Чистоядные

      — Лян-эр, аккуратнее, не заглатывай локвы целиком, — напутствовал брата Шэнь Юань. — Косточки есть вредно! Да и разве ты не хочешь почувствовать вкус?       — Да, Юань-гэ, — пристыженно опустил взгляд младший, сжав сильнее фрукт в ладошках, отчего тот лопнул.       По рукам ребёнка заструился сладкий сок.       — Не волнуйся, Лян-эр, — быстро сказал змеедемон, увидев в чужих глазах наворачивающиеся слёзы. — У нас их много!       Мальчик посмотрел на своего старшего брата, что в доказательство собственных слов раздвинул края скомканной в подобие мешка паллы, внутри которой лежали около десятка ярко-оранжевых плодов. Лян-эр робко улыбнулся и смахнул непролитые слезинки с век. Шэнь Юань выдохнул с облегчением.       С тех пор, как он переродился в романе «Путь гордого бессмертного демона», прошло чуть больше года. За это время мальчик получил ещё несколько несложных заданий от Системы, одно из которых вовсе не предполагало штрафа. Но что примечательнее, Шэнь Юань с братом сильно подросли, напоминая теперь не шестилетних детей, а сразу десятилетних. Это можно было считать плюсом, так как чем взрослее становилось тело, тем больше в нём скапливалось силы, а манёвренность не была такой уж большой проблемой — змеи же: подобные особенности организма были только на руку близнецам, не имеющих и гроша за душой — воровать было невероятно легко. К тому же, они приспособились передвигаться как наги, а не обычные змеи!       Помимо протекания естественных физиологических процессов у змеедемонов-полукровок, этот год ознаменовался ещё и тем, что Юань научил Лян-эра связной речи и разработал вместе с ним мелкую моторику, чтобы заплетать друг другу волосы. К слову, те уже достигали середины спины у обоих, так что навык плетения кос пришёлся очень кстати; да и младшему это занятие нравилось: он в свободное время частенько переплетал старшего, делая тому причёски, похожие на те, которые носили взрослые демоницы.       А не так давно Шэнь Юань вознамерился научить Лян-эра читать и писать. Мальчик долго думал: «Стоит ли? Не будет проще найти учителя?» — но, наблюдая за жизнью демонов в местах, которые он посещал вместе с братом, понял: вряд ли это удастся; ни в одном поселении не было школы или её подобия, и ни один ребёнок не мог прочитать рядок чисел от одного до десяти.       На данный момент близнецы осели у черты маленькой деревушки, не защищённой вратами, как столица или города побольше, и вполне спокойно жили в незаметной землянке, вход в которую зарос высокой травой, которую Шэнь Юань решил не вырывать.       Восточные Пределы демонического царства вообще оказались удивительно удобными в плане содержания подобного жилья: тёплая погода почти целый год, изредко — жара, а ещё реже — дожди. Братья смогли без труда насушить травы, чтобы застелить ею пол, после чего сверху накрыли тканями, украденными в своё время Шэнь Юанем, чтобы не светить с Лян-эром на пару тщедушными бледными телесами. И хоть демоны-мужчины практически не носили одежды, как и многие демоницы, в более крупных городах вполне можно было умыкнуть отрез непрозрачной ткани, как и провернуть такой же трюк с телегами тех, кто нагрёб при набеге на царство людей трофеев. Так и вышло, что Шэнь Юаню пришлось брать дело в свои руки и осваивать мастерство швеца, дабы пошить хотя бы подобие равики и шаи (с учётом змеиного хвоста вместо ног). А почему бы и нет? В плане одеяний демоническое царство посвободнее Поднебесной будет, да и климат Востока позволяет ходить в сари и чувствовать себя комфортно.       — На, бери новую, — Юань достал из импровизированной сумки локву и протянул ту брату.       Лян-эр посмотрел на фрукт, затем — на свои ладони, после чего слизал сок и запихнул треснувший плод целиком за щёку. Попаданец горестно вздохнул: проглотит же, не в силах разжевать. Не то чтобы это было проблемой, учитывая особенности тел змеедемонов, но подобное зрелище колебало его тонкую душевную организацию…       Хвост вместо ног, острые когти на руках, змеиные зубы с уплотнениями ядовитых желёз позади, необычная радужка глаза и зрачок, чешуя — всё это не вызывало отторжения у Шэнь Юаня, как нечто привычное. В конце концов, он часто видел в интернете фото людей в фурри-стиле, где они косплеили нагов, русалок и разнообразных оборотней. Но вот некоторые аспекты нового тела мальчика сильно нервировали. И если к подобию змеиных гемипенисов вместо привычного члена Шэнь Юань как-то привык, то вот к такому психоделическому зрелищу, как неестественно растягивающаяся кожа на человеческом лице — нет.       Сам попаданец ел, как привык в прошлой жизни: откусывая понемногу и тщательно пережёвывая пищу — но вот Лян-эр вовсю поддавался инстинктам своей змеиной сущности, раскрывая пасть во всю ширь и глотая огромные куски целиком. Подобное смотрелось жутко, особенно с учётом того, что когда-то младший брат проглотил таким образом живого кролика! Шэнь Юань тогда больше удивился не тому, что они с Лян-эром случайно нашли небольшой разрыв между демоническим и человеческим царствами, а неестественно раскрывшемуся рту младшенького и короткому мгновению подстроившейся под размер добычи глотке. И последнее было особенно удивительно! Дело в том, что все предусмотренные человеческой анатомией кости в верхней половине тела присутствовали… Да и были при ощупывании такими же твёрдыми, как любые другие. Хотя Шэнь Юань предполагал возможность того, что в процессе поедания крупного куска пищи они могли как-то размягчаться (всё же мир «ПГБД» — фэнтези с кучей не прописанных демонических рас), но было одно «но»: когда мальчик проглотил жареную рыбину целиком в качестве эксперимента, то почувствовал давление на стенки горла, хотя у Лян-эра кролик протолкнулся за считанные секунды. Приводит ли к подобному эффекту способ открывания рта — непонятно, но больше змеедемону не попадалось мелкого зверья, которое не было бы страшно попробовать проглотить, так что эксперименты на этом кончились.       — А почему ты не ешь, Юань-гэ? — спросил Лян-эр, откусив небольшой кусочек от локвы. А после мальчик, быстро о чём-то подумав про себя, разорвал фрукт на две половины, выкинув косточку в траву, и протянул нетронутую часть брату. — Ешь. Я же видел, что ты не притронулся к ним рядом с теми дядьками.       — А ты, я погляжу, очень глазастый, — хмыкнул Шэнь Юань, взяв в руку половину локвы и откусив. — М-м-м, вкуснотища! Давненько разбойники не притаскивали человеческую еду сюда.       — Гэгэ, а почему ты называешь тех демонов раз… бойниками?.. Ты ведь говорил раньше, что они грабят людей. А те, кто воруют — это воры.       — Ну… Если вкратце, то воры — это мы с тобой. Потому что мы крадём, не пересекаясь с владельцами украденных вещей. А разбойники — это те, кто приходят в чужие дома и забирают вещи силой. Как если бы мы пришли в деревню, побили какого-нибудь ребёнка и забрали его сладости и игрушки, — ответил змеедемон брату. — Прости, в прошлый раз я не очень хорошо объяснил тебе…       — Нет!.. Гэгэ, ты хорошо рассказываешь, — встрепенулся Лян-эр. — Ты вообще самый умный из всех, кого я знаю…       Шэнь Юань рассмеялся.       — Лян-эр, ха-ха, просто ты мало кого знаешь! Поверь, есть много демонов умнее меня! — попаданец ойкнул, когда из паллы выпали две локвы.       Младший из братьев нагнулся, подбирая фрукты и вытирая их о свою одежду.       — И ничего не мало. Я ходил гулять с Ву, Ба и Ши — никто из них не знал, что такое чай. А ты знаешь!       — Но ведь нам довелось побывать в чайной, а им — нет. Ты просто не помнишь это. Да и откуда бы деревенским ребятишкам знать о нём, если они его не пробовали никогда, м? — Шэнь Юань взял локвы из рук Лян-эра и сложил их обратно в собранную мешочком паллу. — То-то же, диди.

