Шанс на искупление

      Древо с густой листвой заботливо прятало пятипалую охотницу в своих объятиях. Она сидела на широкой ветви, оперевшись спиной в грубый шершавый ствол, и перебирала в руках растрепанные косички. Неподалеку стоящий деревянный барак ожил, наполняясь смешками и возгласами «проснувшихся» аватаров. Скрип отворившейся двери привлек внимание Ша’ад, она замерла, навострив ушки, и пыталась разглядеть, сквозь листву, выходящих из строения синих работников RDA. Их было восемь. Сноходцы были одеты в гражданскую одежду: майки, футболки, легкие ветровки, шорты, брюки. Проходящие, в буквальном смысле, под задницей притаившейся ночной гости, аватары, непринужденно общаясь, двигались в сторону бетонного здания. Ша’ад слушала их заглушающиеся, в шелесте листвы, голоса. Вновь, оставшись наедине со своим оружием, и убедившись, что группа работяг удалилась, женщина аккуратно, не издавая звуков, спустилась на несколько ветвей ниже, чтобы оценить текущую обстановку. Уперевшись ногой в выступ на стволе, и зацепившись руками за крепкие ветки, женщина оглядывала территорию тренировочного пункта: всюду разросшиеся кусты, деревья и высокая трава, вышка с канатами и деревянный корпус. Ничего нового взору так и не открылось. Остановив взгляд на бараке, охотница услышала приближающиеся мужские голоса. Моментально поднявшись на прежнюю высоту, женщина вооружилась луком, выжидая посетителей. – Собственно, вот тренировочный центр, – донесся до ушей Ша’ад, шепелявый голос мужчины. – Центр?… конечно, сильно сказано, – иронично подметил второй, чей голос так жаждала услышать охотница.       Отведя взгляд в сторону, и расслабив тетиву лука, женщина тряхнула головой, будто отгоняя назойливого москита. Она чуть наклонилась, в попытке увидеть сквозь ветки подошедших мужчин. Сердце пропустило удар, когда глаза зацепились за знакомую татуировку на синем плече. Тело задрожало, легкие накрыло секундным спазмом. Он здесь. Совсем близко. В сопровождении безоружного человека. Слишком соблазнительно. Придя в себя, женщина убрала лук и замерла, слушая разговор полковника и доктора. – Чем богаты, как говорится. Тут у нас корпус для аватаров-полевых, а это строение для отработки навыков древолазания и скалолазания.       Полковник угукнул и пошел к вышке, с которой свисали канаты, сетки и крепились выступы, имитирующие скалу. Мужчина в белом халате остался стоять на месте. Реком, надолго лишенный возможности тренироваться, да и, в целом, двигаться, как ребенок начал изучать учебный объект. Обойдя вокруг него два раза, Майлз принялся вскарабкиваться по выступам к площадке наверху. Кряхтя и скалясь, он достаточно быстро взобрался на вышку. Смахнув с лица выступившие капли пота, полковник глубоко вдохнул воздух и оглядывал полянку свысока. И без того, по сравнению с Куоритчем, Лантан сейчас выглядел, как вошь, которая сидела на деревянном крыльце барака. Прыснув от шутки, которая пришла в голову рекома, он поднял взгляд на кроны деревьев. «Твою мать, это глюки?», прогремело в мыслях рекома, когда он увидел в листве ближайшего дерева лицо пятипалой охотницы. Ее светящиеся зеленые глаза, приоткрытый от удивления рот, дергающиеся ушки, она будто сама не верила своим глазам. Майлз, отвернулся, ища глазами Лантана, который ушел с крыльца. Женщина сидела, обхватив ветки ладонями, не издавая звуков, лишь часто моргала, разгоняя по глазам подступающие слезы радости. Увидев Оскара, выходящего из барака, полковник вернул взгляд на свой мираж, который оказался реальностью. Он приложил указательный палец к губам, чуть наклоняя голову. Ша’ад кивнула, двигаясь ближе к стволу дерева, на суку которого висел лук. – Доктор, сколько у меня еще есть времени? – внезапно раздался голос рекома. – Еще минут сорок, сэр, – спешно ответил Оскар, располагаясь вновь на больших ступенях.       