Сон на ложе из шипов

Буря утихла. Ветер подхватил посветлевшие облака, погнал их прочь, как пастух уводящий стадо к новому пастбищу. Небо, умытое дождем, сияло пронзительной голубизной. Парило и воздух, напитанный ароматами сырой земли, сочной травы и леса казался сладким. Рауль, ещё немного обалделый от бурного проявления страсти, вышел во двор. Ему никак не удавалось совладать с глупой, счастливой улыбкой, которая раз за разом возникала, делая его лицо дурацкой маской восторженного идиотизма. Ему не верилось, что такое возможно. Его желают, любят и не стесняются демонстрировать это. Словно в полусне он прошёлся по двору, не зная куда применить переполнявшую тело энергию. Потом вспомнил о том, что в домике практически не осталось дров и решительно направился к кромке леса. Конечно, после такой грозы надеяться найти сухой хворост было глупо, но он решил, что лучше набрать хоть какого-то, чем остаться в ночи вовсе без источников тепла и света. Душа его пела. Он принялся насвистывать незамысловатый мотив какой-то старой, прилипчивой песенки. Теперь, когда исчезла гнетущая неопределенность, он готов был обнять весь мир. И казалось, небо и земля, охваченные тем же восторженным, головокружительным задором, только и ждут момента, чтобы наградить его всевозможными дарами. Неподалеку от хижины, ставшей им убежищем, он обнаружил поляну, заросшую кустами черники. Крупные, темно-синие ягоды усыпали ветки и он подумал, что Арон придет в восторг при виде такого изобилия. Чуть дальше, на широком как обеденный стол пне, росло целое семейство крошечных, золотисто-рыжих опят. Их шляпки, похожие на медные монетки, влажно поблескивали. Можно было собрать их и приготовить неплохую похлёбку. Эта идея пришлась ему по душе. Согревающий суп из свежих грибов с хлебом и сыром, а на десерт сладкие ягоды. Он представил как кормит Арона черникой, услышал его тихий смех и ощутил лёгкое головокружение. Потом они заберутся под одеяло, юноша прильнет к нему, чтобы согреться. И можно будет безнаказанно ласкать его, обнимать, целовать, пока не наступит рассвет. Весь мир будет принадлежать только им, он сожмется до размеров крохотного заброшенного домика в лесной глуши. Он зажмурился в предвкушении возможного блаженства. Внизу живота расплывалось теплыми волнами, зарождавшееся возбуждение. Одни лишь прикосновения нежных рук почти довели его до безумия и мысли о том насколько ошеломительной должна быть полноценная любовная игра, вызывали слабость в ногах и приятную щекотку во всем теле. — Рауль! На помощь! Помогите! Крик, разорвавший благословенную тишину, на мгновение оглушил его. Пронзительный, наполненный ужасом, отчаянный голос Арона вспугнул целую стайку птиц и они сорвались с веток, оглашая небеса беспокойным щебетом. Рыцарь выронил собранный хворост и бросился на крик. Панический страх охватил его. В голове не осталось ни единой мысли. Сердце забилось как безумное. Он мчался напрямик, сквозь густой подлесок, перепрыгивая через поваленные грозой стволы деревьев, продираясь сквозь кусты. Рыча от ярости и злости на самого себя. Дурак! Идиот! Почему ослабил бдительность? Как мог оставить принца одного, без защиты и присмотра? Ему казалось, что он ушел не слишком далеко, но это было ошибочное ощущение. Он выбился из сил, продираясь сквозь заросли, и выбежав на тропинку остановился на миг, чтобы перевести дух. На сырой земле отчётливо виднелись следы. Несколько человек прошли по тропе в направлении заброшенной хижины. Страх Рауля усилился, превратился в настоящую панику. Их нашли! Обнаружили! Они захотят отнять у него Арона. Медлить было нельзя. Он рванул вперёд, поскальзываясь на мокрой траве.