Часть 2
16 февраля 2023 г., 20:56
На следующее утро Вирс отправился на гауптвахту, куда были взяты его провинившиеся, чтобы официально освободить их, а затем высказать свое мнение. Когда он прибыл, ответственный командир поднял глаза и слегка усмехнулся.
— Ну, я все гадал, когда вы соберетесь прийти. Вашим людям гораздо тяжелее, чем флоту!
Вирс слегка склонил голову набок: — Что вы имеете в виду?
— О, парни из военного флота были освобождены прошлой ночью по приказу адмирала.
Вирс принял это к сведению: — Вот как?
— Да, по-видимому, они потребовались адмиралу. Я дам знать своим людям, чтобы они сходили за вашими парнями.
Вирс спокойно обдумал эту информацию. Он знал, что Оззель проявит фаворитизм — в этом не было ничего удивительного. Но он потребовал их? Почему?
Его люди выскользнули ему навстречу, прервав его размышления, и он сурово выпрямился.
— Джентльмены. Я надеюсь, что вчерашний инцидент никогда не повторится.
Стыдящиеся лица вокруг и: «Нет, сэр».
— Потому что это было неловко для меня, для «Громыхающего Стада» и для имперских войск! Я ожидаю лучшего — независимо от провокации!!
— Да, сэр.
— Свободны. Вы на неделю назначаетесь на уборку шагоходов!
Тихие стоны, когда они выходили. Сержант Хэвелл задержался, явно желая привлечь его внимание.
— Сэр...
По настоянию Вирса они покинули тюремный блок.
— В чем дело, Хэвелл?
— Ну, сэр, вчера вечером пришли флотские и забрали своих парней.
— Я это слышал.
— Мм, сэр, я кое-что подслушал, и это меня беспокоит, сэр. Я не знаю, сможете ли вы что-нибудь сделать...
— Выкладывайте, сержант.
— Сэр, они прошли мимо, и я подслушал, как один из них сказал, что ему было бы приятно «опустить маленького ублюдка — извините, сэр, — на ступеньку ниже». Потом кто-то засмеялся, и я услышал «аксиланец». Сэр, тот вчерашний капитан, тот, который...
Но Вирс опередил его в этом и быстро сложил кусочки паззла.
— Спасибо, что довели это до моего сведения, сержант. Я займусь этим вопросом.
— Благодарю вас, сэр. Я бы точно не хотел, чтобы с ним что-нибудь случилось — он казался приличным для флотского, сэр.
— Мм, — сержант ушел, а Вирс нахмурился. Это могло быть пустяком, но солдатский телеграф и раньше распространял истории о драках на флоте и в армии, а также слухи о том, как Оззель расправлялся с теми, кто ему не нравился. Эти вещи никогда не обсуждались открыто, поскольку на корабле были вещи похуже Оззеля, в виде возмездия ситха. И все же....
Вирс нашел консоль и просмотрел офицеров, в настоящее время дежуривших на мостике, сосредоточив свое внимание на имени Пиетта. Пришло время провести небольшое расследование.
В турболифте Вирс обдумал причину, по которой он пришел на мостик без приглашения, и понял, что извинение за драку в ангарном отсеке было бы идеальным прикрытием. Унизительно, да, но он мог с этим справиться хотя бы для того, чтобы развеять свои подозрения.
Он добрался до места назначения и вошел в фойе мостика. Вейдера не было, что немного облегчало задачу. Он обнаружил Оззеля, расхаживающего с важным видом у правого борта, и направился к нему. На ходу он оглядел многочисленных офицеров, выполняющих свои обязанности, в поисках стройной фигуры аксиланского капитана, но не смог его заметить.
— Да, в чем дело, полковник? — рявкнул Оззель, подходя ближе.
Вирс проглотил немедленную реакцию, которую вызвал у него этот тон, и постарался ответить ровно.
— Я просто хотел принести свои личные извинения за вчерашний инцидент в ангарном отсеке, сэр, между нашими людьми. Я хотел бы заверить вас...
— Да, да, хорошо, полковник, я не могу ожидать, что армейский персонал будет вести себя так, как мы ожидаем от военного флота.
И благодари за это Силу, ты, сварливое старое ситхское отродье.
— Совершенно верно, сэр.
— Однако сейчас самое время напомнить вам, полковник...
Но Вирс больше не обращал на это внимания. Он заметил свою цель у левого борта корабля, возвращавшегося к станции связи. Пиетт двигался очень осторожно, почти скрывая легкую хромоту. Его кепи было надвинуто так низко, как позволяли правила, но Вирс был достаточно опытен в распознавании признаков побоев и сжал руки в кулаки.
— ...поэтому я буду ожидать, что вы позаботитесь о том, чтобы это никогда не повторилось, — закончил Оззель.
Вирс снова включился: — Конечно, сэр, спасибо.
Но Оззель тоже заметил Пиетта.
— Капитан!
Пиетт изменил курс, остановившись на почтительном расстоянии от двух старших офицеров, и Вирс мог сказать, что, несмотря на применение бакты, у мужчины на лице были остатки синяка под глазом и, вероятно, сломанные кости.
— Что с вами случилось, капитан? — спросил он в упор, и Пиетт бросил на него испуганный, встревоженный взгляд, прежде чем восстановить самообладание, когда Оззель смерил его свирепым взглядом.
— Вчера упал с нескольких ступенек, — спокойно сказал он. — На самом деле, глупая ошибка.