Реком быстро перебирал в голове всевозможные варианты для побега, пока  его бегающий взгляд не привлек блеск наконечника стрелы, показавшийся среди дрожащих листьев. Майлз быстро замотал головой в отрицательном жесте, понимая, что женщина хочет убить доктора. Свист. Хриплый вздох. Лантана прибило стрелой к ступеням. Под телом стремительно разрасталась лужа алой крови. Слышалось приближающееся хлопанье крыльев. – Чего ты ждешь, Майлз? – выбил голос охотницы полковника из глубины своих мыслей.       Вернув на нее взгляд полный шока, он разбежался и прыгнул в листву, царапаясь о выступающие навстречу ветки. Ша’ад уже надела подсумок и помогала подняться рекому, который повис руками на, накренившийся под их весом, ветке. В ушах гремели удары сердца, картинка словно плыла перед глазами. Спешно забравшись на ветку, полковник на секунду прижался к охотнице, которая тараторила слова о необходимости торопиться. Он напоследок глянул на распластанное, на деревянной лестнице тело, прежде чем двинуться по веткам в сторону забора-рабицы.       До заветной свободы Куоритча отделяло около семи метров прыжка. За забором, среди стволов деревьев и кустарников, мелькал серо-голубой силуэт Булана. – Давай, Майлз, – громко вздыхая, произнесла женщина, касаясь ладони полковника, который мотал головой из стороны, в сторону оценивая ситуацию.        Вернув взгляд на охотницу, он положил свою большую ладонь на ее щеку и, произнес, заглядывая ей в глаза: – В меня вшит датчик передачи местоположения, куда бы я ни спрятался, они найдут меня.  – Не найдут, – уверенно сказала Ша’ад, вспоминая про свойства Источника Душ, – мы полетим туда, где они не смогут тебя выследить, поверь мне.       Полковник расслабил лицо и глянул вниз за забор, примерно представляя траекторию прыжка. Присев, он резко оттолкнулся от засыхающей ветки, и, помогая хвостом, устремился в зону свободы. Врезаясь в листья и лианы, он шумно приземлился, кувыркнувшись вперед, едва не врезавшись в ствол крупного дерева.  Следом прыгнула Ша’ад, ловко зацепившись за лиану, она мягко приземлилась рядом с рекомом. Из-за дерева показалась морда икрана. Женщина погладила его голове и, прошептав ему хвалебные слова, принялась крепить к седлу подсумок и лук. Закончив, она взобралась на спину Булана, создавая связь, и закрепила костяные серпы на поясе набедренной повязки. Полковник, не теряя времени, пристроился сзади, обнимая правой рукой талию Ша’ад. В животе обоих накатила волна теплоты. Она обвила хвостом торс Майлза, прежде чем взмыть в небо. Не привыкший к такому весу икран, устремился вперед, раскачивая поочередно крыльями вверх-вниз. Выбежав на более-менее чистую от густой растительности поляну, он медленно взлетел в небо. Отдалившись от «Голубой Лагуны», послышался, режущий слух, сигнал тревоги. Прижавшись к спинному щиту Ша’ад, полковник закрыл глаза, представляя переполох на базе, когда обнаружили нанизанное, словно на шампур, тело доктора. Охотница, почувствовав давление на живот, положила свою ладонь поверх руки полковника, поглаживая его пальцы. Женщина направила банши в сторону парящих гор Тантала, чтобы поскорее сбить сигнал от передатчика Куоритча.       Полет был медленным и молчаливым. Майлз сдерживался, чтобы не начать расспрос, но одергивал себя, понимая, что спасительница думает о полете и желании поскорее скрыться. Было уже далеко за полдень. Пролетая над Экваториальным морем, пятипалая охотница и предатель родины могли бы стать идеальной целью для уничтожения, но погони, на удачу, не было и в помине. Почувствовав очередное вздрагивание банши, Ша’ад направила его на ближайший островок, чтобы сделать передышку. После приземления, женщина зашла в воду, вглядываясь в горизонт. – Мы уже рядом, – тихо произнесла она, сделав козырек ладонью, продолжая смотреть вдаль.       