Часть 8
22 февраля 2023 г., 19:16
Повстанцы закончили вытаскивать из шагоходов командный состав и бесцеремонно сбрасывать их на сухую землю, что побудило Пиетта на них накричать. И за это он получил удар слева в лицо, в то время как его руки были скованы за спиной.
— Заткнись, козявка, — рявкнул на него на бейсике тви'лек со шрамом, потерявший одну лекку.
Пиетт пробормотал несколько по-настоящему грязных ругательств на хаттском, и соседний человек вскинул брови.
— О-хо-хо, как же это внешник стал имперским капитаном? — поинтересовался он. — С тобой будет забавно разобраться.
— Это все, кто не умер! — крикнул родианец, держа конфискованную у Пиетта бластерную винтовку. Он спрыгнул вниз и присоединился к своим товарищам, окружившим захваченных имперцев, которые стояли на коленях (или лежали) перед ними.
И, к ужасу Пиетта, они начали стрелять в солдат и раненых. Слева от него Эллери взревел от ярости, и, когда бластер приблизился к Вирсу, который, к счастью, лежал перед капитаном, Пиетт с трудом поднялся на ноги, чтобы встать прямо над бессознательным полковником.
— Прочь с дороги, ступа[1], — его ударили прикладом винтовки, и он рухнул на колени над Вирсом. Пиетт сплюнул кровь, перевел дыхание и снова встал перед другом.
— Ты возьмешь обоих или ни одного, — прорычал он.
Его снова ударили, и теперь группа смеялась и радовалась, когда миниатюрный человек внезапно стал более интересным. Он встретился взглядом с Эллери, снова с трудом поднимаясь на ноги. Сержант пристально смотрел на него, его собственное лицо было в синяках от предыдущей встречи с кулаком.
На этот раз тви'лек встал перед ним и ударил его в живот. Пиетт согнулся пополам, задыхаясь и кашляя, но отказываясь опускаться на колени.
Женщина, стоявшая рядом с тви'леком, подошла к капитану, взяла его за подбородок и заставила посмотреть на нее.
— Ты храбрый маленький имп, — выплюнула она. — Почему он такой особенный?
— Он — наш командир, — выдавил Пиетт, надеясь, что тот факт, что Вирс был старшим офицером, сохранит ему жизнь, по крайней мере, на некоторое время.
— Он сейчас... — она задумалась. — Ты бы умер за него... — она провела рукой по его груди к эмблеме на левом боку. — ...капитан?
— Сэр… — Эллери вздрогнул, и за его спиной замолчали.
— Да, — без колебаний ответил Пиетт.
И бластер был направлен ему между глаз.
Он посмотрел на существо, стоявшее за ним, и улыбнулся, без сомнения, продемонстрировав кровь на зубах.
— О, он мне нравится, — промурлыкала женщина, кладя руку на запястье тви'лека и опуская его руку. — Хорошо, маленький имп... Возьми этих троих.
Пиетта толкнули вперед дулом бластера в поясницу, а мускулистый трандошан взвалил Вирса на плечо.
Позади них продолжалось сражение, но, вместо того, чтобы направиться к своей главной базе, группа отправилась обратно тем путем, которым пришли Пиетт и его люди. Было чрезвычайно трудно идти со скованными за спиной руками, не говоря уже о новых ранах, которые требовали его внимания, но Пиетт был весьма упрям и не сводил глаз с бессознательного полковника в нескольких ярдах впереди него, перекинутого через спину инопланетянина, как сумка.
Эллери толкнули вперед слева от него, и Пиетт решил рискнуть заговорить снова в смутной надежде, что кто-нибудь из их войск может услышать. По крайней мере, он хотел знать, куда они направляются.
— Почему мы не присоединяемся к твоим друзьям? — спросил он, глядя на ближайшего к нему родианца.
— О, нам не нужно идти туда для того, что мы сделаем, — ответил он со своими странными гнусавыми интонациями. На планету опускались сумерки, и, хотя твердая земля все еще излучала дневное тепло, Пиетт мог сказать, что ночью здесь будет холодно.
