следующим летом меня не будет

But I know just what I do "Angel" he calls me Does he know that I'm falling From a precipice that I tripped off long ago "You're so pure" he says Does he knows I'm forsaken (the fruits - Paris Paloma) *** Соня Сонливость тяжелым якорем падала на мозги Софии. Будильник громко кричал в ухо, обозначая восемь часов. У нее было всего 30 минут на сборы. Взяв одежду относительно подходящую к сегодняшней погоде, девушка схватила рюкзак, надела серьги, браслет и одно кольцо — под настроение — и вышла в коридор. Но забыла взглянуть на улицу: небо затягивалось облаками. В голове снова кружилось, и оставалось лишь закрыть глаза, чтобы упасть обратно в блаженный сон. В коридоре было тихо — каждый занимался своими делами. Банально почистить зубы было тяжело; девушка избегала этой процедуры. Куда-то были грязными, их стоило хотя бы протереть влажной салфеткой, но ни сил, ни желания на аккуратность не было. Накинув сверху легкую ветровку, она взяла грязную обувь, схватила связку ключей и вышла из квартиры. Вчера она забыла снять со связки кошелек — тонкий картхолдер, где лежали две банковские карты и рецепт на антидепрессанты. На улице дул неприятный холодный ветер, но хотя бы мерзкого солнца не было видно. Сейчас у девушки было два варианта, как добраться до школы: сесть на старый автобус через центр с пробками до вокзала или пройтись 15 минут пешком к более современному большому автобусу по объездной дороге без пробок. Был еще риск не получить сидячее место в большом автобусе, а голова не переставала кружиться, поэтому выбор пал на вокзальный автобус. Через десять минут Соня заняла свободное место у окна, так как эта остановка считалась конечной. В одном из карманов штанов были наушники; она вставила один и включила TikTok на телефоне, получая свежую информацию о внешнем мире. Некоторые «невежливые» люди оглядывались и зло смотрели на неё, замечая её наряд, который был скорее неформальным. Глаза закрывались в сонном тумане. На нужной остановке София зашла в магазин и купила батончик и банку энергетика для бодрости. И снова ей нужно было идти вверх по склону, чтобы добраться до ненавистного учебного заведения с неприжмёнными, некомпетентными, старыми учителями и такой же устаревшей программой. Школа как всегда выглядела убого, хотя, по данным информации и в интернете, она была построена после распада СССР, но внешне и внутри оставалась полностью советской. Об отоплении было странно думать: как школа могла официально принимать и учить детей? Отопление осуществлялось отдельно — дровяная «коптильня» поставляла топливо на холодный период. Достаточно ли было тепло в школе? Конечно, нет. На первых этажах дети не могли спокойно снять куртки и сидели в них, тянуясь к батареям. На верхних этажах было теплее, но всё равно достаточно холодно, чтобы снять верхнюю одежду. На часах в классе было 8:58 — скоро прозвенит звонок на урок алгебры, затем история и геометрия. Большинство класса присутствовало, пока не началась новая эпидемия простуд из-за одного идиота, пришедшего больным в школу. Математику вела Ольга Йосифовна — старая, предвзятая к внешности, которая не любила по-настоящему учить детей. Она давно должна была уйти на пенсию, но нового учителя никто охотно не искал. Учила она ужасно: сначала объясняла высокомерными словами теорию и простые примеры, а затем давала более сложные, которые класс должен был решать самостоятельно. Большинство с задачами не справлялось. Сегодня было чертовски холодно, и даже погода, которая обычно поднимала настроение, не помогала. В животе урчало, но Соня игнорировала голод. Войдя в кабинет математики, её кожа покрылась мурашками. День обещал быть плохим. Она голодна, замерзла, устала и сонлива. Сев на привычное место на задней парте, достала тетрадь и накинула на голову капюшон. Наушник в ухе — и можно слушать лекции или подкасты о страшных болезнях. Медицина всегда интересовала девушку. Урок начался. Все пытались выглядеть сосредоточенными и готовыми к математическим «пыткам». Девушка спокойно могла прятаться за высоким одноклассником — она даже не знала, кто он. Возможно, новичок или постоянный посетитель 11А. София даже не заметила, как её трясли за плечо после пары уроков. Тяжело вздохнув, ждала приговора за сон на уроке, но нет — её разбудила незнакомая девушка. — Доброе утро, солнце, как спалось? — спросила она. — Вы кто? — зло ответила София. — Если все внимательно слушают, я начну, — спокойно произнесла незнакомка, идя к доске. — Я Ирина Викторовна. Ольга Йосифовна скоро уходит на пенсию, и я буду преподавать математику у вас. Вы должны были познакомиться со мной