Куоритч сидел на песке,  рассматривая ее силуэт: крепкие мускулистые плечи прятались под панцирными наплечниками, из под желто-зеленого доспеха вытягивалась тонкая талия, красивые плавные линии ее соблазнительных бедер, медленно виляющий хвост рисовал перевернутую восьмерку; черные, словно смоль, волосы ласково тревожил морской ветерок. О, Эйва, как он мечтал снова увидеть ее сладкое тело. Момент их неловкой страсти возле водопада, он прокручивал с упованием. Погрузившись в непристойные мысли, полковник закусил губу, прокалывая ее острым клыком. Шикнув от внезапной боли, он вытер выступившую кровь тыльной стороной ладони. Уловив звук, пятипалая охотница обернулась. Полковник поднялся с песка и направился к ней, снимая тесную борцовку. Ша’ад улыбнулась одним уголком губ, скользя взглядом по переливающимся мышцам. Реком подошел к ней и обнял, зарываясь лицом в черных вьющихся волосах. Женщина ответила тем же, уткнувшись носом в мускулистое плечо. Долгожданный момент объятий. Стоя на песчаном берегу, в теплой воде, в свете закатного Солнца, двое влюбленных прижимались друг к другу, сохраняя этот миг навсегда в своей памяти. – Осталось еще немного? – прошептал полковник, глядя на спокойное волнение моря.       Охотница кивнула и прижалась еще сильнее к рекому, прежде чем вернуться к Булану, который уже ловил рыбу вблизи острова.

***

      Последняя вспышка и Солнце скрылось за силуэтом голубого гиганта. Подлетая к каменистому утесу, Куоритч осматривал пейзажи новой для себя локации: серо-черные скалы начинали излучать сияния розовых, зеленых и голубых цветов, высокие пальмы заливались узорами из ярко-бирюзовых линий, бутоны цветов алели и краснели, привлекая желто-оранжевых мотыльков; каменные кольца заботливо охраняли покой светящегося леса и уберегали Тантал от незваных гостей.       Булан начал маневрировать среди парящих гор, изредка проносясь под водопадами, обрызгивая водой своих пассажиров, которые от этих действий заливались смехом. Майлз с особой нежностью убирал с лица Ша’ад прилипшие прядки и аккуратно расправлял ее волосы, дабы они не запутались. Женщина взяла рекома за руку и мотнула головой в сторону приближающейся, уходящей вверх, цепи парящих скал, вершина которой уже сияла фиолетовым цветом. По мере приближения к месту «икс», полковник шире раскрывал глаза и открывал рот, теряясь от восхищения этим прекрасным местом. Булан из последних сил возносил полковника и охотницу на вершину, открывая их обзору великолепный вид ночного Тантала. Наконец-то приземлившись на парящую гору, на которой произрастал Источник Душ, банши чуть было не сбросил со спины своих пассажиров. Ступив на землю, полковник, не скрывая восторга, оглядывал это священное место. Ша’ад, тем временем, снимала седло с Булана, чтобы тот спокойно поохотился и отдохнул после такой тяжелой  дороги. «Просто ахуенно красиво! Это точно все не нарисовано?», звенело в мыслях у рекома. Он обернулся в сторону пятипалой охотницы, расплываясь в улыбке: – Я в шоке! Это невероятно, – воскликнул он, расставляя руки в стороны и закидывая голову назад, устремляя взгляд в ночное звездное небо.       Женщина стояла в стороне, давая полковнику вдоволь налюбоваться красотой этого места. – Это самое священное место, – осторожно сказала она, дабы не отпугнуть восторг Куоритча, – здесь ты сможешь навсегда лишить людей возможности найти тебя. – Дело в электовихре? – спросил он, приближаясь к женщине. – Все верно. Он тут мощнее всего. Сноходцы, которые раньше с нами жили, рассказывали, что любая человеческая техника, которая сюда попадает бесповоротно выходит из строя.         