Моя маленькая куколка.

Машина подъезжает к фасаду многоквартирного дома. Тилль убирает свою большую руку из-под меня, и я возвращаюсь в реальность. Я сажусь, вытирая глаза тыльной стороной ладони. Я начинаю рыться в сумочке и доставать консилер и прессованную пудру. Слава богу, что я организованный человек. Я начинаю подправлять красную кожу вокруг глаз, скрывая припухлость от слез. - Ты в порядке? — спрашивает меня Тилль. Я не спускаю глаз с крошечного компактного зеркальца. - Да, я в порядке. - Ты уверена? Ты только что ужасно много плакала. Я просто хочу убедиться, что с тобой все в хорошо, — настаивает Тилль. Я смотрю на него и захлопывая пудреницу, поправляя макияж. У него озабоченное выражение лица, взгляд очень тяжелый. - Со мной все будет в порядке, — улыбаюсь я, сдерживая слезы, которые, как я чувствую, снова начинают накапливаться. - Однако, спасибо. Этот парень же к тебе не подходил, а? - Я пытаюсь отшутиться. Выражение лица Тилля показывает, что он не уверен в моем внезапном изменении настроения. Но я не хочу об этом говорить. Чем больше я об этом думаю, тем больше мне хочется плакать, и я сказала ему, что стараюсь быть смелее. Я очень стараюсь сейчас держаться. Его глаза наполняются болью, когда я смотрю вниз и вижу, как он кладет свою руку на мою. Я снова смотрю в его глаза в замешательстве. Я убираю руку от его прикосновения и выхожу из машины. Что он делает? Он пытается утешить меня или сбить с толку? Я никогда раньше не видела Тилля с этой стороны. Я не хочу больше думать об этой ночи. Я слышу, как закрывается дверца машины, оборачиваюсь и вижу, что Тилль направляется ко мне. Проходим в здание и поднимаемся на свой этаж. Когда я открываю входную дверь и вхожу, меня поражает Рихард, который уже там и терпеливо ждет. Он вскакивает и обнимает меня, его теплые объятия заставляют меня чувствовать себя лучше. Но мне все еще приходится бороться со слезами. Я просто хочу расслабиться перед ним, заплакать, чтобы он сказал мне, что все в порядке. Но я почему-то не хочу, чтобы он знал. Ничего не произошло, и это не имеет значения. Я беру себя в руки, когда он отстраняется, но не раньше, чем целует меня в щеку. - Извини, что мы опоздали, — говорю я Рихарду. - Мы потеряли счет времени. — Все в порядке, а где вы были, ребята? — с тревогой спрашивает Рихард. — Ты сказал, что собираешься пригласить ее на ужин, — сурово заговорил Тилль позади меня. - Она была голодна, поэтому мы взяли кое-что поесть. Спасибо, вините в этом меня. - Уф, мне так жаль, что я не смог пойти с тобой сам, как обещал,— говорит мне Рихард. - Ну, не давай тогда обещаний, которые не сможешь сдержать, — раздраженно говорит Тилль. Рихард не обращает на это внимания. - Однако у меня есть кое-что для тебя. Я думаю, это компенсирует все, — взволнованно говорит Рихард. Тилль проходит мимо нас. - Привет, Тилль! Я хочу, чтобы ты тоже это услышал. - Услышать? — смущенно спрашиваю я. Рихард берет меня за руку и с улыбкой ведет меня в гостиную, а Тилль следует за ним. Рихард и я садимся на один из больших диванов, а Тилль прислоняется к двери. - Помните, как я сказал, что мы втиснем в альбом последнюю песню? — спросил Рихард, и я кивнула в ответ. — Что ж, я хочу показать ее тебе. Я написал это для тебя, — улыбается он. Мои глаза расширяются, и я от удивления откидываюсь назад. — Ты написал для меня песню? - Я не могу в это поверить. Улыбка расплывается по моему лицу, я так взволнована прямо сейчас. Я оборачиваюсь и вижу Тилля, но он не проявляет такого же волнения, как я. Он выглядит отсутствующим, когда просто смотрит на меня. В