— Никаких разговоров! — рявкнул другой мужчина-человек.
— Почему бы и нет? — спровоцировал Пиетт, и сержант рядом с ним тихо выдохнул: «Сэр!». Но Пиетт был полон решимости сосредоточить на себе их внимание и враждебность.
— Потому что мы так сказали! — ответил мужчина, вторгаясь в личное пространство Пиетта. — И у нас не будет никаких проблем с тем, чтобы заткнуть тебе рот, имп, так что на твоем месте я бы замолчал.
Пиетт на мгновение приостановился, и вскоре они уже спускались по склону, а затем сделали серию поворотов. Пиетт внезапно понял, что они, должно быть, направляются в каньон, который они видели ранее на подходе к базе. Значит, потайной вход?
Но они остановились на небольшой поляне с чахлыми кустами прямо у начала наклонной тропинки.
— Давай сегодня разобьем лагерь над землей, — сказала женщина. — Мне не хочется спускаться туда в темноте, когда происходит все это.
— Меня это устраивает, — прорычал трандошан, сбрасывая Вирса на землю и вытаскивая какую-то веревку. Пиетта и Эллери тоже толкнули вперед, Эллери отпихнули к основанию одного из кустов, а Пиетта заставили лечь рядом с полковником, но не прижали ни к одному из кустов. Большое ящероподобное существо быстро связало Вирса и толкнуло его к Пиетту.
— Попробуешь что-нибудь сделать, мы пристрелим его первым, — прорычал он. Пиетт сплюнул на землю — да, опрометчивый поступок, но он был сыт по горло. Удар в бок — ожидаемый на самом деле, — и повстанцы сгруппировались вокруг костра, который развел родианец, вытаскивая пайки и воду. Они были осторожны, чтобы не обсуждать вещи, которые их пленники не должны были слышать, но когда они начали обсуждать способы, которыми они собирались разобраться со своими пленниками, Пиетт намеренно попытался не обращать на них внимания и сосредоточился на попытке привести Вирса в сознание.
— Полковник, — прошипел он. Вирс лежал, его голова была довольно близко к правой ноге Пиетта. Двигаясь так медленно, что почти не чувствовалось, что он что-то делает, Пиетт, наконец, смог слегка подтолкнуть Вирса. Он мог видеть кровь, покрывающую правую сторону головы Вирса, и отчаянно надеялся, что все не так плохо, как кажется.
— Макс, — он попробовал еще раз, мягко, очень слабо подталкивая его. — Макс. — Полковник издал низкий стон. Пиетт замер и посмотрел на группу у костра. Все они были поглощены своими планами, которые строили, и никто пока не смотрел в их сторону. Он бросил взгляд на Эллери, сержант сидел неподвижно, но наблюдал за ним.
— Вирс, — Пиетт попробовал еще раз подтолкнуть его локтем. Женщина подняла голову и посмотрела на него, и он впился в нее взглядом, представив, как она превращается в пыль от силы его ненависти. Она улыбнулась и сказала что-то остальным, что заставило их рассмеяться и посмотреть на него. На мгновение он испугался, что они подойдут, но, очевидно, мучение имперцев было отложено на потом.
— Максимилиан! — прошипел он, как только их внимание вернулось к огню.
И Вирс открыл глаза.
****
Вейдер пронесся через каньон в своем модифицированном СИДе. Темная сторона была здесь могучей — древнее зло тянулось к нему, и у него не было времени охватить его глубины, пока он искал источник энергии, который удерживал на месте генератор щита мятежников. Позади него еще один СИД врезался в край каньона и по спирали рухнул вниз. Темный лорд подавил свое разочарование и потянулся к Силе... Есть. Он резко накренился и устремился обратно через каньон, легко уклоняясь от лазерного огня. Вейдер решительно нажал на спусковой крючок, и генератор взорвался ярким белым светом.
— Щит отключен, генерал, — сказал он по связи, — приступайте к захвату базы. Я хочу информацию.