Внимание полковника вскоре привлекло Древо-прародитель, которое было под куполом из каменных колец. Проследив за взглядом рекома, Ша’ад взяла его за руку и потянула в сторону Источника Душ. Воздух вокруг него будто еле слышно гудел. В один момент реком схватился за голову, почувствовав секундную острую боль в затылке. Будто что-то щелкнуло в черепе. Ощущение, как быстро возникло, также быстро и утихло. Женщина, приложила ладони к его обнаженному торсу, пытаясь понять причину такой реакции Майлза. – Все в порядке, – успокоил он Ша’ад, возобновляя шаг. Источник Душ светился ярко фиолетовым цветом, вокруг, переливающихся белым, ветвей кружили Atokirina, звуки вокруг будто стихли. – Источник Душ, – протянула охотница, поднимая голову вверх, –  объединяющий все, что когда-либо было создано Эйвой. Далеко не каждому дается возможность видеть его, прикасаться, создавать связь…        Ша’ад оборвала свою речь, почувствовав, как лоб Куоритча коснулся ее затылка, а его сильные руки легли на плечи. Плавным движением, он развязал узелок, крепивший спинной щиток брони женщины. Он упал на землю с глухим звуком. Охотница громко втянула воздух, ощущая легкие касания полковника на своей спине, когда он развязывал все крепления доспеха. Один за другим, элементы панцирной брони падали в траву, оставляя охотницу лишь в набедренной повязке. Аккуратно сложив все элементы доспеха в кучу, полковник обошел Ша’ад, оглядывая ее почти нагое тело. Скользнув, полным желания, взглядом по затвердевшим соскам, Майлз прикоснулся кончиками пальцев к шее охотницы, заставив ту вздрогнуть. Он подошел к ней совсем близко, испепеляя взглядом ее расслабленное лицо. Реком нежно коснулся губ Ша’ад, проводя ладонями по ее мягким волосам. В животе женщины приятно тянуло, ее сбитое дыхание щекотало лицо полковника. Оставив напоследок поцелуй на губах, Майлз начал ласкать шею охотницы, а затем ключицы. Она запрокинула голову назад, сладко постанывая и массируя голову Куоритча. Когда его губы жадно впились в грудь, Ша’ад, теряя равновесие, сделала шаг назад, ненадолго разрывая связь между губами полковника и соском. Он, крепко ее ухватив за спину, продолжил истязать женщину ненасытными поцелуями, изредка прикусывая кожу острыми клыками. Опускаясь на колени, реком усеивал нежными касаниями губ животик охотницы, которая сильнее вцепилась в волосы мужчины. Стянув ее набедренную повязку, его взору открылась желанная часть тела. Чуть наклонив вперед таз охотницы, и, закинув ее правую ногу себе на плечо, Майлз припал к лону Ша’ад. Скользнув влажным языком между солоноватых губ, он начал кружить вокруг головки клитора, заставляя пятипалую охотницу чуть ли не кричать от удовольствия. Тело дрожало, ощущая невероятно приятное чувство, которое зарождалось между ее ног. Пытаясь удержать извивающуюся от наслаждения женщину, реком усиливал напор, доводя ее до оргазма. Покрывшись мурашками, Ша’ад прогнулась в спине и раскрыла рот в немом крике, прижимая голову полковника к пульсирующей точке между своих ног. Он опустил руки на ее ягодицы, сильно сжимая их, и проникал языком внутрь, выбивая из охотницы весь трезвый рассудок. Полковник поднялся, вытирая ладонью горячие соки Ша’ад с губ и подбородка. Она стояла с полузакрытыми глазами и тяжело дышала, пытаясь переварить произошедшее. Не успев опомниться, охотница оказалась  на руках Куоритча, который шел еще ближе к священному Древу. Опустив женщину на мягкую траву около корней, он поцеловал ее, полностью снимая повязку с бедер. Отстранившись, он оглядел ее свысока, любуясь вздымающейся грудью и мерцающими точками по всему телу. Ша’ад поднялась на колени, оказавшись лицом к выпирающему из штанов Майлза бугру, и принялась расстегивать плотные брюки, чтобы наконец-то дать свободу, горящему от дикого желания члену. Справившись с этой задачей, женщина прикоснулась к его выступающим венкам, чувствуя, как вновь намокает ее лоно. Полковник опустился на корточки, заглядывая в глаза охотнице, будто спрашивая: «Ты готова?». Охотница взяла полковника за предплечье, поднимая за собой и повернула, чуть надавив на плечи, чтобы тот сел между корней, уперевшись в ствол дерева. Ша’ад потянулась за своей косой. Майлз интуитивно повторил это действие. Перешагнув