***

      Мальчишки, свернувшись друг вокруг друга, лежали на нагретом солнцем камне. В этот раз они отошли далеко от границы деревеньки и своей землянки, чтобы собрать синий смолистый бамбук, из которого Юань хотел сделать сосуд для хранения воды. Как тот изначально выразился, «бутылку».       Лян-эр расчёсывал пальцами волосы брата, пока тот мирно дремал. Они долго ползли до нужного места, иногда отбиваясь от монстров, а после по очереди срезали когтями ствол бамбука, поэтому старший устал. Юань предложил Лян-эру поспать недолго, и тот согласился, хотя сам не хотел — просто потому, что видел, насколько это нужно брату.       Юань вообще в глазах младшего выглядел, как небожитель из его же рассказов: сильный, смелый, умный. Старший брат никогда не тушевался перед взрослыми демонами и с лёгкостью находил общий язык с детьми. Он знал и умел много вещей. Юань легко решал проблемы, будь то отсутствие одежды, еды или домашней утвари. Брат защищал Лян-эра, сколько тот себя помнил, и почти всегда был рядом с ним. Хотя бывали моменты, которые мальчик не мог понять, как ни старался: к примеру, то, почему Юань-гэ заворачивает себя и его в ткань с хвоста до головы; или то, почему не даёт есть сырое мясо или живых монстров.       И всё же Лян-эр радовался, что у него есть такой чудесный старший брат, даже если он не может понять некоторые запреты, им придуманные. Всё равно его гэгэ — самый лучший! Уж он-то это знает. Достаточно сравнить: Ву, если Ба и Ши спрашивали его о чём-то, называл их дураками, а Юань-гэ никогда не называл своего близнеца дураком.       Вдруг лоб змеедемона пронзила боль, как если бы он напоролся на ветку. А спящий до этого попаданец распахнул глаза.