Старейшее из известных жалких оправданий, — подумал Вирс.
— Да, капитан, старшему экипажу мостика не пристало быть таким неуклюжим, — напыщенно заявил Оззель. — Передайте эти оценки флота лорду Вейдеру, хорошо? — И он протянул датапад Пиетту, который уже держал в левой руке два других. Взгляд, который он бросил на Оззеля, быстро исчез, но Вирс увидел вспышку гнева, прежде чем он поднял правую руку, которая была забинтована, но явно сильно распухла.
Оззель улыбнулся и вложил датапад ему в руку, а Пиетт побледнел, неловко взял его и явно собирался уронить, не в силах сомкнуть вокруг него пальцы.
Вирс перехватил датапад: — Я помогу вам с этим, капитан. Лестница, должно быть, плохо на вас повлияла. Благодарю вас за понимание, адмирал. Пойдемте, капитан.
Оззель сделал паузу, как будто хотел ему возразить, но поскольку он только что приказал Пиетту отправиться — к лорду Вейдеру, не меньше, — то сглотнул и отвернулся.
Капитан бросил на Вирса благодарный взгляд, и они направились обратно к противовзрывным дверям. Вирс молчал, пока они не вошли в турболифт.
— Спасибо, полковник, теперь я смогу жонглировать ими, если вы сложите их в одну...
— Сколько их было? — прервал его Вирс.
Пиетт сделал паузу и бросил на него осторожный взгляд.
— Прошу прощения, сэр?
— Сколько... ступеней вас одолели?
Пиетт резко вздохнул, о чем, очевидно, тут же пожалел, поморщившись.
— Сэр...
— Капитан, не принимайте меня за человека вроде Оззеля или ему подобных. Я знаю, как выглядит избиение, и подозреваю, что уже точно знаю, кто это был, и кто его заказал.
Пиетт вздохнул: — Если вы уже знаете, сэр, я не понимаю, почему вы спрашиваете меня.
Вирс сменил тактику: — Почему о вашей руке не позаботились?
Пиетт пожал плечами: — У меня не было времени. Я был в утренней смене и...
— После вашей двойной смены?
Невысокий мужчина вскинул бровь, глядя на него.
— Я вижу, вы тщательно подготовились, сэр.
— Я подозреваю, что нам обоим нравится так поступать.
— Послушайте, полковник, я ценю ваше внимание, но никто из нас ничего не может с этим поделать.
У Вирса была идея, но в данный момент он ее не озвучил.
— Вы пострадали за то, что были справедливы к моим людям, капитан. Мне это весьма не нравится. Меньшее, что я могу сделать, это помочь вам отнести датапады лорду Вейдеру.
Пиетт окинул его долгим оценивающим взглядом, затем, казалось, пришел к какому-то внутреннему выводу.
— Спасибо, сэр, я был бы вам очень признателен.
Они молча направились к личным покоям лорда Вейдера, и дверь открылась при их приближении. Оба мужчины обменялись при этом взглядами — видеть применение Силы становилось все более нормальным, но к нему все равно никогда нельзя было просто привыкнуть.
— Войдите, — раздался глубокий голос Вейдера, и они вместе вошли. Вейдер стоял возле своего стола и повернулся, когда они приблизились.
Последовала пауза, и Вирс почувствовал, как этот черный пристальный взгляд их оценивает.
— Потребовались вы двое, чтобы передать адмиральскую оценку флота?
Пиетт открыл рот, но Вирс заговорил раньше, передавая Вейдеру датапады.
— Я помогал капитану, учитывая его ранения.
Пиетт бросил на него испепеляющий взгляд.
— В самом деле, капитан, почему вы все еще на дежурстве? — спросил Вейдер, переводя свой непроницаемый взгляд на меньшего мужчину.
— Милорд, с моей стороны это был просто несчастный случай, и я полностью готов к исполнению своих обязанностей, — непреклонно заявил Пиетт, заложив руки за спину и выпрямившись во весь рост.
Лжец, — подумал Вирс, и темный лорд откинул голову назад, словно услышав эту мысль, чтобы посмотреть на полковника.
— Адмирал Оззель во многом зависит от капитана Пиетта, — дерзко сообщил Вирс, полный решимости сделать для того все, что в его силах, — поскольку это его третья смена за 48 часов.
— В самом деле, — Вейдер больше ничего не сказал, и последовало молчание, в то время как Пиетт практически дрожал от ярости рядом с Вирсом.
— Спасибо, джентльмены, свободны, — наконец сказал Вейдер и отвернулся.
В тот момент, когда за ними зашипели двери, Пиетт повернулся к полковнику.
— Что, по-вашему, вы делали? — выпалил он. — Лорда Вейдера не интересуют мелочи, происходящие с Оззелем. Он явно терпеть не может самого адмирала, — я заметил, что он общается с ним как можно меньше.
— Ну, я подумал, что пришло время ему взаимодействовать с адмиралом, капитан. И я не буду извиняться за это. А теперь вам действительно стоит осмотреть эту руку.
— Я не могу, меня ждут на мостике еще 7 часов. И спасибо вам за помощь, полковник, но, пожалуйста, позвольте мне разобраться с этим, чтобы не стало еще хуже, — в голосе мужчины была нотка тихого отчаяния, услышанная Вирсом.
— Вы не продержитесь 7 часов, — холодно заметил Вирс.
Капитан выпрямился, его взгляд стал жестким: — Спорим?
И он повернулся, чтобы направиться обратно к турболифту.
