Бешеный Пёс

Всё происходило так быстро, что Тэхён едва успевал поспевать за событиями: школа стояла на ушах, все гоготали и кричали, перетягивали из рук друг друга сорванные с дверец шкафчиков фотографии с их дражайшим одноклассником, мальчиком «у девочек мокнут трусики при виде него». Директор Клинтон свирепо рассекал коридоры, его лицо превратилось в переспевший помидор, что вот-вот взорвётся. Тренера Уэйна сразу же погнали с поля в учительскую, туда же отправился Дэни. Все наблюдали за этим, создав огромное столпотворение, стадо мекающих овец. Тэхёна среди них не было: он наблюдал за происходящим с лестницы и ухмылялся, преисполненный удовлетворением. Сегодняшняя игра собиралась пройти без тренера и главного питчера. — Он серьёзно спал с ним всё это время? — шептались все вокруг, задаваясь одним и тем же вопросом. Как это так, взрослый мужчина, добропорядочный семьянин, пример для бейсбольной команды тренер Уэйн трахался по закоулкам школы с семнадцатилетним Дэни — подающим надежды выдающимся спортсменом. А ещё грязно играющим ублюдком, распускавшим слухи и травившим новенького ученика своими шестёрками. Тэхён ликовал. Он и предположить не мог, что бунтарство, подошедший к краю контроль и месть были так приятны. Пицца, которую он ел во время обеда, ещё никогда не была столь вкусна. Все вдруг напрочь забыли о нём. Никого уже не волновали ничем не подкреплённые слухи о его поведении и поступках в прошлой школе: на их глазах разворачивалось нечто более грандиозное. Пока Тэхён ел свою пиццу, то вдруг заметил, как Пёс, и Бабочка с Клоуном, и даже два незнакомых парня — все они смотрели на него и говорили о чём-то. Только Чонгук молчал, терроризировал взглядом чёрных глаз; казалось, даже не моргал. Пицца в горле вдруг встала комом — Тэхён поспешил запить её соком. Он бросил всё недоеденным и встал с места, чтобы убраться подальше из столовой. У него возникло нехорошее предчувствие, что подсказывало ему бежать. У лестницы его перехватили за руку. — Ты реально сделал это? — Чимин был чересчур довольным, задавая вопрос в лоб. Он так широко улыбался, что его щёки казались просто огромными. — Ты про что? — Тэхён нервно выдернул свою руку из хватки и прикинулся дурачком, смотря за плечо Чимина в надежде подняться по лестнице и сбежать. Но Бабочка преградил путь, схватившись ладонью с одной стороны за перила, а другой за стену. Странно, думал Тэхён: Чимин был ниже его, а длины его рук всё равно хватило для подобного. — Не прикидывайся идиотом. Тэхён облизал пересохшие губы. Он не думал, что Чимин был против него, но он также не был уверен, был ли он за. Здесь Тэхён опасался доверять кому-либо, на примере отца вызубрив, что с каждым следовало быть настороже. — Это ты порнуху с Дэни по стене развесил, не так ли? — Нет. — Тэхён надеялся, что его голос не дрогнул. — А Ангел сказал, что это был ты. Неуверенный парнишка в футболке нирвана и женских джинсах. По описанию знаю только одного такого. — Ангел? — Первая мысль: Чимин крайне религиозен и разговаривает с божественными духами. Вторая мысль: полный бред. — Ангел — Феликс. Чёрт. Тэхён вдруг вспомнил вчерашние слова незнакомца из туалета: «У Пса люди по всему городу». — Ахуеть, я думал, ты рыхля, а у тебя, оказывается, есть яйца. Похвально. Чимин хлопнул Тэхёна, пытавшегося собраться с мыслями, по плечу. Парень просто смотрел на него большими глазами, отовсюду ожидая подвоха. Но Бабочка лишь выразил ему свою мысль и убрался, запустив руки в карманы голубой кожаной куртки.