позже, но я не могла вытерпеть увидеть своих новых «друзей». Хотя девушка не доверяла Ирина Викторовне, последние слова казались ей ужасными. Соня ненавидела прикосновения — это всё отвратительно. Когда её касались, она пыталась принять лучшие решения «чтобы смыть с себя грязь». Интересно, пожалуется ли новая учительница Арсению Сергеевичу, что Соня спала на уроке. Голод никуда не исчез, поэтому решение найти что-то поесть было принято, но воспоминание о столовой еде заставило отказаться. Но всё равно придётся идти к «любимому» историка, ведь учащиеся обязаны быть на уроке именно в кабинете. Взяв рюкзак, девушка направилась в кабинет истории. Она любила историю, но через Попова её ненавидела в школе. Он «портил» предмет своей личностью, но внешность и голос приятны — слушать его приятно. Возможно, даже влюбиться… Но нет, София не сделает этого. Она уже спланировала своё будущее… точнее, его отсутствие. Кабинет был открыт, она села на место. Сердце билось быстрее — вчера она была так близко к Попову и даже покраснела. На уроке в класс вошел Арсений, опрятный, с аккуратно уложенными волосами и мягкой улыбкой. — Здравствуйте, класс. Сначала поговорим о вчерашнем конфликте. София, ты должна написать реферат на тему «Антическое наследие» и на следующем уроке напомнить нам о пройденной теме. Это справедливо? — спросил он, надеясь не вызвать негативных эмоций. Соня удивленно посмотрела на него. Она не могла спорить и кивнула. — Хорошо, спасибо, — мягко произнес он, улыбаясь, а затем вернулся к строгому виду. — Начнем новую тему. Она важна и займёт несколько уроков. Вторая мировая война шла с 1939 по 1945 год… — говорил Арсений Сергеевич, но София не слушала, ведь раньше изучала эту тему самостоятельно. Она рисовала в тетради и слушала музыку, когда услышала своё имя. — Когда началась Вторая мировая война? — строго спросил он. — 1 сентября 1939 года, — неуверенно ответила она, стараясь быть точной. Она хотела добавить детали о нападении Гитлера на Польшу, но могла ошибиться. — Правильно, молодец. Большинство могли подумать, что война началась 22 июня 1941 года — это начало Великой Отечественной войны, когда Германия нарушила договор с СССР и напала на него, — продолжил он. Соня была удивлена похвале. В этот момент она заметила, что отличница Полина смотрит на неё ревниво. Почему? Она ответила неправильно или любила Арсения. Большинство одноклассниц влюбились в молодого учителя. София тоже проявляла симпатию, пока он не накричал на неё за конфликт с другим учителем. Урок прошел спокойно, но она нервничала, когда он часто её спрашивал. На перемене София проходила мимо учительской, где увидела Попова и Ирину. Она проявляла к нему знаки внимания, и Софии было неприятно видеть одностороннее ухаживание. Её одноклассники постепенно возвращались в класс, игнорируя Соню. Прозвенел звонок, и в класс вошла Ирина Владимировна. — Снова привет, мои дорогие ученики, — начала она сладким голосом. — Сегодня я проведу два урока геометрии. Давайте познакомимся, — продолжила она. На первом уроке она читала имена и рассказывала, как будут проходить занятия. На последнем уроке решила проверить знания учеников, вызывая их по очереди. — София, выйди к доске. Покажи, как найти площадь треугольника, если известны его стороны: a=5, b=7, c=8. Девушка неуверенно взяла мел и начала записывать сказанное. Но дальше не знала, что писать. Она стояла, молча унижая себя своей тупостью. Руки дрожали, сердце билось быстрее, мышцы ныли. Слышался тихий шепот и смех одноклассников. — Ну, София, это совсем не сложно… возможно, твои одноклассники помогут? — сказала учительница, но София слышала лишь смех и насмешки. — Конечно нет, она никогда не была нашей одноклассницей, перевелась посреди года и ещё тупая выскочка! — крикнул Сергей, один из «весёлых» и «остроумных» парней. София сдержалась; неприятно жгло в сердце, глаза слезились. — Он прав… я ноль в математике, но лучше разбираюсь в гуманитарных науках и медицине. В отличие от него, эта бедняга не может позволить себе купить даже куриные мозги, — дерзко сказала она, опуская мел. Урок закончился. Соня схватила рюкзак и побежала к туалету, но остановилась от сильного сжатия мышц горла и сердца. Едва дыша, собралась с силами, дошла до кабинета и скрылась в последней кабинке, плача и панически дыша. Всё темнело на краях зрения, тело обжигало жаром, словно под кожу влили кипяток. Слёзы текли по щекам, падали в выемку между скулами. — София? Ты в порядке? Тебе плохо? — мягко спросил знакомый голос. Это точно был он? Он не мог войти в женский туалет… Сердце кололо с каждым ударом, каждый ощущался как покалывание.