С чистого листа Ирминсуля

      Прошло уже пару часов как его подопечный вырубился. Бедо пока так и не понял, что конкретно произошло и как это называть, но пара дополнительных тестов заставили его поверить в то, что он не угробил дорогого друга самой богини мудрости. Это могло бы стоить ему жизни и парень уже начинал прокручивать в голове способы побега и сокрытия доказательств своей вовлеченности в это "преступление", но достаточно быстро себя прервал, чтобы окончательно не распаниковаться.              Тесты показали, что ток все еще есть, органы работают и все это состояние было похоже то ли на "спящий режим" то ли на "выключение от нехватки заряда". Учитывая внезапность, он сначала склонился ко второму, но затем вспомнил, что модели, которые они собирали с Голд, не могли просто так разрядится, учитывая, что питались они, по сути, от тончайших изменений энергии в артериях земли, которые пронизывали мир насквозь. Конечно, этот экземпляр мог быть собран на иных принципах, но пока для этого было мало доказательств. Ещё одной теорией могло быть, что механизм отключил себя сам, возможно даже неосознанно от какого-то внутреннего перенапряжения или угрозы жизни. Второго точно быть не могло, так как в пещере было весьма безопасно, а все детали функционировали (сколько бы раз Бедо не проверял, других результатов он не получил). Но вот первое. Первое начинало просачиваться в мысли алхимика, что тот начал шепотом вести с собой диалог.              – Он ходил сам не свой все эти дни, так. Весь какой-то загнанный в угол, тихий и нервный. Сам пришел ко мне на ремонт с неясной просьбой. Хорошо. Что из этого следует? – пока очень туго пытался заставить себя думать весь изнервничавшийся учёный.       Пока ни одной дельной мысли не пришло в голову, парень по привычке взял со стола какую-то писанину и решил почитать ее, на фоне мыслительного процесса, пока не понял, что взял то он не свою книгу или блокнот. Это была тетрадь принесенная Ситри, в которой по всей видимости были записаны конспекты со второй лекции. Первой там не было, было лишь пара трудно читаемых заметок на пол странички и все. А вот вторая лекция... Он ещё не видел таких аккуратных записей. Буквы были выведены четко, каждое слово было понятно сразу. Записано было абсолютно все, что сам лектор просил аудиторию записывать и даже больше. Но его восхищённый взгляд в один момент отвлекли рисунки на полях.              Звёзды. Четырехконечные, заостренные, вытянутые по вертикали, некоторые даже покрашенные жёлтым карандашом, который был видимо у кого-то позаимствован, судя по парочке недокрашеных на середине рисунков. Этими звёздами разных размеров были усыпаны все свободные места в тетради.       – О святой Барбадос, во что же он ввязывается… – шокированный от осознания уронил тетрадь на свои колени Бедо.       В мыслях лишь пронеслась улыбка Алисы, которая лишь закатывала глаза, когда парень провозглашал, что никогда не будет замешан в такой человеческой глупости как "любовь". Но теперь он влип по полной, без вариантов выбраться, так как и сам старательно давил в себе что-то похожее на "высшие чувства" все это время.        Немного отойдя от таких беззвучных откровений со спящим и выпив залпом чашку кофе, Альбедо придвинул кресло к кровати, в которую давно уже уложил и накрыл одеялом "своего" Ситри, и уселся рядом, положив свою руку на руку странника, чтобы сразу заметить, когда тот проснется. От стресса и стольких мыслей за один вечер блондина клонило в сон и постепенно, уже сломленный попытками держаться и дождаться пробуждения "механизма", парень начал засыпать, а его расслабленные пальцы вновь засветились мягким золотым светом.       Ситри снился приятный сон. Он и Госпожа Мудрости пьют чай в каком-то светлом помещении, улыбаясь друг другу и немного даже сплетничая о последних событиях. Стоп. Кусанали в его сне, архонт, который управляет снами во сне. Ему редко сняться осознанные сны, но тут скорее всего это случилось от осознания, что Нахида совершенно не плод его воображения.       – Залезть ко мне в голову чтобы получить новую информацию, умно Кусанали.       Девчушка лишь усмехнулась, а на её лице читалось что "попалась". Встав из своих качелей, она подошла к Страннику целуя его в лоб, проговаривая какие-то извинения, после чего он сразу же проснулся.       Из-за того, что механизм только что пережил что-то наподобие "перезагрузки", он абсолютно ничего не понимал, осматривая, где он сейчас находится и что происходит. Первым, что попалось на глаза был химик, который уснул возле него придерживая за руку. Он сжал ее немного крепче в своей, а свободной рукой кукла провела по волосам спящего. Походу все "настройки" так же сбились и ничего странного в этом жесте Кабукимоно сейчас не увидел. Волосы, которые на первый взгляд казались довольно мягкими, такими на ощупь и оказались.       – Бедо, что произошло? – в надежде, что ему ответят произнес в пустоту брюнет, вздыхая. Он абсолютно ни черта не понимал и не помнил, что произошло. Походу стоило заново сложить хронологию событий в голове, чем он займётся немного позже.