***

Тэхён впервые пошёл на матч за прошедшие два месяца. Он наконец чувствовал себя в достаточной безопасности, чтобы сунуться туда. Все судачили о Дэни. У многих в руках Тэхён видел распечатки, которые он сам же кропотливо приклеивал к стенам на протяжении ночи. Он думал, что надолго запомнит свою выходку. Возможно, это будет самым безумным поступком в его жизни. Коршуны проигрывали без Дэни. То, что Тэхён не выиграет поставленные у Клоуна на них деньги, вовсе его не беспокоило. С подобным он был готов смириться, ведь свою награду он уже заполучил. Матч он посмотрел с наслаждением, особенно когда со всех сторон можно было услышать сплетни, которые он сам же и создал. Тэхён ел арахис с довольной усмешкой и даже не особо печалился тому, что продолжит носить свои «женские» джинсы. Может, в будущем Чимин подберёт ему ещё что-то такое же классное. Все начали разбредаться со своих мест. Тэхён заметил красную шапку Клоуна, радостно черкающего что-то в своей тетради на пружине. Наверняка многие поставили на коршунов, а те проиграли, а для букмекера это значило лишь одно: нажива. Тэхён ему услужил. Привычно держась с краю, Тэхён засеменил со всеми к выходу. В шумной толпе, когда никто больше не смотрел и не осуждал его, он наконец мог расправить плечи и перестать искать во всём и в каждом опасность. Однако ему не следовало этого делать: стоило потерять бдительность, и его потянули из общей массы стальными клешнями, как ту самую игрушку из автомата за десять центов. Тэхён барахтался и выбивался, но его держали сильные руки — никак не вырваться. Шершавая ладонь накрыла губы, когда он принялся кричать. — Молчи, тварь, — голос Дэни, прозвучавший в ухо, заставил Тэхёна начать брыкаться в воздухе сильнее. Его тащили от огней и гомона в пугающую тихую неизвестность, а он мог лишь беспомощно трепыхаться. Дэни был действительно большим, в разы больше Тэхёна, который с ужасом начинал понимать, что грядёт. — Думаешь, я не знаю, кто это сделал? — В лицо Тэхёна пихнули одну из распечатанных фотографий, острые края углов которой резали щёки и кололи глаза. Дэни усилил хватку, начал впихивать бумагу насильно в рот. Тэхён замычал, сжимая зубы на хрустящем листе. Сердце бешено колотилось. — Думаешь, блять, я совсем тупой? А, сука? На что ты рассчитывал? Кто тебя спасёт, ублюдок? Я нахуй убью тебя. Убью и скормлю собакам на заднем дворе. Тэхён не на шутку испугался. Он не думал, что Дэни отважится прийти сюда в день скандала. И уж точно он не рассчитывал, что будет грозиться убить. Как только Дэни толкнул его, запирая с лязгом дверь, Тэхён тут же встал на ноги и принялся бежать. Его нагнали в секунду, схватили за кофту и вновь толкнули на пол. Колени ударились о холодный кафель. Глаза парня осмотрели местность в поисках спасения. Дэни приволок его в зал с бассейном; Тэхён даже не знал, что у них в школе такой был. В воздухе стоял спёртый запах, воняло плесенью, а старая вода тухла. Бассейн явно не работал уже не первый год. Наверняка однажды что-то в нём сломалось, денег на починку не нашли и даже утруждаться и сливать воду не стали. Тэхён продолжал пытаться найти взглядом хоть что-нибудь тяжелое или острое — любую вещь, которая может ему помочь. Но вокруг были лишь упаковки из-под «Принглс», жестяные бутылки и использованные презервативы. Дэни пнул его в живот — и он сжался. Внутри будто лопнул какой-то пузырь, затошнило. Дыхание застряло в горле с несчастным хрипом. — Ты, блять, никто и звать тебя никак! Думал выкинуть такое дерьмо и остаться чистеньким, а?! Что я, блять, не узнаю пронырливого уёбка, который мог вытворить подобную хуйню?! Второй пинок пришелся по рёбрам. Тэхён