Он приготовился вылететь обратно, когда его чувства вспыхнули. Эта планета... Темная сторона здесь была необычной и древней, полной тайн. Он решил вернуться в каньон, как только закончится главное сражение.
Вейдер развернулся и полетел обратно к поселению. Он мог видеть под собой группы шагоходов, прорывающиеся сквозь оборону мятежников, и проследовал на посадку с правой стороны. Пришло время ему поучаствовать лично.
***
Вирс с трудом всплывал на поверхность сознания. В голове у него сильно пульсировало, и он совершенно не представлял, где находится. Очевидно, снаружи, понял он, сообразив, что вдыхает пыль, уткнувшись лицом в землю. Что-то было знакомое — что-то шевельнулось в его памяти.
— Максимилиан.
Он ненавидел, когда его так называли. Почему они его так называют? Он открыл глаза, моргая от тусклого света и ощущая слабый запах древесного дыма. Голоса доносились со стороны того, что он принял за костер. Почему?..
— Вирс, — он был Вирсом. Мужчина ненавидел, насколько медленным был его ум. Он словно пробирался через грязевые ямы Датомира. Что же произошло? Толчок в голову. Стоп. Это больно.
— Полковник, — еще один, более настойчивый толчок, и всплеск боли принес внезапную ясность.
Шагоход был сбит. Падение… Потом...
Еще один толчок.
— Остановись, — пробормотал Вирс, поднимая голову и увидев прямо перед собой имперскую серо-зеленую форму.
— Вирс. Это Пиетт. Пожалуйста, посмотрите на меня, если сможете.
Почему он говорит так тихо?
Вирс еще сильнее повернул голову и попытался сесть, но обнаружил, что руки его не слушаются.
— Что?..
— Ш-ш-ш!! — Пиетт попытался успокоить его, но затем раздались новые голоса и шаги, и внезапно Вирса подняли на ноги, его голова закружилась от внезапной перемены.
— Ну, ну, смотрите, кто вернулся к нам. Добро пожаловать, полковник, не так ли? — Вирс прищурился в свете костра на тви'лека, обратившегося к нему.
— Кто спрашивает?
Удар в живот, и Вирс ахнул. Позади него раздались возмущенные голоса.
— Вы, ублюдки! Он ранен!..
И меньшая фигура изо всех сил пыталась встать перед ним, когда Вирс выпрямился.
— А вас предупреждали, капитан, — прорычал трандошан, схватив аксиланца за горло и слегка приподняв его. — Теперь мы будем иметь дело с вашим командиром. — Пиетт задыхался, хватая ртом воздух, но не получал его. — Замолчи, пока мы не заткнули тебя навсегда.
Он отбросил капитана назад, и тот тяжело приземлился, не имея свободных рук, чтобы саммортизировать падение. Вирс быстро оценивал ситуацию. Выходит, его взяли в плен, хотя как Пиетт оказался замешан... Поверх голов повстанцев перед ним он мог видеть армейского коммандос, наблюдающего за ним, прикованного к стволу колючего куста. Наверное, их было больше?
— Будьте уверены, полковник, скоро у нас будет много бесед с вами. Отдохните сегодня вечером. И скажите своим людям, чтобы соблюдали порядок. Нам, конечно, не нужны все из вас. Хотя маленький забавен.
Вирс сверкнул глазами, но промолчал. Он вникал в детали, количество оружия и врагов вокруг них. И вот. На поясе родианца. Это была сигнальная ракета. Его толкнули обратно в исходное положение, рядом с Пиеттом, который с трудом поднялся на колени, прежде чем рухнуть и прислониться к одному из валунов среднего размера. Вирс наконец-то внимательно посмотрел на него.
— Капитан. Как вы сюда попали?
— Долгая история, сэр, — Пиетт кашлянул, чтобы прочистить дыхательные пути, и вытер окровавленный нос о плечо грязной униформы. — Я расскажу вам на корабле. — Он переместился, чтобы полностью сесть, и подтянул одно колено, вытянув другую ногу перед собой.