чем его проблема? — Ну, ты же хочешь это услышать? — спрашивает Рихард. - Да! - Я взволнованно отвечаю, когда он берет пульт от звуковой системы и нажимает кнопку воспроизведения. Песня начинается медленно, но мне она уже нравится. У меня порхают бабочки, когда голос Рихарда на записи начинает петь. You're so pure, so sure again Whatever you do, we will laugh again I'm like you, a fool again Whenever I fell, I got up again Babe you don't have to be afraid in my eyes Babe, don't be ashamed Find your way and lose again Wherever you are you can choose again Your heart will break, and heal again And one day will come when you believe again Babe, you don't have to be afraid in my eyes Babe, don't be ashamed Babe, you don't have to be afraid in my eyes Babe, I'm so glad that you stayed' Рихард нажимает кнопку паузы на пульте, - Итак… Что ты думаешь? — с тревогой спрашивает он. - Мне это нравится! Не могу поверить, что ты написал мне песню - отвечаю я, начиная плакать. Боже, какая эмоциональная ночь. - Я так рад! Но не плачь, просто будь счастлива, — улыбается он, вытирая мне набежавшую слезу. - Я счастлива! Никто и никогда не делал для меня ничего подобного, — улыбаюсь я. - Как ты думаешь, Тилль? Как тебе песня? — спрашивает Рихард, глядя мимо меня на Тилля. Я поворачиваюсь лицом к Тиллю, и у него все тот же отсутствующий взгляд, почти не впечатленный песней, он стоит все так же со скрещенными руками. Мы встречаемся глазами на мгновение, прежде чем он прерывает наш взгляд и уходит. Я поворачиваюсь к Рихарду, - Мы сделали что-то не так? — смущенно спрашиваю я. - Нет, Тилль иногда такой. - отмахиваясь говорит. - Он, наверное, просто завидует, что я написал песню для девушки, а он этого не сделал, - смеется Рихард. - Пусть это тебя не беспокоит, он в порядке. Я так растерялась. Почему он ушел только сейчас? Ему не понравилась песня Рихарда? - Я так рад, что тебе нравится песня, — улыбается Рихард. - Эта песня подходит мне. "Не бойся" и все такое, это именно то, что я пытаюсь обычно сделать, - смеюсь я. — Я серьезно! Я так рад, что ты со мной. Мне так с тобой повезло. — говорит Рихард, подходя ко мне. Он нежно целует меня в губы, и я чувствую, как мое сердце начинает биться быстрее. Он начинает целовать меня более страстно, кладя руку мне на затылок, чтобы притянуть меня ближе. Я отстраняюсь и вздрагиваю от боли. - Ты в порядке? - он смотрит на меня с тревогой. - Да, просто ударилась головой на сегодняшней съемке, вот и все, — вру я. Он довольно быстро отмахивается от этой информации и возвращается к своему страстному поцелую, кладя руку мне на шею. Я чувствую, как мое сердце бьется быстрее, и я начинаю паниковать, но продолжаю отвечать на глубокие поцелуи, когда Рихард укладывает меня на диван. Все, о чем я могу думать, это тот светловолосый мужчина, который трогает меня в переулке. Как бы я ни пыталась подавить тревожные мысли, они продолжают появляться. Губы Рихарда целуют то место, где раньше были губы того мужчины. Моя голова раскалывается от боли, лежа на замшевом диване. Я чувствую, как дрожу, когда поцелуи Рихарда становятся сильнее, и он приподнимается надо мной. Я действительно начинаю паниковать и не могу больше терпеть, потому что чувствую, как рука Рихарда скользит вверх по моей рубашке так же, как это делал тот ужасный человек. Я отстраняюсь от его губ и отталкиваю его руку от себя, сажусь так быстро, как только могу. - В чем дело? — спрашивает Рихард, сбитый с толку и взволнованный, глядя на мое паническое выражение лица. — Прости, я просто не могу сделать это прямо сейчас, — запинаюсь