даже кричать не мог, наружу вырывались лишь несчастные хрипы. Дэни и правда мог убить его. Тэхён убедился в этом, когда его протащили по грязному полу за шкирку к бассейну, потянули за волосы и засунули голову в мутную воду. Пузыри забурлили вокруг головы. Лёгкие сжимались в маленькие горошинки и от боли раздражали все внутренние органы пульсацией. Когда Тэхён был на краю темноты, Дэни милостиво выдёргивал его из воды, давал возможность сделать вдох и пощёчину — и вновь опускал в ледяной омут. Тэхён уже не пытался бороться. В голове у него абсолютно ничего не было. Никаких сожалений, никакой досады и обиды. Он даже не успел подумать о том, чего ему не стоило делать и о том, что сделать он не успел, но очень хотел. Мысли одна за другой разбежались, попрятались, оставляя лишь вопящее: «Нужно дышать, не забывай дышать, задерживай дыхание, не захлёбывайся». Но это было больше чем-то рефлекторным, физическим, что тело само делало машинально. Даже когда человек самовольно совал голову в петлю, после смерти его тело находили с исцарапанной шеей в попытке от неё избавиться. И тело Тэхёна также пыталось: упрямо дёргалось, руками пыталось вытолкнуть себя наружу. Но вскоре почти безвольно обмякло, потеряв всякую волю. Взгляд поплыл окончательно. — Веселитесь, ребята? — Пёс, казалось, возник из ниоткуда. Тэхён его не видел, но мог определить по голосу и размытому чёрному силуэту. Дэни не спешил отпускать его лицо обратно в воду, и Тэхён отхаркивался от неё, как мог, громко хрипя. Он вдруг понял, что задыхаться было больно, но ещё больнее лёгким вновь приходить в норму после жестокой голодовки. Он осязаемо чувствовал, как их распирало внутри его тела, как сжатое горло полыхало огнём. — Проваливай отсюда! — рявкнул Дэни. — И что, пойдёшь за решётку, пока я буду беззаботно покуривать на воле? — Чонгук улыбался хищным оскалом. — Думаешь, этот несчастный додик мог выкинуть подобное? Взгляни на него, ему только за мамкиной юбкой сопли подтирать. Тэхён едва разбирал слова: уши, как и горло, у него тоже были закупорены водой. Понимания в нём было ноль. Он чувствовал только адскую боль. Как оказалось, быть при смерти — это совсем не круто. — Только вы двое знали! — Дэни закричал. — Пёс, ты хоть и конченый, но не стал бы так заморачиваться, не в твоём стиле. — Как знаешь, — сказал Чонгук и пожал плечами, — в моём стиле будет утопить тебя нахер, а потом инсценировать самоубийство. Мои ребята так уже делали. Бросим тебя поперёк рельсов, делов-то. Ни у кого даже вопросов не будет, ты же сейчас такой несчастный. Бедный Дэни, все узнали, что он ебаный гомик и балдеет, когда его таранят в жопу. Вероятно, Пёс прекрасно знал, что делал. Стоило ему закончить речь, как Дэни спихнул Тэхёна в бассейн, зарычал и бросился на Чонгука. Вода тут же загребла Тэхёна с головой. Он был таким слабым, что едва оказался способен вытолкнуть себя. Руки его сдавались, неспособные побороть плотность воды, ноги едва двигались. Казалось, Чонгук появился, чтобы он не сдох, но Тэхён всё равно шёл ко дну. Грязная вода погребала его фигуру, вновь заполняя собой истерзанные дыхательные пути. Спина коснулась дна. Теперь оставалось только ждать, когда его тело подастся естественному процессу разложения, вздуется и всплывёт наружу. Он сомкнул веки и очнулся, когда по его груди ударили кулаком, заставляя стошнить водой вперемешку с арахисом на пыльную плитку. — Ненавижу мокнуть, — шипел Чонгук, убирая со лба прилипшие пряди. Он тряхнул головой, разбрызгивая всё вокруг водой. Волосы у него были достаточно длинные, обвиваясь вокруг шеи удавкой. — Фу, блять. — Он оттянул от тела вымокшую футболку. — Ты чё, плавать