Все чувства

Вам когда-нибудь доводилось просыпаться настолько тёплым и счастливым, что хотелось тут же нырнуть обратно в одеяла и уцепиться за остатки уходящего сна, лишь бы продлить это ощущение? Я мог пересчитать подобные знаменательные события по пальцам, и у меня бы ещё осталась рука с половиной. Да и с последнего раза, чего уж греха таить, прошло уже непозволительно много лет.              Поэтому, когда я проснулся, чувствуя себя именно так, меня нисколько не смутило лежащее рядом тело. Да мне было так хорошо, что даже орда демонов, ломящаяся во входную дверь, не заставила бы меня пошевелить пальцем. Я просто собственнически оплёл руками и ногами источник тепла и прижался теснее. Приятный, самую малость терпкий, аромат очевидно мужского тела вызвал в сонном разуме довольно-таки однозначные желания. Ммм…              — Гарри, полагаю, твой пёс просится на улицу.              Я что-то бессвязно пробурчал и сильнее уткнулся носом в поросшую волосами грудь. Марконе усмехнулся, от чего она интригующе вздрогнула. Звёзды, как же классно лежать прижавшись к чётко очерченным мышцам. Даже непривычная растительность, коей не могла похвастаться ни одна из моих малочисленных партнёрш, нисколько не напрягала. Или напрягала, но в другом, более волнующем смысле. Я медленно погладил его спину, прослеживая длинный шрам, спускающийся чуть ли не до самой задницы.              — Гарри.              Я со вздохом поднял голову, только чтобы увидеть Мыша, несчастно взирающего на нас со стороны изножья.              Аргх! Снова эти невозможные щенячьи глазки! Чёрт, ну здесь однозначно нечем крыть.              Я протестующе застонал, но всё равно покорно встал с кровати. Стоило это сделать, как кожа покрылась крупными мурашками. Ничего удивительного: мои полуподвальные апартаменты оставались прохладными даже в самый знойный летний день, так я ещё до кучи был раздет до нитки. Разумеется, тёплая постель с не менее тёплым Марконе была гораздо привлекательнее. Поэтому я действовал предельно оперативно: пара секунд — и входная дверь приглашающе открыта. Услышав копошение внизу, Господин тут же скатился по лестнице и врезался лобастой головой мне в ноги, заставив пошатнуться. Он громко мяукнул и неторопливо подошёл к своей миске с едой.              В проёме спальни появился Марконе, натягивающий помятую футболку через голову. Он снова в джинсах. Чёрт. Я надеялся прокрасться обратно до того, как он решит встать.              — Мне пора, — не без сожаления произнёс он. — Я уже слишком долго не выходил на связь.              — Неужели мне никак тебя не убедить тебя задержаться здесь на подольше? — игриво уточнил я, прежде чем подойти к Марконе и запечатлеть на его губах глубокий поцелуй. Я прижал его спиной к стене, незаметно перемещая пальцы с челюсти к задней части шеи. И легонько почесал то самое место у него на затылке.              Марконе выгнулся навстречу ласкающему прикосновению.              — Гарри, — протестующе застонал он. — Мне казалось, ты выступаешь против использования своих сил в эгоистичных целях. — Он подавился вздохом, когда я прижался ближе.              — Обычно — да, — покладисто согласился я, вновь почёсывая ему шею. Марконе выругался и закрыл глаза. Его голова откинулась к стене, и я не удержался, чтобы не прикусить оставленную ранее отметину. Местечко рядом с ярёмной веной могло вывести его из себя почти так же хорошо, как и то, что было на задней части шеи.              Боже, сколько же мне ещё всего хотелось сделать с этим мужчиной… Мысль заставила меня покраснеть, прежде чем волна горячего возбуждения затопила меня с головой. Звёзды, я его хочу. Но он был прав. Судя по всему, Марконе пришёл требовать ответа во время своего весьма ограниченного окна свободного времени. И последнее, чего бы мне сегодня хотелось — это лицезреть перекошенную рожу Хендрикса, ввалившегося сюда в поисках своего драгоценного босса.              Поэтому всë-таки пришлось отстраниться. Марконе распахнул глаза и посмотрел на меня. Я был впечатлён тем, что он мог изобразить такой убийственный взгляд с каменным стояком и румянцем на щеках.              — Просто краткое напоминание о том, что ты теряешь, — невинно пояснил я.              Марконе зарычал и одним резким движением поменял нас местами так, что теперь я оказался зажат у стенки.              — В следующий раз, — выдохнул он мне в губы, — у нас будет целая ночь. Обещаю.              Я вздрогнул. Звёзды, понятия не имею, как-то, что совсем недавно испугало бы меня до дрожи в коленках, теперь посылало однозначное тепло в низ живота. И мне эти перемены нравились. Ой как нравились.              — До скорого, мистер Дрезден, — сказал Марконе, с явной неохотой отпуская меня. Разумеется, не забыв напоследок мимоходом огладить выступающие тазовые косточки.              — Жду с нетерпением, Джон, — ухмыльнулся я, провожая его до двери. Затем, вернувшись в постель, я глубже забрался в тёплые одеяла, хранившие едва уловимый запах чужого тела.              Спал я крепко, и снились мне исключительно приятные грёзы.