И у Богов бывают критические дни

За несколько минут до разговора Удушающее желание пить вырвало ее из объятий Морфея. Горло издевательски тянуло. Да и веки не особо спешили приходить в движение. Казалось, что сердце переместилось в район висков и отбивало глухую канонаду по оголенным нервам. Коула давно не чувствовала себя так хреново. Было ощущение, что по ее телу проехались катком. Оно было ватное, изнывало, словно после длительной лихорадки. Попытки пошевелиться были безуспешными. Да и что-то горячее давило на стопы. Она слышала чьи-то голоса. Разобрать речь было очень сложно. Вакуум в голове проходил медленно, по мере закипания ее бессильной злости. Кому понравится такое состояние? Противный писк аппаратуры первым прошелся по слуху. Она с усилием поборола свое тело. Веки поддались. Они открывались медленно. Даже слишком. Недовольный взгляд скользнул по окружающему пространству. Коула была в своей спальне. Только теперь она больше смахивала на лазаретный бокс. Ее тело перематывали множество трубок. Какие-то были от мониторов, какие-то от капельниц. Даже была установка для диализа. «Хорошо поспала», — с сарказмом подумала она, сжимая покрывало. Девушка обижалась на свое тело впервые. Даже если и пару минут, но оно было сломлено. Зеленый взгляд продолжил обследование пространства. Тяжестью в ногах был кот, который тут же отреагировал на ее пробуждение. Он аккуратно сменил позу, весьма грациозно скатываясь ей на живот. Желтые глаза вопрошающе вперились в ее. В ответ девушка лишь смогла кивнуть. В маленькое воссоединение снова вторглись голоса. Они были знакомы. Оба приятные. Мужские. Но на весьма неординарных тонах. Они о чем-то спорили. — А она в курсе? — Еще слово, и ты будешь в такой же койке, — тихое рычание пробирало почти до мурашек. После последних слов расфокусированный взгляд вперился в владельца голоса. Он был причиной ее состояния и, в принципе, проблем в жизни. Теперь же он был в ее доме. Даже превратил часть комнаты в свой рабочий кабинет. Стол занимал самую затемненную часть спальни. Она хотела что-то сказать. Но преобразование комнаты никак не отпускало. Откуда-то здесь появился огромный шкаф до потолка со стеклянными дверьми. Кожаный черный диван был вместо ее любимой кровати с балдахином. Офисный шкаф отделял импровизированный кабинет от всей остальной комнаты и вообще не вписывался в ее понятие уюта. Да что тут вообще происходит?! Сам же источник разгрома отправлял восвояси своего подчиненного и выглядел от этого весьма довольным. Хотя по выражению лица это было трудно определить. Все читалось в темно-синих глазах. Вайлдер был одет в серую рубашку и темные брюки. Синие волосы были значительно короче, чем обычно, и аккуратно зачесаны кверху. Темные круги под глазами немного глушили красоту его лица, но не так чтобы слишком. Через свободно расстегнутые пуговицы рубашки можно было рассмотреть рельеф его мышц. Усталость коснулась и тела. Ключицы выделялись сильнее, чем обычно, а тело выглядело иссушенным. Хотя и болезненным это назвать было нельзя. Зато взгляд был более, чем ясным. Ошарашенный и удивленный одновременно. Это подстегнуло злость в ее душе. А тело уже само среагировало.

***

— Я в курсе чего? Легкий румянец скользнул по его удивленному лицу. Тысячи мыслей одновременно пронеслось в его глазах. Его губы приоткрылись в попытке выдать что-нибудь связное. Парень нервно сглотнул, продолжая медленно разруливать полученную информацию. Аксель медленно закрыл глаза. Затем так же медленно их открыл. Он думал, что это просто его галлюцинация. Но нет. Коула все так же сверлила его недовольным взглядом. И это был, наверное, самый желанный взгляд в его жизни. Уставшая улыбка растянулась на его губах. Рука машинально зарылась в волосы. — Привет, — с вздохом облегчения он откинулся на кресло. Вайлдер ловил каждое ее движение и недовольные искры взгляда. Коула снова была с ним. Осознанно. Даже если она и сейчас ненавидела его. Ощущение тяжелой утраты лопнуло как мыльный пузырь. В первые недели после того, как Доуэль вернул ему воспоминания, происходило что-то неадекватное. Тоски по жене не было. Вообще. Словно те чувства к женщине были инородным натянутым веществом в его сознании. С ее смертью наоборот пришло некое облегчение. Чувство, что жизнь принадлежала снова только ему. Но и появилось нечто тягучее и болезненное. Аксель понял, что нуждается в ней. Желание ее убить было вызвано отголосками того состояния тотальной защиты и агрессии к окружающим. Первое время он не приходил к Коуле вообще. Его хватало только на то, чтобы мельком взглянуть на сад. Альфред хищно и ревностно оберегал ее после инцидента. И, в принципе, это было ему на руку. Пока он не узнал о том, что ей стало хуже. Простое любопытство обернулось