Сон на ложе из шипов

Рауль услышал удивленное восклицание, потом клич и через несколько мгновений на узкой дороге было не протолкнуться от людей и лошадей. — Эй ты, бродяга! — окликнул кто-то. — Брось меч и отпусти принца. Рауль поднял голову. К нему направлялись два рыцаря. Ещё трое спешились и были готовы броситься на помощь товарищам. Ещё четверо подъехали с противоположной стороны дороги и остановились в отдалении. Десятый всадник, пожилой, сухой как щепка мужчина в богатом, хоть и запыленном платье подъехал ближе к спешившимся. Рауль узнал его не только по тяжёлой, золотой цепи на шее, но и по родственному сходству с леди Изабеллой. Первый советник короля, лорд Морейн, сурово взирал на него и кривил тонкие губы. Плечи Арона, которого рыцарь все ещё прижимал к себе, мелко задрожали. Он довольно грубо высвободился из объятий Рауля, повернулся к рыцарям. Глаза его сверкнули холодным, яростным огнем. — Только попробуйте к нему прикоснуться, — ледяным тоном произнес принц, поднимаясь. — И я прикажу вас казнить. — Но ваше высочество, — попытался выступить лорд Морейн. — Этот человек преступник! Арон взглянул на него с таким холодным презрением, что советник невольно сглотнул. — Этот человек, — отчеканил принц, обводя взглядом рыцарей. — Трижды спас мне жизнь. — Он вас похитил! — воскликнул один из рыцарей и Рауль узнал по голосу сира Кирстана. Похоже Арон тоже узнал его. Он повернулся к рыцарю и смерил его взглядом. — Вы, кажется, сир Кирстан? — произнес он, щурясь. — Вы были в карауле в ту ночь, когда я проснулся. Вы видели как мы с сиром Раулем шли к воротам дворца, более того, сами предложили нам свою лошадь. Обещали, что она домчит нас как на крыльях. Припоминаете? Кирстан неуверенно кивнул. Советник Морейн зло сверкнул глазами в его сторону и рыцарь поёжился, ощутив этот взгляд. — Скажите по чести, сир Кирстан, — продолжал Арон. — Если бы я был похищен, разве стал бы я содействовать похитителю, когда он называл меня именем леди Морейн? Позволил бы я вам падать ниц передо мной, целовать мою руку, подсаживать меня в седло? Неужели вы думаете, что я бы не попытался подать вам знак? Не выразил бы ни звуком, ни жестом нежелания ехать? Рыцари за спиной Кирстана лукаво переглядывались. Кто-то тихо хихикнул и торопливо закашлял, стремясь скрыть смех. Казалось, даже сквозь закрытый шлем можно разглядеть как налилось краской лицо благородного сира. Физиономию лорда Морейна перекосило при упоминании дочери. Он надулся, словно жаба, собираясь разразиться бранью, но наткнулся на взгляд принца и подавил порыв. — Вы молчите, сир Кирстан, — протянул Арон ехидным тоном. — Неужели вам нечего сказать своему принцу? Рауль со смесью ужаса и восторга смотрел на принца. Он был восхитителен в ледяной, смертельной ярости. Глаза сверкали гневом, аристократическая бледность придавала ему сходство с мраморной статуей неистовства. От вкрадчивого тона его голоса по спине пробегали волнами мурашки. Каждый окрик отзывался в паху жарким томлением. Весь облик его дышал властной, надменной, уверенностью, темной силой, имя которой власть. Казалось, все вокруг ощущали ее давление и неосознанно склоняли головы, признавая себя побежденными. Лишь лорд Морейн не сдавался. Попеременно сверля взглядом то Рауля, то Кирстана, он избегал смотреть на принца, но лицо его выражало негодование и презрение. — Ваше высочество, — произнес он. — Никто из нас не смеет сомневаться в ваших словах, но у меня есть приказ от короля Винсента, вашего отца. Он приказал нам доставить вас в столицу. Так же нам приказано изловить и доставить в тюрьму сира Рауля Холта. Он должен предстать перед королевским судом по обвинению в похищении принца крови. Арон взглянул на рыцарей, те виновато потупились. Несколько мгновений принц сомневался, потом вздохнул. — Хорошо, — произнес он. — Мы поедем с вами. — Прекрасно, — кивнул первый советник и махнул рукой в сторону Рауля. — Заковать разбойника в цепи! Рыцари сделали несколько шагов в сторону раненного. Арон тихо зарычал сквозь зубы. — Не смейте к нему приближаться, — процедил он. — Рауль не разбойник и не вор, а благородный человек. Всякий кто посмеет причинить ему вред, понесет наказание. — Но, ваше высочество, — осторожно подал голос Кирстан. — Как же мы тогда сможем транспортировать его? — Он поедет на своей лошади, — ответил принц. Рауль с трудом поднялся на ноги. Боль пронзила бок, он тихо охнул, покачнулся. Арон поспешил подставить ему плечо, чтобы раненый мог опереться. — Сир Кирстан, — произнес Рауль глухим от боли голосом. — Даю слово, что не помыслю о побеге. — Это смешно! — возмутился первый советник. — Он ведь сбежит при первой возможности. Арон проигнорировал его и внимательно посмотрел на Кирстана. — Сир Кирстан, вы благородный человек? — Конечно, — недоуменно отозвался тот. — А сир Рауль, по-вашему мнению, благородный? — Да. — Если бы вам было приказано явиться на королевский суд, вы бы подчинились приказу короля или сбежали бы как трусливый пёс? Щеки рыцаря запунцовели так сильно, что казалось его шлем того гляди должен был оплавиться. — Я ни за что на свете не нарушил бы прямой приказ его величества! — голос его звенел от возмущения. — Тогда почему вы позволяете себе сомневаться в храбрости и честности Рауля? Неужели вы считаете, что его слово хуже вашего? По-моему, это оскорбление. Рыцари согласно зароптали. Кирстан беспомощно покосился на лорда Морейна, потом бросил взгляд через плечо на своих товарищей. — Я верю вам на слово, Холт, — произнес Кирстан высокопарно. — Отдайте меч и садитесь в седло, мы сопроводим вас в столицу, где вы предстанете перед судом. Рауль кивнул, снял перевязь с ножнами и отдал ближайшему рыцарю. Арон внимательно следил за тем как он садится в седло. Только после этого он позволил одному из рыцарей посадить себя на лошадь. — Нам следует двигаться неспешно, — произнес принц, когда колонна двинулась. — Сир Рауль ранен и я не желаю, чтобы из-за спешки его раны вновь открылись.