не умеешь? Точно сдохнуть захотел. Тэхён смотрел на Пса краем глаза, кашляя и содрогаясь не то от нервов, не то от холода. — Я кх-могу… — Нихуя ты не можешь! — вдруг рявкнул Чонгук, угрожающе нависая сверху. Опалял яростным дыханием мокрую кожу. Тэхён под ним сжался. — Ни, сука, плавать, ни думать мозгом своим ущербным. Я, блять, говорил тебе не отсвечивать, какого хуя? Пиноккио, блять, я не ясным языком выражался? Не отсвечивать — значит не творить хуйни. — У меня нет причин, — Тэхён сделал вдох со свистом, — тебя слушаться. Почему-то, хоть и наглотавшись воды до заполненных лёгких, пить хотелось до одури. Ещё, может, хотелось не показывать характер, чтобы Пёс пожалел его и не пытался убить глазами. — Нет причин слушаться меня, нахуй? Самый умный? Я, блять, твой Иисус, ты бы щас брюхом кверху здесь плавал, — Пёс зарычал, перехватывая лицо Тэхёна за подбородок и больно его сжимая, притягивая ближе к себе. Глаза у него были гневно расширены, на лице показался оскал. Злые псы ведь могли очень больно кусать. — Мне обратно тебя в воду закинуть, а? Не наплавался ещё, как я погляжу. У Тэхёна вдруг задрожали губы. Подбородок, он был уверен, весь собрался складками. Чонгук непонятливо скривился, затем нахмурился, чуть расслабил хватку. — Только, нахрен, попробуй зареветь. Тэхён и не хотел, абсолютно не хотел пускать сопли перед кем-то таким хладнокровно безумным, но глаза его всё равно жгло. В его желудке плавала грязная вода с тиной и ещё разными жидкостями, о которых слабому разуму и организму было лучше не знать. — Вот тебе второе правило: мы здесь не плачем. Не важно, сдохла шавка, бабуля, дражайшая соседка, девка из сериала, да хоть актриса, которая её играла. Если ты плачешь, ты слаб, если ты слаб, тебя сломают, — вещал Чонгук, поднимаясь на ноги и как ни в чём не бывало таща бессознательного Дэни за руки по грязному полу. Тэхён наблюдал за ним с опаской, утирая мокрый нос рукой и пытаясь переварить ситуацию, чужие слова и неопознанные субстанции в своем пищеварительном тракте. Волочащиеся по полу ноги Дэни граблями собирали за собой шелестящий мусор, с треском мяли алюминиевые бутылки и с дребезжанием отталкивали стеклянные. — Ты его убил? — спросил он, осторожно пытаясь приподняться. Всё его тело дрожало, и непонятно, от страха ли, холода или равнодушного Пса, которого, казалось, ситуация абсолютно не трогала. Он был лишь омрачён тем, что его шёрстке пришлось намокнуть. — Навряд ли. — Чонгук нахмурился и присел рядом с Дэни на корточки; он с каким-то презрением попытался открыть его глаза пальцами, рассматривая зрачки. — Что ты делаешь? — Тэхён недоверчиво смотрел, приподнимаясь. Он подогнул под себя колени, собираясь в компактную маленькую фигуру. Казалось, что таким образом становился менее заметным. — Хуй его знает, по телеку видел. Не то чтобы раньше меня касалось, подох ублюдок или нет. — П-проверь пульс, за ухом. Тэхён обнял колени и стал раскачиваться. Нервы его не на шутку сдавали. Что, если Пёс и правда ненароком убил Дэни? Он был соучастником? Тэхён же не убийца, совсем нет. Он и паука за всю жизнь не прихлопнул, а тут такое. — Да жив он, не трясись ты так. Я его не сильно приложил. Чонгук отпихнул Дэни ботинком, будто тот был мешком мусора, и потянулся к пачке сигарет в своём кармане. Затем он в очередной раз сматерился, сжимая вымокшую упаковку «Мальборо» в ладони, замахиваясь и выбрасывая её в бассейн. Сигареты рассыпались по воде и плавали среди зелени, походя на косяк маленьких сдохших рыбок. — Надо сваливать отсюда, — сказал Пёс, отворачиваясь спиной и отдаляясь в сторону выхода. — Ты тоже съёбывай, Пиноккио. Тэхён, возможно, впервые послушался