уже зависимостью. Визиты сократились с «раз в неделю» до «я теперь здесь живу». На пару с Вайтом они присматривали за красноволосой, потихоньку превращаясь в наседок. И триггером для любого медика. — Что ты тут забыл? Сказать, что она была удивлена его реакции, — ничего не сказать. Было ощущение, что она принесла ему что-то жизненно важное, а не просто проснулась. Добила его улыбка и этот странный вздох облегчения. Коула закусила щеку, отворачиваясь от мужчины и попыталась мысленно дотянуться до Альфреда. Боль невероятной силы пронзила ее голову. Она едва слышно вскрикнула и попыталась встать. — Я знал, что ты чокнутая, но не настолько же. Теплая ладонь бережно провела по ее губе, стирая струйку крови с носа, а другая с легким нажатием вернула в прежнее положение. Девушка недовольно смотрела в глаза мужчине. Она дернула в протесте головой и тут же пожалела. Металлический привкус неприятно расцвел во рту. — Ты почти четыре месяца была без сознания в тяжелом состоянии, — Аксель озадачено смотрел на нее, — твое тело еще восстанавливается после последнего приступа. Он перевел хмурый взгляд на монитор, когда тот изменил звук своей работы. — Какого приступа? — она с непониманием смотрела на бывшего начальника, снова предпринимая попытку сесть. Только теперь аккуратнее. Коула решила отложить понимание резкой смены его отношения и сосредоточится на анализе событий. На столе завибрировал телефон. Мужчина дотронулся к уху и отошел немного от кровати, чтобы не мешать девушке. — Да, Вайт. Нет, она очнулась. Нет, все в порядке. Да. Она попыталась встать с котом на животе. Нет, не нужно, — он снова коснулся наушника. — С каких пор вы общаетесь?! , — абсолютно спокойный тон разговора вывел ее куда-то в другую вселенную, — я все еще сплю! Это не реально! Аксель смотрел на нее немного насмешливо. Его веселила ее реакция. Она только проснулась, но уже решила познать с помощью крика весь мир. Кот недовольно засопел от резких звуков. Буквально пять минут назад она еще готова была умереть, а теперь стала источником беспокойства. Требовательное хрюканье вырвалось из его пасти, призывая вернуться в состояния сна. Он чувствовал, как мало в ней энергии. — Я рад, что ты очнулась, — Вайлдер присел на край кровати, выжидающе смотря на нее. Он волновался о ее состоянии. — Ничего не понимаю, — взгляд зеленых глаз смягчился. Она мягко прижала к себе кота, успокаивая себя и животное, — почему мое тело в таком состоянии? На мгновение его взгляд остекленел. И это не укрылось от девушки. Ей хотелось требовать от него ответа, хотелось выругать и выпроводить из дома. Он был для нее лишним. — Ответь мне хотя бы на что-то. — Ты отдала мне свою жизнь, — ответ был похож на хрип. На его лице ходили желваки. Хотя взгляд был устремлен куда-то, только не ей в глаза. — И что? Я это знаю. Я сама это сделала, — раздражение достигало своего пика. Еще немного, и она выгонит его отсюда. — И я почти убил тебя. Два раза, — их взгляды встретились. Ее — раздраженный и его — уставший и извиняющийся. Коула фыркнула. Она усиленно стала рассматривать точки на рыжем носу. Сказать, что удивлена — нет. Разочарована? Он же здесь. Значит тоже нет. Просто тупое принятие действительности. — Что помешало? Аксель сжал в кулаке одеяло, которым она была укрыта. Это пока что самый простой вариант развития событий. — Я не могу тебя убить, — слова давались с большим трудом. Он сам себе признался в этом недавно. А сейчас должен объяснить ей, — точнее, не могу и не хочу. Твое пребывание в моей жизни необходимо. — Конечно, необходимо. Кто еще так бездумно отдаст свою жизнь за твою, — гневно прошипела девушка в ответ. Эмоции брали верх. Когда-то пора было их выплеснуть. И этот момент наступил сейчас. — Как ты там говорил? Если ты скажешь сдохнуть, то я сдохну?! — тяжелая слеза обиды скатилась по ее впалой щеке, — живи теперь с тем, что я не сдохла. И даже больше. Я сейчас перед тобой! Измученный удручённый взгляд его глаз прибавлял обороты ее гнева. — Ты будешь смотреть на меня и слушать! — прорычала она, — каждое мое слово! Ты использовал меня. Я отдала тебе свое время и жизнь. Вкладывалась в твою и свою работу. Чтобы ты не сдох, сняла твои барьеры. И ты знаешь почему! Ты все это видел и принимал как должное. Она остановилась. Ей сказать больше было нечего. По факту, она призналась, что любила его. Хотя за что и по какой причине сама не понимала. Гнев почти иссяк. Осталась только обида. И он, сидящий на ее кровати. Все такой же. Но с другим взглядом. Ее исполосованное сердце ныло и готово было остаться у него в ногах. — Это не то, что я действительно хотел, — почти шепотом ответил на тираду мужчина. — Тогда и сейчас. Я хочу, чтобы ты была в моей жизни. Это самое сердце пропустило удар. Она