я, переводя дыхание и сосредотачиваясь на нем, пытаясь успокоиться. - Но почему? Сегодня что-то случилось? — смущенно спрашивает Рихард. - Нет… я просто очень устала, вот и все, у меня был такой сложный день, — спокойно вру я. Я поднимаю голову, чтобы встретить взгляд Рихарда. - Ты устала? — спрашивает он неуверенно и слегка раздраженно. - Да, и моя голова все еще болит в том месте, где я ударилась, мне просто нужно немного отдохнуть, вот и все - отвечаю я. Выражение его лица меняется на разочарование, но похоже, что он поверил моей истории. Он вздохнул, провел рукой по волосам. Мне неприятно врать ему, но я не могу сказать ему правду. - Тебе просто придется загладить свою вину как-нибудь в другой раз, — говорит он, борясь с раздраженной улыбкой. - Конечно! Я сделаю это для тебя. — уверяю я его. Я быстро целую его в щеку и вскакиваю с дивана. Как только я поворачиваюсь, чтобы выйти из комнаты, мои глаза наполняются слезами и текут по моему лицу. Я чувствую себя отвратительной и беспомощной, и теперь Рихард расстроен из-за меня. Я направляюсь к нашей комнате, но останавливаюсь, когда Тилль выходит из кухни с кофе в руке. Он смотрит на меня сверху вниз, выражение его лица меняется при виде слез, катящихся по моим щекам. Я вытираю их руками, а его озабоченный взгляд метнулся к Рихарду, идущему позади меня, словно ища на его лице объяснение всему этому. Я вижу, как Тилль выглядит сбитым с толку, изучая раздраженный и разочарованный взгляд Ричарда. Я пользуюсь случаем и проскальзываю мимо Тилля, быстро направляясь в свою комнату. Я слышу, как Рихард говорит Тиллю «отвали», когда тот проталкивается мимо него. Он явно не рад тому, что я ему отказала. Я на мгновение задумалась и поняла, Рихарду, вероятно, никогда не отказывали в сексе за всю его жизнь. Девушки практически бросаются на него, так что это будет для него весьма новым опытом. Я хватаю свою пижаму и сменное нижнее белье и иду в комнату. Я быстро забегаю в ванную, прежде чем Рихард войдет в комнату, чтобы избежать с ним неловкости. Я запираю за собой дверь и включаю душ. Я раздеваюсь и вхожу под теплый душ. Я позволила этому полностью овладеть мной. Вода сбегает по моим волосам, стекает по моему лицу, маскируя слезы, которые снова начинают падать. Я едва сдерживаю себя, переполняемая эмоциями. Я сворачиваюсь на полу в душе и просто плачу. Безмолвные слезы, стараюсь, что Рихард не услышал меня. Я просто сижу там, кажется, целую вечность, вода ощущается как пули на затылке. Но мне все равно, сейчас я не чувствую физической боли. *Тук-тук* - Ты в порядке? - Я слышу голос Рихарда из-за двери. — Ты там уже долго. — Я в порядке, — Отвечаю я. - Просто трудно мыть голову с таким ушибом, — вру я. Я слышу, как он отступает от двери, и у меня снова текут слезы. Я беру свою мочалку и немного геля для душа и начинаю энергично тереть. К счастью, этот мужчина не прикасался ко мне под одеждой, но я все равно чувствовала себя грязной. Мне стало противно, что я так беспомощна и не смогла вырваться из его возбужденных и жадных рук. Я тру лицо, шею, грудь, везде, где чувствую его прикосновение, до тех пор, пока моя кожа не начинает пылать. Мой фарфоровый цвет лица становится ярко-красным. Я смотрю на свою кожу с отвращением, и мое отчаяние превращается в гнев. Я выбрасываю мочалку и умываюсь, мои глаза горят, а голова пульсирует. Выключаю душ и выхожу. Я хватаю полотенце и вытираюсь, подойдя к зеркалу. Ты беспомощная маленькая девочка, ты отвратительна. Я изо всех сил останавливаю слезы и выталкиваю ужасные мысли из головы. Я одеваюсь и вытираю