Чонгука, быстро вскакивая на ноги. Его сердце чуть барахлило после встряски — он ударил себя кулаком по груди, стараясь привести его в чувство, как старый процессор от компьютера в их школьных классах. — П-почему… — начал он вдруг заикаться, ведь ему совсем не хотелось, чтобы Пёс разозлился на пустом месте и вновь стал ему угрожать или, ещё хуже, воплощать слова в действие. — Почему ты помог мне? Чонгук остановился. Было видно, как мышцы его спины забугрились под прилипшей к ней ткани футболки. А ещё, конечно, от внимания не ушли сжатые кулаки, которыми он, будучи меньше Дэни, вырубил парня всего за пару минут. — Я был должен тебе, — ответил Пёс кратко. — Но ты говорил, что больше ничего не должен мне. — Тэхён нахмурился. Опять Чонгук вёл себя странно. — Вот тебе третье здешнее правило: никому не верь. С этим умозаключением Пёс скрылся за дверью. Он всегда уходил первым. Иногда Тэхёну становилось интересно, что произойдёт, если последовать за ним, но он был не настолько храбрым. Бросая ещё один взгляд на бесчувственного Дэни, Тэхён со страхом отступил на шаг, а затем рванул прочь. Хотелось бежать и не останавливаться. Убраться за пределы «угольного района», подальше с окраины, от криков, здешней безнадёги и жестокости, но Тэхёну просто некуда было бежать, не к кому примкнуть, не у кого просить защиты. Он был предоставлен сам себе и прекрасно это понимал. Возможно, Дэни вновь попытается его убить, и в следующий раз Тэхёну нужно быть готовым. Он думал об этом, заворачиваясь в одеяло у себя в комнате. Хотелось безбожно расплакаться, но и здесь Пёс нагнал его со своими долбанными правилами, и ему оставалось лишь кусать щёки изнутри от отчаяния и глотать собственную кровь вместо непролитых слёз.

***

На следующий день Тэхён проснулся от жара. Он на самом деле не собирался прогуливать школу, хотя ему очень хотелось, но отец настоял на этом, потрогав лоб и ужаснувшись температуре. Так что весь день Тэхён провалялся в постели и понятия не имел, что сейчас происходило в школе. Что было с Дэни, со сплетнями, пришёл ли Чонгук на занятия или опять прогуливал. Тэхён ворочался из стороны в сторону, маялся; то спал, то бездумно глядел в окно. Вид из него открывался просто шикарный: полуразвалившийся дом соседей-алкашей и переполненные мусорные баки. На покорёженных столбах и расчерчивающих небо волосах-проводах сидели взъерошенные воробьи. Даже птицы здесь, на окраине Ратлера, были обнаглевшими: если идти по улице с чем-то съестным, они запросто могли спикировать с неба и клюнуть из открытой пачки сухарик. Тэхён слушал музыку в половину громкости, вяло шевелил ногами под одеялом и размышлял, была ли температура последствиями заплыва в бассейне или его болезненное состояние оказалось вызвано психосоматикой. Он что-то слышал об этом. Если нервы были на пределе, весь организм в целом тоже начинал страдать. Тэхён вновь заснул, совсем не запоминая своих мыслей перед этим. Его температурило несколько дней, отцу пришлось потратить деньги на лекарства, из-за чего он ходил нервным. Тэхёну хотелось поскорей оправиться, лишь бы только не слышать тяжких папиных вздохов. Может, всё же роль сыграла психосоматика, потому что не прошло и дня после возникновения этой мысли, как Тэхён пошёл на поправку. Совсем скоро он вернулся в школу и был поражён теми глобальными изменениями, которые успели произойти за время его отсутствия. Так часто бывало, когда пропускал парочку дней: ходили новые сплетни, слухи, невероятные истории. На Тэхёна вновь смотрели с опаской. Больше не было насмешек и толчков в спину, школьники опять разбредались, пропуская его вдоль пустого коридора, не затрагивая