смотрела на него, не понимая причину такого. Что теперь делать? Бросится в его руки и будь что будет? И снова быть отброшенной после очередной любви. — Как кто? Я не твоя Тень. Не хочу быть ею, — Коула устало перевела взгляд на мониторы. Ее состояние было стабильно. Возможно, день или два. И она исчезнет из этого дома. — Ты не посмеешь уйти. Даже через два дня. Хватит. Девушка удивленно посмотрела на мужчину. Его требование было больше похоже на просьбу. Он не рычал на нее или проявлял агрессию. Он просил. Они просидели в молчании какое-то время. Тишину прорезали мурлыканье спящего кота и звук аппаратуры. Каждому было что сказать. Но потом. Возможно, когда-то они вернуться к разговору. — Постарайся отдохнуть. Ты только пришла в себя, — Аксель подошел к ней вплотную. Его запах окружил ее, словно теплое одеяло. И она позволила себе небольшое наслаждение моментом. Он аккуратно снял кота с ее рук. Коула даже особо не была против. Адреналин после впечатлений ушел. Теперь тело вернулось в состояние усталости и лихорадки. И кот снова стал тяжелым. — Могу я остаться тут? — его голос ласкал воспаленное сознание. Сейчас он казался музыкой утешения. — Ты и так почти переехал сюда, — в ответ ему было ворчание. — Без почти, — губы в мимолетном поцелуе коснулись ее виска. Действие было едва заметное, и она предпочла притвориться почти спящей. Девушка из-под полуопущенных ресниц наблюдала за парнем. Резкая перемена в его поведении никак не вязалась с ее пониманием. Возможно, завтра она соберет себя в кучу и поймет, что же только что происходило. Вайлдер вернулся за стол. И снова погрузился в бумаги. Время от времени он что-то выписывал на бумагу, что-то печатал на планшете. Его присутствие было абсолютно органичным. Как будто так и должно быть. Ей нравилось наблюдать. Это по своему успокаивало. Под эту работу девушка несколько раз засыпала. И каждое побуждение он все еще работал. Она не улавливала времени. Возможно, она спала всего пару минут. — Ты знаешь, что подглядывать нехорошо? Девушка не заметила пристальный синий взгляд. Она покраснела, пряча нос в подушку. — Я не подглядывала, — смущенно пробормотала она, продолжая смотреть на «гостя». Аксель улыбнулся, откладывая последнюю папку с документами. Бумажная работа была наконец-то закончена. Он откинулся на спинку стула, потирая переносицу. Через несколько часов предстояла тренировка с группой. Потом совещание. И что-то еще. Усталость была настолько сильной, что не было сил просто посмотреть свое расписание. — Ты сколько спал за эти дни? — М? — он вернулся к ней в реальность. Вопрос сонным голосом ввел его в смущение. Вайлдер до сих пор не верил, что она очнулась и говорит с ним, — а… не знаю. Не важно. Как ты себя чувствуешь? — Почему не важно? — девушка недовольно сморщила носик. — Потому что я тут главный, — темноволосый положил подбородок на руку, — жду ответ на свой вопрос. Девушка отвела взгляд и о чем-то задумалась. Она пожевывала губу, бегая взглядом по комнате. — Давай сделку? — нерешительно начала она, — это будет выгодно нам двоим. — Я тебя слушаю, — темно-синяя бровь взлетела вверх. Только проснулась и уже торгуется. — Ты ложишься спать возле меня. А я обещаю больше не задавать такие вопросы, — серьезный зеленый взгляд вызвал у него очередную улыбку. — Хорошо, — Аксель кивнул, перемещаясь к кровати. Когда он оказался рядом, Коула осознала четко все остроту ситуации. Вайлдер был самым желанным мужчиной. И он сейчас был рядом с ней. Мужчина лег рядом на самом краю. Но все равно занимал все пространство кровати. Короткие темно-синие волосы рассыпались по подушке, переплетаясь с ее алыми. Ему хватило меньше минуты, чтобы уснуть. Почти сразу, как голова коснулась подушки. А девушка не могла уснуть. Она рассматривала предмет своих мечтаний и бед. Он был так близко. Пальчики несмело убрали упавшую на нос прядь волос. Такую мягкую. Раньше ей хотелось побывать этими же пальчиками в его длинных волосах. Но теперь их не было. Она спустилась прикосновениями к щеке. Только сейчас она смогла ближе рассмотреть серый оттенок его кожи, изнеможденное состояние и худобу. Поглаживая, девушка совсем немного отдавала восстановленную энергию ему. Ей хотелось немного вернуть ему здоровья. — Что ты делаешь? Коула замерла. Сейчас она была зайчиком перед глазами свирепого тигра. Зайчиком, которого застукали в помощи этому самому тигру. — Ничего, — слабо ответила она, потупив взгляд и убирая руку. Акс недовольно выдохнул. Он аккуратно приподнял ее и уложил на себя. Девушка только засопела ему в рубашку. Теперь они помещались оба. Да и было намного удобнее. Лихорадка отступала под теплом его тела. А запах и нежные поглаживания убаюкивали. Поцелуй в висок подвел черту тяжелому дню и отправил двоих в сон.