следующим летом меня не будет

      «Если суицид это слабость, то окей я —слабый. После стольких лет суицид это как выход из ежедневных испытаний, которые выдержит не каждый. Я причиняю себе вред и мне в кайф всё это. Я псих, никакой из меня ангел. Сами говорили, что я сломанный. Получите!» *** Соня Скоро осень. На улице постепенно желтели и опадали листья, асфальт был покрыт сырой листвой, повсюду грязь и слякоть. Унылое и нелюбимое время года для Сони — девушки, заканчивающей 11-й класс. Впереди экзамены и вся прочая ерунда. Страдания ради воображаемого счастья… Какой ужас. Лучше сразу умереть — меньше проблем и забот. София была тревожным человеком: в любой момент могла начать накручивать себя. Из-за проблем с сердцем она носила часы, измеряющие пульс. При превышении нормы они начинали противно пищать, предупреждая об опасности. Но порой сердце не выдерживало сильной нагрузки и могло остановиться. Несмотря на риск, Соня часто снимала часы в школе и в людных местах: писк пугал окружающих, а её саму — ещё сильнее. Когда тревога длилась слишком долго, сердце болело невыносимо. Мешало ли это в повседневной жизни? Да, и ещё как. Соня ненавидела свою жизнь: у неё не было возможности по-настоящему выражать эмоции. Она просто не знала, как это делать. Никто даже не подозревал, что задира Соня на самом деле не умеет искренне улыбаться, плакать или злиться — лишь искусно имитировать. - — Доброе утро всем, — поприветствовал класс Арсений, заходя в кабинет и начиная урок истории. В тишине послышались всхлипы. Попов сразу заметил это. — Что случилось? — обратился он к отличнице Полине, которая прикрывала лицо руками. — Полина спорила с Соней, и та ударила её, — донёсся голос из глубины класса. — Соня! Вышла из класса и жди меня! Понятно?! — резко сказал Арсений. С этой девочкой нужны нервы и терпение, а он не собирался их тратить. — Да, — бросила Соня с показной злостью. На деле же её охватил страх. Сердце забилось быстрее, в глазах то темнело, то светлело. Выйдя из класса, она ждала, когда появится Арсений Сергеевич для воспитательной беседы. Через несколько минут учитель истории вышел в коридор. — Ты зачем её ударила? — зло прошипел он, вжимая девушку в стену и стараясь припугнуть. — Она ужасная выскочка! Я просто поставила её на место, так сказать, спустила с небес на землю, — возмутилась Соня. — Это не так. Всё сама придумала, а теперь ещё и врёшь, — Арсений не верил ни единому её слову. Эта девчонка позволяла себе слишком многое.Через некоторое время учитель истории вышел в коридор. — Объясни сначала, из-за чего вы вообще поссорились, — сказал Арсений строгим, но сдержанным голосом. — Она меня спровоцировала! — вспыхнула Соня. — Эта выскочка всё время ведёт себя так, будто она лучше всех! Я просто поставила её на место, так сказать, спустила с небес на землю. Арсений тяжело вздохнул и посмотрел на девушку пристально: — Соня, это не оправдание. Ты сама себе всё накрутила. А теперь ещё и врёшь в лицо. — Его голос стал холоднее. — Нельзя позволять себе настолько много.— Я не знаю, что с тобой делать. Ты невыносима. Я больше не собираюсь разбираться в этой ситуации. Забирай свои вещи и иди к директору. София, ещё одна такая выходка — и я приму меры наказания. — Наказания? — фыркнула София, глядя ему прямо в глаза и стараясь казаться смелой. — И какие же это будут наказания? — Какие? О-о… Теперь каждый раз, когда я узнаю, что ты опять ссорилась или причинила кому-то вред, ты останешься после уроков на дополнительные занятия по истории. И поверь, мне не жалко своего времени, если это поможет тебе стать лучше. — Вы меня раздражаете, Арсений Сергеевич. Но ладно, если вы так уверены, что победите — вы глубоко ошибаетесь, — холодно ответила девушка, собрала свои вещи и направилась в кабинет директора. *** Когда Соня вернулась домой после неудачного дня в школе и «замечательного» часа у директора, а затем и у школьного психолога, измученную, молчаливую девочку наконец-то отпустили. Открыв дверь ключом, она вошла в тихую и холодную квартиру — словно здесь жили лишь призраки. План квартиры был прост: трёхкомнатная. В одной спальне обитали её младшие братья-близнецы, Никита и Максим, младше Сони на целых тринадцать