даже плечом. Тэхён был вынужден действовать настороженно, глядя чётко в оба, обследуя глазами каждый опасный угол и лестничный пролёт. Он совсем случайно услышал тихий шёпот двух девушек за партой впереди себя и был рад, что постоянное пребывание в наушниках давало ему некое преимущество «глухого». — Откуда вообще опять пошли такие разговоры? Этот Тэхён не выглядит, будто Пёс принял его к себе. — Понятия не имею. Что-то с Дэни связано, парень из его команды всем рассказывал, что сторожил дверь в бассейн, потому что Дэни его попросил, так как хотел припугнуть там новенького, но пришёл Пёс — ты и сама знаешь, никто с ним связываться не хочет, — так что этот парень тут же ушёл, стоило только Псу появиться. Говорят, что тот наверняка пришёл разбираться с Дэни, его же потом без сознания у бассейна нашли. Да и та ситуация с Трэвисом… Может, Тэхён и не в банде, но что-то между ним с Псом всё равно есть. Тэхён закатил глаза. Пёс у всех вызывал резонанс: если он был втянут в какую-то тему, она тут же затрагивала каждого. Общественное достояние, лицо обложки так и не выпущенной школьной стенгазеты. Парень фыркнул себе под нос, записывая тему урока с доски. Он был полностью заинтересован инфузориями и хламидиями, когда что-то прилетело ему в затылок. Тэхён не обратил на это внимания, но, когда стрельба бумажными пульками из полого стержня ручки посыпалась на него целой очередью, он не выдержал. Обернувшись, новенький тут же обнаружил Клоуна, махавшего ему рукой с последней парты. Парень в красной шапке шептал губами «твои бабки», вытаскивая из нагрудного кармана купюры. Тэхён вспомнил, что проигранная им ставка возвращалась обратно благодаря Бабочке. Так что когда Клоун бросил в него мятой купюрой, он вывернулся, чтобы словить её, быстро пряча в задний карман джинсов. К сожалению, Кирпичу быстро удалось прознать о том, что новенький получил некий «выигрыш» от Клоуна. Тэхён вздохнул, оказавшись в знакомом ему узком проулке с видом на бетонный забор, обмотанный шипованной сталью. — Птичка напела, что ты сорвал куш, — тянул Кирпич, толчком впихивая Тэхёна в проулок. Едва устояв на ногах, Тэхён замер, окружённый стенами со всех сторон. Он сглотнул, досадуя, что не увидел Кирпича издалека, чтобы успеть незаметно скрыться. Его кулаки сжались, хотя он знал, что ничего не сможет ими сделать. — Птичка сифонит, ничего я не сорвал, — говоря, Тэхён даже не лгал. Кирпич засмеялся. Он сделал «устрашающий» шаг-выпад, заставляя Тэхёна отпрыгнуть от него на добрых полтора метра назад. — Что-то язычок у тебя развязался, педик. Неужто Пёс действительно научил тебя им работать. Тэхён нахмурился, а затем ужаснулся. Он вдруг понял, что Кирпич подразумевал под своими словами, и щёки Кима вмиг сделались красными. Отлично, теперь кто-то думал, что их с Чонгуком связывала койка. Слухи распространялись быстрее пожара. Конечно, темой для обсуждений всё ещё являлся Дэни и его роман с тренером, но это не отнимало других побочных сплетен, потому что, конечно, Пёс был интересен всем не меньше. — А если так? — Он приподнял бровь, вдруг не контролируя собственные высказывания. После масштабного разоблачения Дэни в нём словно прорвалась дамба. Слабоумие и отвага шагали в ногу. У Кирпича чуть не отвисла его ужасно квадратная челюсть. Тэхён понимал, что обескуражил его своими словами. Конечно же, Кирпич знал, что Тэхён не мог спать с Псом, и все гуляющие разговоры — не более чем враки. Однако Кирпич быстро собрался, украшая лицо кривой усмешкой. — Тогда, думаю, сосёшь ты отвратно, раз он не удосужился постараться, чтобы я не выбил тебе челюсть. — Кирпич, наверняка, точил зуб на Пса. Тэхён был уверен, что