 ______________________________________

      Прозрачное небо, пронизанное тонкими нитями ветра, стелилось до горизонта. Все вокруг было устлано тысячами и тысячами незабудок, которых, казалось бы, сейчас было больше, чем должно их быть во всем мире. Где-то в далеке виднелся силуэт с описанными вокруг головы полями широкой шляпы, но не совсем привычной, а более простой сплетенной как будто бы жителем Мондштатского пригорода. Голубые ленты едва отличимые от цвета самого неба развивались, как бы махая и зазывая Альбедо к себе. Силуэт на другом конце поля улыбался широко-широко, жмуря свои глаза, заметные из далека только по черным ресницам. В руках его был большущий, перевязанный наспех красной плетёной веревкой, букет из этих самых цветов окутавших ковром все, до чего дотягивался чистый, пробирающий до костей, но так приятно греющий, свет. В голове была лишь одна мысль – подойти ближе.               И Бедо пошел. Сначала медленно, прогулочным шагом, по стройной извилистой желтовато-песчаной тропинке, держа руки за спиной и расправив грудь, наблюдая за движением облаков. Но силуэт все ещё такой далекий, теперь стал махать ему рукой, как бы подбадривая и заставляя ускорить шаг. Альбедо шел, затем шел быстрее, затем лёгкий бег, бег трусцой, бег с серьезной скоростью, как будто догоняя что-то неуловимое. А силуэт лишь стоял и беззвучно смеялся, дорога растягивалась, цель не приближалась.              Небо стало темнеть, его покрыли тучи, взявшиеся из ниоткуда, казалось, что теперь не было видно совершенно ничего. Стараясь бежать все быстрее, парень не заметил, как поле превратилось в темный лес с синеватыми хвойными деревьями, а незабудки – в светящиеся, ярко голубые лилии, которые давали хоть какой-то отблеск его летящим шагам в полную неизвестность. Силуэт исчез, теперь оставив за собой голос, доносящийся как будто со всех сторон и с ни одной стороны вовсе.       – Бедооо, ну сколько тебя ждать? Давай быстрее, сколько мне ещё стоять тут? Альбедо? АЛЬБЕДО?!       – "Лишь в самых отчаянных ситуациях ты взываешь к богу чаще чем положено. И лишь в полном отчаянии бог взывает тебя проснуться..."        Эта странная фраза, состоящая как будто бы из нескольких наложенных друг на друга голосов пронеслась в его голове, в полной темноте и тишине, за считанные секунды до пробуждения. 