лет. Они были ей почти родными… почти. Отчим Володимир появился в их жизни, когда девочке было двенадцать. Никто не спросил, нужен ли ей новый «папа». А по закону подлости вскоре мама получила «подарок» — двух «прекрасных» мальчиков, которых обожала вся большая семья. В семье Сони были мама, её старшая сестра, младший брат и ещё живая бабушка, жившая по соседству. В детстве Соня жила в просторном доме, который её дедушка получил за отличную службу в милиции. Когда маме было шесть, они переехали туда. Потом мама встретила её отца, Игоря, в том же посёлке в горах. Они поженились, и вскоре появилась Соня — с «благородным» именем София. Но счастливой их семья не была: родители развелись ещё до того, как Соня пошла в школу. Она почти не вспоминала это прошлое — пыталась, по крайней мере. Теперь у неё была собственная комната, которой пришлось ждать целых семнадцать лет. С тяжёлого позволения отчима Вовы она установила замок на дверь, и теперь щелчок означал: её «храм» в безопасности. Комната Сони была далека от идеала. Вместо нормальной кровати — старый диван без подлокотников, подушки упирались в голую стену. Рядом стояла небольшая тележка на колёсах, которую она собрала сама и купила на свои деньги. Внизу лежали книги, которые «безэмоциональная», как она сама себя называла, девочка любила читать. На второй полке — влажные салфетки, таблетки, наушники, коробка со свечами, мусорные пакеты, маникюрный набор. На верхней — спрятанные альбомы с пятнами её крови, металлическая коробочка с лезвиями и долгожданные акварельные маркеры, которые она любила всем сердцем. Ближе к другой стене стоял шкаф с одеждой, а на открытых полках — канцелярия. На дверцах висели её кепки и сумки. Соня упала на диван, закрыла глаза. Голова кружилась, хотелось спать и забыть весь этот кошмар. Когда тебя постоянно выбирают худшей, ты и сам начинаешь в это верить. От этой мысли к глазам подступили слёзы. Было неприятно, больно, несправедливо — когда всю личность судят по внешности. «Я даже не пыталась подняться наверх, — думала она. — Если тонешь — то тонуть до конца. Жизнь не стоит борьбы». - Проспав в неудобной позе больше двух часов, Соня проснулась недовольной. Серёжки натирали чувствительные уши. Сняв украшения, она посмотрела на чёрный футляр с очками в серебристой оправе, идеально подходящей её бледной коже. Почему она их не носит? Да потому что боится — новая волна насмешек неизбежна. В зеркало было невыносимо смотреть — видеть там своё ничтожное отражение. Руки дрожали. Соня достала пачку сигарет из рюкзака и вышла на балкон. Чтобы заглушить навязчивый голод, закурила. Горький дым заполнил лёгкие, и, выдыхая, она представляла, что выпускает вместе с ним тревогу, унижения, голод, тоску. С каждым вдохом наполнялась спокойствием и уверенностью. Так исчезли две сигареты из её «Marlboro». Голод и тревога отступили. Теперь можно было садиться за домашние задания. Она взяла книги и тетради, легла на живот и начала с ненавистной математики. Слова ещё можно было понять, но формулы оставались для неё пустыми знаками. После долгих мучений с алгеброй и геометрией домой вернулись родители с работы и принесли близнецов. На часах было ровно восемь вечера. Вскоре начнётся ужин, и Соня, как всегда, соврёт, что поела на прогулке. Иногда её тревожило, что родители могут заметить сухие следы воды в раковине. Она заранее придумала оправдание: «Я вытерла насухо». Затем были задания по истории: параграф, вопросы, поиски ответов в учебнике. Потом час литературы и личная оценка произведения в отдельной тетради, которую она никому не покажет. В интернете Соня нашла краткий разбор и переписала его, как ответы по истории. Наконец всё было готово. Завтра после школы ей нужно было сразу идти в кафе на смену. Она собрала в рюкзак сигареты, книгу, зарядку, провод и пауэрбанк. В маленьких карманах — гигиеническая помада, влажные салфетки, антисептик и подставка для телефона. Для школы — тетрадь, которую она выдавала за основную. Готово. Оставалось лишь подготовить одежду на завтра и лечь спать. Это значило принять снотворное и пролистать соцсети. Через час она поставила будильник, чтобы телефон не разрядился. Старый Xiaomi ещё работал, пока Соня копила на новый.