многие хотели заполучить себе выбитый клык Чонгука для украшения-подвески. Когда Кирпич стал приближаться к нему, парень достал из бокового кармана небольшой распылитель-дихлофос от грызунов. Тэхён понятия не имел, что будет, если прыснуть таким в лицо, но подозревал, что это как минимум даст ему фору для побега. Дихлофоса осталось совсем немного: гонимый ветром, баллончик бездельно катался по крыльцу и Тэхён, как-то совсем не думая, решил захватить его с собой в школу, если инцидент с Дэни решит повториться и у него совсем не останется вариантов для самообороны. Тэхён вовсе не думал, что дихлофос пригодится ему так скоро. Кирпич сделал ещё шаг вперёд, и Тэхён уже был готов открыть крышку аэрозоля, как вдруг парню напротив что-то прилетело в лоб, он зашипел и схватился за голову, болезненно кривясь. — Нехорошо развлекаться с чужими игрушками, — голос Пса прозвучал сверху. Появлялся он, как всегда, в самые неожиданные моменты. Чонгук сидел на крыше, свесив ноги, и игриво болтал ими, жонглируя несколькими камнями в руках. Странно, но при виде него зажатая пружина в Тэхёне расслабилась. Он знал, что стоило Псу возникнуть поблизости, как его тело пробирало дрожью от страха; он не мог объяснить, почему при всём этом предпочёл бы Чонгука всем прочим своим обидчикам. Наверное, Пёс был больше похож на какую-то злую дворовую собаку, которая кидалась на всех подряд, но некоторых вместо укусов одаривала лишь лаем. Может, то было от усталости или потому что вгрызались псы лишь в тех, в ком чуяли опасность или чей запах пробуждал в них аппетит. Тэхён ведь для Чонгука не был ни тем, ни другим. Кирпич побледнел очень быстро. Теперь уже он отступал назад, как совсем недавно это делал Тэхён. Было забавно наблюдать, как быстро образ хищника сменялся на образ жертвы. Кирпич стал выглядеть жалко за считанные секунды. Чонгук прицелился, попадая камнем Кирпичу в плечо. Он крайне довольно улыбался, возвышаясь на своём пьедестале и блистая в лучах солнца. Был будто где-то за пределами колючего забора, видел мир поверх него. — Играешь с моей игрушкой, отбираешь мои деньги, Кирпич. С каких пор стал таким ебаным храбрецом, а? — Я не… — Кирпич начал заикаться. Тэхён непонятливо пялился на него, потому что парень совсем не выглядел так, будто мог вести себя подобным образом перед кем-то, будь то хоть Пёс или Обама. — Щас я напомню тебе, по какой причине тебя начали называть «кирпичом». — Н-не… я… Пёс, я в-вовсе… с-совсем не… — бедняга не мог связать и одного внятного предложения. Пёс начал спускаться вниз. Пожарная лестница грохотала под тяжестью его тела, стуча по кирпичной кладке и кое-где обламывая её. Тэхёну открывался шикарный красочный вид на чужие ноги снизу. Во рту от возникшей картинки как-то быстро пересохло. Кирпич рванул с места почти сразу же. Побежал быстро — только пятки сверкали. Тэхён обмозговать всё толком не успел, как Чонгук оказался на земле рядом с ним. Он, казалось, вовсе не собирался бежать за Кирпичом вдогонку. Только кинул в его отдаляющуюся спину презрительный взгляд, быстро переводя его на застывшего Тэхёна. — Как всегда, Майки наложил кирпичей, — сказал он, подбрасывая камень в воздух и тут же ловя его. — Пиноккио, не ожидал, что ты снова здесь появишься. — А я не должен был? Чонгук продолжал играться с камнем. Это был серый приплюснутый гранит овальной формы. Идеальный вариант для игры в «блинчики» и для метания по живым мишеням. Парень улыбался, «облизывая» Тэхёна прищуром с головы до пят. — Тебе подобные, попадая сюда, обычно заканчивают учёбу у нас с ножом в горле у подворотни, в петле на люстре у себя дома или, в хорошем случае, в другом городе. — Я