Хороший и замечательный

— Лунатик, а можно ли сводить его в больницу святого Мунго и проверить? — У тебя есть какие-то подозрения? — удивился Люпин. Голубые глаза посмотрели в сторону коридора, где Гарри бегал по лестнице, пытаясь поймать сломанный снитч, найденный в старом барахле. — То, что он не ведёт себя как больной, совсем не значит, что с ним всё нормально! Не знаю уж, как Гарри общался в Хогвартсе, но меня тревожит то, что он может побледнеть без причины. Да и питается как-то плохо. Не знаю, с чем это может быть связано, но уверен, что после первого курса у ребёнка не должны так явно выпирать рёбра. — Меня это тоже немного тревожило, но Дамблдор говорил, что всё в порядке. — Оно не станет хуже, если перепроверить! — Куда ты дел Сириуса, обманщик? Бродяга никогда бы не стал перестраховываться, — улыбнулся Люпин. — Это же не план миссии, а ребёнок. Кто о нём позаботиться, если не я? — Люпин серьёзно кивнул. — Я всё организую, — Сириус искренне обрадовался этому обещанию. … Уговорить Гарри оказалось не просто. О больнице святого Мунго он знал, но идти наотрез отказывался. Только смотрел как-то обиженно и мотал головой. — Гарри, я просто хочу удостовериться, что с тобой всё хорошо. Мне не спокойно. Я переживаю. Тебя просто осмотрят, это совсем не больно. — Но профессор Дамблдор говорит, что всё хорошо. Тебе не надо волноваться! — Пожалуйста, Гарри! Я тебя прошу об этом, — на детском лице отразилась борьба противоречивых чувств, и Гарри, понурившись, согласился. … Гарри шёл рядом и неуверенно сжимал руку Сириуса. В больнице Сириус с удовольствием заметил, что держаться Гарри стал увереннее. Вежливо поздоровался с целительницей. Приветливая полноватая леди, усадила Гарри на кушетку. Сев напротив, произнесла заклинание. Пару минут в палате ещё царила весёлая, дружелюбная атмосфера, но вскоре целительница помрачнела. Сириус понял, что сердитый взгляд адресован именно ему. — Как давно вы являетесь его опекуном? — Меньше месяца. — Сириус замечательный, — неожиданно воинственно произнёс Гарри. Целитель обернулась к нему. — Тебя ограничивают дома в еде? — Нет. Я могу брать в кухне что угодно. Мне просто не хочется. — Откуда у тебя столько переломов? — Они старые, — Гарри снова побледнел. — И давно зажили. Это не важно! — уже почти крик. — Ладно-ладно! — согласилась с ребёнком целительница. До этого приветливый и милый Гарри, радикально, и, как казалось взрослым, беспричинно изменил своё поведение. Сириус, наконец, вмешался в их диалог. — От чего он бледнеет? — целительница посмотрела на него, как на идиота. — От эмоций. Ему страшно. Почему он вас боится? — последнее прозвучало как упрёк. — Сириус не сделал ничего плохого! Он очень хороший крёстный. Я люблю его, — снова заговорил Гарри. Сириус не знал радоваться или плакать от такой поддержки. — Так вы можете что-то сказать? — разозлился, в конце концов, Сириус. — Анемия, истощение физическое и психологическое, слабо выраженная гипогликемия, проблемы с железом. Но самое важное другое. У него неправильно срощены кости. Причём, сразу в нескольких местах. Такое бывает, если после закрытого перелома не пойти к целителю, или не закончить лечение в больнице. Похоже, в раннем детстве он питался ещё хуже, чем сейчас, и у него были довольно хрупкие кости. Вы знаете, откуда эти увечья? — Гарри? — Сириус повернулся к белому, как мел мальчику. — Он не знает! — крикнул Гарри на целительницу, спрыгнул с кушетки и, схватив Сириуса за руку, пошёл к выходу. — Пойдём, Сириус! Пожалуйста, пойдём отсюда. Я говорил, что нам не надо идти. Я не хочу. Со мной всё хорошо, — мальчик вцепился в большую кисть и отчаянно тянул в сторону двери, пытаясь сдвинуть взрослого с места, но Сириус не шевелился. — Не хорошо! — неожиданно разозлилась целительница. — Тебе же рукой двигать больно. Не сильно, но всё-таки! Кости надо удалить и вырастить заново. — Так для него будет лучше? — уточнил у неё Сириус. Целительница смягчившись кивнула. — Куда и когда нам прийти? … Теперь пришлось уламывать Гарри на лечение. Благо занимало это всего пару дней. Сириус уже боялся, что снова придётся привлечь аргумент «Я прошу тебя», но мальчик неожиданно предложил сделку. Крестник соглашается на любое лечение, а Сириус сделает так, чтобы никто не допытывался у Гарри откуда появились множественные переломы. Сириус согласился. Всё равно заставить Гарри говорить правду было решительно невозможно. Версии, которые Гарри проворно выдумывал, день за днём становились всё менее реалистичными. Когда Сириус позволил себе ехидный комментарий на эту тему, Гарри обиделся и определился на «неудачно упал с лестницы», видимо, ничего скучнее в лохматую голову не пришло. Так какая разница вести безуспешные допросы или не лезть? Лечение мальчик выдержал стоически. Ни одной жалобы. Гарри даже не пикнул, хотя Сириус знал, как неприятно действует костерост. Блэк думал, как сделать процесс лечения менее дискомфортным. Вспомнилось зелье сна без сновидений, но Римус решил перепроверить можно ли пить оба зелья сразу. Поговорил со Снеггом и, вернувшись, грустно покачал головой. Сириус представил, что сделает с Нюниусом, если это окажется садистской ложью. Вернуться от этих мыслей к поиску решения проблемы удалось далеко не сразу. Вспомнился совет Люпина про художественную литературу. Сириус фанатом чтения не был, но любимые книжки всё-таки имел. Вариант сработал. Гарри вроде не так сильно страдал, как Сириус боялся. Ещё больше его успокоили слова крестника на следующий день. Люпина мальчик встретил с улыбкой и рассказами о том, как они замечательно провели время. «Замечательно» для простого совместного чтения и обсуждения это чересчур. Но главное — цель выполнена. Руки целы, а Гарри не возненавидел любые виды лечения на остаток жизни. Сириус не знал, мерещится ему или нет, но руки у Гарри, кажется, стали длиннее и выпрямились. Это смотрелось естественнее. Вот только вопросов становилось всё больше, и причины, смутно тревожащие Сириуса, обретали чёткие очертания.