 ______________________________________

      Парень до этого спящий откинувшись на спинку кресла, резко наклонился вперёд держась за грудь, и дыша, как будто бы на самом деле только что пробежал марафон. Его взгляд был напуганным, растерянным и размытым, смотрящим совершенно в никуда. Ему потребовалось пару минут, чтобы оклематься и начать замечать все вокруг. Первым, что он заметил, а точнее кого, был сидящий на кровати и очень сконфуженный Ситри, все пытающийся заглянуть в глаза Бедо с повторным вопросом о произошедшем. Альбедо сначала показалось, что он увидел перед собой призрака, начиная быстро вспоминать что было до того, как они оба "уснули". Отдышавшись наконец, потерев переносицу и неприятно зажмурив глаза, алхимик посмотрел на брюнета снова.        – Ну что, проснулся, спящая красавица?... – тяжело вздохнув и выдавив из себя улыбку произнес он.       Внезапно проснувшийся Альбедо заставил Ситри вздрогнуть, первые минуты тот сидел, глядя в никуда из-за чего какое-то беспокойство закралось в душе, но после улыбки с невинным вопросом все переживания будто исчезли, а на лице появился лёгкий румянец. После перезагрузки он казался себе чрезмерно чувствительным и растерянным, словно душой вернулся во времена Татарасуны.       – Проснулся... – выдерживая паузу брюнет отвел взгляд – Тебе приснился кошмар? – это было сказано слишком искренне для Кабукимоно, слишком искренне, что могло звучать даже фальшиво. Просидев буквально мгновение в тишине Скарамучча неловко встал на ноги, делая размеренные шаги, будто был не уверен умеет ли он ходить.              – Мне пора уходить. – подходя к столу он начал медленно натягивать на себя одежду с небольшими помутнениями в голове, единственное что он не нашёл это свою тетрадь, где же она могла быть? Скара точно помнил в отрывках памяти, что оставлял её тут, оглянув комнату он заметил, что теперь она лежала на прикроватной тумбе, из-за чего в его голове закрались мысли, что её явно открывали и читали, а значит видели все-все его рисунки. Переводя свой взгляд полный беспокойства на Бедо, который, кажется, всё ещё пытался оклематься ото сна, он подошёл, забирая свою заветную вещицу.       Хоть вопрос Ситри прозвучал искренне, странника то ли не интересовал ответ, то ли он все еще был не совсем в себе. Альбедо, хоть и склонялся к первому по старой привычке и первому впечатлению о характере, но решил все-таки подумать о втором, замечая, как неуклюже и все еще сонно выглядела походка парня, старавшегося удалится из помещения. Встав с кресла и парой быстрых шагов догнав Ситри, он осторожно взял его за запястье не давая уйти.              – Стоять. Ты хоть видел себя сейчас? Мне лучше проводить тебя хотя бы до клеверной линии, а то с таким туманом в голове тебя точно прибьет током какой-нибудь маг бездны. Мне уже хватило головной боли с тобой сегодня...       Хоть Бедо и говорил, как будто бы отчитывая парня, но интонация была куда приятнее обычного, мягкой и даже заботливой. Он отпустил руку брюнета и пошел рядом с ним, как бы напоминая ему дорогу в предрассветной темноте.              От свежего воздуха из головы вышла почти вся тревога и обо сне, и о поломке Ситри, так как парень уже составил теорию о том, что же все-таки произошло. Это был "обморок" от переизбытка эмоций и излишней нервозности, в которую себя загнал "механизм". В порядке вещей у многих руинных роботов отключать себя, когда они восприняли слишком много информации или получили слишком много элементального урона. Процессоры перегружались, и чтобы переварить информацию и проанализировать ее, большинству требовалось как минимум пара минут отключки. Но вот, что конкретно накрутил в своей голове "его механизм" было не до конца понятно, хоть смутные предположения и просачивались сквозь рушащуюся блокаду, защищавшую Альбедо от лишних мыслей. Разговор про все это скорее всего придется отложить на долго, или как минимум на некоторое время, так как было известно, что парень не заговорит в ответ, даже если блондин постарается не давить на него.       – И да, можно сказать, что мне приснился небольшой кошмар. Было не страшно, просто тревожно и необычно. – вздохнув он все же ответил на ранее заданный вопрос.