всё ещё здесь и жив. — Хотелось добавить «к сожалению», но Тэхён смолчал. — Надолго ли? — зато не смолчал Чонгук, вздёргивая иронично бровь. — Суёшься везде, тебя так и хочется по стенке размазать. Меня, блять, бесит, как ты пялишься на меня. Чонгук вдруг рывком подошёл, вынуждая Тэхёна примкнуть к стене, ухватиться за грубый кирпич и напрочь забыть про аэрозоль в боковом кармане рюкзака. Пёс дышал напротив его лица, как всегда пыхал жаром и той необъяснимой энергетикой, от которой подгибались колени. — Что за куш ты там сорвал у Клоуна, а? Тебя не было в списке выигравших. — Я не выиграл, — прошептал Тэхён, жмурясь. Он весь вибрировал от чужой близости, воздух был словно наэлектризован. Казалось, ненавязчиво коснись он Чонгука сейчас, и его тут же шибанет током. — Давай проверим. Без предупреждения и прелюдий Чонгук залез Тэхёну в карманы ветровки, перебрал фантики от конфет, завалявшиеся скрепки и несколько центов, чтобы выползти оттуда и пробраться пальцами в задние карманы штанов. У Тэхёна спёрло дыхание. Он едва слышно пискнул, приоткрывая глаза и смотря на сосредоточенное выражение лица напротив. Чонгук закусывал губу. Для кого-то настолько мрачного он имел удивительно очаровательную форму губ. Тэхён находил это странным и потому пялился на них. — Что-то нащупал, — пробасил Пёс. После этой фразы, Тэхён мог поклясться, горячие ладони, зарывшиеся в его задние карманы, сжались на ягодицах. С его рта сорвался слабый вздох, под одеждой заполыхала кожа, грозясь испепелить ткань, оставив Тэхёна на растерзание чужим рукам полностью голым. Его лопатки стачивались о кирпичную кладку, ветровка окрашивалась терракотовой пылью. Захотелось, чтобы стена позади стала желе и он провалился в неё, лишь бы только Чонгук не трогал. Тэхён вдруг не знал, что было хуже: получать удары кулаков от Кирпича или эти касания от Пса. — Вот оно. — Чонгук резко вырвал руки из карманов Тэхёна, зажимая двумя пальцами смятые купюры. Он развернул их и нахмурился, явно ожидав получить больше. — Пять баксов? Ставка минимум десятка, кто-то мухлюет? — Он всё ещё стоял рядом, зажимая руками с двух сторон в своеобразную клетку. Тэхёну всё сложнее становилось дышать, будто Чонгук своей близостью воровал у него воздух. — Это Бабочка, не так ли? — Я хотел купить новые джинсы, — прошептал Тэхён в защиту. Хотя, конечно, он вообще не должен был оправдываться, но ему не хотелось, чтобы Бабочка встрял из-за него в проблемы. — Ну конечно. Купи себе новые джинсы и фирменные кроссовки, здесь всем плевать на твои шмотки до тех пор, пока у тебя не найдётся дорогих часов или золота, которое можно будет сбагрить по-чёрному. Гулко сглотнув, Тэхён кивнул. Понятное дело, Псу плевать на внешний вид, он далёк от моды и навряд ли знает, что сам носит брендовую футболку, которую ему, наверняка, урвал Чимин. Тэхён мог бы сказать об этом, обвести пальцем металлические буквы «DG» на чужой груди, улыбнуться и спросить «неужели?», но понимал, что Пёс всё равно осадит его. По глазам читалось, что тот был серьёзен и мог нацепить на себя хоть съеденную молью кофту, лишь бы та не была розовой. — Почему помог на этот раз? — вопрос вновь в удаляющуюся спину. Тэхён их запускал, как ножи. — Всего лишь хотел забрать свои деньги, — сказал Чонгук, продолжая спокойно идти и размахивая купюрой над головой, будто нёс флаг победителя. Когда Пёс скрылся, Тэхён опёрся затылком о стену и наконец выдохнул. Потасканные воробьи щебетали, прыгая по колючей проволоке вдоль забора друг за другом наперегонки, отбирая из клювов хлебную корку. Тэхён их не понимал. Будь у него крылья, он бы тут же улетел на них за пределы этого беспорядка.