ГУСТАВ ХАЛЛЕ ЛАРСЕН “Избранные сочинения. Тритон”
15 февраля 2023 г., 19:12
...Поистине волшебны воды северного моря. Холодные, как взгляд потерявшей к тебе интерес любовницы; синие, живые, как преломленные в сапфире лучи ясного весеннего солнца. И несмотря на всю суровость, нет на свете моря более радушного, чем то, что омывает берега Скеллиге. Сколько путников оно забрало в свои ледяные объятья спать вечным, полным видений о битвах сном? Как много тайн сокрыто в его молчаливых глубинах, знавших еще первопришедшее поколение Aen Seidhe? Пожалуй, за все века немногими, кто смог приблизиться к пониманию мудрости моря, были те неведомые человеку существа, что его населяли.
Нет таких островитян, кто ни разу не слышал пения сирен, созвучного вою штормового ветра, острого, как тысячи топоров, сверкающих под серыми угрюмыми небесами. Нет таких островитян, кто не слышал колыбельных, что светлому лику луны поет сия обманчиво красивая нечисть, словно стая бабочек, трепеща крылами в сонливо-серебристом свете. Сирены живут в ритме волн, в их монотонных рифмах, в жалобном скрипе мачт и яростном бое ледяного дождя. Они дышат вместе с морем и, как никто другой, чувствуют приближение бури. И несмотря на их жуткую кровожадность, островитяне с их присутствием давно смирились и научились с ними сосуществовать, оставив бесплодную борьбу еще века назад.
Однако ж кто из островитян хоть разочек замечал тритона? Таковых были единицы, ведь тритоны в отличие от сирен, на поверхность поднимаются редко, предпочитая уютную тьму глубин земному свету и суете. Они живут под толщей воды, стяжая затонувшие сокровища и строя причудливые замки из камней, кораллов и раковин. Словно звезды сияют их глаза, подобна снегу их кожа и волосы, а сложены они, как настоящие воины, только вместо ног рыбьи хвосты, длинные, сильные, будто у мурен, - именно так описывали тритонов те немногие, кому посчастливилось их заметить.
Однажды близ острова Ундвик разыгрался нешуточный шторм. Сирены кружили над охваченными стихией драккарами и истошно вопили, предвкушая скорую гибель экипажа, а значит, и скорую трапезу. Нагруженные награбленными сокровищами корабли никак не поддавались управлению и уже стремительно приближались к острым, как акульи зубы, скалам. Воины кричали, гребли веслами. Некоторые просто прыгали в море, пытаясь спастись.
Со дна моря поверхность выглядела, словно беспокойное пасмурное небо, но под толщей воды не слышно было ни свиста ветра, ни человеческих криков. Море будто начало дышать полной грудью, и тритоны оторвались от своих повседневных дел, чтобы устремить вверх свои горящие сталью взоры. Когда на дно начали лететь топоры, мечи и набитые сокровищами сундуки, стало ясно: необходимо все это скорее выловить и распределить.
Среди привлеченных к работе тритонов оказался и юный Кьярваль. С древних островных диалектов его имя переводилось как “милый кит”, и от собратьев его отличал особенно кроткий нрав. Он обожал драгоценные камни, красные, как пылающий цветок солнца, нежными лучами ласкающий толщу воды; и, находя в обломках затонувших кораблей ожерелья с рубинами, Кьярваль спешил украсить ими мраморные шеи эльфских статуй,чтобы потом часами любоваться их сверхъестественной красотой.
Старшие братья наказали Кьярвалю собирать падающие сверху топоры в мешок, и тот повиновался. За делом он видел, как, стремительно бросаясь в воду, сирены раздирают тела потерявших силы воинов, как поверхность, похожая на пасмурное небо, начала окрашиваться в его любимый красный цвет. Драккары разваливались на части, налетая на скалы, проигрывая бой шквальному ветру. Даже сквозь воду был слышен жалобный скрип тонущих кораблей. Словно завороженный, Кьярваль отпустил тяжелый мешок с оружием и поднялся, следуя за кровавым шлейфом.
Не доводилось еще ему видеть столь сильного шторма. Дождь хлестал по лицу, волны накрывали одна за другой. Вдруг Кьярваль услышал не то крик, не то рык. Устремив взгляд наверх, он заметил яркое красное пламя в чернильном, беспокойном небе. Нет! Не пламя! Огненно-рыжие локоны молодой воительницы, что взобралась на мачту уходящего ко дну драккара. Держась одной рукой за перекладину, она яростно размахивала коротким мечом, отбиваясь от кружащих над ней сирен...
