то прямо. — Надо же, нам в одну сторону! — удивился Марсель. — Тогда пошли. Пообщаемся, узнаем друг друга получше! Пик радостно закивала — она и не ожидала, что ей так сразу удастся найти себе друзей. Порко недовольно посмотрел на Марселя, который, казалось, полностью игнорировал тяжелые взгляды брата. Вздохнув, юноша отправился следом за их новоявленной подругой. Провожая её, Порко в основном молчал — присматривался. Пик оказалась домашней девочкой, любящей интересные книжки и плюшевые игрушки. Как понял Галлиард, до этого у неё не было друзей — она предпочитала проводить время наедине с собой, подкармливая уличных кошек возле своего дома. Что Пик забыла на военном поприще для Порко было загадкой. Ей бы книжки писать, раз она так их любит, да жить счастливо и долго-долго, а не тринадцать лет после получения силы титана. «Ах, точно… Она же как и я. Элдийка…» В прочем, общее мнение Порко составил и пришел к выводу, что девочка вызывала у него симпатию. По-крайней мере она была искренней и не пыталась убить взглядом. — Ну, тогда до завтра! — Порко и не заметил, как они подошли к самому дому Пик. Девочка смотрела на них и тепло улыбалась. — Спасибо, что проводили! До встречи, Марсель и Покко! — сказав это, она ещё раз махнула рукой и скрылась за дверью. — Как она меня назвала?! — возмущенно закашлялся Порко. — Покко, — рассмеялся брат. — А что? Звучит… — Ой, замолчи! — Тебе нужно меньше воспринимать всё на штыки, — нравоучительно заметил Марсель. — Слишком ты вспыльчивый. Порко закатил глаза на замечания брата, явно несогласный с его заявлениями. В прочем, до дома ребята всё равно дошли тихо и мирно — слишком уж сильно братья Галлиарды были рады тому, что вступили в ряды кандидатов.

***

Порко, к его удивлению, очень ждал, пока в кабинет для занятий по истории Марлии, зайдет его новая знакомая. До начала занятий оставалось пять минут и юноша очень переживал из-за того, что она может опоздать. Пик зашла в кабинет ровно за несколько минут до начала, выглядя сильно уставшей и не выспавшейся. Черные волнистые волосы она торопливо заплела в хвост, прежде чем, наконец, позволила себе присесть. Заприметив Порко и Марселя её глаза засияли и она помахала им рукой, однако, ничего не успела сказать — начались занятия. Учитель сразу начал свой урок с достаточно предсказуемой темы — о порабощении народа Маре узурпаторами элдийцами. В этой истории было всё: и хороший сюжет, и герой в виде доблестных марлийских солдатов, и злодеи в виде элдийцев с силой титана. — Вам, конечно, известна дата, когда народ Маре освободился от элдийского гнёта? — в ответ учителю послужила тишина. — Что же, другого я от вас и не ожидал… Записывайте, — мужчина повернулся к доске за мелом, как вдруг Пик словно очнулась ото сна и торопливо заговорила: — Дата освобождения народа Марлии — тысяча четырнадцатый год , — четко произнесла она. Учитель одобрительно кивнул и вывел эту дату на доске: — Это похвально, что есть кто-то, кто чтит нашу великую историю, — произнес он, снова развернувшись к детям. — Вам нужно хорошо запомнить, какие ошибки вы совершили, чтобы иметь больший стимул стать воином и посвятить свою жизнь служению нашей великой нации… Дальше слушать было неинтересно. С трудом дождавшись, когда их отпустят на перерыв, Порко сразу же подошел к Пик. — Хорошо ты историю знаешь, — одобрительно проговорил он. — Я не очень теорию люблю. Скорей бы перейти к тренировкам… — А я наоборот больше люблю теорию, — улыбнулась Пик. — Особенно что-то связанное с историей и литературой. Жаль только, что мы проходим всё, что связано с Марли и практически ничего больше, — она грустно понизила голос. — Наверное? — пожал плечами Галлиард, присаживаясь к ней. Честно говоря, он даже доступной культурой Марлии не интересовался, ибо его сильно раздражал тот факт, что везде обязательно будет напоминание о том, какие они, элдийцы, плохие. Это не значит, что Порко не любил искусство — ему тоже нравились книжки, как и Пик. Но к марлийской литературе он зарекся не прикасаться. Взглянув ещё раз на Пик, Порко вдруг понял, что она красивая… Он даже не смог бы объяснить, что именно ему в ней понравилось. Красивая и всё тут. Галлиард улыбнулся, из-за чего Пик удивленно посмотрела на него: — У меня что-то на лице? Почему ты улыбаешься? — Да просто задумался, — отмахнулся Порко. — Ты почему такая уставшая? — Не могла уснуть, — призналась девочка. — Читала. А потом и светать начало… Они беззаботно разговорились, словно знали друг-друга всю жизнь. Когда был объявлен следующий урок и Порко вернулся на своё место, Марсель тихо шепнул брату следующее: — Кажется, кто-то в первый раз влюбился, да, Покко?