оставшиеся слезы с лица, открывая дверь в ванную. Свет в спальне выключен, и я вижу, что Рихард уже в постели. Выключаю свет в ванной и иду к кровати, залезая под одеяло. Я жду, когда Рихард повернется и прижмет меня к себе, как всегда, но не сегодня. Я хочу рассказать ему все и заставить его понять. Все, чего я хочу, это чтобы он обнял меня и сказал, что все в порядке, чтобы ему было все равно, что у нас не было секса. В голове проносятся мысли о Рихарде, этом человеке, и Тилле… Я дышу легче, когда мысль о нем приходит мне в голову. Тилль проявил ко мне столько доброты сегодня вечером и спас меня от этого ублюдка. Все, о чем я могу думать, это его сильные теплые руки, обнимающие меня, когда я плачу. Затем я вспоминаю, как он взял меня за руку. Я снова и снова прогоняю свои мысли у себя в голове, пытаясь расшифровать его действия. Он просто пытался утешить меня, или его намерения были чем-то большим? Мне показалось, или Тилль что-то почувствовал ко мне? Я отмахнулась от этой мысли, вспомнив, как он сказал, что берет меня с собой только потому, что должен Рихарду. Но затем я думаю о том, как Тилль ушел, когда Рихард сыграл песню, которую он написал для меня. Он ревновал? Ух, я так запуталась. Миллионы разных мыслей и эмоций сейчас проносятся в моей голове, и мне кажется, что она вот-вот взорвется. Мне нужно немного воздуха. Я встаю с постели и смотрю на Рихарда, который не двигается. Он должно быть спит. Я надеваю кардиган, висевший над одной из моих сумок, и как можно тише выхожу из комнаты, закрыв за собой дверь. Я иду по коридору, направляясь к балкону снаружи. Вдруг я останавливаюсь. Я поднимаю глаза и вижу, что стою у двери Тилля. Я чувствую, как мое тело ноет, как оно жаждет войти в его комнату к нему. Мне нужно чувствовать ту же теплую привязанность, которую Тилль проявлял ко мне раньше. Я знала, что он может заставить меня чувствовать себя лучше. Я мечусь у себя в уме, идти ли к нему? Я чувствую, как моя рука поднимается и ложится на дверную ручку. Я хочу повернуть ручку и открыть дверь. Но меня останавливает звук шагов в комнате. Я впадаю в панику и убегаю за угол так быстро и так тихо, как только могу. Из-за угла я слышу, как его дверь открывается и снова закрывается через несколько мгновений. Я вздохнула с облегчением и продолжила свой первоначальный путь к балкону. Я выхожу наружу и закрываю за собой стеклянную дверь. Воздух морозный, но я не обращаю внимания. Я сажусь на холодный бетон, подтягиваю к себе колени и обнимаю их. Кажется, я могу сидеть так часами. За все время из моих глаз не скатилась даже и слезы. Я просто сидела и молчала, даже ни о чем не думая. Просто оцепенела. Я проснулась от звука сирен, вырывающихся внизу на улице. Должно быть, я задремала. Я смотрю на небо и вижу, как начинает формироваться слабый оранжевый оттенок. Почти утро. Как долго я была здесь? Я изо всех сил пытаюсь встать, застыв в том же положении, в котором сидела. Я пробираюсь обратно внутрь. Вижу комнату Тилля, но дверь почему-то открыта? Я не обращаю особого внимания на это и возвращаюсь в свою теплую постель. Рихард все еще в том же положении, в котором я его оставила, а я проскальзываю обратно под одеяло. Я хочу прижаться к нему, но моя замерзшая кожа наверняка его разбудит. Я достаточно близко, чтобы тепло мужского тела мгновенно согрело меня. Я хватаю подушку, чтобы прижаться к ней, чувствуя, как мои усталые глаза закрываются. прим. переводчика: *Да, песню Bаbe Рихард написал для своей дочери Киры, но автор при написании рассказа об этом не знал. Спишем все на художественность повествования -)