одной ногой бедра рекома, женщина присела, соединяя нервные пучки мозговых отростков. Оба глубоко вдохнули воздух, ощущая усиливающееся возбуждение. Женщина, устраиваясь на коленях над пахом рекома, припала к его губам в жадном поцелуе, легонько касаясь влажной вагиной его твердого члена. Чуть согнувшись, она, наконец, начала насаживаться на большой ствол полковника. Образовавшаяся связь между ними только усиливала получаемые наслаждения в десятикратном размере. Чувствуя, как головка упирается в девственную плеву, Ша’ад, неожиданно для себя, резким движением разорвала ее, глубже поглощая упругий пенис. Мгновенная острая боль охватила слившиеся воедино тела. – Ты в порядке? – тихонько прошептал в ухо охотнице Майлз.       Ничего не ответив, она лишь, поджав губы,  понемногу ускоряла темп, седлая синего полковника. Он откинулся назад, расслабляя спину и наслаждался скачущей на нем охотницей, которая хмурилась и кусала нижнюю губу от получаемого кайфа. Он положил одну руку ей на шею, чуть сдавливая ее, а другой принялся массировать клитор. Ша’ад хрипя, стонала, чувствуя, как головка члена скользит по стенкам влагалища, и как возрождается новая волна оргазма около массируемого клитора. Полковник притянул ее к себе проникая языком в ее рот. – Давай, милая… – шипел он охотнице, желая довести ее пика.       Ша’ад ускорилась, стирая колени до крови и вскоре откинулась назад, сжимая мышцами влагалища пульсирующий внутри член. Очередная волна мурашек покрыла тело. Голова закружилась. Реком аккуратно положил ее спиной на мягкую траву, и, не вынимая пениса, вознесся над ней. Охотница обхватила его бедра ногами, и попыталась ладонями коснуться лица Куоритча, но тот их ловко запрокинул над ее головой и сильно прижал к земле, не давая малейшего шанса на высвобождение. Их хвосты обвились, словно змеи. Быстрыми движениями он начал глубоко входить в нее, с хлопающим звуком, сталкивающихся бедер. Закусив губу, женщина, мыча и скуля, концентрировалась на новых ощущениях. С щекотливым чувством член входил в нее по самые яйца. Ша’ад недооценила мощь возрожденного воина, которого видела в снах, посылаемых Эйвой.  Полковник вдалбливался в нее, запрокинув голову назад, и тихо постанывал от нарастающего удовольствия. Возбуждение усиливалось от шипения и стонов рекома, который был уже на грани: прижатые к голове уши, хищный оскал, напряженный лоб и нахмуренные брови.  Картинка перед глазами охотницы начала размываться, она смотрела, как светящиеся фиолетовые ветви расплываются в одно большое розовое пятно.  Еще несколько мгновений и Майлз, что есть силы, сжал запястья Ша’ад, заставив ее громче крикнуть, и сжав челюсти, высвободил весь свой страстный пыл, наполняя до краев дрожащую от экстаза охотницу. Тела горели. На коже выступали капельки пота. Они смотрели в глаза друг другу, соприкоснувшись лбами. Оставив влажный поцелуй на губах женщины, и разъединяя связь, Куоритч лег на траву, устремив свой взор в крону Источника Душ. Ша’ад повернулась и прижалась к боку рекома, положив верхнюю руку ему на грудь. Они молча лежали, переводя сбитое дыхание.       Громко вздохнув, Ша’ад села на траву. Лицо обдал свежий ветерок, до ушей донесся шелест ветвей. Она прикрыла глаза и потянулась руками вверх. Куоритч любовался ее потрепанным видом и водил рукой по пояснице, иногда касаясь основания хвоста. Охотница тепло улыбнулась и провела кончиками пальцев по низу живота рекома. Они еще немного побыли в тишине, наслаждаясь касаниями друг друга. – Ты удивительна, Ша’ад, – прервал тишину спокойный голос рекома, – еще тогда, в нашу первую встречу, я был зачарован блеском твоего опасного взгляда, – усаживаясь рядом, закончил полковник, обнимая левой рукой талию женщины.       Ша’ад опустила голову на его плечо и, устремив взгляд куда-то вперед, хриплым голосом произнесла: – Теперь я твоя, Майлз. Эйва этой ночью обручила нас.