***

Таким образом, прошел уже месяц их учебы — утром занятия, днем тренировки, а вечером совместные прогулки с Марселем и Пик. Обладая самым задиристым характером, Порко сразу же нашел своего неприятеля в виде Райнера, с которым у них едва ли не ежедневно проходили потасовки на почве взаимной неприязни и откровенного соперничества. К тому же, Галлиарду не нравилась его откровенная одержимость марлийской идеологией. Вот и сейчас, получив очередной синяк во время драки с Брауном, Порко незаметно сбежал от друзей, не желая слушать их причитания. Порко не хотелось, чтобы Пик видела его таким побитым, к тому же, они с Марселем вполне могли пройтись вдвоём, без него. Не зная, какой круг он уже навернул, ходя по улицам гетто туда-сюда, Порко раздраженно пнул ногой камень — злость на Райнера, который назвал его предателем Марлии, не проходила. Галлиард хорошенько поколотил его — потому что нельзя говорить такие слова, будучи под надзором целой кучи марлийских педагогов и солдат! Пусть Райнер и был слабее его, однако, оставить гематому на коленке смог. Боевая рана болела не так сильно, как гордая натура Порко… — Вот ты где, — окликнул его знакомый голос и Порко воровато оглянулся. За его спиной стояла Пик. — Мы с Марселем тебя искали… Потом разделились. Он пошел домой, думая, что ты уже там, а я решила поискать на улице. Уже хотела идти домой… А ты — вот. Стоишь, — она устало улыбнулась. — Зачем ты убежал? Мы волновались… Порко стало стыдно. — Прости… — он подошел к Пик, неловко обняв её. — Я просто рассердился и испугался, что могу обидеть вас в порыве гнева. Ты же знаешь, когда я злюсь на Райнера — мой характер становится ещё больше невыносимый, чем всегда… — Знаю, — сказала Пик, отвечая на объятия. — Но лучше поговори с нами, а не убегай. — Прости, — голос Порко стал совсем уж виноватым и девочка смягчилась. — Я не злюсь, а вот Марсель, — она хитро улыбнулась, прежде чем отстраниться. Порко нехотя отпустил её. — Тебе придется с ним объясниться. — Я что-нибудь придумаю, — Порко неуверенно улыбнулся. Рядом с Пик злость куда-то… уходила? Порко пока сам не осознал, как работает этот феномен, однако кое-что ему уже стало понятно — Пик умела успокоить его одним теплым, усталым взглядом. Она почему-то всегда выглядит уставшей… Почему? — Ты снова поспала очень мало, да? — спросил Порко и девочка неуверенно кивнула. — Пик, ночью нужно восстанавливать свои силы, а не заниматься своими делами… — Я знаю, но… — тихо произнесла Пик, отводя взгляд. — Днем столько хлопот и только вечером можно найти время, чтобы жить… — А днём? — А днём я воин, — серьёзно ответила она. — Я должна быть им ради своей семьи, понимаешь? А чтобы стать воином мне нужно многое знать… — Тебя не пугает мысль о том, что если ты получишь силу титана, то всю отведенную короткую жизнь будешь воевать? У тебя не будет семьи. На книжки тоже мало времени останется… Неужели ты действительно этого хочешь? — Порко вдруг четко осознал, что хотел бы для Пик лучшей жизни, чем ту, что она избрала себе сама. — Я стараюсь не думать об этом… Но даже если так, — она очень грустно и совсем по-взрослому улыбнулась. — У моего папы будут лекарства. Всё окупится. Я не хочу ни с кем воевать, а тем более отнимать жизни у людей у которых тоже, наверное, есть те, кто ждёт их возвращения дома. Но разве элдийцев когда-либо спрашивали, чего они хотят?.. Я не доверяю Марлии, но зато у меня есть вы, мои друзья. И вам я доверяю. А ты? Зачем ты пришел сюда, Покко? — Я хочу доказать всем, что тоже достоин быть героем, — честно ответил Галлиард. — Зачем кому-то доказывать? Просто будь и всё, — задумчиво произнесла Пик. Порко с теплотой посмотрел на неё — сейчас такую воинственную, но всё равно невероятно нежную и прекрасную. Он аккуратно заправил выбивающую прядь девочки за ухо, из-за чего она смутилась, а Порко вдруг стало смешно: — И всё-таки, пообещай мне беречь себя, Пик. Мы, конечно, воины, но одно из благ элдийцев, которое не запретили, это — сон… — Да сплю я, — тоже рассмеялась она. — Как прихожу домой, так сразу спать ложусь и просыпаюсь ночью… А дальше не могу уснуть, — вздохнула Пик. — Но пожалуй, я послушаюсь твоего совета… — Вот и хорошо! Пойдем, Пик? — Порко неуверенно протянул ей руку. До этого момента они ещё ни разу не шли за руки и сейчас мальчик испугался, что она его засмеёт. Но, к его изумлению, Пик легко приняла предложенную руку и даже не акцентировала внимание на этом жесте, продолжая безмятежно улыбаться. В душе у Порко что-то расцветало — что-то теплое, хорошее и такое же прекрасное, как сама Пик. В тот день Порко Галлиард понял несколько важных вещей: миром правит война. И…

Любовь.