— Есть какие-нибудь мысли? — тихо спросил Вирс, не сводя глаз с толпы у костра.
— Их всего 12, сэр. Они... они расстреляли всех раненых и солдат, сэр. Они сохраняют нам жизнь, потому что мы офицеры. Я не могу объяснить, почему они взяли сержанта. Он один из ваших — Эллери.
Вирс принял это к сведению: — Статус нападения?
— Мой транспорт был сбит, так что я не уверен, насколько хорошо могу быть осведомлен. Мы добрались до вас и попытались вытащить из шагохода после того, как он упал. Главный оборонительный щит тогда еще действовал.
— Значит, скорее всего, мы не слишком далеко от места конфликта, — задумчиво произнес Вирс, откинув голову на скалу. Сила, это больно.
— Может быть, 5 миль, сэр?
— И каков ваш статус, Пиетт?
— Со мной все в порядке, сэр. Побитый и помятый — это теперь новая норма.
Вирс посмотрел на него, и это утверждение было очевидной правдой. Это был скорее тон, и да, Пиетт слегка улыбнулся ему.
— Вы, капитан, не так уж и плохи для флотского. Все в порядке. Возможно, у меня есть идея.
Пиетт сделал легкий кивок: «продолжайте».
— У родианца на поясе сигнальная ракета. Если мы сможем достать ее и привести в действие, у нас есть хорошие шансы быть найденными.
— Сэр, я не гений по взлому замков, и эти наручники...
— Меня они связали веревками, капитан.
Глаза Пиетта понимающе блеснули в мерцающем свете костра.
— Нам нужно отвлечение примерно через 15 минут...
— Заткнись, имперец! — крикнул тви'лек, шагавший к ним. — Очевидно, что вас, мальчики, нужно разделить. — И он схватил Пиетта за воротник и потащил его на другую сторону их маленького лагеря. Вирс внутренне кипел, но должен был надеяться, что Пиетт сможет что-нибудь придумать, учитывая имеющуюся у него информацию. Сам он плавно и бесшумно распиливал веревки об острую скалу позади себя. 15 минут. Он снова встретился взглядом с Пиеттом, как только капитан флота с трудом поднялся на колени на той стороне.
Пиетт кивнул. Он был готов. Вирс почувствовал, что веревки, наконец, поддались, и наклонил голову в сторону Пиетта.
— Эй! — крикнул капитан разношерстной шайке мятежников. — Разве я не знаю тебя, родианец? Я вполне уверен, что посадил кого-то вроде тебя в тюрьму за пиратство. Полагаю, что мятежники набрали бы таких подонков, как ты.
И... Это. Очевидно, Пиетт ничего не делал наполовину.
Родианец в мгновение ока оказался рядом с ним, вместе с человеческим мужчиной и трандошаном. Худощавый мужчина бесстрашно посмотрел на них снизу вверх, и Вирс собрался.
— Охотник на пиратов? Неудивительно, что ты понадобился имперцам, маленький человечек, — их версия сборщика мусора.
Пиетт плюнул на сапоги родианца: — Твои слова, а не мои, космический мусор, — протянул он своим резким, спокойным тоном. И они набросились на него.
«Сила, Пиетт, пожалуйста, не дай себя убить», — подумал Вирс, бросаясь на сопротивляющуюся группу, все они пытались нанести свой удар по болтливому имперцу. Он знал, что у него есть лишь несколько мгновений. Он схватил родианца за грудь, его рука потянулась к сигнальной ракете на поясе существа. Есть. Он схватил ее, а затем ударил родианца так сильно, как только мог, в его большой глаз, прежде чем отшатнуться и вскрыть сигнальную ракету. Он нажал на кнопку, и яркий фонтан зеленого света взметнулся высоко в воздух, взорвавшись, как фейерверк, над их головами.
Крики ярости приветствовали это развитие событий, а затем тело Вирса охватил оглушающий выстрел. Последней его сознательной мыслью стало: «Это была наша лучшая надежда».
Примечания:
[1] Stoopa - хаттское существительное, обозначающее придурковатого или глупого человека.
